От Кипчака до Эвереста

От автора. (Андрей Федоров)

    Дорогие читатели! Эта книга написана по живым рассказам участников и очевидцев тех событий, которые происходили в период начиная с 1950-х и заканчивая началом 1990-х годов. Они не вели дневников, не записывали фамилий и имён, не сохранились архивы секций альпинизма ни ДСО, ни институтов, ни предприятий г.Караганды. В книге только то, что отложилось в памяти, оставило по себе яркие незабываемые впечатления. Мы приносим свои извинения за отсутствие некоторых имён перед  фамилиями, за отсутствие фамилий некоторых участников восхождений при рассказе о самом восхождении, за допущенные неточности при описании. Людская память, к сожалению, обладает свойством со временем забывать казалось бы незабываемое. Ярким метеором пронёсся альпинизм через жизнь тех, кто им занимался. Он осветил не только их молодость, но и всю последующую жизнь, об этом свидетельствуют их взволнованные рассказы. Дружба, зародившаяся в горах, продолжается в обычной жизни: помогает, поддерживает, воодушевляет. В заключение хочу привести строчки нашего темиртауского поэта Ш.К. Ромашкина:
                     Если же в горах ты не бывал
                     На вершины ты не восходил,
                     Значит, мало о земле узнал,
                     Хоть на ней ты целый век прожил!

История альпинизма в Караганде.

    Первыми альпинистами в Караганде стали мальчишки и девчонки горного техникума, к ним присоединились молодые шахтёры. В 1951 году преподаватель технологии металлов горного техникума Николай Валентинович Пагануцци организовал в техникуме секцию альпинизма. Как точно подметил автор очерка, посвящённого 100-летию со дня рождения Н.В. Пагануцци, В.Новиков «жестокие ветры века» занесли его в Караганду. Это была обычная для того времени история. Самое замечательное в ней то, что человек, пройдя сталинские лагеря, полный разгром всего уклада своей жизни, оказывался несломленным. Возрождался в иных условиях и даже продолжал следовать своим увлечениям, своему предназначению в этой жизни. Люди, подобные Н.В. Пагануцци, внесли огромный вклад в развитие науки, культуры, спорта и всей общественной жизни Казахстана. Оказавшись здесь не по своей воле, но щедро отдавая этой земле свой талант, способности, своё сердце. Н.В. Пагануцци впервые побывал в горах в семнадцать лет и полюбил их на всю жизнь. Он стал активным членом Ленинградской секции альпинизма, здесь у него были друзья и единомышленники. Дружеские связи с альпинистами Москвы и Ленинграда помогли организации и существованию секции альпинизма в Караганде, далёкой в то время от гор и от таких не совсем обычных увлечений. Н.В. Пагануцци – исследователь, путешественник, действительный член географического общества СССР, мастер спорта СССР по альпинизму. Личность такого масштаба во главе секции альпинизма горного техникума, безусловно, способствовали развитию альпинизма в Караганде. Воспитанники Н.В. Пагануцци, прошедшие теоретическую и практическую школу в секции альпинизма горного техникума, ставшие участниками организованных им восхождений в горах Заилийского Алатау, Фанских горах и горах Тянь-Шаня, по окончании техникума стали организовывать секции альпинизма на предприятиях и в учебных заведениях Караганды.
Один из них, Анатолий Дмитриевич Терехов, ставший известным альпинистом Караганды, много лет возглавлял секцию альпинизма ДСО «Трудовые резервы», вспоминал о приходе в секцию альпинизма Пагануцци: - В техникум я поступил в 1953 году. Когда начались занятия, мы с друзьями заметили, что ребята толпятся возле кабинета и лаборатории Николая Валентиновича Пагануцци. Решили посмотреть, чем они там занимаются, Николай Валентинович,   приветливый, радушный: - Ребята, проходите, посмотрите, мы готовимся в горы идти. Нас было четверо: Виктор Непомнящих, Александр Ильинский, Серик Насахаев и я. Понравился нам порядок и полувоенная дисциплина, решили попробовать, так нас и затянуло. Вначале узлы вязали, крючья делали, дюльфером спускались в проём со второго этажа на первый, это зимой. А по весне - во дворе техникума стояла шахтная вышка типа копра, альпинисты стали использовать её для тренировок, мы с неё не слезали.  Тренировались по всем правилам, с правильной страховкой, случаев травматизма не было.
    Секция быстро завоевала авторитет не только среди учащихся, но и у руководства техникума. Свидетельство тому - поручение директора техникума П.С. Егорова установить на здании техникума вывеску «Горный техникум». Об этом вспоминает Владимир Яковлевич Кондратьев, в то время студент и начинающий альпинист: - Тогда высотников никаких не было, а у нас было соответствующее снаряжение и оборудование, например, шахтные буры, которые бурят в шахтах шпуры. Мы насквозь пробуривали стену, потом вставляли длинные тяжи и вешали буквы. Делали это после занятий. Проспект Советский был очень оживлённым, тогда ещё здесь из Старого города трамвай ходил. Наши альпинисты, я в том числе, висим на страховке, тяжёлый шахтный бур  на верёвке опускают сверху, и мы начинаем бурить. Если снизу смотреть, то верёвок не видно, у ног опоры нет - там отвесная стена, и народ собирался поглазеть, удивлялись нашей смелости, ловкости и сноровке. Вывеска висела очень долго, Н.В. Пагануцци был технолог по специальности, всё продумал, а мы выполнили на совесть.
В Карагандинской области гор нет, но постепенно альпинисты обзаводились своей базой для тренировок: Казахский мелкосопочник - Красные скалы в Темиртау, Суранские горы в Курминке, горы Бугылы в 12км от станции Дарья, Спасск. Там проводилась первичная подготовка по альпинизму в местных условиях. На Красные скалы в Темиртау ездили по выходным, проводили тренировки по скалолазанию, соревнования. У В.Я. Кондратьева сохранилось много хороших фотографий этих тренировок, как будто фотографировали с высоты птичьего полёта – и освещённость хорошая и ракурс удачный.
Автобусы в Темиртау ходили редко,  в Старый город добирались трамваем, ездили с пересадками.  - Однажды, - вспоминает В.Я Кондратьев, - Мы набились в автобус с рюкзаками, возвращались с 2-х или с 3-х дневной поездки, рюкзаки у всех были полные. Я стоял возле кондуктора и держался за стойку. Чуть отъехали от Темиртау, стрельнуло переднее колесо, и автобус резко бросило в кювет. То, что автобус был набит рюкзаками, сослужило нам хорошую службу - смягчило удар. Я по стойке поехал вниз, а автобус перевернулся вверх колёсами, стало темно. И тишина. Потом кто-то крикнул: - Живы?! У нас была команда, мы все друг друга знали, поэтому действовали дружно. Стали бить стёкла, выходить сами и помогать вылезать другим. Водителя на месте не оказалось, он в шоковом состоянии сразу убежал в степь. Все пассажиры были живы и не пострадали, за исключением кондуктора – ей порезало стеклом щёку. Мы останавливали проезжающие машины и пассажиров отправляли в Караганду. Н.В. Пагануцци в этой ситуации даже фотографировал. Через некоторое время к автобусу вернулся водитель. Мы пешком добрались в Старый город до трамвая, остановка была за вторым рудником, шахта им.  Горбачёва. И уже в трамвае мы услышали рассказы о том, что автобус перевернулся, и много народу пострадало, происшествие быстро обрастало слухами!
Рядом с посёлком Курминка (там же - знаменитая в советское время Курминская птицефабрика) находились Суранские горы. Хорошо, если удавалось доехать до Курминки на машине, назад же зачастую приходилось идти пешком, а это 25км. Меккой карагандинских туристов и альпинистов была станция Дарья, горы Бугылы. Ехали туда в товарных вагонах, 11-12км шли пешком, утром проводили соревнования и совершали восхождения на самую высокую вершину гор Бугылы – гору Буркит 1187м, но все называли её почему-то пиком Кипчак. Для большинства карагандинских альпинистов она была первым объектом для восхождений. Все мероприятия в горах Бугылы отличались превосходной организацией, хотя всё делалось на общественных началах. Часто именно здесь у юных участников этих поездок появлялось желание заниматься альпинизмом. Собиралось до 1000 человек, не только туристы, и не только Караганды и Темиртау. Тот, кто не занимался ещё альпинизмом, приехал с кем-то из своих друзей, также становился участником восхождений и соревнований. Ему предоставлялась возможность попробовать свои силы. Это было увлекательно и интересно, многие ребята после этого приходили в секции альпинизма. При таком большом стечении народа имели место и трагикомические случаи. Надо сказать, что в секциях альпинизма и туризма царили отношения рыцарские и романтические. И вот рассказывают, что однажды за темиртаускими девушками начали назойливо ухаживать, говорить пошлости и распускать руки двое парней из подвыпившей компании, не имевшей отношения ни к туризму, ни к альпинизму. Девушки оскорбились и пожаловались парням из Темиртау, которые быстро организовали собрание, на повестке дня был один вопрос – что делать с этими парнями-обидчиками? Пятьдесят горячих самым большим кедом по пятой точке! Такое решение вынесло собрание. Парни сначала не поверили, потом попытались убежать. Бесполезно! Не пятьдесят, но тридцать ударов кедом они получили! Один из них кричал, что у него папа – прокурор, что они за это ответят. «За папу» ему добавили ещё пять ударов, после чего хулиганы немедленно ретировались. Вот так плодотворно, интересно и весело проводились выездные мероприятия в горах Бугылы. Часто ездили и в Спасск. Там занимались горными лыжами, со временем даже установили подъёмник. Всё делалось тогда, как говорили в советское время, на «общественных началах». Что это значило? Если альпинист работал на шахте, то он мог там «достать» (советский термин) трос, верёвки, даже электродвигатель списанный, но который вполне мог ещё работать. Ему шли навстречу, понимали, что это в интересах общего дела. База подготовки альпинистов и горнолыжников в Спасске просуществовала, пока туда не пришли военные и не устроили там полигон. Начали проводить стрельбы, и альпинистам пришлось уйти. Снаряжение – палатки, спальные мешки, верёвки, всё это доставал Н.В. Пагануцци. Чтобы получить разряд и пройти обучение в школе инструкторов, надо было попасть в альпинистский лагерь Туюк-Су в горах Заилийского Алатау, Алма-Ата. Первое время получить путёвку в Туюк-Су было просто, их давали даже не альпинистам. Но со временем отбор в Туюк-Су ужесточился, путёвку надо было заслужить. Туда ездили не только летом, но и зимой. Студенты старались досрочно сдать зимнюю сессию, чтобы за каникулы успеть совершить несколько восхождений в горах Заилийского Алатау. Со временем некоторые альпинисты умудрялись даже слетать в Алма-Ату на выходные, совершить восхождение и вернуться обратно. При этом, конечно, неизбежно происходили нарушения правил восхождения, обязательно предусматривавших акклиматизацию в горах в течение 1-3 дней, а времени для этого не оставалось. Первая летняя альпиниада, в которой участвовали карагандинцы, была организована и проведена Казахским клубом альпинистов в 1952 году в Туюк-Су.

Фанские горы.

    «Фанские горы привлекательны во многих отношениях. Путешественник встретит здесь исключительное богат¬ство и разнообразие пейзажей. Перед глазами предста¬нут высочайшие снежные вершины и прогретые солнцем арчовые леса, отвесные стены мрачного ущелья и поле, усеянное голубыми цветочками льна, тихое лесное озеро и бурный водопад, низвергающийся в темную бездну.» Н.В. Пагануцци, «Фанские горы и Ягноб»
    В 1953 году Н.В. Пагануцци с альпинистами Караганды впервые посетили Фанские горы. И с этих пор в течение многих лет восхождения в Фанских горах совершались альпинистами Караганды ежегодно. Каждая экспедиция под руководством Н.В. Пагануцци ставила своей целью изучение Фанских гор, стирание белых пятен на карте. Н.В. Пагануцци  писал: - Нередко турист проникает в места, где еще не бывал человек. Ограничиться здесь пассив¬ным созерцанием да сделать пару случайных снимков, значит, упустить возможность собрать сведения, имею¬щие научный интерес.
    Первая группа, которая отправилась с Караганды в Фанские горы, была группа ГРУМ-49 горного техникума. Это была их практика. Будущие геологи планировали найти флюорит, необходимый для металлургического производства и кварц для оптических линз. Об этом походе студенты рассказывали много интересного.
    Итак, все последующие поездки имели определённые задачи освоения Фанских гор. Мечтой Пагануцци было превратить этот край в заповедник альпинизма и туризма. В Фанских горах альпинисты горного техникума совершали восхождения, изучали рельеф, наносили маршруты на карту. В то время не было карт, и Н.И. Пагануцци сам выполнил карту этой местности. В 1968 году в Москве была издана его книга «Фанские горы и Ягноб», которая содержала наиболее полную информацию о Фанских горах: исторический и географический очерк, особенности рек и озёр, ледников и перевалов, горных вершин, растительного и животного мира. В этой работе была, конечно, частица пытливого и наблюдательного ума альпинистов секции альпинизма горного техникума, в течение многих лет совершавших поездки в Фанские горы вместе со своим учителем.
    Особенно насыщенной по количеству восхождений была программа поездки в Фанны, в которой участвовали карагандинские и болгарские альпинисты. Болгары в то время работали на строительстве Казахстанской Магнитки, некоторые из них у себя на родине тоже занимались альпинизмом. Знакомство состоялось на Красных скалах в Темиртау. Вот тогда и появилась идея о советско-болгарской экспедиции в Фанские горы. В ней участвовали с советской стороны – Павел Дорошенко, помощник комбайнёра шахты №31, Анатолий Терехов, преподаватель горнопромышленной школы, Владимир Кондратьев, председатель секции альпинизма КПТИ, Афанасий Сорокин – главный инженер проекта Карагандагипрошахт,  Виктор Непомнящих, Клавдия Черепанова, Ростислав Мерцалов, А. Осипенко, Карасёв  (имена не установлены), Галина Щёкина, Эрвин Найман (профессии не установлены). С болгарской стороны – Н.Тодоров, Р. Божилов, А. Калевичин. Руководил экспедицией Н.В. Пагануцци.
    Группа альпинистов из Караганды прибыла поездом в Сталинабад (сегодня Душанбе), откуда машиной  доехали до альплагеря «Варзоб», расположенный в 50км от города в живописном ущелье. Состоялось знакомство с участниками сборов в лагере, а вскоре был совершён траверс одной из ближайших вершин. Решили выходить до восхода солнца, «час подъёма по снегу - и мы на перевале, найдена записка, сделаны фотоснимки, можно идти дальше, - вспоминает один из участников Владимир Кондратьев. – Начинаем спуск с перевала по крутому сыпучему склону с выходом на крутой снежник. Один за другим быстро скользят по снегу альпинисты способом «глиссер»: согнув ноги в коленях, третья точка опоры – ледоруб, он же служит для торможения. После спуска попадаем в большой «цирк» - кругом стоят величественные вершины, голубоватый лёд свисает с их крутых склонов. Небольшой подъём – и мы выходим на седловину. Молча, сосредоточенно разгребая снег, чтобы отыскать зацепки, лавируем между скальными островками. Лишь изредка раздаётся негромкий голос впереди идущего: - Осторожно! Камни чуть держатся». Я иду в связке с Ростиславом Мерцаловым, мы хорошо понимаем, что малейший срыв может привести к катастрофе, поэтому тщательно страхуемся. Начинает посвистывать ветер, срывая позёмку, за гребень цепляются, закручиваются космы тумана. Давно бы пора поесть, но сейчас не до этого, до вершины остаётся 150м. Погода стремительно ухудшается, облака становятся всё гуще, где-то вдалеке гремит гром, по склону запрыгали шарики града, зашелестела, посыпалась снежная «крупа». Вмиг всё исчезло в белом мареве, «крупа», как дробь, стучит по капюшону штормовки, заставляя прижиматься к склону. Буран был всего несколько минут, но склон неузнаваемо побелел. Отряхнувшись, продолжаем подъём, выходим на последнее возвышение гребня, впереди тур, сложенный из камней, а в нём в жестяной банке записка. Ночуем в горах, а утром спускаемся в лагерь, нарвав большие букеты горных цветов. Торжественно встречает нас лагерь, болгарам Н. Тодорову, Р. Божилову, А. Калевичину начальник лагеря прикрепил значки – в память о встрече. Были покорены вершины Патруш, Пальцы, Фан-Улла, Физкультура и спорт, Энергия, прошли перевалы Анзоб, Турзуль, Казнок. При восхождении на вершину Патруш  был открыт новый перевал, который в честь наших друзей назвали Болгарским. На вершине Энергия водрузили государственные флаги Болгарии и СССР, а в записке указали, что восхождение посвящено 40-летию ВЛКСМ и 14-летию освобождения Болгарии. В завершение экспедиции был отдых на Алаудинских озёрах. 
    «Карагандинские альпинисты совершили восхождения на 30 вершин, из них 23 первовосхождения, причем на та¬кие сложные вершины, как Сароф, Фан-Улла, Белый Барс, Замок, Адамташ, Мирали, Пушноват. Составлена деталь¬ная схема района, изучены природные условия, ледники, реки, пути сообщения и подходы к вершинам. В Караган¬де сформировалась и выросла команда альпинистов, спо¬собная к самостоятельным действиям в горах. Участники Фанских экспедиций, такие, как Гульнев, Терехов, Ильин-ский, Найман, Баун, Непомнящих, Сорокин, заняли место в первой шеренге карагандинских альпинистов». Н.В. Пагануцци, В.Сидельников Казахстанские альпинисты в Фанских горах.
У Кондратьевых.

    Валентина Степановна и Владимир Яковлевич Кондратьевы – известная в Караганде семья альпинистов. Они увлечённо вспоминают случаи восхождений, своих друзей, вершины, на которых побывали. За окнами квартиры – летняя степная Караганда, а в квартире витает могучий дух гор. И Валентина Степановна, и Владимир Яковлевич занимаются фотографией, он даже работал в своё время фотокорреспондентом газеты «Комсомолец Караганды». Но признаёт, что её фотографии, привезённые с восхождений, лучше, потому что «выполнены в лаборатории, а не в ванной». Несколько снимков Валентины Степановны, ставших призёрами на одной из выставок в областном Клубе туристов и альпинистов, висят на стене: медленно поднимаются по заснеженному склону альпинисты, их фигурки чернеют на белом снегу, чувство невероятного слияния человека с горными вершинами возникает, когда смотришь на фотографию, гармонии окружающего мира и этих людей. На другом снимке красивые девушки в альпинистском снаряжении, одухотворённые лица и твёрдый, целеустремлённый взгляд. Они знают истину, о которой их сверстники и не подозревают!
Вот и наши герои познакомились в горах Бугылы, которые расположены недалеко от станции Дарья. Он, будучи студентом, организовал и возглавил секцию альпинизма политехнического института, у неё - это был первый выезд в горы. Проходили соревнования, главным судьёй которых был Анатолий Дмитриевич Терехов. В ходе соревнований определился на скалах участок, который альпинисты не могли преодолеть, большинство в этом месте срывались и повисали на страховочной верёвке. Она сильно переживала за этого паренька, с которым только что познакомилась. Худощавый, небольшого роста, но чувствовались в нём сила, ловкость и упорство. Вот и А. Терехов, стоявший с ней рядом, сказал про него: - Не пройдёт, так проползёт! Вот увидишь! Нет, он не прополз, а буквально перелетел через сложный участок: одна рука опущена, другой держится за скалу, нога на «полочке» и в какой-то момент он перебросил ногу и - пошёл дальше! Все только ахнули, а она успела его сфотографировать в этот момент, но что такое чёрно-белая фотография?! Она и сейчас сокрушается о том, что не было тогда видеокамер.

    Рассказывая историю карагандинского альпинизма, Владимир Яковлевич несколько раз вспоминает об одной утерянной фотографии, на которой запечатлен был карагандинский альпинист по фамилии Мусаев, который в то время уже тренировался в Алма-Ате. Он даже не помнит его имени, не был с ним знаком, но помнит, что этот альпинист побывал на пике Победы. В то время пик Победы в Советском Союзе был равнозначен Джомолунгме (Эвересту). И если мы говорим об истории альпинизма Караганды, то непременно должны отметить, что уже в то время среди альпинистов Караганды были те, кто поднимался на семитысячники. Мусаев Сембай Татенович, 1933 г.р., инструктор альпинизма ДСО Буревестник с 1961 г проживал в Алма-Ате (до 1961 г - в Караганде). В 1956 г совершил восхождение на пик Победы с северной стороны 5Б категории трудности в составе группы ЦС ДСО Спартак под руководством В. Абалакова, 11 человек. В этом же году ему присвоено звание МС по альпинизму.
    «Главным транспортным средством внутри гор служит верный и терпеливый ишак, проявляющий высокую со¬образительность. Он ляжет, если почувствует, что груз свыше его сил, остановится перед выступающей скалой, показывая, что здесь ему не пройти. Ишаки держатся всегда самого края тропы над пропастью, чтобы не за¬девать грузом, лежащим на другой стороне вьюка, за скалы. Прежде чем перейти мостик, ишак его обнюхает, удостоверяясь в надежности перехода». Н.В. Пагануцци. Фанские горы и Ягноб
Как вдохновенно, с каким восхищением и благодарностью пишет об ишаках Н.В. Пагануцци! Владимир Яковлевич вспоминает свою историю, связанную с ишаками: - Было это в Фанских горах, Н.В. Пагануцци с группой альпинистов шёл впереди, а мы с грузом, со всем снаряжением, навьюченным на ишаков, поднимались следом. Встретиться должны были на Алаудинских озёрах. Нагруженные ишаки днём идут исправно, но когда начинает темнеть, они останавливаются, упрямятся, хоть тащи и их самих, и груз. Вот и в этот раз, в какой-то момент они остановились и ни шагу больше! Как быть? До Алаудинских озёр оставалось минут двадцать ходу, но ишаки стоят, оставить их мы не можем, поэтому мы посылаем гонца к Пагануцци. Он возвращается: Пагануцци сказал - место стоянки Алаудины, всем подниматься туда! И тогда мы принимаем решение ночевать отдельно от группы Пагануцци, обрекая их на холодную ночёвку. Правда, дрова у них были, сушняка в то время было достаточно, температура ночью в горах была плюсовая. Но Пагануцци долго на нас обижался. Ещё один случай, довольно поучительный, вспоминает Владимир Яковлевич: - Это тоже случилось в Фанских горах, большая группа альпинистов прошла очень сложный участок, оставалось пройти простой участок типа траверса. Мы были уверены, что к вечеру вернёмся, поэтому побросали на леднике продукты и палатки, оставили себе только снаряжение, начали двигаться и неожиданно застряли на плато. Мы поняли, что если пойдём дальше, то ночевать нам будет негде. Солнце уже садилось, но было ещё тепло, мы заранее нашли площадку и стали думать, как укрыться на ночь. Я помню, нашёл расщелину, побросал в неё верёвки, залез и вроде задремал. Но вскоре на меня сверху лёг кто-то из товарищей. Вначале стало тепло, но вскоре вес стал ощутимым, спать было невозможно, всю ночь мы менялись, таким образом, согревая друг друга. Ночь показалась очень длинной. Из продуктов у нас осталось сгущенное молоко да немного сухарей, весь следующий день мы шли на одном молоке. С тех пор я потерял к нему всякий интерес! Только к вечеру мы прошли этот траверс и вернулись. Всё обошлось, но рассчитывать на то, что легко будет пройден в горах неизвестный маршрут, очень опрометчиво. В 1963 году группе карагандинцев была предоставлена возможность совершить восхождение на Джунгарский Алатау за счёт средств республиканского Клуба альпинистов. Ехали мы туда в грузотакси, по дороге заехали на бахчу, набрали арбузов, путешествие складывалось удачным и приятным. Восхождение было необычным: горы Джунгарского Алатау невысокие, даже пятитысячников нет, вершины около 5000м, а облака там проходят очень низко, так что идёшь, видишь впереди идущего, а присядешь – и уже его не видно. Восхождение происходило в сентябре, мы побывали на перевалах, по которым возможен переход в Китай, когда-то через эти перевалы в Китай перегоняли скот казахские баи. В записке, оставленной на вершине, мы указали фамилии всех участников восхождения: Найман, Гацуц, Кондратьев, Фартучный, Зотов, Раушенбах, Классен, Рытова, Васильева, Трофимова, Шамраева. Это было первовосхождение, мы посвятили его 13 съезду профсоюзов и 40-летию ВЛКСМ. По праву первооткрывателей вершину назвали «Енбек». Записку поместили в патрон, завернули в какую-то бумажку, уложили в консервную банку и поместили в тур, сложенный на вершине. Как же мы были взволнованы, когда в 2011г нашу записку нашли альпинисты-москвичи, совершавшие восхождение! Они разыскали нас, мы беседовали по телефону. Прошло 48 лет, оставленная нами записка хорошо сохранилась. Радостно было сознавать, что благодаря этой записке устанавливается связь между поколениями альпинистов, сохраняются преемственность и традиции. Знакомство с горами В.Я. Кондратьева состоялось на третьей зимней альпиниаде карагандинцев в 1956 году в Заилийском Алатау. В альпиниаде участвовало около 40 карагандинцев, в основном студенты горного техникума, это было время зимних каникул. Было совершено восхождение на пик Амангельды Иманова (4100м). Для новичков это было выполнением нормативов на значок «Альпинист СССР», в то же время, каждый решал для себя вопрос, по силам ли ему заниматься альпинизмом. У некоторых даже на этой высоте начиналась горная болезнь, и их приходилось спускать вниз. Снаряжение альпинистов в то время было далеко несовершенным, особенно ботинки – нога в них потела и тут же покрывалась инеем. Зимой ходят в горы в шекльтонах, но у карагандинцев такой обуви не было. Иногда казалось, что лучше идти в носках, чем в ботинках: оттираешь замёрзшие ноги и засовываешь их снова в мёрзлые ботинки. И на Талгаре, и в Фанских горах были узкие горные тропы, добраться на машинах даже в базовый лагерь было невозможно. Но … - Никто нас не заставлял, никто не тащил, мы были страстно увлечены горами, время было очень интересное, - утверждает В.Я. Кондратьев. Когда вы перестали ходить в горы? – Смотря, в какие горы. Вот в прошлом году звонит Сергей Павлович Кистанов – председатель областного Клуба туристов: - Знаешь, какая высшая точка Сары-Арки? Это севернее Балхаша, в Актогайском районе, вершина Аксоран (1565м) в горном массиве Кызылрай. – Нет, не знаю, обязательно побываю там! Увлечение горами – это на всю жизнь!

    Самая старая фотография в альбоме Кондратьевых, на ней слева направо: Георгий Гульнев, Ю.Боевич, А.Дашко, Ю.Кожевников, Анатолий Терехов, Владимир Кондратьев, Николай Валентинович Пагануцци. Первые альпинисты Караганды, с них начинался альпинизм в Караганде, они достигли высоких результатов. А также Олег Сербо, Александр Левин, А.Рытова, Афанасий Сорокин, …Классен, Г.Фартучный, Л.Шамраева, С.Берденникова, Ростислав Мерцалов, А. Джамаспишвили, Г.Крюков, В.Мироненко, Валентин Задерей, К.Фераниди и многие другие. Это они вызывали удивление: как, у вас нет гор и столько альпинистов?! Это они, участвуя в союзных соревнованиях, занимали призовые места!
Анатолий Дмитриевич Терехов.'

    Как я пришёл в секцию горного техникума я уже рассказывал.

В 1955 году состоялась первая зимняя альпиниада, руководил ею Николай Валентинович Пагануцци. В техникуме в это время начиналась зимняя сессия, экзамены: там паровоз свистит, а мы тут ещё крутимся, в техникуме. Правдами и неправдами посдавали экзамены, порой просто преподавателя уговорили – только бы поскорее уехать! В Алма-Ате нас встретили, повезли на турбазу Горельник – там такая красота, погода была чудесная! И мы зимой купались в горячих серных источниках! В альплагере Туюк-Су с нами провели ледовые и скальные занятия, сводили на вершину Молодёжная 4147м. Мы выполнили нормативы «Альпинист СССР», получили значки. Вернулись в Караганду гордые и целеустремлённые: мы - альпинисты СССР! Отсюда у нас всё и закрутилось по сути дела, летом по путёвкам поехали в альплагеря. Программа была насыщенная: мы выполнили III разряд. Попал я тогда в альплагерь Дугоба на юге Ферганской долины, восхождения совершал с одесситами. Здорово было! С ними я сходил на «пятитысячники».

    Очень насыщенным был 1958 год, я участвовал в Советско-Болгарской экспедиции в Фанские горы, совершали восхождения, встречались с местными жителями. Жизнь местного населения произвела удручающее впечатление: электричества не было, врачей не было, больные трахомой таджики приходили к нашему врачу Антонине Безугловой и просили: - Ну, посмотри! Будили народ на работу очень рано – женщины перебирали ячмень в амбаре, бригадир запирал их, чтоб не разбежались и не украли ячмень. Мужчины во всём слушались бригадира, боялись, что он их в колхоз запишет. Русского языка никто не знал, только бригадир, который когда-то в армии служил, немного говорил по-русски.
Красота и величие природы этих мест резко контрастировали с уровнем жизни людей. В это же лето я окончил школу инструкторов в альплагере Туюк-Су и работал там же инструктором.

    Восхождения мы совершали маленькими группами, каждый раз с участниками выполняли  III разряд. А потом Ю.Н. Менжулин, начальник лагеря, посоветовал инструкторам совершать восхождения в свои выходные – после каждой лагерной смены инструктору полагается 4 дня отдыха. Таким образом, мы совершали восхождения 4-5 категории трудности в районе альплагеря Талгар. Особенно запомнилось первое восхождение 5 категории трудности на пик Чекистов в связке с Володей Истокиным (алмаатинцем).
    В 1965 году карагандинские альпинисты Анатолий Терехов, Юрий Южаков, Владимир Кондратьев, Георгий Гульнев, Афанасий Сорокин были на сборах Казахского клуба альпинистов, совершили серьёзные восхождения: если команда Казахского клуба шла на чемпионат Союза, то мы шли запасным вариантом. Если они идут по основному маршруту, то мы идём по резервному. Так мы совершили восхождение на вершину Сахарная Голова, по Южному гребню, на перевалы и вершины Чапдара и Бодхана 5Б категории трудности. А Виктор Сидельников и Борис Саламатов, которые шли основной маршрут, заняли на Бодхане второе место. Тогда я в первый раз попал в высотную экспедицию,  ходили на пик Военных топографов, Центральный Тянь-Шань, на перевале 6100м над уровнем моря. Здесь впервые испытал горную болезнь, гипоксию, когда постоянно поташнивает, есть не можешь, таблетку проглотишь - вроде отпускает, какая уж там радость от взятия вершины! Пришлось выкопать пещеру в снегу, переночевать в ней для акклиматизации, утром спустились вниз в базовый лагерь. Опять ходка, продукты берём - и заброска. Определился основной состав,  Абрамов, Южаков в эту группу попали, меня же назначили командиром  вспомогательного отряда. Основной состав альпинистов пошли на перевал, мы там пещеры выкопали, они в них жили. А мы спустились под перевал Военных топографов, снова копали пещеры. Всё шло хорошо, погода стояла прекрасная, мы находились на высоте 6200м, до вершины было рукой подать, но при восхождении случаются и неприятности: мы начали выходить на покорение вершины, но нам приказали вернуться и сидеть в пещере, так мы лишились красивого восхождения. Полтора месяца мы были в горах, две недели у нас были  лошади, потом заброски, тогда же нам с вертолёта не сбросили продукты, и нам пришлось тащить всё на себе при восхождении на пик Хан-Тенгри (6995м). Много чего происходит в горах. Дома тоже порой происходит непредвиденное и трагическое, что вынуждает сделать перерыв в путешествиях в горы. А в горах, если год-два не побываешь, то очень сложно потом вернуться к исходным рубежам. В то время я работал на шахте, занимаясь альпинизмом, часто отсутствовал на работе. В конце концов, мне сказали: - Определяйся, ты будешь работать или в горы ходить! Я загрустил. Анатолий Дмитриевич Терехов.
Но вскоре меня товарищ позвал на преподавательскую работу в училище. Я согласился, но с условием, что организую в училище секцию альпинизма и туризма, и меня будут отпускать на всё лето в горы. Так возникла секция альпинизма Трудовых резервов, и мы гремели в своё время. В нашей секции выросли такие славные альпинисты Караганды, как Александр Тимофеев - МС, Владимир Вехтер –КМС по скалолазанию и МС по альпинизму, Г. Казаков – КМС, А.Волков. Секция у нас была прекрасная, примером для меня был Н.В. Пагануцци, многое я от него унаследовал и перенял. Занимались в секции постоянно минимум 30-35 человек. В. Непомнящих верёвку сделал для тренировок, закрепили её на вертикальной стене, занимались по свистку: вязка узлов, страховка, всё по этапам, по-другому в альпинизме нельзя. Выступали неплохо, часто побеждали своих главных соперников из секции альпинизма политехнического института. Ребята в секции были очень преданными – Александр Проскуряков, Владимир Вехтер, Владимир Волков, Геннадий Казаков, Фёдор Фёдоров, Вера Парамонова, Валентина Симченко. Они за Трудовые резервы долго выступали, Волков и Казаков даже кровь сдавали, чтобы отгулы заработать, выступать на соревнованиях и совершать восхождения. Постоянно выступали на соревнованиях по спортивному скалолазанию, по ориентированию, на всех туристских мероприятиях. Мастера спорта я получил в 1968 году. Анатолий Терехов побывал на многих вершинах Тянь-Шаня в Заилийском Алатау: Чекист, Кара-Тау, Караульчитау. В Киргизском хребте: траверс вершин Текетор – Актоо – Свободной Кореи – Байлям –Баши – Космонавтов и многие другие. В Фанских горах: Сахарная голова – Чапдара – Москва – Бодхона – Чимтарга и др.

Шамиль Габидуллович Мусин.

    Судьба Шамиля Габидулловича Мусина долгие годы была связана с карагандинским альпинизмом. В его истории нашла отражение характерная особенность альпинизма, заключающаяся в том, что, к сожалению, восхождения на горные вершины часто осложняются  связанными с высотой проблемами со здоровьем у некоторых участников. Эти проблемы подчас бывают настолько серьёзными, что приходится решать дилемму: продолжать восхождение, поручив заболевшего товарища одному из альпинистов группы, таким образом, лишив его возможности продолжать восхождение – он помогает заболевшему спуститься в базовый лагерь. Или вся группа отказывается от восхождения и занимается спасением заболевших товарищей. Большая подготовительная работа, надежды и планы в этом случае идут насмарку. Шамилю Габидулловичу приходилось это делать не раз. И это всякий раз оказывалось гораздо важнее, чем спортивные разряды, титулы и т.д.
    Я  пришёл в альпинизм уже в зрелом возрасте, и связано это было с моим  слабым здоровьем. Шёл 1961 год. В горах под Алма-Атой на том месте, где теперь находится спорткомплекс Медео, был госпиталь для красноармейцев им. Фурманова, который состоял из нескольких бараков. В этих бараках я провёл два года, и отсюда совершил свой первый туристический поход Алма-Ата-Иссык-Куль-Алма-Ата. В туристическом походе участвовали  25 человек, немалым осложнением было то, что туристы должны были нести с собой дрова. В походе я чувствовал себя хорошо, инструктор даже похвалил: - Ты вроде ничего, даже бегаешь! И предложил мне ещё раз пройти по этому маршруту. Я с удовольствием проделал это ещё раз, тогда же впервые появились мысли о том, чтобы всерьёз заняться альпинизмом. А в 1963 году я взял путёвки себе, брату и своему товарищу в альпинистский лагерь, с путёвками тогда было просто. Мы попали на последнюю смену, стоял сентябрь, альплагерь Талгар выглядел великолепно. По утрам вода в источниках уже подмерзала. Восхождения совершали несложные, максимум четвёртой категории трудности, а встречали восходителей в лагере, как будто они вернулись с Эвереста. Все расспрашивали, как прошло восхождение, какие были трудности, какая категория сложности.  В конце смены в честь выполнения нормативов на значок «Альпинист СССР» совершался ритуал посвящения в альпинисты, весёлый и забавный праздник, в котором участвовал альплагерь в полном составе.  Новичкам устраивали «огонь, воду и медные трубы». Их ставили на колени, шлёпали по пятой точке (девушек щадили, а парням доставалось по полной программе), поливали водой, пропускали через огонь, кормили солёной кашей, ставили на колени, заставляли целовать ледоруб, смазанный горчицей, и произносить слова клятвы. Со мной обходились корректно, я был возрастной для новичка. Лагерь ликовал и веселился от души. Незабываемые впечатления! На следующий год я постарался попасть в альплагерь Туюк-Су на две смены. А потом был принят в республиканский Клуб альпинистов Казахстана. В то лето я побывал в Фанских горах, и как новичок, ходил вспомогателем: помогал восходителям переносить грузы и набирался опыта. С Караганды там была группа Ю.Южакова, они шли на вершины Замок и Чапдару, а мы, наблюдатели, помогали им: подтаскивали всё снаряжение. От республиканского Клуба альпинистов нами руководил Урал Усенов. Сходили на Энергию, спустились на другую сторону и пошли на Чапдару, а там стена. Маршрут был 2 категории сложности, но мы не поверили, решили, что 4Б категория. Оказалось, что этот маршрут был пройден в 1937 году, мы в 1966 его повторили. Эрвин Найман  - альпинист из Караганды, горняк по профессии,  (впоследствии он погиб при аварии на шахте) руководил в то лето группой, которая выбрала маршрут первовосхождения, и успешно его прошла, я встречал группу в лагере, когда они вернулись. Но потом оказалось, что группа Э. Наймана не уложилась в контрольные сроки, и им это восхождение не засчитали. Хотя о каких контрольных сроках можно было говорить, если это было первовосхождение? Обо всём этом мы много говорили с К. Фераниди, который участвовал в восхождении в группе Э.Наймана. Вскоре группа Урала Усенова прошла этот маршрут и оформила его, маршрут с тех пор называется маршрутом Урала Усенова.  Про группу Эрвина Наймана словно забыли. К сожалению, в горах случалось и такое. Маршрут был 5Б категории трудности.
В альплагере Артуч  в то лето я был наблюдателем у группы грузинских альпинистов при восхождении на вершину Бодхана (5300м): посредине которой была мощная трещина, это маршрут шестой категории трудности, наблюдателей было 13 человек. Неделю я жил тогда один в горах, собрал коллекцию минералов, хорошо отдохнул. Но самое интересное случилось в начале восхождения, когда мы с молодым грузинским альпинистом, который тоже был вспомогателем, провожали группу, они уходили один за другим по верёвкам. Последним уходил Гиви Картиашвили, в то время инструктор, а впоследствии руководитель Федерации альпинистов Грузии. И только он ушёл, как началось землетрясение и камнепад. Ничего подобного я в жизни не видел, и единственное, что приходит на память, это  кадры из американского фильма «Золото Маккены», где герои фильма, нагрузившись золотом, покидают золотой каньон, мчатся на лошадях, а за ними трясутся скалы, горы раскалываются на огромные глыбы и падают с ужасным грохотом. Нечто подобное творилось тогда у нас: всё падало и гремело, как на огромном заводе металлоконструкций. Мы подбежали под скальный козырёк – пыль страшная, гора трясётся! Через какое-то время всё стихло и по-грузински сверху спрашивают: - Как там у вас, всё в порядке? Они по-грузински поговорили с моим напарником, обсудили случившееся. Когда всё затихло, я смог увидеть последствия: землетрясение спровоцировало падение куска скалы шириной   метров 50, высотой 70-100м и толщиной 5-10м, всё это летело с большой высоты. Маршрут группы грузинских альпинистов проходил в другой стороне, и они не пострадали, через 5 дней группа благополучно вернулась. Землетрясение меня тогда не напугало, но зрелище это я запомнил на всю жизнь. Тогда же мы с В.Кондратьевым  прошли туристическим походом по всем озёрам Фанских гор.
    1967 и 1969 годы были знаменательными: наша страна широко отмечала 50 лет советской власти и 100-летие со дня рождения В.И. Ленина. В 1967 году  на Луковой поляне на Памире развевались флаги 9 стран: СССР, Австрии, Болгарии, Венгрии, ГДР, Италии, Польши, Чехословакии и Юго¬славии. Это была первая международная альпиниада.
В массовых восхождениях на пик Ленина 1967 года приняли участие 300 человек. Из карагандинцев в них участвовали: А.П. Сорокин, Б.Н. Гацуц, Ш.Г. Мусин. Мы тогда были как герои – и на телевидении про нас рассказывали, и в прессе писали Советский Союз был встречающим, надо было подготовить маршруты, и нас, группу альпинистов, послали на пик Ленина пробивать дорогу. В группе был Борис Студенин, опытный альпинист, к тому времени удостоившийся звания почётного мастера спорта – он совершил пять восхождений на вершины пятой категории сложности. Подниматься было тяжело – много снега, не дошли до «Сковородки» и остановились. К нам присоединился тогда альпинист-иностранец, он был одиночка. У него я впервые увидел газовую горелку. И по достоинству её оценил: такое блаженство было после изнурительной работы выпить чашечку чаю в горах! И вдруг по рации срочный вызов: вызывали на спас работы. Мы быстро спускаемся вниз в лагерь. Вертолётом нас перекидывают в аэропорт Тавильдора: основная наша группа поднималась на пик Коммунизма и потерпела аварию. В горах по два человека грузили в вертолёт, а мы пересаживали с вертолёта на самолёт, и ждали следующую партию. Что же случилось тогда в горах? Альпинисты совершали восхождение на вершину, сделали ночёвку. Они все были мастера высшего класса, из карагандинцев в группе был Ю.Гульнев, тогда он травмировал ногу. Ночью сошла лавина и они полетели вниз, кувыркались в этой лавине, алма-атинец Мельников погиб. По окончании спасательных работ мы застряли там на неделю. Я купался: была там желтая река, в неё ручейки впадали. Ребята сделали из печенья колоду карт и играли в преферанс, устраивали шуточные соревнования, обследовали окрестности аэропорта. Мы там почти голодали, продуктов не было, я общался с работниками аэропорта, они нас поддерживали продуктами. Запомнилось, что там был водопад с очень чистой водой, его усиленно охраняли: вода была питьевая, а у них с питьевой водой были большие проблемы.

Владимир Викторович Вехтер и Анатолий Алексеевич Поветин

    Два друга, два альпиниста, их дружба зародилась на горных маршрутах, крепла, когда они совершали восхождения в одной связке, а самое серьёзное испытание прошла той холодной и памятной ночью при восхождении на вершину Двузубка 5Б категории трудности, когда Анатолий сорвался со скалы, травмировался, а помощь должна была придти только утром. И в ожидании этой помощи они провели ночь на скале без палатки, без воды и бензина, боясь уснуть и замёрзнуть. В 60 лет – это красивые, мужественные, успешные люди. Они рассказывают свою историю альпинизма, дополняя друг друга, вспоминая подробности, смешные и трагические истории. К ним присоединился Андрей Викторович Фёдоров, и это была беседа боевых друзей, которым есть что вспомнить, о чём рассказать и над чем поразмышлять.
Владимир Вехтер: - В общей сложности у меня 115 восхождений. Свой путь к горным вершинам он начинал в секции спортивного ориентирования и скалолазания ПТУ№1 в Майкудуке, которую организовал Анатолий Дмитриевич Терехов, в то время уже мастер спорта по альпинизму, за плечами которого было множество горных восхождений. 1967 год. Владимир первый раз участвовал в соревнованиях по скалолазанию в горах Бугылы, станция Дарья, и занял IV место. 1968 год. В альплагере Ала-Арча Владимир Вехтер прошёл курс по альпинизму, совершил два зачётных восхождения и получил значок «Альпинист СССР». 1969 году участвовал в альпиниаде в горах под Алма-Атой, совершил восхождение на пик Комсомола 4330м. 1970 год. В альплагере Талгар совершил четыре зачётных восхождения, выполнив нормативы III разряда. 1971 год. В альплагере Ала-Арча получил IIразряд по альпинизму. 1972-1972 годы. Служил в Белоруссии в Витебской воздушно-десантной дивизии. 1974 год демобилизовался и с этого года практически каждый год ездил в горы. В 1977 году участвовал в сборах Казахского Клуба альпинистов. Предварительные сборы проходили в альплагере Талгар, потом экспедиция отправилась на пик Ленина. Но туда так просто не проедешь: в Алайской долине находится застава Сары-Таш, пройти можно было только по пропускам, а у карагандинцев не было пропусков, поэтому четверым карагандинцам пришлось добираться окольными путями. Вся экспедиция Казахского Клуба альпинистов поехала автобусом с Алма-Аты через Ош, а карагандинцам пришлось лететь самолётом до Душанбе, оттуда по местной авиалинии лететь до Ляхша. А от Ляхша никакого транспорта дальше не было, поэтому 110км прошли по Памиру пешком и встретились с экспедицией. Состоялось восхождение на пик Ленина, Владимир Викторович вспоминает: - Это было первое моё высотное восхождение, всё хорошо помню. 27 июля поднялись на вершину, в Оше была 40-градусная жара, а на вершине – 28 градусов мороза и ураганный ветер. В 1978 году состоялась большая экспедиция Казахского клуба альпинистов на Чилико-Келимский горный узел. В ней Владимир Вехтер участвовал вместе с Анатолием Поветиным. Совершили много восхождений; на главную вершину Чилико-Келимского горного узла – Чок-Тау, два маршрута на вершину Дюре, где замечательная скальная стена. В 1979 году Карагандинский клуб альпинистов организовал свою экспедицию в Фанские горы. Сборы происходили в альплагере Артуч, который базировался на Куликолонских озёрах. Здесь маршруты были 5Б категории трудности. Было совершено первовосхождение на вершину Борцов за мир 4710м во главе с Николаем Моревым, группа разработала и осуществила собственный маршрут. Состоялись соревнования на первенство Казахстана – восхождение на вершину Мария (4970). В команде были Владислав Шкодин, Иван Фишер, Анатолий Поветин, Владимир Вехтер. В 1980 году сборы происходили в ущелье Гуамыш, тогда это был новый район, альпинистами неизведанный. Покорили много вершин, совершили первовосхождение на вершины, которые назвали Северная и Южная Караганда. В 1981 году снова был Гуамыш, где состоялись большие карагандинские сборы. Предварительные сборы проходили тогда в альплагере Дугоба под Ферганой, а потом поехали в Гуамыш. - В 1982 году советские альпинисты покорили Эверест, в их честь мы назвали новую вершину пиком Советских гималайцев. Этот пик мы заявили на чемпионат Союза в классе скальных восхождени, и завоевали бронзовые медали. Правда, этот пик потом местное население переименовало в Кызыл-Баш – Красная голова. Всё это происходило в Сайрамском ущелье под Чимкентом: очень красивые места, чистые реки, снежные вершины, много дичи. Сходили на высшую точку Сайрамского ущелья вершину Сайрам, это было второе прохождение маршрута. Первое осуществили альпинисты Казахского клуба. 1983 год. Чемпионат Союза проходил на Туркестанском хребте, мы заявили вершину Блок (5239). Чемпионат был очный, собрал много команд: Москвы, Ленинграда, Украины, Казахстана, Таджикистана. Проводилась школа, команды демонстрировали технику работы на скалах. По результатам школы команды допускались к восхождениям. Вершина А. Блок представляет собой северную протяжённую вертикальную стену с суровым микроклиматом. Мы шли на неё три дня и были три ночёвки, на четвёртый день спускались. На чемпионате Союза мы заняли тогда IV место. Места распределились следующим образом: I место – команда России, II место – команда Ленинграда, III место – команда Украины, IV место – команда Караганды. 1984 год. Предварительные сборы проходили в Фаннах, где на чемпионате Союза мы выступали за сборную команду Советской армии и военно-морского флота. Потом поехали на Кавказ, там осенью проходил чемпионат Союза, судьи были с Москвы, в бинокль они наблюдали, как идут группы на вершины. Наша команда совершила восхождение на вершину Мамисон 4319м по северному треугольнику, северная стена. За восхождение получили бронзу. - А мы с Анатолием Поветиным выполнили нормативы мастера спорта по альпинизму. 1985 год. Были в Фанах, а потом поехали в Ала-Арчу на очный чемпионат Союза. В 1985 году я последний раз был в горах. К этому времени у меня в общей сложности получилось 115 восхождений, учитывая тренировочные восхождения, альпиниады и т.д. Вершины уже не нужны были для зачёта, но участвуя в альпиниадах, я совершал восхождения. Кроме того, каждую зиму проводились зимние тренировочные сборы в альплагере Туюк-Су под Алма-Атой. Все вершины Заилийского Алатау: Маншук Мамедовой, Маяковского, Комсомола, Пионер, Учитель, 28 гвардейцев-панфиловце мы прошли и зимой, и летом. В 1986 году я уехал с Караганды на Смоленщину, с тех пор там живу. В Караганду приезжаю пообщаться с друзьями, порыбачить, отдохнуть. В 2011 году с Андреем Фёдоровым отметили свой юбилей-60 лет поездкой в горы, поднялись на пик Абая 4010м. Нам вручили значки «Альпинист Казахстана». Мы много лет не совершали восхождений, опасались за своё самочувствие, но восхождение прошло отлично – дыхание работало хорошо, голова не болела, адаптировались очень быстро. А.А. Поветин: Я сложил все свои восхождения, оказывается, что один год жизни я шёл на гору! Свой путь в альпинизм он начинал в секции альпинизма КПТИ, куда поступил учиться в 1970 году, до этого занимался лыжами и имел I разряд. Стал тренироваться в секции альпинизма, 7 ноября поехал на альпиниаду в Алма-Ату. Совершил два зачётных восхождения и получил значок «Альпинист СССР». В 1972 году был организован спецотряд альпинистов на строительство спорткомплекса Медео, Анатолий попал в этот отряд. В течение трёх месяцев строили лавинные щиты на горе Мохнатка. В свободное от работы время совершали восхождения, Анатолий выполнил нормативы III разряда.

Два года подряд 1973-1974 ездил в альплагерь Ала-Арча, закрыл II разряд.
1975 году - служба в армии. В 1976 году с Казахским клубом альпинистов В. Вехтер и А. Поветин впервые попали в Фанские горы. Экспедиция была длительной, более 30 дней. Из Алма-Аты ехали на машине до посёлка Пасрут в Таджикистане. Оттуда альпинистов вертолётом должны были перебросить в горы, но вертолёт не прилетел, и на расстояние 45км пришлось на себе переносить грузы. У местного населения наняли ишаков и караванами совершили 3-4 рейса каждый. Анатолий Поветин со смехом вспоминает: - Вот сейчас спроси, кому приходилось гнать ишака 45км? Мне в Фанских горах первый раз этот ишак попался, а погонщик – мальчишка-подросток. Загрузили бедного ишака, он идёт 500м, падает на колени и лежит. Чтоб его поднять, надо всё развязать и снять. Мальчишка-погонщик поднимает его, я его опять загружаю, ишак идёт 500м и снова -брык на коленки! Я уже часть груза на себе несу, в посёлок приходим затемно. (В. Вехтер: Уже тебя надо было идти спасать!) Сколько раз этих ишаков использовали, но не сразу поняли, что в ишаках надо разбираться: есть ишаки, которые превосходят лошадь по грузоподъёмности. В другой раз в Гуамыше, у киргизов взяли две лошади и ишака. На лошадь нагрузили два мешка муки – она идти не хочет. А на ишака – два мешка муки и два газовых баллона, и он идёт. Я спрашиваю: - Что так много нагрузили? – Это, - говорят, - качественный ишак, этот донесёт, куда хочешь! Таджик едет – мешок муки загрузит, да ещё сам на ишака сядет.

А сколько дров возят в горах! Арча тяжёлая, как навяжут, или люцерну, клевер накосил, огромную копну навязал, сам ещё сверху сел: только ушки у ишака торчат и сзади хвостик! Ишак очень сильное и трудолюбивое животное.
В то лето Анатолию не хватило одного восхождения 4Б категории трудности для присвоения разряда. Но уже зимой он едет в альплагерь Туюк-Су и участвует в восхождении на пик Комсомола 4330м (сегодня пик Нурсултана) 4Б категории трудности: - Сходили с одной ночёвкой, в группе были Коля Морев, Володя Осипов, Ваня Фишер, этим восхождением я закрыл I разряд. На следующий год он участвовал в экспедиции на Чилик-Келемский горный узел, совершил первые восхождения 5Б категории трудности. Сборы проводились в альплагере Ала-Арча. 1979 году в Фанских горах выполнил нормативы КМС. А дальше ему надо было набрать 20 баллов, чтобы получить МС. Одно восхождение 5Б категории трудности приносило 0,5 баллов, т.е. для 20 баллов надо было совершить 40 таких восхождений. Если альпинист становился чемпионом Союза, это приносило ему 5 баллов, 6 категория трудности давала 3 балла. Для кандидата в мастера спорта надо было сделать одно первовосхождение или два первопрохождения маршрута не ниже 3 категории трудности. В команде Караганды подобралось несколько альпинистов, которым для повышения знаков мастерства не хватало восхождений. Поэтому выбрали для восхождений Гуамыш – нехоженый район, неисследованный. В это время началась активная соревновательная эпопея, в которой Анатолий участвует: два раза он становится призёром чемпионатов Союза. До 1982 года карагандинские альпинисты ходили в горы безаварийно, в 1982 году случилась большая трагедия в Коптау под Чимкентом, погибли 6 человек, двоих не удалось найти. У Анатолия было несколько травм, два раза он падал: в первый раз, когда шёл первым в связке с Владимиром Вехтером на вершину Двузубка. Второй раз – попал под камнепад при восхождении на вершину Свободная Корея в 1986 году. Начало восхождения на пик Свободная Корея суровое и камнепадоопасное. Чтобы успеть пройти до камнепада, альпинисты начинают восхождение ещё в темноте. Но очень тёплая ночь спровоцировала раннее начало камнепада. Альпинистов просто сбросило со стены, у Анатолия пробило мотоциклетную каску, в которой он шёл, и ранило в плечо. Он долго хранил эту каску с дыркой, каска спасла жизнь! Угадать время начала камнепадов часто бывает невозможно, хотя альпинисты посвящают изучению графиков камнепадов достаточно много времени. Обязательно тщательно прорабатываются материалы по восхождениям предшественников, проблем, которые у них возникали. В каждом горном районе был контрольно-спасательный пункт, начальник которого выдавал свои рекомендации и информацию, в том числе о погодных условиях на ближайшее время. Всё это комплексно анализировалось, никто опрометчиво и неподготовленным в горы не ходил. В правилах горных восхождений было чётко прописано: сколько человек должно быть в группе, сколько мастеров, сколько перворазрядников, для восхождений на вершины каких категорий трудности и т.д. В этих правилах встречались и достаточно комичные положения. Так, относительно участия альпинистов- женщин была приписка: «Женщину-инструктора за женщину не считать»! На вершине Чапдара в Фанских горах есть Манагаровский маршрут, его первым прошёл красноярец Манагаров. В отличие от многих других маршрутов этот маршрут сухой, нижние 500м маршрута воды вообще нет, ни ручейка. В связи с этим необходимо нести с собой двухдневный запас воды, а это дополнительный груз. Группа Манагарова несла воду в канистрах, и для контрольного тура на вершине они использовали канистру: положили в неё записку и прибили канистру к стене. - В нашем восхождении на Чапдару участвовал и будущий покоритель Эвереста – Виктор Дедий, в то время готовилась казахстанская экспедиция на Эверест, он был главный кандидат в команду от Караганды. Мы ему всячески помогали, чтобы он туда непременно попал. Ему необходимо было показать и участие в сложных восхождениях, и успехи в соревнованиях. В Сайраме он демонстрировал свой соревновательный потенциал. Участие в восхождении на вершину 6 категории трудности доказывало, что Витя Дедий – специалист по трудным восхождениям.

Анатолий Алексеевич вспоминает:
- Витя проходит суровую стену, я его страхую, и он идёт дальше. А в это время внизу висит Надежда Боброва, единственная среди нас женщина, она спрашивает: - Можно подойти? Я отвечаю: - Подходи, какие проблемы! Она проходит систему зажимов, подходит ко мне и спрашивает: - А стать-то где? Я вишу в «беседке» на крюке и, смеясь, ей отвечаю: Как пришла, так и стой! Вот этот вопрос: «А стать-то где?» мы со смехом вспоминаем всякий раз, когда встречаемся с ней. На стене все находятся в висячем положении, редко когда найдёшь место, куда встать можно. Участие в технически сложных восхождениях стало моей специализацией. В 1988 году состоялась высотная экспедиция на ледник Москвина, с которого мы совершили восхождения на пик Корженевской – первое высотное восхождение Анатолия Поветина, и на пик Коммунизма. А через неделю на пик Коммунизма отправилась вторая казахстанская группа из 8 человек, в которой был темиртауский альпинист – Геннадий Энс. С виду он был крепкий парень, но, оказалось, плохо переносил высоту. Группа попала в непогоду, где-то на высоте 7300м пришлось провести незапланированную ночёвку, он умер на той высоте. Были организованы спасработы, т.к. остальные члены команды тоже были в тяжёлом состоянии. В тот год мёртвого Геннадия Энса не смогли спустить с вершины, где-то на высоте 7200м его привязали к скальному выступу и оставили. Через год Клубом альпинистов была организована экспедиция по снятию со скалы трупа Геннадия Энса. Ребята прошли акклиматизацию, сходили на пик Ленина. Потом 10 дней работали на пике Коммунизма, чтобы снести вниз труп Геннадия Энса, после чего его вертолётом перевезли к пику Ленина и похоронили на альпинистском кладбище. На похороны приехали жена и родственники. Вот такая трагедия, Анатолий Поветин делает из неё свой вывод: - Многие рвутся в горы и не думают о том, что с ними может произойти нечто подобное. А индивидуально у каждого альпиниста есть свой порог высоты, который он перешагнуть не может. Перестройка организма на высоте тоже происходит по-разному - у кого-то быстрее, у кого-то медленнее. Поэтому и на Эверест кто-то может подняться без кислорода, а кто-то только с кислородом. А некоторые уже на пике Коммунизма 7495м теряют сознание и не могут работать. Организованные спасательные работы не дали желаемого результата, все участники были совершенно обессилены и обморожены, Анатолий Поветин, не успев восстановиться после восхождения, должен был участвовать в спасательных работах. В результате у него развился бронхит, за один день он поднялся на высоту 5300м, после чего дышать уже совсем не мог. В связи с тем, что состояние других участников экспедиции также было тяжёлым, было принято решение оставить труп Геннадия Энса на скале до следующего года. В тот год Таджикская Академия наук организовала День памяти Рэма Хохлова, поминки были организованы прямо на леднике Фортамбек, там были накрыты столы. Карагандинские альпинисты тоже принимали участие в этом мероприятии, их на ледник доставил вертолёт. Этим же вертолётом возвращались обратно, а Коля Морев, всегда предприимчивый, активный, склонный к авантюрам, решил ускорить возвращение домой, и договорился с вертолётчиками, чтобы с ними долететь до районного посёлка Джергиталь. Анатолий Поветин составил ему компанию. Посёлок Джергиталь находится под пиком Коммунизма. Из посёлка Поветин и Морев летят на АН-2 до Душанбе. Состояние у них после спуска с вершины аховое: обгоревшие чёрные лица, потрескавшиеся губы, кожа клочьями висит. Самолёт подлетает к Душанбе, и они буквально ощущают, как он раскаляется: в Душанбе жара под 50 градусов. Из Душанбе летят в Ташкент. Около суток скитаются по Ташкенту, у них несколько раз спрашивают документы: с виду настоящие бичи. Там тоже проблема с билетами, они вынуждены взять билеты до Алма-Аты. Вдобавок ко всему, в Ташкенте их оштрафовали в автобусе: у них не было талончиков для проезда, их продавали только в киосках. Летели в Алма-Ату на боинге: двухэтажный лайнер, внизу отделение для грузов, вверху – два ряда кресел для пассажиров. В самолёте летела группа иностранцев, которые с любопытством поглядывали на них – кто эти «страшные» мужики. Двое суток они добирались в Караганду. А остальные ребята дождались своего вертолёта, прилетели в Ош, и своим рейсом улетели в Караганду. Так чрезмерная активность и предприимчивость иногда оборачиваются против нас. Когда через год шли снимать погибшего Геннадия Энса с пика Коммунизма, внизу в разгаре было лето, а на вершине - суровая зима, температура -40 градусов. В группе было 8 человек, сегодня А.Поветин уже не помнит фамилии всех участников той экспедиции, некоторых из них уже нет в живых: Коли Морева, Пети Коваленко. Дорога с ледника Москвина поднимается на Памирское плато, здесь первая ночёвка на высоте 5300м, место называется «Груди», следующая - на вершине Душанбе 6300м. Это был уже третий день пути, погода была очень суровой – мороз, ветер. Немного не дошли до вершины Душанбе, решили организовать ночёвку. Прежде, чем поставить палатку, долго пилили снег и строили стенку, место было на склоне, и ветер всё сметал. Наконец, поставили две палатки, залезли в них. Вначале восхождения были предложения, если будет хорошая погода, то подняться на вершину – с 7200м на 7400м, кажется, небольшое расстояние. Но когда дошли до высоты 7200м, то ни у кого уже не было ни сил, ни желания идти дальше. Анатолий Алексеевич вспоминает один из эпизодов восхождения: - Спуск вниз был не менее сложным, чем подъём, условия чрезвычайные – крутые ледовые склоны. С вершины Душанбе мы зарубились на ледовые сбросы. В экспедиции участвовал мой товарищ Анатолий Филатов, он занимался горным туризмом, но вызвался участвовать в экспедиции по спуску Геннадия Энса. Анатолий из той категории людей, которых невозможно загнать в угол: они в любой ситуации знают, что делать. Но там, на пике Коммунизма, он единственный раз в жизни растерялся. Мы сопровождаем погибшего Геннадия Энса, стоим на голом льду, да к тому же под уклоном в 70 градусов, надвязали уже вторую верёвку, ребят не слышим, он растерянно смотрит на меня: - Бери ледоруб, руби ступень! Вырубили большую ступень, встали на неё. Что дальше? Ору ему: - Вяжи ещё одну верёвку! Положение почти безвыходное, навязали ещё две верёвки, и тут снежок пошёл. Это было последней каплей! Ну, теперь всё, конец! Никогда его не видел в таком отчаянном состоянии!

Владимир Викторович Вехтер делится своими воспоминаниями:

- В 1977 году у нас была большая экспедиция, мы заехали на Луковую поляну, разбили лагерь, группами организовывали заброски, в одной группе руководителем был В.Запеко, в другой – В.Колодин – председатель Казахского клуба альпинистов. Команды были с Караганды, Джамбула, Чимкента, Алма-Аты. На забросках Колодин чувствовал себя хорошо, заброски делали на высоту 5300м, потом в пещеру на высоте 6100м. Перед тем, как идти на штурм вершины, ему стало плохо, он позеленел, пришлось отложить восхождение и спускать его вниз. С нами была тогда ещё Тоня Купченко, у неё началась пневмония. Мы только спустились на 4200, прилетел вертолёт, их отправили в больницу в Душанбе. Ещё 2-3 дня и Таня умерла бы, у неё уже начался отёк лёгкого, на высоте болезнь прогрессирует очень быстро. Тогда у меня упало настроение, столько работы было проделано – сборы, заброски, а экспедиция не удалась. Причём, у меня это была вторая неудачная попытка подняться на пик Ленина, тоскливо, конечно. А параллельно с нами поднималась на вершину группа тольяттинцев, у них руководителем был врач Беккер. Они поднялись на высоту 6700м, и у них один альпинист заболел, они его тоже начали спускать. У нас, казахстанцев, 12 человек во главе с В.Запекой поднялись на вершину, только наша группа вынуждена была отказаться от восхождения. А у них ни один человек не поднялся на вершину. Деньги на экспедицию были затрачены, федерация выделила деньги. Он пришёл к нам с предложением: - У меня есть 4 сильных альпиниста, которые могут пойти на второй штурм, у вас есть кто-нибудь? Ложитесь отдыхать на высоте 4200м, ребята забросят ваши рюкзаки и всё снаряжение на высоту 6100м, там рюкзаки подхватите и пойдёте на вершину. После отдыха мы, четыре тольяттинца – … Маврин, Олег Блохин, Вадим Ястребов, Женя Легович, и два карагандинца – я и Володя Павлов, налегке, чуть ли не бегом поднялись на высоту 6100м, потом на высоту 6700м, заночевали на 6700 в высотной палатке. Во время вечерней связи наш руководитель Колодин настаивал на спуске, так как передали ухудшение погоды, шёл циклон. Мы опять пришли в уныние, у тольяттинцев руководителем был Маврин, который уже был на пике Ленина, он согласен был возвращаться. Остальные убеждали его сходить на вершину, даже предлагали ему остаться на высоте 6700м и подождать нас. Таким образом, было принято решение всё-таки идти на вершину. Разговор с базой был такой: - У нас всё нормально, мы ночуем на 6700м, завтра идём на штурм! Вас не слышно! База! База! И выключили рацию. Мы удачно дошли до вершины, но на вершине поднялся сильный ветер, в 2 часа дня температура была -28 градусов. И когда спустились на высоту 6700м, оказалось, что тот, кто уходил последним, плохо завязал вход в палатку, верёвка распустилась, и палатку занесло снегом. Все устали, сильно пить хотели, но пришлось выгребать снег. Я чувствовал себя лучше других, поэтому принял на себя руководство группой. Я считал, что нужно быстрее спускаться вниз и ночевать на высоте 6100м, а двое тольяттинцев, Маврин и Легович, настаивали на ночёвке на высоте 6700м, вплоть до того, что уже залезали в холодные спальники. Пришлось их убеждать и даже уговаривать, в конце концов, они согласились идти вниз. С палатки всё вытащили, палатку собрали и спустились на 6100. Там уже ничего не сыпалось, было комфортно, много продуктов, бензин и вдоволь воды. 'А.А.Поветин: - В 1991 году я совершил последнее восхождение, это была экспедиция на Хан-Тенгри. Тренировочные сборы проходили в очень красивых местах на Кораколе, Тянь-Шань. Потом перелетели на ледник Южный Иныльчек. Это самый большой ледник в мире, длиной 45км, там находится вершина Хан-Тенгри. Этот район является спорным с Китаем. Спор начался ещё в Советское время, сейчас эти споры звучат, может быть, не так громко. Почему были споры? Ещё до войны границу условно обозначили по высшей точке района. Тогда высшей открытой точкой был пик Хан-Тенгри, без 5м – 7000м. Сейчас вроде прибавили ещё 12м после более точных замеров – 7012м. А в 1943 году открыли пик Победы, 7439м, по широте он оказался южнее Хан-Тенгри. Если по высшей точке, то граница должна проходить через пик Победы. Но китайцы это долго оспаривали. В Советское время много лет туда никого не пускали. Только в конце 80-х смогли альпинисты совершить восхождение. В настоящее время восхождения там совершаются свободно. Пик Победы является самым суровым и кровавым семитысячником. Баланс в каком-то году был такой: 29 человек взошли на вершину и 29 погибли, т.е. 50 на 50. Там очень быстро менеяется погода. Экспедиция на Хан-Тенгри 1991 года была организована Карагандинским клубом альпинистов, в команде было 8 человек. По просьбе Казбека Валиева в команду были приняты японец и японка. Казбек Валиев, участник казахстанского ночного восхождения на Эверест, в то время руководил международным альпинистским лагерем. Японец предпринял несколько попыток восхождения на пик Хан-Тенгри, но безуспешно: то непогода, то проблемы со здоровьем мешали ему. В команде был Витя Дедий, к тому времени он уже был «гималайцем» (сходил на Канченжангу) неплохо знал английский язык, они с японцем общались на английском языке. Японка дошла с нами до пещеры, вырытой на высоте 6100м, сославшись на плохое самочувствие, она дальше не пошла. А японец продолжил с нами восхождение. Помню, что у меня почему-то мёрзли ноги, хотя на мне были утеплённые альпинистские ботинки «Вари Арктик». Даже несколько таблеток компромина проглотил, чтобы согреться. Эти таблетки расширяют периферийные сосуды и помогают согреться. Должен отметить, что у альпинистов в наше время были серьёзные познания по медицине, потому что все проходили подготовку по медицинским вопросам. И если не открытый массаж сердца, то что-то около того, каждый из них мог сделать. Например, любые уколы, и внутримышечно, и внутривенно. I разряд не присваивался без жетона спасотряда, а по медицине - отдельно сдавался экзамен. Обязательно прорабатывались вопросы транспортировки пострадавшего подручными средствами, специальное троссовое снаряжение, лебёдки и т.д. Система обучения работала очень чётко. Вехтер: Существовала цепь альплагерей, в них альпинисты проходили обучение и стажировку, после чего присваивалось звание «Инструктор альпинизма». Поветин: В 1982 году я стажировался в отделении Юры Голодова, который только вернулся с Эвереста, было это в Ала-Арче. По окончании школы инструкторов в зависимости от присваиваемой квалификации, определяли одну или две смены для стажировки: ходить рядом с опытным инструктором и перенимать опыт. 1992, 1993 годы карагандинцы ещё ходили в горы, но потом постепенно Карагандинский клуб альпинистов прекратил своё существование, хотя его потенциал был очень большим, и альпинистов было много. Вехтер: Много студентов занималось тогда альпинизмом, на пике Комсомола организовывались альпиниады. Участников набиралось до 400 человек. Главным организатором был В.Зимин, участвовал Б.Студенин. По наиболее популярным маршрутам студенты шли колоннами. Массовость была поразительная. Я помню, когда приехал альплагерь в первый раз, то в отряде у новичков было 10 отделений по 10 человек, как правило, 5 ребят, 5 девчат. Студенты ехали отовсюду: Новосибирск, Красноярск, Иркутск и т.д. Отряд 100 человек, 10 отделений. Значкистов 50 человек, разрядников – столько же. 5 смен в году по 20 дней. Инструктора тоже приезжали со всего Союза, правдами и неправдами добивались отпуска, освобождения от работы. В альплагере жизнь была весёлая. С первого восхождения приходишь, тебя весь лагерь встречает, цветами выстилают дорогу, поздравляют: - Победителям вершины Панфилова физкульт… Все: - Привет!!! Потом посвящали в альпинисты: обливали водой, мазали сажей, проходили «огонь, воду и медные трубы». Весело было! И всё же, что заставляло проводить молодость в таких трудных походах? Ведь можно было жить гораздо легче и спокойнее? Поветин: Старшее поколение заразило нас своим фанатизмом, своей преданностью горам. В Караганде был Пагануцци – уникальный человек ещё дореволюционного поколения. Он открыл неизведанные до того Фанские горы. Вехтер: - У нас это называлось – перезимовать лето! Конечно, все были женаты, у всех были дети. Уезжал на сборы – двое детей оставалось, знал, что это серьёзно, что альпинизм – такой спорт, что можно и не вернуться. Но, возможно, благодаря пониманию жён, хотя с таким скрипом они отпускали! Терпению их… Поветин: Но с другой стороны, я, когда женился, сразу договаривался, заключал своего рода устный брачный контракт: вот, я летом езжу в горы, если ты хочешь за меня замуж – выходи. Не хочешь – всё, завтра мы даже не встречаемся. Никаких вариантов. Раз согласилась, скрипя зубами, терпела: где-то молча, а где-то негативные мысли произносились вслух. Вехтер: А у меня немного другая ситуация: у моей жены II разряд по альпинизму. Познакомились мы в альплагере, она училась в политехническом институте во Фрунзе. В 1971 году я приехал с карагандинцами Колей Моревым и Димой Шахматовым. Вместе совершили 4 восхождения. Потом у меня была армия, и она меня ждала. В 1974 году поженились, и первое время я спокойно уезжал на сборы. Но когда появились дети, началось: Да зачем? Да там ведь всё может быть! Да сколько поморозилось! Оно, естественно, когда едешь, всегда есть чувство страха. По-моему, только совсем бесшабашный может ничего не бояться. Но когда выходишь на маршрут, это чувство притупляется, думаешь только о предстоящей работе, заботишься об организации страховки и т.д. Поветин: Да, это называется - создание системы жизнеобеспечения. Ко всему был системный подход: от простого к сложному, обучение было всесторонне продуманным. Никто в горы не лез, сломя голову, никто новичка не отправлял сразу на Эверест. Всё делалось постепенно и поэтапно. Люди привыкали, тренировались, узнавали о сложностях, думали, как их предугадать и преодолеть. Книг много написано про альпинизм, я начал собирать их с тех пор, как занялся альпинизмом. Был такой ежегодник «Побеждённые вершины», где подробно излагалась хронология восхождений за год: альпиниады, чемпионаты, сложные восхождения. Была во всём система, к сожалению, всё умерло. Что касается снаряжения, то советского альпиниста сразу можно было отличить от иностранца, особенно последние годы, когда я участвовал в высотных восхождениях. У них был совсем другой уровень снаряжения, это даже сравнивать нельзя было. Вехтер: Наше снаряжение было ВЦСПСовское: штормовые костюмы, рюкзаки одинаковые. Когда достигали определённого мастерства, то доставали себе сами снаряжение, менялись, покупали. Но всё равно на фоне иностранных альпинистов мы выглядели убого. Поветин: Сейчас я захожу в спортивно-рыболовный магазин по Димитрова в Темиртау и вижу, что спокойно можно экипироваться, хоть на Эверест. У меня глаза разбегаются. 99% из тех, кто туда заходит, даже не понимают, что это такое. Сейчас открыли границы, везут всё оттуда. А мы сами делали и планшайбы для спуска, и лепестки, и жумары сами вытачивали. А там всё это было, и питание, и снаряжение. Я всю жизнь работал на машиностроительном заводе, кучу снаряжения переделал неофициально для себя и для команды. Вехтер: Титан возили с Джезказгана, такие замечательные ледорубы и крючья делали, даже иностранцев удивляли. Ледоруб, как штопор в лёд заходил, лёгонький, хороший. Менялись они с нами с удовольствием. Сами рюкзаки шили, пуховики, потому что ничего не было. Если и были ВЦСПСовские спальники из гагачьего пуха, выпускавшиеся для полярников, хорошие спальники, но очень тяжёлые. Поветин: Мы когда готовили восхождение, пошили на команду спецнаги – пуховики для ног, одеваешь и спишь на стене. Иногда в гамаках на стене приходилось проводить две ночи подряд. Вехтер: И сколько таких ночёвок было! И не только в гамаке: ступеньку найдёшь, сидя прибьёшь палатку и висишь над пропастью! Поветин: Люди, конечно, и болели и страдали, было много проблем. И первая проблема, как освободиться с работы, но как-то находили компромиссы. Кому-то приходилось даже рассчитываться, менять работу. Вехтер: Я помню, как вы уехали в Фаны, а я потом один добирался. Работал я тогда на Майкудукской шахте горным мастером, прихожу к заместителю директора по кадрам объединения Карагандауголь Тулепову, он сидит в огромном кабинете, на меня посмотрел, достал пузырёк, насыпал насвай, заложил. Потом взял бумагу, прочитал: - Это хорошо, - говорит,- спорт! Но нам уголь стране давать надо, 48млн тонн, поэтому я такой бумагу подписать не могу! Пришлось уговаривать главного инженера, сына Героя соцтруда А.А. Кубайчука, с которым я работал на одном участке. Он отпустил меня в отпуск без содержания. Я тогда в одиночку добирался на Алаудинские озёра. Когда попали в СКА САВО, стало проще - приходит повестка на работу из военкомата: направить такого-то альпиниста на чемпионат по альпинизму в Средне-Азиатский военный округ на 1,5 месяца. Поветин: Вот когда шли на пик Коммунизма, у нас было 2 примуса на 8 человек. Когда вышли на плато, один примус не работает. Разбираю его поэлементно – не работает, пришлось выбросить и пользоваться одним примусом. Почему перестал работать, никто не знает. Нехитрая конструкция, но надёжная: есть иголка, рейка, шестерёнки, но на высоте 6200м не работает. – Ты проверял примус внизу? – Да, проверял! – Плохо проверял, он, наверно, и внизу не работал! Вот такие случались эпизоды. Как объяснить случай, когда палатку плохо завязали? Как такое могло случиться? Вехтер: На высоте сознание притупляется. У меня было нечто подобное, до вершины оставалось совсем немного, мороз -28 градусов. Последние метры к вершине останавливаешься через каждые десять шагов, каждый шаг на выносливость. И тут у меня рукавица упала, ветром её отнесло на 15 метров и прибило к камню. Надо возвращаться назад, а я думаю: возвращаться или нет? Но в голове всё-таки крутится мысль: а вдруг руки обморожу?! Вернулся назад, поднял рукавицу, одел и пошёл дальше. А кто-то решит не возвращаться и - всё! На высоте 7000м давление кислорода 240мм рт. ст., тогда как внизу – 730 мм рт. ст. Кровь в зависимости от давления кислорода циркулирует по-разному, а это влияет на сознание. Вот и тот случай с палаткой, вероятно, тот, кто выходил последним, думал, что завязал палатку, может, торопился, может, не хотел рукавицы снимать, а в рукавицах плохо завязал, палатка открылась и всё снегом занесло. Поветин: Где-то что-то не доделал, не досмотрел - потом это нам же боком выходило. Вот Чилико-Келимский горный узел. Базовый лагерь на высоте 3000м, альпийские луга, джайляу, уходим на восхождение. Стадо коров в наше отсутствие перемесило палатки, дерьмом сверху залило. Возвращаемся в лагерь уставшие, отработав 20 часов, тут бы поспать, отдохнуть, но в ручье пришлось всё отмывать. В следующий раз всё аккуратно сложили, убрали в укромное место и камнем придавили, прежде чем уйти. Только так! Были и грустно-комические случаи. На вершину Бодхана мы идём по маршруту 6Б категории трудности через «Варежку», нас четверо - Александр Бобров, Стас Рябов, Владимир Вехтер. На леднике есть мульда, чтобы люди не мёрзли, привезли деревянные настилы под палатку. Андрюша лежит на этих досочках, греется, естественно, обнажился. И уснул. А там, в горах, такое солнце, да ещё отражается от «мульды»! Поспал какое-то время, мы приходим: Андрюша ходит на раскоряку. – Андрюша, что с тобой? – Да вот позагорал, всё сгорело! Позагорал ты славно! Так тебя связистом оставлять! Это было, когда мы на Манагарова пошли, Андрюша у нас наблюдателем был. Николай Морев говорит: - Я канистру вижу! А Андрюша – наблюдатель, он говорит: - В прошлом году ходили ребята, точно вот здесь стояла палатка, маршрут начинался Манагаровский. А оказывается, мы не дошли до него одно ущелье, надо было дальше идти. С маршрута сбили и получилось у нас первопрохождение. Поветин: Никто не жалеет, мы были молодыми, и был такой дух соперничества – кто круче, кто выше, кто быстрее. Конечно, есть своя специфика у альпинизма: нас не наблюдали с больших трибун, никто нам не аплодировал. Как сказал известный альпинист Анатолий Букреев: - Горы не стадионы, где я удовлетворяю свои амбиции, они – храмы, где я исповедую свою религию Интересная жизнь была! Теперь, когда встречаемся, первый тост за тех, кого нет. И дальше разговоры, воспоминания. И никто не жалеет, что мы такую жизнь прожили. Может, кто-то и жалел, но тот давно уехал, нашёл другую жизнь. Никто нас не заменит, жизнь не поменяешь, что было, то было. То, что живы остались, слава Богу! Я в принципе фаталист, вот Петя Коваленко, такие кручи прошёл, а погиб - автобус сбил. Морев от астмы умер, хотя в высотных восхождениях участвовал неоднократно. Хотя когда тело Геннадия Энса спускали, он уже на пшикалке своей только держался. Но потом бизнесом занялся, у него он хорошо пошёл, компьютерами торговал. Судьба! Вехтер: Нам с тобой, Андрюша, теперь на 70 лет на пик Комсосола надо сходить, надеюсь, что ногами ещё взойдём. Если не на пик Комсомола, то на пик Школьник мы всё равно залезем. Благодаря альпинизму состоялось наше знакомство со Средней Азией, её историей и восточным колоритом. Мы увидели прекрасные древние города – Самарканд, Бухару, Хиву. Перед рынком в Самарканде находится ансамбль мавзолеев Шахи-Зинда, сооружённый здесь в 15 веке. С нами был Толик Марьяшев, историк по образованию, он знал все минареты, мавзолеи, много и интересно рассказывал, заслушаешься! А ещё там пекут славные лепёшки! Мы были в альплагере Артуч под Самаркандом. Утром встаёшь, идёшь на рынок, там играет музыка, развалы дынь и арбузов. И в огромных стационарных котлах готовят плов. Не знаю, во сколько они эти котлы загружали, но в 9 часов всё уже было готово. Большая пиала стоила 1 рубль. У нас Коля Морев был главным организатором и заводилой, он договаривался по 2 рубля, но чтоб больше положили мяса и морковки. И вот – плов, лепёшки, виноград – завтрак для гурманов! Лепёшки были дешёвые по 12 копеек, а дорогие – по 50 копеек, но помазаны и тмином посыпаны, бесподобные! С тех пор не ел таких лепёшек! Фёдоров: Смешное происшествие было с Володей Лейсом на сборах. Он сам врач, заболел, распухло яичко, какая-то инфекция. У него странная походка, и все спрашивают: - Володя, что такое? - Да, вот у меня яичко распухло, очень большое. Все пристают: - Покажи - да покажи! Приставали-приставали, он показал – все «умерли»! Он вылечился.

- Занимаясь альпинизмом, человек приобретает хорошую физическую подготовку, но не это главное, физическая подготовка на втором плане. На первом плане – моральная сторона или морально-психологическая. Это, прежде всего, готовность что-то преодолевать в психологическом плане, по сути дела альпинизм – это издевательство над собой, т.е. всегда гонишь себя пинками, ставишь какую-то цель и для достижения этой цели превозмогаешь себя: свои слабости, свою неуверенность, ограниченность своих сил. И когда потом с таким настроем, ты входишь в обычные жизненные ситуации, они кажутся гораздо проще. Смотришь на всю эту суету внизу и думаешь: ребята, вы что-то перепутали, у вас какие-то проблемы? Так это вовсе не проблемы! В горах случается сутками не бывает еды, а работать приходится по максимуму, испытывать большие физические нагрузки, да ещё в условиях кислородного голодания. Такие обстоятельства формируют характер, не зря говорят: посеешь привычку – пожнёшь характер. «Привычка» быть в горах и что-то там преодолевать, и формирует такой характер, который потом, ну, очень помогает. А в некоторых случаях, конечно, и вредит, потому что горы ставятся во главу угла, за скобками остаются во многих случаях и семья, и работа, и дети. Ибо, как известно, охота пуще неволи. Но это стоит того? - Для нас – да, для наших близких – нет

Когда человек проходит через такие испытания, он закаляется, становится другим. Может это и помогло Л.А. Авдееву в своё время. Много лет работал мощный институт КНИУИ, в 2000 году он прекратил своё существование, печать была уничтожена. - Неплатежи убили КНИУИ так же, как десятки других предприятий. Точно также перестал существовать и Клуб альпинистов Караганды: работы были сделаны, они были не оплачены, нужно было платить налоги, за неоплаченные налоги шла пеня. А то, что люди не получали зарплату, об этом уже и речи не было. В какой-то мере спасал бартер. Я тогда что только не продавал – и рыбу, и нитки, и консервы, и алкоголь, какие-то левые аргентинские самогоны под названием ром. У меня погреб был забит лещом в томате, месяца три я со своей кошкой пополам каждый вечер съедали банку леща в томате. Больше ничего не было, и людям зарплату я выдавал этими банками. Кому-то удавалось в магазин их пристроить за полцены. Это были трудные 90-е. И единственный отдел КНИУИ, который уцелел - это отдел автоматизации, им и по сей день руководит Л.А. Авдеев: - И даже в трудные 90-е мы одну шахту оснастили автоматизированными системами, внедрили на шахте им. Ленина АСУ безопасности, прошли шахтные испытания, многие задачи там реализовали. Мы доказали, что это работоспособно, что внедрение автоматизированных систем – это требование времени, и именно поэтому нас пригласили на Испат-Кармет всем коллективом.

- В 1994 году я был последний раз в горах, отработал в Туюк-Су, а дальше надо было спасать коллектив, за семь лет я не смог выделить для гор ни одного дня. Кончилось это всё инфарктом в 2001 году, 1января из кабинета Баймухаметова( технического директора  угольного департамента) меня увезли в реанимацию. Начиналось оснащение шахт автоматизированными системами безопасности, по каждой шахте мы рассматривали все варианты: как это будет выглядеть, какие ресурсы для этого нужны, какое оборудование, сроки поставки, сроки монтажа, наладки, испытаний и т.д., всё это обговаривалось. К тому времени мы уже год проработали в Испат-Кармете, многие мои идеи начали воплощаться в жизнь.
- Но в 2002 году, через год после инфаркта, я снова был в Туюк-Су, поднялся на Альпинград. Альпинград - это карман в морене под ледником, защищённый от ветра, куда приходят альпинисты, чтобы не проделывать каждый раз длинный путь с лесной и травяной зоны. С Альпинграда начинаются подходы ко многим маршрутам, альпинисты знают это место: поднялись на 4,5,6 дней, провели там ледовые, снежные занятия, сделали несколько восхождений, продукты все съели - сбежали вниз, там, в лесной зоне отдохнули пару дней, опять загрузились и ещё несколько восхождений сделали. Не сказать, что там тепло, потому что вот он, ледник, рядом, там и в июле ночью минусовая температура. Но всё равно, относительно близко к вершине, можно раненько встать, в 3-4 часа утра, выйти на маршрут и к обеду уже с восхождения вернуться, обсушиться, отдохнуть, следующим ранним утром опять это всё повторить. А если снизу всё это проделывать, то понадобится гораздо больше времени. Каждый год я приезжаю сюда в сентябре, хожу «по местам боевой славы». - Последние мои крупные поездки были в 1993 году на Мраморную стену и Хан-Тенгри, и месяц на Иныльчеке под Хан-Тенгри. Ехали мы туда двумя армейскими грузовиками. Н. Морев со всей группой поехал в Нарынкол, где был штаб погранотряда, за разрешением на вход в зону Б. А мы со всем экспедиционным грузом сразу поехали в Баянколь, в Баянкольское ущелье, которое упирается в Мраморную стену (граница с Китаем). И здесь под дождём нам пришлось менять бензонасос, я простудился и опоздал на первый акклиматизационный выход, группа шла в сутках впереди меня, я пытался догнать, но безуспешно. В этой экспедиции мы с Н.Моревым работали как два тренера, старшим тренером был Александр Тимофеев. Наша группа сходила на Хан-Тенгри, была предпринята попытка участия в первенстве Казахстана – восхождение на пик Победы. Но они дошли до 3900м, там двое суток просидели, пережидая непогоду, и откатились вниз. В 1994 году я отработал на сборах в Туюк-Су в последний раз, всё, больше я альпинизмом не занимался.

В Советском Союзе существовала система массового альпинизма, которая работала как раз на формирование гармоничного и всесторонне развитого члена общества. Тысячи людей сдавали нормативы и получали значок «Альпинист СССР», это работала государственная программа.

А.Фёдоров: - Программа была направлена, прежде всего, на оздоровление молодёжи, на её развитие. Сейчас этого нет, и я считаю, что молодёжь обделена. Советские юноша или девушка могли себя попробовать в альпинизме: услышали, что проводится массовая альпиниада, записаться, сходить в горы. Понравилось или не понравилось – это уже другой вопрос. Но они попробовали и увидели, что такое горы. Кому понравилось - продолжали заниматься какое-то время или всю жизнь. Кому не понравилось – приобрели знания, узнали, что это такое. Современная молодёжь этого лишена, это плохо.

Л.Авдеев:- Работало ещё то, что путёвки в альплагеря распространялись через систему профсоюзов, профкомы на предприятиях. Стоимость их для участников обходилась от 15 до 20% от себестоимости, и каждая четвёртая путёвка была бесплатной, ею награждали особо выдающихся. Тебе же тоже бесплатную путёвку давали? А.Фёдоров: - Да, когда я демобилизовался из армии. Л.Авдеев: - Альпинизм, который был создан в Караганде, формирование и развитие которого мы продолжали, это Советский альпинизм, он вырос из Советской системы, нигде в мире такого альпинизма больше не было. То, что имеем сегодня, это другой альпинизм, который больше похож на западный. Мы к нему относились с известной долей брезгливости. Считали, что же это такое – человек один лезет на гору, это недопустимо, должен быть коллектив. Когда я в первый раз работал гидом у иностранцев, меня поражало, что человек садится отдыхать, достаёт из рюкзака примус, большую кружку или котелок, варит себе кушать, съедает всё это в одиночестве, упаковывается. В десяти метрах от него сидит его друг, с которым они вместе лезут на гору, он тоже сам по себе - кушает свои продукты. Тогда всё это нас поражало, а теперь всё это становится нормой. Почему же от советской системы в альпинизме отказались? Потому что Советский Союз, хоть и был 1/6 частью суши, но всего лишь 1/6, а все остальные жили и развивались по другим законам, в том числе и в альпинизме. Во главу угла в альпинизме на западе ставились и ставятся сегодня, как самые важные критерии, индивидуальные достижения. А.Фёдоров: - Для нашего поколения это неприемлемо. Л.Авдеев: - Поэтому мы уже и не занимаемся альпинизмом.

Участвует ли государство в развитии альпинизма? - В Казахстане была такая попытка, пожалуй, единственная, десять лет тому назад была программа: водрузить флаг Казахстана на высших точках всех континентов, государство в ней участвовало. - Спорным является вопрос о том, является ли альпинизм одним из видов спорта. В Советском Союзе это был вид спорта, хотя он существенно отличался от других видов спорта. Например, в любом стандартном виде спорта – лёгкая атлетика, бокс, штанга и т.д., если становишься чемпионом республики или Союза, сразу получаешь мастера спорта. А в альпинизме, если ты получил золотую медаль, стал чемпионом Союза, то ты всего лишь заработал десять баллов, а чтобы получить звание «Мастер спорта» необходимо 25 баллов, в течение трёх лет, т.е. два года подряд ты должен становиться чемпионом Союза и один раз бронзовым призёром. Только в этом случае тебе присваивалось звание «Мастер спорта». Ни в одном виде спорта такого не было. Ни в одной стране мира, кроме Советского Союза, альпинизм спортом не считался. Может быть, там и не должно было быть никаких званий? Но в то же время, звания - это был стимул, оценка квалификации спортсмена. В Казахстанской Федерации альпинизма А.Тимофеев пытался всё это возродить: сохранился значок «Альпинист Казахстана» (по аналогии со значком «Альпинист СССР»), это начальная ступень подготовки, сохранились разряды, звание «Мастер спорта Казахстана». Всё это А.Тимофеев пытался сохранить, выпускал соответствующие документы. Но ведь инфраструктура вся была разрушена, не было пирамиды подготовки альпинистов, которая работала в советское время. Есть отдельные личности, которые зарабатывают деньги, предпринимают восхождение на какую-то гору, добиваются высоких результатов. Например, два казахстанских альпиниста выполнили программу «14 вершин», их знают во всём мире, но это не спортивный альпинизм, это - достижения какого-то конкретного человека. Потому что спорт - это, прежде всего, соревновательный компонент, а сейчас его в альпинизме нет. - Несколько слов хочу сказать о своих друзьях-альпинистах. Дружба, приобретённая в горах, оказалась прочной и многолетней. Не с каждым из них я ходил в одной связке на восхождения, но мы вместе ездили в Дарью, с рюкзаками за плечами шагали от станции Дарья к скалам по пятницам и в обратном направлении по воскресеньям. Сидели у одного костра, лазили по одним и тем же скалам, мы вместе начинали, бывали часто друг у друга в гостях, общались, выпивали. Что-то характерное? Да, такие же люди, как все, обыкновенные, но сделаны мы из одного теста. Они были моими личными друзьями. Пётр Константинович Коваленко, 1948 года рождения, окончил Карагандинский педагогический институт, факультет ИЗО, был талантливым художником. Будучи студентом, он создал и несколько лет руководил секцией туризма и альпинизма Карагандинского пединститута. Он очень мощно пошёл в альпинизме, один из немногих, кто дошёл до мастера спорта. У него на счету есть несколько сложных замечательных восхождений, а погиб очень нелепо - ехал на велосипеде и его сбил автомобиль. Мне с Коваленко не довелось вместе сходить на восхождения, но мы много лет дружили. В 1976 году закончился мой спортивный альпинизм, а ребята все дальше пошли. Я же занимался в основном воспитанием молодёжи. Александр Вениаминович Тимофеев тоже был мой старый друг, мы в одной лаборатории в КНИУИ работали, он пришёл в лабораторию после службы в армии. Мы познакомились 7 ноября 1967 года, и с тех пор дружили. Последние годы в сентябре я приезжал в горы, и он поднимался ко мне, и вечерами мы сидели и вспоминали прошлое, и рассказывали друг другу. И поднимались вдвоём на какую-нибудь вершину. Николай Борисович Морев был человек незаурядный, предприимчивый, авантюрный. Он учился в пединституте на физмате. Н.Мореву досталась бесплатная путёвка в альплагерь, он на крышах вагонов поехал в Ала-Арчу. Долго рассказывал потом, как он бесплатно съездил в альплагерь, даже на дорогу не потратился. Много позже он таким же способом съездил в Париж. Кличка у него была – «Халява». Вторую кличку «Директор» получил, когда по распределению по окончании института работал директором вечерней школы в Актау, школа была для заключённых. Мы с ним тоже ходили в одной связке. Геннадий Петрович Плугин - мой напарник по связке, мы с ним в КНИУИ в одной лаборатории работали, были очень близкими друзьями, и женились на подругах. А погиб он на сборах в Туюк-Су при восхождении на вершину Отечественной войны. Чёрный камень – место, где сошла лавина, дело было после снегопада. Вместе с Геной Плугиным погибли 8 человек – наша группа и новосибирская. Я каждый год хожу на место гибели Геннадия Плугина, поднимаюсь на Чёрный камень. Друзей, о которых я рассказал здесь, уже нет, они ушли из жизни. Но память о них живёт в моем сердце и моей памяти. Я благодарен им за незабываемые горные пейзажи, за трудные горные дороги, за ночёвки на скалах, за наше братство в альплагерях, за заботу и поддержку, когда я в этом нуждался. За то, что они были в моей жизни.

Александр Вениаминович Тимофеев

    Александр Вениаминович Тимофеев один из самых талантливых и успешных карагандинских альпинистов, его товарищи по команде и сегодня с восхищением вспоминают, как легко он преодолевал сложные участки в горах, с какой скоростью, какой высокой техникой обладал. Он единственный из альпинистов своего поколения до последних дней своей жизни был связан с альпинизмом, последние годы был вице-президентом Федерации альпинизма Казахстана. Он размышляет и анализирует альпинизм советский и альпинизм западный, понимает, что советский альпинизм канул в лету, что надо приспосабливаться к новым условиям, находить новые решения и всё-таки ходить в горы. Он очень заинтересованный человек и ему не безразличны судьбы альпинизма в нашей стране. Его рассказ то оптимистичный, полный гордости за своё поколение, то грустный при осознании потерь, которые понёс альпинизм в годы развала СССР, всё-таки исполнен веры, что альпинизм будет жить. И молодёжь обязательно будет совершать горные восхождения, тем более, что в Казахстане, в частности, в г.Алматы, природа сама создала для этого уникальные условия.
Как я пришёл в альпинизм? В 1964 году я поступил в училище №1, где мастером производственного обучения работал Анатолий Дмитриевич Терехов, очень известный в Караганде альпинист и руководитель секции альпинизма в училище. В училище поначалу занимался лыжами и довольно успешно. Но когда я узнал, что А.Д. Терехов собирает команду на республиканские соревнования спортивного общества «Трудовые резервы» по горно-туристской технике, которые проводились в Алма-Ате, я решил тоже участвовать. А.Д. Терехов проводил строгий отбор, желающие попасть в команду должны были показать хорошую физическую подготовку. Я успешно с этим справился и попал в команду. В Алма-Ате, уже на вокзале я впервые увидел горы: над крышами домов парили заснеженные горные хребты, и это оставляло незабываемое впечатление. Соревнования проходили в Бутаковском ущелье, мы заняли первое место. После соревнований состоялся поход в Левый Талгар, дело было в апреле, в горах было ещё много снега, тяжело было идти – снегу по грудь, за плечами тяжёлый рюкзак, но всё это мы преодолели. Когда вернулись в Караганду, за спортивные успехи и хорошую учёбу меня наградили путёвкой на турбазу Горельник. Там я участвовал в 10-дневном походе по маршруту Алма-Ата-Талгарский перевал-Левый Талгар-Перевал Туристов - Чолкеним-озёра. Поход запомнился мне тем, что из 10 дней 8 дней лил дождь. Мы шли группой 25 человек, с нами были два инструктора, которые много рассказывали про восхождения альпинистов на горные вершины, я слушал их и думал о том, что даже горные перевалы преодолевать тяжело, так каково же это – подняться на вершину? Мне было 16 лет, состоялось моё знакомство с горами, но горные вершины ещё были впереди. Поход мне понравился, а в сентябре А.Д. Терехов направляет нас – Володю Волкова, Алеександра Проскурякова, Мачкина и меня по путёвкам в альпинистский лагерь Туюк-Су под Алма-Атой. В то время альпинизмом можно было заниматься с 17 лет, нам с Проскуряковым было по 16, А.Д. Терехов написал записку начальнику учебной части Ю.Гудкову, нас приняли с испытательным сроком. После курса занятий мы успешно сдали экзамен, в 1964 году я выполнил нормы на значок «Альпинист СССР». Вот такой насыщенный старт состоялся у меня в альпинизме. Должен сказать, мне это нравилось, меня это вдохновляло. Первым моим инструктором был Виктор Николаевич Сидельников, очень известный в Союзе альпинист, а через 10 лет я уже в одной с ним команде стал чемпионом Советского Союза. Мне пришлось, поскольку я карагандинец, четыре раза ездить в альпинистские лагеря, практически в альплагерях я выполнил 2 разряд. А это было связано с тем, что каждый раз был новый инструктор и новые требования. В 1967 году я оканчиваю училище с отличием и поступаю в КПТИ на шахтёрскую специальность «Комплексная механизация и автоматизация горных разработок», отец и брат работали в шахте, я пошёл по их стопам. Продолжая заниматься альпинизмом, я вышел на Ерванда Тихоновича Ильинского, который работал тренером в республиканском отделении ДСО «Буревестник». Е.Ильинский взял меня на сборы, присмотрелся, ребята со сборов дали хорошие отзывы о моей физической подготовке, я попал в команду. В КПТИ в альпинистской секции я сразу стал лидером, как бы даже возглавил секцию, в то время она была общей секцией альпинизма и туризма. После окончания института в 1972году по распределению я попал в армию. В то время в армии наметилась нехватка офицерских кадров, поэтому 40% выпускников КПТИ, где была своя военная кафедра, направлялось на службу в армию. В 1973 году Е.Т. Ильинскому предложили перейти в СКА САВО, уровень команды был достаточно высоким, а ДСО «Буревестник» не располагало средствами для её дальнейшего развития. Переход в СКА САВО был своевременным, возможностей для совершенствования и роста мастерства здесь было гораздо больше. Мы относились к Средне-Азиатскому военному округу. Это был округ первой категории, т.е. очень крупный и мощный, в 70-х годах с Китаем отношения были сложные, поэтому на границе с Китаем Советский Союз и создал этот округ. Всё лето я проводил в экспедициях, зимой - на сборах. Вопрос решался очень просто: мне в часть приходила телефонограмма и я ехал. Дважды на моём жизненном пути возникала перспектива попасть в армию, первый раз мне удалось её избежать – я поступил в институт. По окончании института мне всё-таки пришлось служить, правда, уже в качестве офицера. На последнем курсе нас убедили, что все выпускники института будут служить в армии, и что лучше сделать это сразу по окончании института. Желающие служить написали рапорт, я был в их числе, служил я чуть больше двух лет. Безусловно, армия играет важную роль в становлении личности, возмужании, приобретении необходимого жизненного опыта. Годы для меня были продуктивными: я много тренировался и ходил в горы. Отслужив в армии, я пошёл работать на шахту сменным инженером. В 1974 году был переизбыток инженеров в угольной промышленности, на шахтах Караганды, можно было устроиться на работу в Шахтинске, Сарани, Шахане, но не в самой Караганде. Помог мне тогда отец моего друга А. Алёхина, с которым мы вместе занимались скалолазанием. Он работал директором производственного объединения Карагандауголь. При его содействии я был принят на шахту Карагандинская. Проработав там год, я понял, что невозможно совмещать сменную работу в шахте с альпинизмом, и ушёл работать в КНИУИ. Конечно, потерял в зарплате, но это позволяло мне тренироваться и готовиться к походам в горы. В то время у меня была программа максимум: выполнить мастера спорта, а потом уже думать о личной жизни – о женитьбе, семье, детях. Звание мастера спорта я получил в 1975 году, в 1974 году на чемпионате Союза наша команда заняла третье место, в 1975 году – первое место. В 1975 году я женился, жену предупредил, что я альпинист, что я буду ездить в горы. Мне повезло: жена не препятствовала моему увлечению альпинизмом, относилась с пониманием, хотя ей приходилось нелегко, потому что я уезжал надолго. В нашей команде мастерство альпинистов росло с каждым восхождением, всё складывалось удачно для меня, пока я не задумал восхождение на пик Коммунизма (в настоящее время пик Сомони). Тогда эта вершина находилась на территории Советского Союза, сейчас это Таджикистан. Там есть Южная стена, по сложности ей не было равных в Советском Союзе. Там, во-первых, перепад 3км, серьёзная стена. Я был тогда уже в сборной команде Союза, в 1976 году мы попробовали пройти эту стену, но началась непогода, и с середины пути нам пришлось спуститься. На следующий год мы снова полезли на эту стену. На высоте 6500м мы с Виктором Шкарбаном работали первыми, вперёд навесили верёвки, в то время как остальные ребята пытались организовать ночёвку на стене. На каком-то приступке полусидя-полулёжа легли спать. Утром я встаю и вместе со всеми начинаю собираться, грею ботинки, а мне говорят: - Мы идём вниз. Я спрашиваю: - Почему? – А ты сутки без сознания был. А я ничего не помню, полный провал, и только когда мне это сказали, я почувствовал слабость и недомогание. Скорее всего, это была простуда, но тяжёлая работа и высота усугубили моё состояние. На такой высоте болезненные процессы развиваются с невероятной скоростью, допустим, воспаление лёгких уже в течение первых суток вызывает отёк лёгких, изо рта начинает идти пена, и человек погибает. Пришлось прекратить восхождение, меня не спускали, я сам спускался, но этот факт, подпортил мою биографию. В то время готовилась первая советская экспедиция на Эверест, и я был одним из кандидатов в команду, а после этого случая моя кандидатура уже не рассматривалась. Случай получил огласку, восхождение проходило в рамках чемпионата Союза. Я так и не смог выяснить причину моего заболевания, предполагалось, что у меня была ангина, на фоне ангины развивались все остальные осложнения. Вернувшись в Караганду, я обращался к медицинским светилам, просил удалить мне гланды, чтобы исключить рецидивы болезни в будущем. Объяснял, что хочу ходить в горы, мне нужны гарантии и т.д. Профессора заявили, что гланды у меня в хорошем состоянии, удалять их не надо, посоветовали закалять горло – есть мороженое. В какой-то степени моя карьера альпиниста была перечёркнута, и я уже рассматривал для себя возможность перехода на тренерскую работу. Хотя какое-то время ещё участвовал в чемпионатах Союза. 1978-1979 годы собрал народ, начал формировать команду альпинистов Караганды: и стал с ними заниматься как тренер. Ребята к тому времени были уже перворазрядниками и КМС: Андрей Фёдоров, Глеб Айгистов, Анатолий Поветин, Петя Коваленко, Володя Вехтер, Володя Сон, Александр Иванов, Иван Фишер, Николай Морев. И уже своей командой стали выступать в чемпионатах Союза. Чемпионаты раньше проводились один год профсоюзные – среди спортивных обществ «Енбек», «Спартак», «Буревестник» и т.д. А другой год – территориальные, в которых участвовали сборная команда Казахстана, сборная Таджикистана, сборная Узбекистана и т.д. Соревнования обычно происходили по 4 классам: техническому, скальному, высотно-техническому и высотному. Наша команда выступала в одном или нескольких классах. Один год бронзу взяли в скальном классе. Второй год – тоже бронзу в техническом классе. В Казахстане альпинизм был развит в Чимкенте, горы у них были рядом, в ста километрах от города - Угамский хребет, Сайрамское ущелье, маршруты до 6 категории сложности. Неплохая команда была в Восточном Казахстане, у них под боком Алтай, гора Белуха. Лидером конечно была Алма-Ата, здесь были уникальные условия для занятий альпинизмом – близость гор. Мы были вторыми в республике после Алма-Аты и по качеству, и по количеству занимающихся альпинизмом. После того, как я первый раз побывал в Алма-Ате и увидел горы, я мечтал жить в Алма-Ате. Как только у меня появилась такая возможность, я ею воспользовался и переехал в Алма-Ату. И сейчас я сажусь на машину и через час я уже на высоте 2500м, прогулялся до 3000-3200м, вернулся, сел в машину и через час я дома. Таких городов в мире больше нет, чтобы находились так близко к горам. После случая на Южной стене, я стал больше заниматься тренерской работой. В это время произошёл развал Советского Союза, стали появляться кооперативы, открылись какие-то возможности предпренимательской деятельности. Тогда мы с Глебом и решили открыть Клуб альпинистов здесь, в Караганде. Открыли Клуб, начали зарабатывать деньги промышленным альпинизмом. Дела у нашего клуба шли успешно: мы открыли детскую школу скалолазания, залы арендовали, тренеров наняли, экспедиции, сборы альпинистские проводили, массовые, по 100 человек приезжали. Единственная проблема была в то время: были деньги, но негде было купить снаряжение. Работали шесть лет, дали хороший толчок развитию альпинизма в Караганде. Когда на Карметкомбинат пришли новые хозяева, они отказались платить долги, создали отдельную контору «Кармет», куда перешли все долги Кармета, индусам досталось чистое от долгов предприятие. Что уж говорить о долгах Карметкомбината Клубу альпинистов Караганды, если один из крупнейших в Казахстане трест Казметаллургстрой, которому Карметкомбинат должен был в момент передачи около 3 миллиардов тенге, ничего не получил и прекратил своё существование. Мы там потеряли колоссальные средства, и уже не смогли восстановиться.

Надежда Владимировна Боброва.

    Надежда Владимировна Боброва – единственная среди девушек Караганды МС по альпинизму, и в 60 лет красивая и изящная,  тоненькая и хрупкая, в ней не предполагаешь большую физическую силу. Что же помогало ей покорять горные вершины? Выносливость и сила духа, смелость и трудолюбие! А также любовь к путешествиям, неиссякаемая энергия в ней, всегда  отрицавшая пассивный отдых, влекущая к покорению новых горных вершин,  движение, как главный стимул в жизни. А те, с кем она разделяла трудности восхождений, отмечают её доброту и чуткость, желание помочь другим в условиях, когда и самой нелегко. В ней поражает умение гармонично сочетать профессию и спорт, альпинизм и воспитание сына, одинаково успешно работать экономистом в аэропорту, вести бухгалтерию больших фирм, и работать инструктором альпинизма. Она плавно переходила от одного вида деятельности к другому, не пасовала перед  трудностями и  уверенно решала проблемы, выдвигаемые жизнью. Её трепетное отношение к друзьям, способность открывать и ценить в них таланты, подмечать редкие качества и особенности каждого, свидетельствуют о широте её души, незаурядности и талантливости.
Я всегда была активным человеком, мне ещё в школе нравились походы, поездки на природу, пассивный отдых был не по мне. В 1969 году я поступила в Рижский институт инженеров гражданской авиации. И когда я увидела на кафедре физкультуры объявление, что секция альпинизма объявляет набор, то тут же побежала записываться. Это было в 1969 году. У нас была неплохая студенческая секция, занимались в основном скалолазанием, участвовали в соревнованиях, техническая подготовка была хорошей. Самое главное – секция получала путёвки в альплагеря, в то время в Латвии было только ДСО Даугава, мы к нему относились. ДСО Локомотив было при железной дороге, у них были свои инструктора, они проводили соревнования по скалолазанию, мы с ними дружили, т.к. тоже относились к транспорту. Первый наш выезд был совместным на Тянь-Шань, в альплагерь Туюк-Су. Это были маленькие сборы на первомайские праздники. И там у нас произошёл несчастный случай – на втором восхождении с лавиной улетела связка альпинистов. Как все новички, мы совершили квалификационный поход и стандартное восхождение на вершину Школьник. У нас осталось время, и мы пошли на вершину Маншук Маметовой, 1 категории трудности. Хоть мы и выполнили нормативы на значок «Альпинист СССР», но ни опыта, ни знаний у нас ещё не было. Инструктор почему-то повёл нас не по маршруту 1 категории трудности, а по лавиноопасному склону. И тут сошла лавина, и двое ребят в связке улетели с лавиной. Инструктор с одним из старших ребят спустились вниз, а мы остались стоять на склоне и простояли довольно долго. Приехали спасатели и нас сняли оттуда. Вот такое было первое знакомство с горами. Потом я ездила в альплагерь Талгар, и к окончанию института у меня был III разряд по альпинизму. Это не очень большие успехи, но на уровне студенческих секций. Распределилась я в г.Краснодар потому, что там рядом Кавказ, я знала, что там хорошая секция альпинизма, в альплагерях мы встречались с альпинистами г.Краснодара. Был у меня даже адрес одной девочки, с которой мы познакомились в альплагере, я сразу к ней приехала, она была из ДСО "Труд", и я попала сразу в ДСО "Труд". Мы совершали много восхождений: ездили на альпиниады в районе озера Рица, там есть район Кардывач. Домбай был нашим домом, мы там жили, работали инструкторами. Альплагерь в Домбае вообще считался краснодарским лагерем. Но так получилось, что в 1982 году я вернулась в Караганду. Причины житейские: как молодой специалист я восемь лет простояла в очереди на квартиру, могла простоять ещё столько же, можно было стоять всю жизнь. В те годы строили мемориал на Малой земле, в Анапе построили аэропорт, хотя он там абсолютно не нужен был, Краснодарского аэропорта хватало за глаза. Но построили ещё большую полосу в Новороссийске. В Краснодаре жилья вообще не строили, поэтому не было никаких шансов получить квартиру. Жила сначала в общежитии, потом с мужем в квартире с его родителями, было достаточно тесно. А в Караганде у сестры квартира была, она с мужем уехала временно в другой город, мы приехали сюда временно пожить. Я была беременна, родила сына, а потом мы познакомились с альпинистами с Глебом Айгистовым и Александром Тимофеевым. Это был 1982 год, у меня был маленький ребёнок, и я не занималась альпинизмом, но в 1983 году уже готова была выезжать в горы и поехала на зимние сборы. В то время я уже совершала восхождения на вершины 5Б категории трудности и была инструктором по альпинизму. Поэтому я быстро влилась в СКА САВО, где уже тренировались Глеб Айгистов и Александр Тимофеев, с ними я ездила на сборы. А потом так получилось, что мы уже не захотели возвращаться в Краснодар, тем более что работа здесь для нас была. После декрета я вышла работать в аэропорт экономистом в плановый отдел, я - инженер-экономист гражданской авиации. В Краснодаре я работала во Всесоюзном институте применения авиации в народном хозяйстве. Работа была интересной, много было командировок по всему Советскому Союзу. Там НИИ, а здесь непосредственно в плановом отделе, в отделе труда и заработной платы, чисто работа плановика. Работала я здесь достаточно долго и выезжала на сборы, не так долго, как бы хотелось, только на время отпуска. Восхождений совершали много, сборы были очень насыщенными, потому что Тимофеев с Айгистовым так организовывали: приехали, загрузились, поставили палатки, на следующий день тренировочное восхождение и тут же начинались спортивные восхождения. За двадцатидневные сборы мы успевали совершить 2-3 восхождения 5Б категории трудности, это много, потому что такие восхождения занимают много времени. Моим тренером по ОФП (Общефизической подготовке) был Шамиль Габидуллович Мусин. Это редкая умница, тренер от Бога. Он мне дал столько в плане общефизической подготовки, что ни я сама, никто другой не смог бы. Потому что для него не существовало вообще никаких проблем, приходишь и говоришь: - Шамиль, я к вам тренироваться! Он говорит: - Что ты хочешь? - Мне нужна ОФП на сборы. Он говорит: - Пожалуйста!

Специальной подготовкой он не занимался. Специальная - это прохождение скального рельефа, снежного рельефа и ледового. Специальной подготовкой  на зимних сборах и выездах на скалы в Каркаралинск  занимались Александр Тимофеев и Глеб Айгистов.  У Шамиля  было одно условие – не пропускать тренировки, работать на совесть. Тренировалась я вместе с Таней Канн, которая впоследствии стала абсолютной чемпионкой Союза по скалолазанию. На тот момент ей не хватало рейтинга, т.е. ещё один раз нужно было показать очень высокий результат. Я тоже приблизилась к получению звания МС, мне не хватало баллов, нужно было участие в чемпионате Союза. Мы обе были заинтересованы хорошо подготовиться к следующему сезону, и Шамиль взялся с нами заниматься. Мы встречались на лодочной станции в парке, жили мы недалеко и успевали на тренировки после работы. У Шамиля была своя программа подготовки,  которой он строго придерживался. Программа сводилась к постоянному наращиванию нагрузок, и это несмотря на то, что была зима, стояли холода. Тренировки проходили  4 раза в неделю по продолжительности не менее двух часов, это большая нагрузка. Сначала разминочный бег, а потом Шамиль мог сделать спортивный снаряд буквально из любой палки, которая встречалась на пути. Он поднимал эту палку, мы с ним держали  её, а Таня на ней отжималась. Потом он и Таня держали - я отжималась, переворачивались и подтягивались на ней. Бежали дальше, находили железную стелу или какую-то другую металлическую конструкцию:  нужно было залезть на эту конструкцию и спуститься. Если учесть, что это было холодной зимой, мороз и ветер, мы были тепло одеты, то это было совсем непросто. Так  было на протяжении всей тренировки: любая палка, лавочка, какие-то скульптуры – всё служило нам снарядами для тренировок.  Очень часто мы занимались, а рядом стоял патруль милиции - они не могли понять, что мы тут делаем. Шамиль говорил: - Нет-нет, мы не хулиганим! Всё нормально. Они полтренировки за нами ходили, а потом перестали на нас обращать внимание. Ну, а потом бег - он вырабатывает выносливость и скоростную выносливость, что в альпинизме и скалолазании очень важно. И скалолазам, и альпинистам нужны длительные скоростные нагрузки,  потому что часто приходится испытывать рваные нагрузки:  допустим, верёвку надо  очень быстро пройти, а потом долго стоять на страховке, т.е. нужно максимально  выложиться на этой  верёвке, а  потом уже восстановить дыхание. Причём,  ты приходишь и продолжаешь работать. Шамиль  учил нас отдыхать во время движения. Например, бежишь и немного темп уменьшаешь, а из-за этого совсем другой ритм дыхания и дыхание восстанавливается.  У него ещё было потрясающее чувство юмора: он, например, мог сказать: - Всё, в субботу отработаем, а в воскресенье отдыхаем, сходим вот только на  Курминку! Мы с Таней, как две послушные ученицы: Курминка, так Курминка! 25км! И вот мы пешком идём на Курминку, лазаем по скалам - там есть сложный участок с отрицательным уклоном, а с другой стороны простой скальный склон, мы на этом склоне тренируемся. Назад, правда, едем автобусом. Такой был у нас отдых.  Зато и результаты были очень хорошие на следующий год после этих тренировок Шамиля: и Таня, и я получили звание МС. Редко кто может так талантливо  проводить тренировки, во всяком случае, я  не встречала. Я не умаляю достоинства  других тренеров, но так, чтобы из каждой палки, из каждой железки  сделать снаряд, на ходу придумать какое-то упражнение, и так в течение всей  тренировки – в этом, безусловно, талант тренера! Причём, он подходил очень строго: мы с Таней вели дневник, где обязательно  считали и записывали пульс - лёжа, сидя и стоя, он проверял.  Обязательно ходили в физдиспансер, измеряли давление, слушали сердце. И за нашей  диетой следил!  Едем в Каркаралинск на сборы, весёлая компания за столом, я тянусь за булочкой - вдруг кто-то останавливает мою руку и говорит: - Булочку? Ты плохо подтягиваешься, а ещё булочку хочешь съесть, ты вообще не подтянешься! Я от булочки отказываюсь, сижу и   жую огурец!  Вот такой Шамиль, он требовал неукоснительного выполнения своих требований! Если он за что-то брался, то делал  это очень качественно и со знанием дела. Он следил за нашим дыханием, обязательно следил, как мы одевались. Стояли  морозы, а темпов тренировки он не снижал. Мы завязывали шарфы, чтоб холодным воздухом не обжечь дыхательные пути. Шарфы намокали от дыхания, но он говорил, что это ничего страшного, главное, что холодный морозный воздух не попадает напрямую в дыхательные пути. Мы с Таней часто вспоминаем год наших тренировок с Шамилем и много смеёмся - весёлый был год и очень плодотворный, причём, и у неё, и у меня был маленький ребёнок, мы работали, после работы забирали детей из садика и бегом на тренировку. После тренировки прибегали домой, конечно, мужья помогали  нам. Мне мама ещё помогала. Но за нас не делали -  уложить ребёнка спать, книжку ему перед сном почитать - это была моя святая обязанность. И ребёнок сидел и ждал, когда мать непутёвая прибежит с тренировки.
В Караганде сложился очень хороший коллектив альпинистов – дружный, неконфликтный, никаких закулисных интриг и склок. Я не знаю, благодаря кому так сложилось, потому что я влилась уже в готовый коллектив. У всех была одна цель – ходить в горы! А Александр Тимофеев всегда говорил: - Если ты технически готов, то вот они, горы, пожалуйста! Всех выпускал! На чемпионат, конечно, был отбор, но дрязг по этому поводу не было. Зимние учебно-тренировочные сборы проводили в феврале в Туюк –Су. Зимой горы выглядят по-другому: скалы засыпаны снегом, нужна другая техника, где-то сложнее, где-то проще. По снегу и по льду идти легче, но холодно. И открытие сезона, и тренировки, и сборы, мы всегда участвовали, и деньги получали со всех ДСО –и Буревестник, и Спартак, и Енбек, и СКА-САВО. И уже не смотрели, с кем ехать: мог Иванов с ДСО Буревестник позвонить и сказать: - Я могу двух человек провести на самолёте, если хочешь, быстренько слетаем. Т.е. у нас не было деления на ДСО, хотя официально все были где-то закреплены. Спартак тренировал Николай Морев, Буревестник – Александр Иванов, Енбек – Иван Фишер, Армия - Глеб Айгистов и Александр Тимофеев. Можно было ходить на любые тренировки, где тебе ближе, где тебе удобнее. Шамиль принадлежал к ДСО Енбек, тренировки он проводил на улице. Я тоже предпочитала тренироваться на улице. Потому что зальные тренировки - это немного побегал, а потом - игры. Игры я не люблю, хотя для многих ребят игр было достаточно, чтобы летом быть в форме. Вероятно, мужчинам физическая подготовка природой дана, им не нужно постоянно о ней думать. На февральских сборах очень многое зависело от погоды, состояния снега, но намеченную программу выполняли неукоснительно. Летние сборы проходили с чемпионатами. С каждым восхождением связано много воспоминаний - весёлых, комичных и тяжёлых тоже. Это кусок жизни, это коллектив, это люди, с которыми ты оторван от всего мира в течение двух - трёх дней, в зависимости от сложности маршрута. На восхождение мы идём 4-5 человек, и это всё, вся помощь, и опора, и поддержка, только с ними. Нет такого человека, про которого я могла бы сказать, что не хотела с ним ходить в одной связке на восхождения, хотя очень часто, особенно на армейских сборах, из участников я была одна женщина, девушек было мало: могу назвать Наталью Юрьеву и Галину Хорошаш, которые ходили на сложные маршруты. Конечно, всякие шуточки по этому поводу ребята любили отпускать, особенно Андрей Фёдоров и Николай Морев. Вот стоим на Алаудинских озёрах, ребята голяком прыгают с камней в озеро. Коля Морев орёт: - Надежда! Надежда! Я чем-то занята в это время: - Чего тебе? - Сюда не смотри! Мы - голые! А они так далеко, что и не разглядишь, что голые. Да и не очень интересно за ними подглядывать. Всё время было весело, мы ладили, и все старались мне помочь. Эти восхождения были физически и технически сложными, но всё окупалось атмосферой, которая царила в коллективе. Последнее восхождение на чемпионате Казахстана, когда мы заняли I место, и я выполнила МС. Вершина Зиндон, Фанские горы, у нас подобрался интернациональный коллектив из пяти человек: я - русская, Коля Ли - кореец, Галим Баймолин - казах, Петя Коваленко - украинец, Гена Энс - немец. К сожалению, уже троих нет в живых, остались только мы с Колей Ли из этой команды. Восхождение было тяжёлым - мокрое, грязное, холодное. Маршрут начинается с перевала Чимтарга, 4400м, правда, Тимофеев дал нам группу помощи, они были наблюдателями и помогали нам занести наши грузы. Высокий подъём через этот перевал, сама вершина Зиндон - 4600м. С перевала нужно спуститься к подножью стены и начинать восхождение. Сначала поднимаешься по скалам порядка трёх верёвок, а потом проходишь под водопадом, траверс под основную щель. То есть, в первый день, в самом начале маршрута, мы две верёвки прошли и пришли абсолютно мокрые - пуховики мокрые, рюкзаки мокрые, и дальше пошли работать. Никто не унывал, все весёлые, все шутили, и Петя Коваленко, и Коля Ли с таким тонким чувством юмора! Галим очень хороший руководитель, он всё время чувствовал настроение в команде. И сегодня вспоминаю: получила массу удовольствия, а ведь была и мокрая, и холодная. Это было в августе, там достаточно высоко, поэтому наверху снег и сосульки. Текли холодные водопады, на скалах - лёд, приходилось идти в «кошках», тяжело, потому что залитые льдом скалы, «бараньи лбы», абсолютно заглаженные, по ним текла вода. Коля Ли проходил первым, потому что у Коли Ли идеальная координация, он проплывал, аккуратно и плавно, они с Таней прекрасные скалолазы, но Таня только скалолазанием занималась, а Коля - большим альпинизмом. Идеальная координация - участки, которые чисто на равновесии проходятся, он проходил быстро и качественно, хотя был потом весь мокрый, замёрзший, его колотило. Много было интересных моментов. Например, Гена Энс забивал крюк, а всё снаряжение обычно привязано, молоток закидывается за плечо и там болтается. А тут Гена Энс забивает крюк и закидывает молоток - он летит вниз, потому что он перещёлкнул страховку. У нас был примус и к нему маленькие фляжки с бензином, когда кончался бензин, мы бросали фляжки на ледник, там стояли наблюдатели, они их собирали, стена была достаточно крутая, и всё летело прямо на ледник. Наблюдатели приходили днём на ледник, переговариваться напрямую мы не могли - далеко, разговаривали по связи. Мы говорили: - Молоток уронили, поищите! - Нашли ваш молоток! Потом фляжку из-под бензина бросили. - Нашли вашу фляжку! - Мусор унесите, чтоб не валялся! Запас продуктов был минимальный, а восхождение было длинным, четыре ночёвки на стене, последний выход ночью - вышли на шапку и шли по этой шапке на вершине, очень поздно поднялись наверх. А по-другому маршруту, более простому, поднялась группа Ивана Фишера. Специально Тимофеев их отправил, они нам оставили продукты, бензин, много всего необходимого. Мы поднялись на вершину, разожгли примус, пируем, я выхожу на связь. Тимофеев приказал: - Как только подниметесь, поставите палатку, сразу выходи на связь. Я вышла на связь, а он сообщил: - Мы завтра лагерь снимаем. - А мы завтра спускаемся, сейчас ложимся спать. Он говорит: - Рекомендую спускаться сейчас, потому что завтра снимаем лагерь. Галим, наш руководитель, решает, что немного отдохнём, поспим пару часиков. Только начался рассвет в 4 часа утра мы стали спускаться вниз. Спуск пробитый был весь дюльферами, поэтому вниз спустились быстро, нас там группа ждала, быстренько весь груз у нас забрали, оставили нас только со спальниками и пуховиками. Мы впятером, уже и сил нет, идём дальше на перевал Чинтарга, такое чувство, что этому не будет конца. Галим и Коля мне помогают. Ну, как помогают, они же меня на руках не потащат, а рюкзак лёгкий, Галим анекдоты рассказывает, чтобы мне веселее было идти. Воды было много, но другой дороги нет, главное, что все были рядом, если кто-то уходил - все дожидались. Спустились мы на место нашего базового лагеря, а лагеря уже нет, лагерь уже уехал, ждут нас только Александр Тимофеев , Иван Фишер и Наташа Юрьева. Они нас поздравили, покормили, и Наташа сняла с себя всё сухое, одела мою мокрую одежду, обула мои мокрые ботинки и побежала вниз. Я, благодаря Наташе, шла в сухой одежде и в сухих кроссовках. Мы до самого посёлка Пасрут шли пешком, с вершины до самого низа. Так мы впятером весь маршрут прошли. Поставили палатки и упали, уснули. Такое перевозбуждение, переутомление физическое, очень тяжело было уснуть, но уснули. На следующий день пришли машины, и мы уехали в Душанбе, вернулись домой. Этим восхождением мы заняли I место на чемпионате Казахстана. И я закрыла недостающие баллы до МС.

В  1988 году при восхождении на пик Коммунизма погиб Гена Энс. У Гены был свой принцип: он считал, что каждый день нужна большая физическая нагрузка. Даже когда у нас был день отдыха, он вызывался идти либо наблюдателем, либо самостоятельно ходил в горы. Конечно,  никто точно не знает причину его  смерти. Возможно, не смог восстановиться, потому что в горах на высоте происходит очень большая потеря сил. Акклиматизацию он прошёл недостаточную, потому что Фанские горы – это не Памир, хотя для Фанских гор у него акклиматизация была великолепная. Я вспоминаю о том, что мы с ним до этого чемпионата,  до этого восхождения ходили  на Чапдару, у нас там тоже был инцидент тяжёлый. Мы на чемпионат вшестером должны были идти, с нами должен был идти Витя Горн – прекрасный альпинист, он давно живёт в Германии.  У Вити на вершине  начался сердечный приступ. Мы его  спустили на верёвках на перевал Чапдара,  там чаем напоили, накормили, он лучше себя почувствовал и вниз шёл уже сам. Только спустились вниз, я сняла ботинки, сижу на берегу озера, ноги опустила в воду, Галим подходит:  –  Кайфуешь? Пошли! – Хоть переночуем здесь? - Нет, ночевать там будем! Восхождение получилось тяжёлым, потому что мы выбились из графика, не успели  дойти до места плановой ночёвки. Утром, хоть и рано-рано встали, нам пришлось пройти ещё больший участок,  а ночёвка получилась прямо на стене, т.е. буквально на весу. Мы ходили втроём: Гена Энс, Галим и я. И как нас застала темнота, так мы и были развешены по верёвке: Гена выше, потом я, внизу Галим. Галим говорит: - Тебе там удобно сидеть? – Да где там удобно, ни встать, ни сесть! – Я сейчас к тебе поднимусь! Поднялся и навязал мне верёвок и для рук, и для ног, и для головы, чтоб голова не болталась. А когда начинаешь засыпать – верёвки всё передавливают. Но зато руки, ноги – всё мне навязал, посадил, пуховку одели, всё в темноте.  Кушать ничего не готовили, у каждого сухой паёк. Ноги – в рюкзак, а рюкзак застроховали! Он меня обвязал со всех сторон и набил крючья. Я говорю: - Хватит! – Да всё равно крючья ночью не нужны! Петелечки везде -  с комфортом будешь спать! Ну, можно сказать, что с комфортом можно спать, сидя в беседке. А он – на верёвке ниже, и тоже там мостился-мостился. Я спрашиваю: - Галим, у тебя что там, полка? Он говорит: - Да нет! – Но ты же лежишь на полке, давай я к тебе спущусь, рядом сяду! – Смеётся: - Спускайся, я тебе здесь такие же навяжу! Я спустилась, луна вышла, и перед нами восточная стена Чапдары. С неё очень хорошо видно озеро Алаудины, где стоял наш базовый лагерь. И наши там костёр жгут. Ещё какая-то группа  туристов  подошла. Сидим, смотрим с Галимом, переговариваемся, что кушают, наверно, чай пьют. А я Наташе  Юрьевой, своей подруге, как-то говорила:  - Днём мне всё равно – хоть вверх ногами, днём я нормально иду, хотя  и тяжело бывает, и работа, но меня это не угнетает. Мне бы  только на ночь хоть какую-нибудь площадочку, чтоб лечь, пусть даже и не в палатке, но  чтоб ночью отдохнуть. Тогда я днём могу работать. И вот Тимофеев рассказывает, что мы развешены по стене ночью. Наташа переживает за меня: - Как же Надежда там, ей днём всё равно, ей главное, чтобы ночью вытянуться, отдохнуть. Ну, как же она там?! Стена восточная, поэтому рано утром солнышко нас осветило,  проснулись, стали разминать затекшие колени.  Вышли  на небольшую  мульдочку, остановились, раскочегарили примус, чайку попили. Вышли на связь и сообщили, что у нас всё хорошо. Солнышко засветило, и мы снова прилегли, и все трое уснули. Галим первый проснулся: - Эй, солнце скоро сядет, давайте быстрей! И мы как рванули! Гребень вершины 5 категории трудности  буквально  пролетели. Я выходила на связь, потому что женский голос среди помех легче разбирать, он звонкий.  Тимофеев говорит: - Что-то я вас не вижу на склоне, где вы там пропали? – Идём, идём! Как рванули! Галим: - Бегом, быстрей! По этому гребню: - Фу! Фу! Фу! Выскочили! Время не догнали, но на плановые ночёвки вышли. В темноте уже прибежали, позже, конечно, чем планировали. Дальше уже нормально спустились. Это было восхождение  перед  Зиндоном. У нас оно было на «схоженность». Тогда Витя выпал из нашей команды и мы уже впятером пошли на Зиндон.

Казалось бы, наша команда хорошо подготовилась к восхождению на пик Коммунизма: у нас было высотное восхождение на пик Ленина, накануне мы покорили пик Корженевской, у нас было несколько дней отдыха, мы прошли хорошую акклиматизацию. Да, мы пошли по сложному маршруту, так решило руководство, и мы все были согласны, потому что именно такой маршрут 5Б категории трудности нужен был двоим из команды, чтобы закрыть КМС, одному – подтвердить КМС после большого перерыва в горовосхождениях. По этому случаю я даже купила у итальянцев, которые были в это время на пике Коммунизма, настоящие альпинистские ботинки для горовосхождений, но это не помогло мне избежать обморожений. До этого я ходила в валенках, привязывала к ним кошки, и было нормально.
Наше восхождение длилось девять дней, из них шесть дней мы поднимались на гору, 3 дня спускались. Разница в маршрутах начинается с плато Коммунизма на высоте 6000м, до плато все маршруты одинаковые. Наш маршрут состоял из 600м льда и далее был гребневой маршрут, и по гребню надо было подняться до самой вершины. Мы этот лёд за день прошли, и уже когда были на гребне, резко ухудшилась погода, пропала видимость, правда, связь с базой всё время сохранялась. 31 июля мы должны были выйти на пик Коммунизма, до вершины нам оставалось 80м. Что такое 80м? Две верёвки по 40м. Из-за непогоды мы решили, что не пойдём на вершину, поставили две палатки и решили ночевать в этом месте. База была против, руководил сборами Александр Вениаминович Тимофеев, он приказал спускаться, но наш руководитель команды  долго с ним спорил,  не соглашаясь  спускаться в такую непогоду и по классическому маршруту, проходящему через вершину Душанбе, после которой начинаются бесконечные снежные поля. Мы не могли видеть предстоящий нам спуск, потому что видимость была нулевой. Мы слишком долго поднимались наверх, нужно было пройти эти 80м до вершины, а потом совершать ночной спуск, а мы не хотели спускаться ночью. И около 4 часов дня мы встали на ночёвку на высоте  7500м. На такой высоте не каждый может ночевать, у некоторых альпинистов развивается  большая гипоксия мозга. Гена Энс  не ходил с нами на пик Корженевской, не прошёл акклиматизацию, потому что прилетел на сборы с опозданием, пик Коммунизма был  у него первой горой в этом сезоне. Несколько лет назад он планировал уже сходить на пик Коммунизма и по какой-то причине (то ли непогода помешала, то ли сборы свернули, и ему не хватило времени) не смог это сделать. Он твёрдо решил, что в этом году обязательно сходит на пик Коммунизма. Непогода изрядно вымотала наши силы, хотя я, например, в ту пору не знала, что такое усталость. Ну, как это – человек устал? Что это - у него болит что-нибудь, и он идти не может? Но в скором времени я поняла, что такое усталость: это когда идёшь, и ноги заплетаются, одна за другую цепляются, но, тем не менее, идёшь. Рано утром какое-то время была ясная погода, и был виден весь спуск. Решили спускаться, не было смысла оставаться на той высоте. Но когда начали спуск, выяснилось, что  Гена Энс неадекватный: он заторможен, он не может сам одеться, он не оценивает себя и окружающую обстановку. Чтобы пройти огромные снежные поля,  мы вынуждены были спускаться связанными верёвкой, сделали несколько связок и так спускались. Гена Энс практически уже не шёл, так, на автомате двигался потихоньку. В разыгравшейся стихии, в этом сплошном белом месиве, я подумала, что мы попали в лавину, и уже потом, в больнице в Оше, ребята объяснили мне, что наш товарищ сорвался и улетел, а поскольку мы были в связке, то все повылетали следом за ним. Мы пролетели метров 200, при этом старались тормозить, кто ещё хоть как-то мог тормозить. Когда мы остановились, оказалось, что только чудом мы не попали в огромную расщелину между плато и самим пиком, 10-20, а может быть, 50м. Улетев туда, мы исчезли бы навеки, эту расщелину видно на очень большом расстоянии. Когда мы обнаружили друг друга и то, что мы живы, мы обнаружили также потерю многих своих вещей, в том числе тёплых, у меня не оказалось рюкзака. Гена Энс был в тяжелейшем состоянии, мы откачивали его, как могли – кололи ему все препараты, которые у нас были, он был без сознания. На таком склоне невозможно было поставить палатку – роешь в снегу яму, а её тут же заметает снегом. Постелили крематы, скорчившись на них, прикрывая друг друга, провели ночь. Около часу ночи1 августа, не приходя в сознание, Гена Энс умер.  А рано утром открылось ясное голубое небо, взошло яркое солнце, снег заблестел так, что резало глаза. И предстала вся панорама с пика Коммунизма до самого горизонта.
Стало немного теплее. Ребята решали транспортировать или не транспортировать тело Геннадия Энса, ждали группу поддержки, которая вышла накануне нас спасать. На плато Коммунизма стояло в то время много иностранных команд – японцы, немцы, итальянцы, у них были даже стационарные палатки с вентилятором, с кондиционером, с отоплением, непродуваемые, теплосберегающие и суперлёгкие. У нас тоже были неплохие палатки, но такие я видела впервые. Когда подошла группа поддержки, было принято решение закрепить тело Геннадия Энса на гребне, не транспортировать дальше, оставить на этой высоте. Кто сам, кто с помощью других, мы ещё два или три дня спускались. На плато Коммунизма ещё раз ночевали, потом опять спускались, пока на высоте 4500м нас не забрал вертолёт. Всю нашу команду в количестве семи человек привезли в Ош, там была хорошая больница по тем временам, со своей вертолётной площадкой, мы на эту больничную  площадку и прилетели. Троих ребят положили в реанимацию, остальные лежали в обычном отделении. Можно сказать, что на этом наше трагическое восхождение закончилось.
Я хочу сказать несколько слов про Гену Энса. Внешне он был человек обычный, скромный, серьёзный, образованный, из тех, кто никогда не станет кому-то своё мнение навязывать. Мы с Геной последние несколько лет часто ходили вместе, здесь в Алма-Ате на пик Комсомола 4430м 4А категории трудности, гора очень техничная - три стенки напоминают площадку из утюгов, поэтому и называется «ходить по утюгам». Поднимаешься на гору почти целый день, а спускаешься полчаса, дюльфера только меняешь, в общей сложности 15 -18 дюльферов. Технически Гена Энс был сильный альпинист, я первый раз его, как альпиниста с техническим уровнем, наблюдала в 1986 году на пике Комсомола - как он работает, как он ходит, у него были большие возможности. Это было зимнее восхождение, оно сложнее, чем летнее. У нас не было специальных ботинок для скалолазания, чтобы залезть на скалы приходилось переобуваться в галоши. По-видимому, из-за того, что у него была семья и маленькие дети, он какое-то время не занимался альпинизмом. Он был лет на десять старше нас, стал с нами ходить в горы, подтвердил свои разряды, поехал на высотное восхождение, чтобы обязательно подняться на ту гору, на которую не смог пойти прошлый раз. В 1987 году мы вместе ходили на пик Ленина 7134м. И тогда на пике Ленина он открылся нам совершенно по-новому, каким мы его не знали. Мы поднялись на высоту 5300м, на так называемую Сковородку, солнце палило нещадно, хотелось или уж совсем раздеться или наоборот, всё, что было надеть на себя, чтоб укрыться от солнечных лучей. Всех мучила жажда, и Гена сразу достал чайник, организовал чай, долго пили чай и разговаривали, сидя возле палатки. Вечером зашли в палатку, и он начал читать стихи. Среди альпинистов много любителей поэзии, но Гена обладал очень большими познаниями, в тот вечер он читал Пушкина и Лермонтова, это было прекрасно. Потом мы с ним были в Фанах на сборах, тоже великолепно там ходили. Когда погибают такие люди, то это как звезда, которая погасла, но свет её ещё долго идёт к нам на землю. Многое в этом мире начинаешь воспринимать по-другому. Как-то так у нас в Караганде получалось, что среди тех, кто занимался альпинизмом, не было случайных людей, кто просто так сходил 2-3 раза в горы и ушёл. В основном выезжала одна и та же команда, человек двадцать, костяк. И ребята эти были душевные, человечные, очень светлые люди. Я вспоминаю всеобщего любимчика Галима Баймолина, он начинал тренироваться в ДСО Енбек, там много было хороших горнолыжников и альпинистов, но Галым Баймолин был особенным, лучезарным, радостным. Если Гена Энс всегда был серьёзным, очень редко шутил, то Галим Баймолин, напротив, каждым словом своим старался рассмешить, развеселить, поддержать любого, кто оказывался с ним рядом. Галим Баймолин вместе с нашим руководителем Иваном Фишером высоко подняли уровень альпинизма и скалолазания в Караганде. Тогда же в наши ряды влилось огромное количество молодёжи. И. Фишер брал подростков 14-15 лет, которых в секцию приводили матери, перепробовавшие все средства для воспитания мальчишек: - С этим ребёнком ничего нельзя сделать, не вылезает из детской комнаты милиции, водит компании со шпаной, если вы из него человека не сделаете, он в тюрьму попадёт! И. Фишер целую толпу таких мальчишек набрал. Они – двоечники, ничего не знают, ничем не интересуются, разговаривают на жаргоне. Он начал их в горы водить, учить уму-разуму: как люди общаются, как разговаривают, как едят, что можно сказать, а чего нельзя. Простые элементарные вещи, которым их не научили ни дома, ни на улице. Группа поддержки, когда мы потеряли Гену Энса, и спускались с пика Коммунизма, и состояла в основном из таких мальчишек. Они уже подросли к тому времени и многому научились, в высотном восхождении они участвовали впервые. Их собрал и отправил нам на помощь А. В. Тимофеев, потому что альпинисты, которые перед нами пришли с пика Коммунизма, не успели даже восстановиться. Их отправили спасать нас, но для них это была очень большая нагрузка. И вот этот подросший молодняк послали за нами. Я вспоминаю Витю Черняева, ночь, когда мы встретились с ним на горе: на мне не было ничего сухого, всё было мокрое, даже нательное бельё. А где сушить на высоте? Меня всю трясло, ни на секунду не покидал меня озноб. Витя Черняев снял с меня всё мокрое, снял с себя сухую одежду и надел на меня, и всю ночь мне грел ноги, держа их у себя подмышками. Витя Черняев из Атырау (бывшего Гурьева), окончил физкультурный институт в Караганде, он – атлет, гимнаст, начал заниматься альпинизмом и скалолазанием, очень быстро достиг высоких результатов. С благодарностью и теплом я вспоминаю его участие в тот очень трудный момент моей альпинисткой биографии. У него это была первая высотная гора, он только пришёл с пика Коммунизма и снова поднялся на гору, и всю ночь меня спасал. Следующую ночь я согревалась уже в палатке иностранцев. Когда спустились на плато Коммунизма, там уже и системы начали капать. Я страшно боялась за свои руки, потому что я - хирург, остаться без рук или без пальцев для меня было бы катастрофой. Тогда прощай профессия! Но с руками обошлось, а ноги спасти не удалось: на одной ноге чуть-чуть пальчики ампутировали, а на другой – удалили половину ступни. Я уже много лет работаю хирургом, сначала в Караганде, потом здесь, в Алма-Ате. Никто из моих коллег не знает об этом, я немного прихрамываю, но это в зависимости от того, какая обувь. Могу скрывать, могу расслабиться и идти, как мне удобно. Иногда спросят: - Вы, что, хромаете? – Нет, после операции устала, ноги болят… Начиная с 5 курса, с 1985 года, я уже ездила врачом на сборы. Спортивные травмы, а тем более травмы у альпинистов во время восхождений – это не обычные травмы, ко всему надо быть готовым. И у нас была даже не аптечка, а целая палатка медикаментов, где было практически всё необходимое: если надо что-то переливать – все растворы есть, все системы, все наркотики, все препараты для питания. Даже местное население, например, в Фанских горах, обращалось к нам за помощью. Кто-то ключицу сломал – прискакали на лошади: - Помогите! Поехали, эту ключицу собрали. Кто-то ещё что-то поломал – мы туда. На следующий день явилась целая делегация: дайте нам лекарств, у нас никаких лекарств нет. Всё, что могли, дали. Когда были большие сборы, нельзя было, во-первых, чтоб был один врач, во-вторых, я - ещё была недипломированным специалистом. Вот Юра Голодов проводил зимние сборы в Талгаре в 1986 году, я приехала туда в качестве врача, потому что местный врач должен был половину сборов отбыть и уехать. Мне тоже сложно было приехать, но я приложила максимум усилий и приехала. В 1987 году, уже после окончания института ездила на зимние сборы, их организовывал тоже Юрий Голодов на Талгаре, была там врачом. Там тоже было очень хорошее оснащение медикаментами. Я помню, на этих зимних сборах в Левом Талгаре были иностранцы – чехи или словаки, у одного из них было обморожение, ноги посинели, мы делали ему уколы, правда, за ним вскоре прилетели, забрали его и отправили на родину, дальше, чем дело кончилось, не знаю. В Фанах со мной был доктор из Самарканда, у нас была целая палатка медикаментов, и палатка, где мы жили сами, потому что жить с медикаментами было невозможно. А когда выезжали с СКА САВО, то медикаменты целыми машинами доставляли. В 1991 году после развала Союза, альпинизм стал дорогостоящим удовольствием. Как можно за свои деньги снять вертолёт и лететь куда-то? Это было нереально, нам зарплату не платили, куда уж там позволить себе сборы с вертолётами. Я вспоминаю Наташу Коновалову, она была моей подругой, тоже врач, правда, она была моложе меня. Когда у нас практически завершился альпинизм, после 1991 года, здесь, в Алма-Ате, не всё ещё угасло, и какие-то варианты сборов можно было ещё найти. Ерванд Ильинский решил создать женскую сборную альпинистов, были отборочные сборы зимние и летние. Наташа Коновалова вошла в эту сборную. Они женской сборной совершали восхождения, сходили на пик Ленина довольно удачно. Наталья Коновалова была человеком целеустремлённым и преданным альпинизму. Она полностью, без остатка отдавалась тому делу, которым занималась. Как-то мы с ней ездили на Чимбулак кататься на лыжах на две недели. И жили у Студенина в спартаковских домиках, потому что жить в самом Чимбулаке было дороговато. В течение двух недель погода была всякая: три дня солнце, а потом солнца нет, идёт дождь, и вдруг похолодало так, что закрыли канатку, поднялся страшный ветер. В то время работала ещё старая канатка, без утеплителей. Промерзаешь, пока поднимаешься на канатке, потом катишься вниз – мороз и ветер в лицо! Но Наталья, если работала канатка, она каталась. Я уже сижу в кафе, отогреваюсь чаем или ещё чем-то, а она только подъезжает – лицо всё в инее, всё белое, ни ресниц не видно, ни губ, девочка-снегурочка. До такой степени она любила всё это. Она и работе врача-травмотолога полностью отдавалась, дежурила сутками в травмотологии, ездила врачом со сборами на Хан-Тенгри, а последние два года под Алма-Ату. Погибла она на Хан-Тенгри 7010м: под утро начался камнепад, она была одна в палатке с медикаментами, огромный камень упал на палатку, она получила травмы, несовместимые с жизнью, и погибла. Наталья никогда не была зашоренным романтиком или кем-то вроде того, она ставила перед собой чёткие ясные цели и в спорте, и в работе, и упорно шла к ним. Она стала бы большим хирургом-травматологом, у неё были все данные для этого: ясность ума, никаких упований на удачу или желания взять что-то на «ура», нахрапом. А ещё был у неё дар предвидения, предчувствия. Она абсолютно правильно выбрала свою специальность, стопроцентное попадание в медики. Она не успела достигнуть всего, чего могла бы достигнуть, не суждено ей было, жизнь оборвалась в 28 лет. Она поработала после института всего пять лет. Тяжкие испытания, выпавшие на долю Галины Хорошаш на пике Коммунизма, ни в коей мере не повлияли на её решимость и дальше заниматься альпинизмом. Она пропускает 1990 год, но лишь потому, что в этот год у неё родилась дочь. В 1991 году она едет на сборы в Караколь, подтверждает свой разряд, успешно участвует в восхождениях. В планы команды входило восхождение на вершину Джигит 5170м, есть такая гора в Караколе. Но тот год был снежным и холодным, и в августе гора от подножья до макушки стояла в снегу, тогда как в прежние годы снежная шапка была только на вершине. Ребята из команды делали попытку подняться на эту вершину, а она сидела целую неделю в ущелье на связи, там установили оборудование и раскинули во все стороны провода и антенны:

- Я связывалась с базой и смотрела в бинокль, как поднимаются на гору наши ребята. Мы сходили тогда маршруты 4Б и 5Б категории трудности, я чувствовала себя хорошо, несмотря на то, что только год назад родила ребёнка. Перед сборами много тренировалась, сбросила вес,  даже не думала, что это окажется так тяжело. До этого мне всё в жизни удавалось легко, но вот оказалось, что сбросить вес и набрать форму - дело непростое. Есть такое понятие - мышечная память. Если на этой высоте я уже была, то мышцы сами работают, очень быстро всё вспоминают. Не голова думает, а организм сам вырабатывает необходимые команды, и быстро всё восстанавливается. Не знаю, как это с научной точки зрения объясняется, но мышечная память действительно существует: если мышца какую-то работу уже выполняла в таких условиях, то она её и  через какое-то время быстро вспомнит и сделает то, что надо.
Мне очень понравились Фанские горы, мы ходили там с Сергеем Швецовым, гору за день прошли, заночевали на горе и на следующий день спустились рано утром. Это довольно техничный маршрут, называется гора Студенческая. А начинается она прямо в лагере, в Фанах нет протяжённых подходов, ноги поставил и – все горы стоят вокруг тебя, стоят такими прекрасными стенами-монолитами, и все  маршруты очень техничные. Гора может быть и не очень большой, главное - пораньше выйти на восхождение, чтобы погода не успела испортиться, и практически на любую гору можно за день сходить. Только несколько восхождений заняли у нас по 2-4 дня. Вот восхождение на пик Улутау, в команде было восемь человек. Там в основном стенной маршрут и ночевать пришлось на стене – забивали крючья, вешали гамаки. Из Новосибирска был альпинист Анатолий Чинсян, за год до того в Сайраме я его зашивала как-то. При восхождении на вершину Сайрам в него попал камень и разбил ему лицо: была сильно рассечена губа, она распухла и была похожа на искусственную «заячью» губу, пришлось ему зашивать эту травму. А на следующий год мы поехали в Фаны, и он тоже там оказался. Мы шли с ним в одной связке, ночевали на одной полочке, а эта полочка размером как две мои ладошки, на ней уместилась только попа Чинсяна, а моя не поместилась, и мне пришлось сидеть у него на коленях. Толик Чинсян забил крюк, на него повесил самостраховку и сел, а я к нему села и тоже самостраховку туда пристегнула, мы были застрахованы с ним на одном крюке.  Остальные ребята на другой маленькой площадке заночевали все вместе. Лето было в разгаре,  над нами было огромное звёздное небо, и ощущение было такое, что сидишь не на крошечной полочке, а где-то рядом со звёздами, протянешь руку - и дотронешься до звезды. Летняя ночь короткая, наступило раннее утро, Толик Чинсян отстегнулся и пошёл вверх обрабатывать маршрут. За ним постепенно ушли все ребята. А я шла последней и выбивала крючья, поднимаясь вверх.  Работа в команде такая, когда по стене идёшь, - первый забивает крючья, последний их выбивает. И когда надо было выбивать крюк, к которому ночью были пристёгнуты мы с Чинсяном, я его просто достала рукой из трещины. Мне ещё ночью показалось подозрительным: крюк, когда его забивают, звенит и поёт, если это надёжный крюк, а у Чинсяна он как-то глухо вошёл в стену. Но я не придала этому значения – мастер спорта ведь, он-то знает, как крючья забивать. И спокойно просидела  всю ночь, глядя на звёзды. А утром крюк этот рукой достала без всяких инструментов. Мы вполне могли улететь с такой страховкой и никто бы нас не нашёл! Таких курьёзных случаев  было достаточно. 
Альпинистская команда в Караганде была очень сильная, даже когда наше поколение ушло и в Караганде не стало альпинизма, остался альпинизм в Казахстане, полностью не разрушился. Наташа Коновалова даже в этих условиях смогла продолжить занятия альпинизмом. Витя Дедий, выступал за сборную ЦСКА ( вместо СКА САВО). Костя Фарафонов в этот период сходил в Гималаях на Эверест 8848м, «восьмитысячник». Некоторые ребята примкнули к Норильску, норильчане приезжали на сборы в Алма-Ату или ещё куда-нибудь, и карагандинцы - с ними. Не организует Караганда сборы, но ведь кто-то же их организует, можно примкнуть. Многие известные алма-атинские альпинисты участвовали в международных сборах. Когда нет спонсоров, есть международные компании, куда можно обратиться, заплатив, конкретную сумму. В Гималаях, например, каждая гора сколько-то стоит, самое малое – 2000 долларов. А ещё попробуй туда долететь и улететь обратно, и на что-то там жить надо. Сами по себе сборы тоже недешёвое удовольствие. Если бы не произошёл ряд событий в моей жизни и в жизни нашего общества, я думаю, что, скорее всего, я бы уехала куда-то за границу и там занималась альпинизмом, как это сделали многие наши ребята. Но оставив альпинизм, я смогла найти своё другое призвание, у меня стали хорошо получаться операции, моя хирургическая деятельность довольно успешна - я работаю в сильном коллективе хирургов и, кажется, неплохо выгляжу на их фоне. Вообще я заметила, что любой карагандинец, куда не приедет, становится одним из лучших. Я это от многих слышу, не знаю, может быть, самые талантливые уезжают. Но у меня много друзей, которые работают в Караганде, и работают успешно. На мой взгляд, Караганда получила большой заряд интеллектуальной энергии в первой половине XX века в виде сосланных, репрессированных, раскулаченных, возможно, лучшего человеческого материала, который и сформировал этот город непохожим на другие города Казахстана. Эти люди много дали культуре Казахстана, в своё время это было окно в Европу и свет из Европы. Влияние этих людей сказывается и поныне, и уж, конечно, моё поколение ощутило это влияние в полной мере. Я всегда считала, что Караганда – один из лучших городов в Казахстане. Много лет живу в Алма-Ате, полюбила этот город, он стал мне родным, но в душе сохранила трепетное, восторженное чувство к Караганде. Я не спорю, красивы казахстанские города Астана и Чимкент, они мне нравятся, возможно, они и красивее Караганды, но дух Караганды, но карагандинцев ни с кем не сравнить! Я вспоминаю свою работу в онкологии Караганды, мы всегда были открыты для всего нового и прогрессивного. Нас отправляли на специализацию в Москву и Санкт-Петербург, всё, что мы делали, всё, что умели, всё это была российская школа, и в Казахстане нам не было равных.

Что касается альпинизма, то в Казахстане была лучшая школа альпинизма Советского Союза. И я не знаю другой такой сильной школы, может быть, только украинская могла сравниться с казахстанской.  Ерванд Ильинский, который создал и возглавлял эту школу, воспитал команду альпинистов, в которую входили звёзды мирового уровня. И до последнего времени эта школа продолжает воспитывать звёзд, невероятно сильные личности. Карагандинские альпинисты работали в тесном контакте с Алма-Атой, с СКА САВО, с Казахским Клубом альпинистов, поэтому они тоже смогли добиться очень высоких результатов.
Ерванд Ильинский заказывал для альпинистов вертолёт на 8.00 утра, в 7.55 вертушка залетала в ущелье, слышно было, как работает мотор. И всё было так поставлено: вот так это должно быть, и не иначе. Такая организация сборов - я не знаю, кому это ещё было по плечу. А как снабжался Спортивный Клуб Армии: целый бензовоз едет, чтобы заправлять бензином. Ставили огромные палатки, кухни в горах, ГАЗ-66 полностью занимала радиостанция, стояли батареи, солдаты дежурили. И питание было на уровне – армейское, серьёзный такой паёк. В советские времена, где в городе купишь сгущёнку? А здесь сливки сгущеные, сухофрукты, чернослив, икра, какие-то крабы. И всё, что хочешь! Хочешь вкусно покушать – иди на гору! Тебе выдадут банку чёрной икры в сухом пайке. Золотые времена советского альпинизма! Невыразимо жаль, что они канули в лету!

Андрей Викторович Фёдоров.

Андрей Викторович Фёдоров. Следуя чётко хронологии событий, Андрей рассматривает 23 года своей жизни в альпинизме. И это настоящая, впечатляющая жизнь. Пространство, на котором она протекала, - горы Советского Союза, люди, которые в ней участвовали, - друзья-альпинисты. Встречи и знакомства в Караганде, объединяло их увлечение альпинизмом. А там, на горных тропах, во время восхождений увлечение перерастало в настоящую мужскую дружбу, дружбу на всю жизнь. Это было братство альпинистов, подобно братству казаков в Запорожской Сечи, или братству лётчиков в книгах А. Сент Экзюпери. Какие замечательные характеры ковались на восхождениях! Как верны они были своему братству! Увы! Время идёт, их ряды редеют. И Андрей является главным вдохновителем идеи написать об этих событиях, рассказать детям и потомкам. В какой-то мере завещать пришедшим на смену альпинистам свой опыт, свою любовь к горам, главное увлечение своей жизни. Они любили горы и презирали смерть. Памяти тех, чьи души остались витать в безмолвном величии гор. В г.Темиртау, где была объявлена комсомольская ударная стройка металлургического комбината, приезжало много молодежи. Среди них оказались люди, которые и возглавили секцию альпинизма при клубе туристов металлургического завода. Сейчас уже трудно установить дату зарождения альпинизма в городе металлургов, строителей и химиков Темиртау. Кажется, это был 1963 год – несколько человек с Казахстанской Магнитки под руководством приехавшего в командировку В.Никитина были включены в состав республиканской альпиниады на пике Комсомола, и совершили первое восхождение. Позже клуб стал называться ТАКТ - Туристско-Альпинистский клуб г. Темиртау. Его возглавили Н. Енин и В. Никитин. Н.Енин был вожаком горных туристов, а В.Никитин – альпинистов. В 60-е годы в областном обществе «Енбек» было много путёвок в альпинистские лагеря ВСДСО профсоюзов. Путёвка стоила недорого – 37руб. (30% от полной стоимости) на 20 дней. Профком профсоюза предприятия вначале выдавал путёвки всем желающим. Говорили, что однажды «горящую» путёвку вручили беременной женщине - она хорошо отдохнула, влюбилась в горы и пожалела, что «поздно» попала в лагерь. Но со временем распределением путёвок стал заниматься ТАКТ, и чтобы получить путёвку, нужно было пройти предлагерную подготовку, которая включала: теорию и практику альпинизма, физическую подготовку, сдать экзамены, и на конкурсной основе получить путёвку. Желающих получить путевку становилось все больше и больше, а путёвок все меньше, т.к. альпинизм набирал обороты, и по всей стране им занимались десятки тысяч молодых людей. Альплагеря не могли принять всех желающих, хотя их было несколько десятков во всех горных районах Советского Союза. Может, это и повлияло на то, что в Темиртау стал больше развиваться горный туризм, а альпинизм на некоторое время (после отъезда Никитина) немного «притих». Но у В.Никитина и Н.Енина уже были последователи, их ученики, которые выполнили нормативы и получили значки «Альпинист СССР» и III разряд по альпинизму. Среди них наиболее активные: Алик Чванов, Алёша и Светлана Токмаковы, Тамара Шпрыгова, Руслан Симонов, Нина Малкина, Мария Юшкина, Татьяна Сытова, Валентина Красильникова.

Я попал в альпинизм неслучайно. Мои родители любили отдых на природе, жили мы тогда на Урале в г.Нижний Тагил, лес и горы помню с раннего детства. Родители выезжали на природу каждые выходные и брали с собой меня и сестрёнку. Рыбалка, грибы, ягоды, лазание по скалам заронили в детское сердце любовь к путешествиям и походам по родным краям.  В 1960 году родители переехали в Темиртау, они работали на металлургическом  заводе. В то время я «заболел»  хоккеем с шайбой, у меня были неплохие успехи, я играл за молодёжную команду «Строитель», а один сезон -  в молодёжной пятёрке основной команды. Тренировался я под руководством тренера -  Юрия Михайловича Бокия. Команда «Строитель» была тогда в классе Б. Летом 1967 года мы были на сборах в Каркаралинске, и там я познакомился со скалолазами, как оказалось, это были альпинисты  г.Караганды.  Я полазил с ними по скалам с «верхней  страховкой» и мне это очень понравилось. Мы обменялись адресами и телефонами: Валерий Давлетшин, Леонид  Авдеев и др.
1968 год. Я закончил десятилетку, а летом благодаря карагандинским альпинистам, получил путёвку в альплагерь «Талгар» в Заилийском Алатау под Алма-Атой. Трудно передать словами те чувства, которые я испытал при первой встрече с горами. Это была двадцатидневная сказка, которая началась ещё у трапа самолёта по прилёте в Алма-Ату. Я задрал голову и увидел необыкновенно красивое зрелище: передо мной стояла стена белоснежных вершин высотой 4500-5000метров. Погода была солнечная и ясная – сверкали на солнце снежные вершины гор, внизу буйствовала зелень деревьев, а вверху над снежными хребтами раскинулось голубое небо. Потрясающий пейзаж! Моя первая гора – пик Юбилейный, Iкатегории трудности, высотой чуть более 4000метров. А перед этим были пройдены два перевала – Тагильцев и Теке, выполнены нормативы на значок «Альпинист СССР». Моим первым тренером была Антонида Сон. Спустя много лет мы работали вместе: я – инструктором отделения, она – командиром отряда. О лагерной жизни можно написать отдельную книгу, я запомнил мельчайшие подробности. И понравилось мне тогда абсолютно всё: и природа, и люди, которые меня окружали. Значок и удостоверение Альпиниста СССР мне вручали в лагере после посвящения в альпинисты. Это забавное шоу, которое устраивается в конце каждой смены. Но… «курица – не птица, а значкист – не альпинист», как шутили альпинисты со стажем. Вновь попасть в горы мне удалось только в 1971 году, т.к. с 1969 по 1971 год я служил в Советской армии. Служил я в Таджикистане, г.Курган-Тюбе, в танковых войсках механиком-водителем, часть стояла в предгорьях Памира. В ясную погоду были хорошо видны далёкие горы, я очень по ним скучал. Весной 1971 года я встретил среди вновь прибывших новобранцев своего друга-альпиниста Валерия Давлетшина, «Татарина», так в шутку и любя называли его близкие друзья. Радости моей не было предела, целый месяц он проходил Курс молодого бойца, жил рядом со мной. Когда демобилизовался , наказал «старикам» не обижать его, да и вряд ли кто-нибудь посмел бы его обидеть: Валера был хорошим парнем, к тому же обладал отличным здоровьем и мог постоять за себя. Через месяц я был уже дома, а ещё через один – в горах, и снова в альплагере Талгар, с которым тесно связана моя жизнь альпиниста. Там я стал разрядником, потом проходил стажировку как инструктор по альпинизму и, наконец, работал инструктором и совершал восхождения на спортивных сборах. 1971 год. В то лето я стал III-разрядником, совершив несколько восхождений I и II категории трудности. В этом же году я поступил во ВТУЗ в г.Темиртау. Альпинизм всё больше увлекал меня. Но к тому времени из действующих темиртаусских альпинистов я остался один. В. Никитин В. и Г. Кабанов уехали в Россию, Н. Енин ушёл в туризм. Мои товарищи по тем или иным житейским проблемам оставили альпинизм. Кого-то поглотила работа, кого-то учёба, кого-то семейная жизнь. Мне пришлось заниматься с карагандинскими альпинистами и скалолазами. Надо сказать, что спортивное скалолазание было в то время неотъемлемой частью альпинизма. Летом были восхождения, а во все остальное время года мастерство оттачивалось на скалах и в лыжных походах. Я 1-2 раза в неделю ездил в Караганду в клуб туристов и альпинистов, чтобы пообщаться и обговорить все планы о соревнованиях, тренировках и о летних, а позднее и зимних восхождениях. В это время я подружился с Владимиром Вехтером. Мы с ним познакомились в зимнем лыжном походе по Каркаралинскому горнолесному оазису, дружбу свою пронесли сквозь годы, через многие вершины и житейские будни, да и сейчас общаемся, он живёт с семьёй в Ярцево Московской области. Раз в год он приезжает в Караганду, и мы обязательно выезжаем на природу. У меня становилось всё больше друзей среди карагандинцев. Но мне хотелось вовлечь в это дело темиртаусцев. И я создал секцию альпинизма во ВТУЗе, где учился. И всё у меня получалось до тех пор, пока я сам учился во ВТУЗе. Я, сам ещё недостаточно опытный альпинист, «заразил» многих ребят этим видом спорта. Это были в основном тогдашние студенты: Виктор Зайцев, Валерий Игнатьев, Виктор Мартьянов, Лилия Зейц (Лилёк), мой друг с детства и поныне Аскар Раимбеков, Юрий Гендельман, Олег Столярский, Татьяна Лазарева, Евгений Абдыкалыков, Сергей Волков. Все они выполнили требования по альпинизму и спортивному скалолазанию разных разрядов. Например, Аскар и Лиля стали II-разрядниками по альпинизму, Лиля ещё и кандидатом в мастера спорта по спортивному скалолазанию. Вместе мы ходили в походы (Каркаралинск, горы Бугылы, станция Дарья и др.) Тренировались на каменном карьере в старом городе и Красных скалах у посёлка Гагарина, а также ездили в горы Бугылы на слёты и соревнования, которые проводил областной Клуб альпинистов весной в мае и осенью в октябре-ноябре. Тогда наша секция относилась к ДСО «Буревестник», но путёвки удавалось получать и в ДСО «Енбек», «Трудовые резервы» и др. А выдавались они только «заслуженным» ребятам , сдавшим экзамены на отлично по теории и физподготовке. Путёвок не хватало, и, дождавшись лета, многие из тех, кто готовился всю зиму к восхождениям на горные вершины, уходили в горный туризм. Я же не понимал, как можно пройти через перевал, не взойдя на вершины, которые были и справа и слева. Поэтому я отмёл горный туризм сразу и бесповоротно. Хотя в нём тоже много интересного. Нехватка путёвок в альплагеря и невозможность провести самостоятельные сборы из-за отсутствия инструкторов, сдерживали развитие альпинизма в Темиртау и в Караганде. Карагандинские альпинисты, достигнув уровня II спортивного разряда, вступали в различные ДСО Алма-Аты, а также под эгиду Казахского Клуба альпинистов, там на сборах альпинистов они продолжали расти. К тому времени, когда я выполнил II спортивный разряд, в 1973 году в Караганде были уже известные в стране альпинисты: Анатолий Дмитриевич Терехов , Юрий Южаков, Георгий Гульнев, Афанасий Сорокин, Борис Николаевич Гацуц , Глеб Айгистов, Александр Тимофеев, Марат Акчурин. Я, окончив ВТУЗ, остался в Темиртау, и у меня не было выбора, кроме как заниматься альпинизмом и спортивным скалолазанием с карагандинскими ребятами. В 1968 году я познакомился с основным «костяком» карагандинских альпинистов, и конечно влюбился в коллектив своего спортивного уровня. Руководство областной федерации альпинизма направило меня в школу инструкторов альпинизма ВС ДСО Профсоюзов, которая базировалась в альплагере Эльбрус на Кавказе. От Караганды были направлены два альпиниста – я и Юрий Иванович Грубов, инженер института Гипрошахт. Так я впервые попал на Кавказ, где вновь испытал потрясение от встречи с природой гор. Легендарные вершины Ушба, Шхельда, Донгуз-Орун, Накра были удивительно красивы! Но больше всего поражал двуглавый Эльбрус – самая высокая гора Кавказа, 5642м! Обучение в школе инструкторов было организовано основательно. В течение сорока дней проходили теоретические и практические занятия, учебно-тренировочные восхождения. Была освоена техника передвижения по всем видам горного рельефа, методика обучения альпинистов в альплагерях. Запомнилась скальная «лаборатория» в ущелье напротив вершины Бжедух. Самой природой был создан уникальный уголок скал, где можно было найти всё: расщелины, камины и карнизы, плиты и «бараньи лбы», всё, чем богат рельеф скал. Были зачёты, учебно-методические восхождения 2 и 3категории трудности на пики Гумачи, Виа-Тау, Шхельда и др. В завершение учёбы – поход через несколько перевалов и знакомство с жемчужиной Грузии, горной Сванетией. Нам посчастливилось потрогать руками одну из стен знаменитой Ушбы. Сванетию окружает стена из горных вершин высотой свыше 5000м., ледники и водопады. В ледниках начинаются холодные реки Грузии – Ингури, Кодори, Цхенисцкали. Это страна 1000 башен, которые защищали от врагов и выдерживали сход снежных лавин, от которых в щепки разлетались новые дома. Это древние храмы, где сохранялись иконы и рукописи. Народ сваны – это неотъемлемая часть гор, альпинисты от рождения. Сванетия – это родина величайшего альпиниста и Тигра скал Михаила Виссарионовича Хергиани. Здесь, в Сванетии, так явственно слышен хриплый голос В. Высоцкого, поющего про Хергиани: Ложь, что умный в горы не пойдёт, Ты пошёл, ты не поверил слухам, И мягчал гранит, и таял лёд, И туман у ног стелился пухом. Если в вечный снег навеки ляжешь ты, Над тобою, как над близким, Наклонятся горные хребты Самым прочным в мире обелиском.

Безопасность в лыжных походах и чрезвычайных ситуациях зимних условий

Зимние спортивные походы

https://cdn1.ozone.ru/s3/multimedia-1-7/7081407079.jpg
Сто дней на Урале - Н. Рундквист

Обложка
Предисловие
Наклонная башня (1725 г.)
Пропавшая экспедиция (1908 г.)
Николай-страстотерпец (1918 г.)
Смерть на болотах (1931 г.)
Раскольники Эбельиза (1952 г.)
Князь Кутимский (1954 г.)
«Маяк»: мощь, авангард ядерного комплекса (1957 г.)
За перевалом – айсерм (1959 г.)
2000 километров над СССР (1960 г.)
Тринадцать Ямантауских версий (1978 г.)
Сибирская язва (1979 г.)
Белорецкие отшельники (1981 г.)
Жить Зоной (1983 г.)
Тайна Аркаимской долины (1987 г.)
Проклятие Золотых Ворот (1995 г.)
Кто ты, Алёшенька? (1996 г.)
Остров Веры (2004 г.)
Учалинские пирамиды (2006 г.)
Лось, смотрящий в небо (2011 г.)
Челябинский пришелец (2013 г.)

Зимой по Уралу
Зимой по Уралу — рассказы и очерки туристов.
В сборнике рассказывается о лыжных и спелеологических походах совершенных советскими туристами в середине XX века.

Содержание:
Е. Масленников. Зимой по Уралу
В. Жмуров. Впервые через Полярный Урал
Л. Кольцов. По крыше Урала (г. Народная)
И.Владимиров Манарага
В. Жмуров К северу от Северного Полярного
В. Гранин Сквозь горы и снега
А. Потапов Заповедный уголок
Е. Масленников С горами не шутят! (про лыжный поход на гору Ямантау)
Д. Шляпников Новый год в лесу
Л. Емельянов, В. Щепетов К уральским пещерам
Р. Рубель Нити дружбы
П. Истомин В Капову пещеру
Ю. Яровой Запах снега
П. Бартоломей, В. Карелин Неоконченный спор
Ю. Яровой Олений Камень.

Составитель Е. Маслеников
1965 г.
Средне-уральское Книжное издательство

Сборник материалов по истории туризма, альпинизма и краеведения

Автрр -составитель - Григорий Лучанский

МАРШРУТНО-КВАЛИФИКАЦИОННАЯ РАБОТА. ОБЕСПЕЧЕНИЕ БЕЗОПАСНОСТИ ТУРИСТСКИХ ПУТЕШЕСТВИЙ
71. Александров Ю. А., Антропов Е. Т. Аварийная ситуация. - В кн.: Турист. М., ФиС, 1974, с. 365-380.

Разбираются способы выживания в аварийных ситуациях, особое внимание уделено вопросам добывания пищи и огня, ночлегу без палатки, поведению в походе, определению направления движения, средствам сигнализации.

72. Бартоломей П. Как сложно оценивать сложность. - "Турист", 1970, № 8, с. 23,

Автор предлагает для оценки категорий сложности водных маршрутов применить систему баллов.

73. Бельченко Е., Колпаков М. Большая вода. - "Турист", 1976, № 5, с. 12.

О причинах трагедии, разыгравшейся на Приполярном Урале.

74. Бондарев Н. Коварное межсезонье. - "Турист", 1971, № 10, с. 7.

Проблемы путешествий в период межсезонья (весной и осенью).

75. Бондарев Н. Однажды в ущелье. - "Турист", 1975, № 10, с. 22-33.

Очерк о несчастном случае с туристами в Бзыбском ущелье, связанном с употреблением в пищу незнакомых ягод.

76. Волков Б. В расчете на авось. - "Турист", 1976, № 1, с. 25. Вскрыты основные причины несчастных случаев в лыжном туризме.

77. Волков Е. Из похода не вернулись. - "Турист", 1973, № 6, с. 12-13.

О трагедии, разыгравшейся в лыжном путешествии на Кольском полуострове с туристами из Куйбышева.

78. Волович В. Г. Проблемы космической биологии, т. 30. Жизнеобеспечение экипажей летательных аппаратов после вынужденного приземления (или приводнения). М., "Наука", 1976. 332 с. с ил.

Обобщен большой материал советских и зарубежных исследователей и путешественников по выживанию человека, оказавшегося в результате аварии самолета или других обстоятельств в условиях автономного существования в безлюдной местности или в океане. Давая описания различных физико-географических зон земного шара (в основном арктических, пустынных, джунглей, океана), автор анализирует особенности неблагоприятного воздействия факторов внешней среды на организм человека и существующие способы защиты и профилактики. Значительная часть книги посвящена вопросам энергозатрат и теплообмена человека, водообеспечения и литания.

79. Дворжак И. Горная служба. - "Турист", 1968, № 3, с. 30. О работе горной спасательной службы в Чехословакии.

80. Дугин Л. Неоптимистическая трагедия. - "Турист", 1967, № 12, с. 22.

Анализируются обстоятельства и причины несчастного случая, произошедшего с московскими туристами в районе Гутары во время зимнего туристского путешествия.

81. 3ысин С. Люди в горах. - В кн.: Побежденные вершины. Сборник советского альпинизма 1973-1974. М., "Мысль", 1976, с. 108-115.

О необходимости изучения психологии для правильной организации и проведения путешествий и восхождений в сложной высокогорной обстановке.

82. Иванов В. КСС ...принимает... сигнал. - "Турист", 1976, № 5, с. 7.

Работа сочинского контрольно-спасательного отряда по ликвидации последствий стихийного бедствия,

83. Калашников О. Какой ценой. - "Турист", 1974, № 5, с. 24. О некоторых причинах несчастных случаев а горах.

84. Кириллова Ю. Граница доверия. - "Турист", 1975, № 6, с. 24. Рассмотрены обстоятельства и причины несчастного случая с челябинскими туристами в горах Памира.

85. Кириллова Ю. Красная ракета. - "Турист", 1974, № 6, с. 20-21.

О разборе маршрутно-квалификационной комиссией причин несчастного случая с краснодарскими горными туристами.

86. Кириллова Ю. Плата за риск. - "Турист", 1973, № 1, с. 14. Обстоятельства несчастного случая с группой туристов-лыжников из Свердловска в районе Горного Алтая.

87. Котов Г. Готовность номер один. - "Турист", 1973, № 3, с. 29. О порядке утверждения туристских путешествий в маршрутно-квалификационных комиссиях.

88. Котов Г. Правила без исключения. - "Турист", 1975, MS 2, с. 26. Дан многолетний анализ несчастных случаев в лыжном туризме.

89. Котов Г. Г. Единые формы маршрутной документации. (Методические рекомендации). М., ЦРИБ "Турист", 1976. 56 с.

Приведены формы маршрутной документации с примерами их заполнения, рекомендации по оформлению маршрутного листа, маршрутной и заявочной книжек, сообщения в контрольно-спасательную службу, справки о зачете' путешествия, записки, оставляемой в туре, журнала учета работы комиссии.

90. Котов Г. Г. Организация работы туристских маршрутно-квалификационных комиссий. (Методические рекомендации). М., ЦРИБ "Турист", 1974. 46 с.

Рекомендации по планированию работы маршрутно-квалификационных комиссий всех ступеней, проведению ими консультаций для туристов, организации контроля за прохождением группами маршрутов в установленные сроки, рассмотрению материалов на присвоение спортивных разрядов и званий по туризму, разбору случаев нарушения туристами правил организации путешествий.

91. Котов Г. Г. Структура и организация работы маршрутно-квалификационных комиссий. Методические рекомендации. М., ЦРИБ. "Турист", 1976. 40 с.

О роли туристских маршрутно-квалификационных комиссий в профилактике несчастных случаев в самодеятельном туризме, о структуре и организации комиссий. Рекомендации по рассмотрению отчетных документов о походах, сбору и обработке информации о путешествиях, организации экспедиций и работе ответственного секретаря комиссии.

92. Кропф Ф. Сильнее смерти. - "Турист", 1971, № 4, с 21. Уникальный случай спасения жизни человека, находившегося в лавине 13 дней.

93. Кропф Ф. А. Спасательные работы в горах. Учебное пособие для альпинистов и туристов. М., Профиздат, 1975. 223 с.

Об организации профилактическо-спасательной службы в нашей стране, об особенностях спасательных работ зимой, в районе ледников, в лавинах, об организации радиосвязи в горах, оказании первой доврачебной помощи. Даны конкретные рекомендации по организации и проведению спасательных работ в горах с использованием специального снаряжения.

94. Кропф Ф. А. Спасательные работы в горах с применением подручных средств. - В кн.: Турист. М., ФиС, 1974, с. 333-364.

О транспортировке пострадавших в бесснежных и снежных районах, поисково-спасательных работах в лавинах.

95. Лебединская В. На Манараге все спокойно. - "Турист", 1968, № 11, с. 19.

Применение туристской любительской радиостанции Ленинградского городского клуба туристов для контроля за прохождением группами маршрутов,

96. Левченко М. Один день. - "Турист", 1976, № 8, с. 23. Очерк о работе Закарпатской контрольно-спасательной службы.

97. Лушников О. Записка в туре. - "Турист", 1975, № 6, с. 24. О важнейшем документе туриста - контрольной записке, оставляемой в туре, правилах ее заполнения.

98. Москвин Б. Но не одиночкам! - "Турист", 1971, № 3, с. 24.

Рассказывается об опасностях, которые подстерегают одиночек в самодеятельном туризме.

99. Москвин Б. Один не вернулся. - "Турист", 1967, № 8, с. 31. Разбираются причины несчастного случая, происшедшего с туристами из Минска на Кавказе.

100. Огородников Б. Под пиком Заоблачным. - В кн.: Ветер странствий. Вып. 6. М., ФиС, 1971, с. 38-49.

Очерк спасателя о работах в Саянах по поиску погибших туристов-лыжников из Минска.

101. Памятка о мерах безопасности в Лыжных путешествиях. М., 1968. 5 с. (Московский клуб туристов).

102. Пынеев Н. К. Действия экипажа самолета, вынужденно попавшего в безлюдную местность. М., Воениздат, 1957. 195 с.

В популярной форме изложены рекомендации и практические советы экипажам самолетов, вынужденно совершившим посадку или выбросившимся с парашютом в безлюдной местности. Освещены вопросы поиска и спасения этих экипажей.

103. Самарин В. Горы и люди. - "Турист", 1976, № 1, с. 26. О тяжелых последствиях нарушений туристской дисциплины в путешествиях.

104. Синий Л. Саяны не обманешь. - "Турист", 1968, № 4, с. 30. Разбираются обстоятельства и причины несчастного случая, происшедшего в лыжном походе в Саянах.

105. Ступени туристского мастерства. - "Турист", 1973, № 3, с. 24-25.

О разрядных требованиях по туризму на 1973-1976 годы и их отличиях от предыдущей классификации.

106. Тихомиров В. Д. О классификации маршрутов. - В кн.:

Ветер странствий. Вып. 7. М., ФиС, 1972, с. 62-66.

107. Тихомиров В. Д. Спортивная классификация туристских путешествий. (Методические рекомендации). М., ЦРИБ "Турист", 1975. 32 с.

Дано обоснование существующей системы экспертной оценки категорий сложности самодеятельных туристских путешествий, в том числе и комбинированных.

108. Фролов Н. Походный паспорт. - "Турист", 1970, № 4, с. <9. Порядок оформления самодеятельного туристского путешествия.

109. Хрчиан А. Молния в горах, - В кн.: Побежденные вершины. Сборник советского альпинизма 1973-1974. М., "Мысль", 1976, с. 81-92.

Краткие сведения о молниях, возникновении грозовых явлений и разрядов атмосферного электричества, опасностях этих явлений для людей, формах поражения электрическими разрядами, некоторых мерах предосторожности.

110. Шапкин Г. Конфликт в группе. - "Турист", 1975, № 11, с. 14.,. Влияние взаимоотношений между руководителем группы и участниками на безопасность путешествия,

111. Шимановский В. Все же 2х2==4! - "Турист", 1972, № 4, с. 22.

Об опасностях, подстерегающих туристов, путешествующих в сложных районах в одиночку.

112. Шимановский В. Право на помощь. - "Турист", 1974, № 1, с. 25.

На примерах несчастных случаев рассмотрен вопрос о моральном праве нарушителей правил организации путешествий рассчитывать на помощь со стороны контрольно-спасательной службы.

113. Шимановский В. Ходить в горы без аварий. - В кн.: Ветер странствий. Вып. 5. М., ФиС, 1970, с. 136-145.

Анализируются причины несчастных случаев в горах за период с 1923 года. Особое внимание уделено техническим и тактическим просчетам туристов.

114. Штюрмер Ю. География туристского мастерства. - В кн.:

Ветер странствий. Вып. 9. М., ФиС, 1974, с. 142-146.

Анализируются данные о мастерах спорта по туризму за период с 1950 по 1974 год.

115. Штюрмер Ю. А. Маркировка туристских маршрутов. (Методические рекомендации.) М., ЦРИБ "Турист", 1975. 76 с. с ил.

Описываются задачи, решаемые средствами маркировки, требования, предъявляемые к ней. О технологии и элементах маркировки (марках, фигурных знаках, текстовых видах маркировки), условных знаках, принятых в системе Центрального совета по туризму и экскурсиям.

116. Штюрмер Ю. А. Опасности в туризме, мнимые и действительные [проблемы профилактики травматизма в туристских путешествиях]. М., ФиС, 1972. 104 с. с ил.

Освещены основные причины несчастных случаев в туризме и пути их предупреждения, опыт туристских организаций по обеспечению безопасности, даны практические рекомендации по отбору в группу, обучению и воспитанию туристов, примеры преодоления опасных ситуаций на маршруте, разобраны обстоятельства некоторых несчастных случаев.

117. Юшманов Е. Безопасность туристских путешествий. - В кн.:

Ветер странствий. Вып. 3. М., ФиС, 1968, с. 66-67.

Влияние на вопросы безопасности туристских путешествий разрядных требований, правил организации путешествий и классификации туристских маршрутов.

См. также; 7, 8, 10, 11, 14, 18, 245, 306, 309-312, 321, 328, 331, 337, 338, 354, 356, 358, 359, 361, 376, 383, 386, 389, 394, 402, 403, 417, 473, 475.

ПЕРВАЯ ПОМОЩЬ В ПОХОДЕ. ГИГИЕНА И ФИЗИОЛОГИЯ ТУРИЗМА
118. Андрианов В. Берегись клеща. - "Турист", 1968, № 4, с. 25. О предупреждении опасного заболевания, подстерегающего туристов в тайге - клещевого энцефалита.

119. Бонч - Бруевич Е. В. Первая помощь при ожогах. М., "Медицина", 1969. 31 с. с ил. (Научно-популярная медицинская литература).

120. Буданян Ф. Е. Профилактика пищевых отравлений. М,, "Медицина", 1974. 55 с. с ил. (Научно-популярная медицинская литература).

О наиболее часто возникающих и особо опасных пищевых отравлениях при неправильной обработке и хранении пищи, употреблении ядовитых растений.

121. Васильев В. Н. Как производится искусственное дыхание. М., "Медицина", 1967. 16 с. (Научно-популярная медицинская литература).

Цель брошюры - научить читателя оказывать доврачебную помощь три несчастных случаях, сопровождающихся остановкой дыхания и сердечной деятельности.

122. Великорецкий А. Н. Первая помощь до прихода врача. Изд. 2-е. М., "Медицина", 1972. 95 с. с ил. (Научно-популярная медицинская литература).

Автор рассказывает, какая помощь должна быть оказана пострадавшему при несчастных случаях до прибытия медицинских работников, а также как следует транспортировать пострадавших и больных, ухаживать за ранеными и больными.

123. Владимиров Ю. Горная болезнь. - В кн.: Ветер странствий. Вып. 8. М., ФиС, 1973, с. 125-126.

Коротко говорится о последствиях горной болезни, приводятся примерные графики акклиматизации для туристов с различной предпоходной подготовкой.

124. Глазунова К. Ягоды злого волшебника. - "Турист", 1976, № 7, с. 19.

О несъедобных ягодах, чаще всего встречающихся туристам в походе.

125. Если хочешь быть здоров. Изд. 3-е, испр. и доп. М., ФиС, 1968. 248 с. с ил.

Представители медицины, заслуженные ветераны спорта и журналисты рассказывают о необходимости занятий физической культурой, дают практические рекомендации по закаливанию организма, наиболее рациональному режиму дня, участию в туристских походах.

126. Инструкция по оказанию первой помощи при несчастных случаях на геологоразведочных работах. М., "Недра", 1975. 55 с.

Краткие сведения о повреждениях и заболеваниях организма, признаках, позволяющих их распознать; основных способах оказания первой помощи. Учтены структура производственного травматизма, характер, локализация и тяжесть травм, имевших место в геологических партиях.

127. Кулешов Ю. Опасные встречи. - "Турист", 1970, № 7, с. 13.

Об опасных насекомых, встречающихся в походах, и мерах профилактики от поражения их ядом.

128. Мартынов С. М. Профилактика отравлений грибами. М., "Медицина", 1975. 55 с. с ил. (Научно-популярная медицинская литература).

О профилактике отравлений грибами, признаках ядовитых грибов, химических свойствах грибных ядов, характере их действия на организм человека.

129. Мирский М. Физиологические перегрузки в сложных походах. - В кн.: Ветер странствий. Вып. 5. М., ФиС, 1970, с. 126-129.

130. Нарциссов Е. Без обморожений. - "Турист", 1975, № 1, с. 22.

Рекомендации по предупреждению обморожений в зимних туристских походах.

131. Недялков А. Внимание: змеи! - "Турист", 1976, № 8, с. 29. О ядовитых змеях, их сезонных повадках, первой помощи при отравлениях.

132.Неменова Ю. Чтоб обед - не во вред. - "Турист", 1969, № 7, с. 21.

Старший научный сотрудник института питания рассказывает о том, что может вызвать отравление в походе, об оказании первой доврачебной помощи.

133. Петрищева П. А. Предупреждение клещевого энцефалита. М., "Медицина", 1966. 40 с. с ил. (Научно-популярная медицинская литература).

О путях заражения клещевым энцефалитом, даны рекомендации по поведению в лесу и применению одежды, предупреждающей контакт с клещем.

134. Петров П. Н., Соколов В. А. Первая помощь при переломах. М., "Медицина", 1968. 32 с. с ил. (Научно-популярная медицинская литература).

Вопросы диагностики переломов костей, методы оказания первой помощи при транспортировке пострадавших.

135. Рузинская Г. Чтобы лучше видеть. - "Турист", 1971, № 5, с. 21.

Советы по оказанию первой помощи при заболеваниях глаз в походе

136. Рунг Г. К вопросам профилактики горной болезни при высотных восхождениях (опыт челябинских альпинистов). - В кн.: Побежденные вершины. Сборник советского альпинизма 1970-1971. М., "Мысль", 1972, с. 222-237.

137. Ураев В. Ф. Первая медицинская помощь в походе. - В кн.: Турист. М., ФиС, 1974, с. 320-332.

Приемы оказания первой медицинской помощи при ушибах, растяжениях, вывихах, переломах, сотрясениях, кровотечениях, солнечных ударах, отравлениях, некоторых простудных заболеваниях.

138. Федорова О. Первая помощь при переломе. - "Турист", 1975, № 1, с. 22.

139. Федотов Н. Е. Знай это, спортсмен! М., ДОСААФ, 1972. 158 с. с ил.

Об оказании первой медицинской помощи в походах при пищевых отравлениях, переломах, ожогах, обморожениях.

140. Что нужно знать при внезапных заболеваниях и повреждениях. Л., "Знание", 1975. 208 с. с ил.

Высококвалифицированные специалисты описывают начальные признаки внезапно возникших острых заболеваний и повреждений (травм), дают рекомендации по оказанию первой помощи больному при различных заболеваниях и травмах.

См. также: 14, 283, 312, 332, 402, 429.

ЛИЧНОЕ И ГРУППОВОЕ ТУРИСТСКОЕ СНАРЯЖЕНИЕ
141. Автомобильные, спортивные и туристские принадлежности. Каталог изделий предприятий судостроительной промышленности СССР.

Л., 1971. 32 с. с ил. (Центральный научно-исследовательский институт информации и технико-экономических исследований).

142. Алмазов Ю., Домбровский А. Планшет ориентировщика. - "Турист", 1972, № 1, с. 31.

143. Бабенко М. Спальный мешок. - "Турист", 1976, № 9, с. 23. Указания по изготовлению самодельного пухового спального мешка.

144. Варфоломеев Ф. Г. Инвентарь и снаряжение для туристов. (Каталог.) М., 1966. 152 с. с ил. (Всесоюзный совет Союза спортивных обществ и организаций).

Каталог знакомит с туристским и альпинистским инвентарем и снаряжением, изготавливаемым промышленностью.

145. Васильев В., Колюбакин С. Была бы прочная палатка.- "Турист", 1972, № 12, с. 23.

Конструкция палатки для полярных путешествий.

147. Власов А. Как сшить палатку, - "Турист",1971, № 1, с. 24.

Даны эскизы раскроя, указания к изготовлению самодельной палатки с тентом на трех-четырех человек, рецепты пропитки.

148. Власов А. Снаряжение. - "Турист", 1971, N2 2, с. 25.

О снаряжении для многодневных пешеходных походов.

149. Власов А. Собираясь в поход. - "Турист", 1974, № 2, с. 24.

О снаряжении туриста-лыжника.

150. Власов А. Чемодан для велосипеда. - "Турист", 1972, № 6, с. 24.

151. ГершвальдА. Шатровая палатка. - "Турист", 1968, № 2. с. 23.

152. Городилова И. Анарака. - "Турист", 1975, № 3, с. 25. Чертежи кроя и рекомендации по изготовлению легкой куртки из ткани "боленья".

153. Гранильщиков Ю. Походный светильник. - в кн.: Ветер странствий. Вып. 1. М., ФиС, 1965, с. 69.

154. Гранильщиков Ю. Теплоизоляционная циновка. - В кн.:

Ветер странствий. Вып. 1. М., ФиС, 1965, с. 72-73. Конструкция циновки из пенопласта и материи.

155. Д рус мин А. За плечами "Сенеж" - "Турист",, 1974, № 11, с. 23,

О достоинствах станкового рюкзака.

156. Елисеев О. Разборная печка. - "Турист", 1968, № 11, с. 30. Конструкция разборной печки для группы в 8-10 человек, предназначенной для установки в шатровую палатку.

157. Заславский М. Сберегая лес... - "Турист", 1972, № 6, с. 24. Приводится конструкция таганка.

158. Иванов Е. Универсальная печь. - В кн.: Ветер странствий. Вып. 2. М., ФиС, 1967, с. 40-41.

159. Иосад Э. Какая палатка лучше? - "Турист", 1971, № 4, с. 10.

160. И осад Э. С каким рюкзаком хорошо шагать? - "Турист", 1970, № 11, с. 24.

161. Карась М. Походная квартира за полчаса. - "Турист", 1973, № 1, с. 31.

Конструкция палатки для зимних походов.

162. Колюбакин С., Васильев В. Техника и тактика походов.- "Турист", 1975, № 2, с. 23.

Снаряжение туриста в лыжном походе.

163. Коновалов Б. О. Удобное, универсальное. - "Турист", 1975, № 6, с. 32.

Самодельное и доработанное стандартное походное снаряжение для горных походов.

164. Лукоянов П. Внимание: пурга. - В кн.: Ветер странствий. Вып. 9. М., ФиС, 1974, с. 72-79.

Снаряжение для лыжного похода.

165. Лукоянов П. Палатка и компас туриста-лыжника. - В кн.:

Ветер странствий. Вып. 11. М., ФиС, 1976, с. 149-150.

Рассматриваются существующие конструкции палаток на центральной опоре для зимних путешествий и солнечно-магнитного компаса для путешествий в тундровой зоне.

166. Meдинец Ю. Радиостанции для связи в горах. - В кн.:

Побежденные вершины. Сборник советского альпинизма 1973-1974. М., "Мысль", 1976, с. 108-115.

О радиостанции "Виталка", даны рекомендации по наиболее рациональному использованию ее в высокогорных условиях.

167. Огородников Б. Кухня в рюкзаке. - "Турист", 1973, № 7, с. 24-25.

Применение различных видов топлива в безлесных районах.

168. Олегов К. Рюкзак на лыжах. - "Турист", 1974, № 12, с. 25. Конструкция нарт из лыж для транспортировки рюкзака.

169. Пащенко Д. Автоклав. - В кн.: Ветер странствий. Вып. 1. М., ФиС, 1965, с. 105.

Самодельный автоклав для приготовления пищи в высокогорных. условиях,

170. Рапопорт С. Коптильня. - "Турист", 1974, № 8, с. 30. Изготовление приспособления для копчения рыбы в походных условиях.

171. Руф Л. В. Спасательный жилет. - В кн.: Всегда в пути. М" 1966, с. 347-348.

172. Сегодин А. В Арктику во всеоружии. - В кн.: Ветер странствий. Вып. 9. М., ФиС, 1974, с. 80-82.

Конструкция нарт с парусом и меховой одежды.

173. Семенов Б. Костровая посуда. - В кн.: Ветер странствий. Вып. 1. М., ФиС, 1965, с. 20-21.

174. Спасательные средства. - "Катера и яхты", 1968 вып. 13 с. 63-64.

Изготовление спасательного жилета.

175. Станковый рюкзак. - "Турист", 1975, № 1, с. 24. Приводятся чертежи и описание рюкзака, раскрой материала, рекомендации по изготовлению.

176. Туристское снаряжение. М., Профиздат, 1968. 208 с. с ил. В книге турист найдет рекомендация о том, как правильно выбрать снаряжение, одежду и обувь, подготовить к походу байдарку или мотоцикл, какую палатку лучше всего взять с собой.

177. Четверка. - "Турист", 1968, № 6, с. 30. О конструкции палатки для четырех человек.

178. Штормовка. - "Турист", 1974, № 5, с. 29. Приводится выкройка штормовой куртки с цельнокроеным капюшоном.

179. Яров А. В. Рюкзак. - В кн.: Вещи в пути. М., 1966, с. 311-314. См. также: 295, 313, 323, 357, 366, 370, 372, 389, 393, 395, 400, 401, 407-409, 412-414, 419, 420, 423, 426, 429, 431, 433, 443-445, 475, 479.

УСТРОЙСТВО ТУРИСТСКИХ СУДОВ И СРЕДСТВ ДЛЯ ИХ ТРАНСПОРТИРОВКИ
180. Азаренко В. Е. Парусное вооружение байдарки. - "Катера и яхты", 1968, вып. 13, с. 92-95.

181. Анисимов В., Лагутин В., Ебачев Г. Надувной плот для горных рек. - В кн.: Ветер странствий. Вып. 9. М., ФиС, 1974, с. 83-85.

182. Баркан Ю. В. Байдарка "Салют" под парусами. - "Катера и яхты", 1971, вып. 2 (30), с. 30-32.

183. Белозеров В. Самодельная лодка "Пирога". - В кн.: Ветер странствий. Вып. 4. М., ФиС, 1969, с. 64-67.

Конструкция и способ изготовления самодельной каркасной лодки из местных материалов с использованием готовой оболочки из прорезиненной ткани.

184. Бересневич В. Тележка - масси. - "Турист", 1970, № 9, с. 23.

Тележка, предназначенная для перевозки туристской 2-3-местной байдарки.

185. Берзин В. В., Берзин Б. В. "Салют" на байдарке. - "Катера и яхты", 1975, № 4 (56), с. 54-55.

Об установке мотора "Салют" на байдарке.

186. Берман А. Парус на байдарке. - В кн.: Ветер странствий. Вып. 11. М., ФиС, 1976, с. 157-158.

Предлагается конструкция паруса для байдарок, не приспособленных к движению с большим креном.

187. Бессонов Г. Б. Прядкина Т. А. Катамараны из байдарок.- "Катера и яхты", 1967, вып. 11, с. 59-62.

188. Брежнев В. Плоты для горных рек. - В кн.; Ветер странствий. Вып. 3. М., ФиС, 1968, с. 68-71.

Приведены конструкция плота, методика расчета его грузоподъемности, указания по строительству.

189. Брызгалов В. И. Байдарка "Щука" (трехместная туристская разборная с мягкой оболочкой; 5,2х0,92; грузоподъемностью 350 кг). - "Катера и яхты", 1974, № 2 (48), с. 32-36.

190. Бувэтов А. Надувной катамаран. - "Турист", 1970, № 3, с. 25.

Приводится описание плота-катамарана на надувных элементах и мячей.

191.Вакуленко В. А. Простейший туристский катамаран. - "Катера и яхты", 1966, вып. 6, с. 28-30.

192. Дворкович А. На байдарке под парусами. - "Турист", 1966, № 6, с. 30.

Рекомендации по изготовлению гафельного паруса для байдарки.

193. Дубровский А., Кондрашов Д. Самодельная разборная байдарка. М., ФиС, 1967. 30 с. с ил. (В помощь туристу).

Чертежи и рекомендации по изготовлению разборной байдарки.

194. Дубровский А., Кондрашов Д., Коробков А. Туристские разборные байдарки. - В кн.: Ветер странствий. Вып. 4. М., ФиС, 1969, с. 7-13.

Сравнительные характеристики отечественных и зарубежных байдарок.

195. Дубровский А., Коробков А. Байдарка - своими руками. - "Турист", 1972, № 2, с. 28, № 3, с. 28.

196. Емельянов В. О детских шариках для взрослых. - "Турист", 1974, № 7, с. 24.

Об использовании надувных шариков для создания конструктивных элементов плотов и катамаранов.

197. Емельянов Ю. В. Малые туристские моторные суда. Л., "Судостроение", 1967. 368 с. с ил.

Дано описание моторных судов для туризма и дальних спортивных плаваний. Типы и конструкции корпусов, механизмы и устройства, оборудование и снаряжение.

198. Козлов С. Тримаран из байдарки. - "Турист", 1976, № 4, с. 24.

О постройке тримарана для дальнего парусного похода.

199. Коробков А. Одноместная байдарка выходит на маршрут. - В кн.: Ветер странствий. Вып. 9. М., ФиС, 1975, с. 86-89.

Основные данные о самодельных одноместных байдарках и об их использовании в туристских походах.

200. Коробков А. И. Надувные туристские суда-катамараны. - "Катера и яхты", 1975, № 4 (56), с. 10-13.

Рассмотрены многочисленные варианты простейших туристских надувных катамаранов.

201. Коровельский Д. Н. Как самому сшить парус. - "Катера и яхты", 1964, вып. 3, с. 199-207.

202. Кротов Ю., Сазонов Н. Надувная байдарка. - "Турист", 1966, № 5, с. 23.

Двухместная надувная байдарка, состоящая из газонепроницаемых

продольных элементов, помещенных в прочную оболочку.

203. Крючков Ю. С., Лапин В. И. Парусные катамараны. Изд. 2-е, перераб. и доп. М., "Судостроение", 1967. 276 с. с ил.

Изложены особенности проектирования и постройки катамаранов для гонок, туризма, дальних плаваний. Специальные главы посвящены вопросам движения быстроходных парусных судов, работе их парусного вооружения. Приводится методика расчета прочности и мореходных качеств двухкорпусных парусных судов, а также чертежи для любительской постройки.

204. Кучумов Г. Салик. - "Турист", 1976, № 5, с. 23.

Конструкция салика катамаранного типа для плавания по горным рекам.

205. Лебедев Л. С. Надувные лодки Уфимского завода. - "Катера и яхты", 1975, № 6 (58), с. 12-17.

206. Лейкин Л. Двухместный катамаран. - "Турист", 1972, № 8, с. 23.

Надувной катамаран на полиэтиленовых подушках.

207. Полянин В. Самая легкая тележка. - "Турист", 1975, № 4,

Конструкция тележки для перевозки байдарок типа "Салют" как в разобранном, так и в собранном виде.

208. Пытов М. М., Цитринович В. М., Цейтлин М. Я. Самодельная надувная байдарка (5,2х1,0; грузоподъемностью 600 кг, вес 18 кг}. - "Катера и яхты", 1972, № 4(38), с. 91-96.

209. 15 проектов судов для любительской постройки. Изд. 2-е, испр. и доп. Л., "Судостроение", 1975. 240 с. с ил.

Даны описания и чертежи для постройки 15 малых судов для туризма и спорта (яхт, каютного катера, гребных и моторных лодок). Сведения по основам судостроения, технологическим приемам, применяемым материалам.

210. Раменский Л. Катамаран. - "Турист", 1967, № 3, с. 29. Описание конструкции и эскиз двухместного разборного плота-катамарана на камерных поплавках.

211. Резанов И. Самодельная надувная лодка. - В кн.: Ветер странствий, выл. 3. М., ФиС, 1968, с. 38.

Конструкция и способ изготовления надувной лодки водоизмещением около 1 т, грузоподъемностью 500 кг.

212. Романенко Л. Л., Щербаков Л. С. Моторная лодка. Пособие для любителей. Изд. 3-е, перераб. Л., "Судостроение", 1972. 448 с.

В популярной форме изложены основы проектирования маломерных туристских моторных судов и гребных винтов для них, способы любительской постройки судов со стационарными двигателями и подвесными моторами.

213. Сазонов Н., Кротов А. Надувные байдарки. - В кн.: Ветер странствий. Вып. 2. М., ФиС, 1967, с. 14-15.

Конструкция бескаркасной многосекционной байдарки, состоящей из надувных продольных трубчатых элементов.

214. Славянский А. К. Что можно сделать из байдарки "Нептун"? - "Катера и яхты", 1970, вып. 4 (26), с. 90-92.

О различных самодельных приспособлениях для байдарки "Нептун".

215. Степаненко В. Г. "Мапуна" - парусный плот из автомобильных камер. (5,6х1,5; легкоразборный; вес 110 кг; грузоподъемность 1200 кг). - "Катера и яхты", 1975, № 3, (55), с 94-96.

216. Строганов В. А. Одноместная разборная байдарка "Таймень". - "Катера и яхты", 1975, № 5 (51), с. 90-93.

217. Строганов В. А. Схемы секционных байдарок. - "Катера и яхты", 1972, вып. 1 (35), с. 29-30.

Три схемы жестких разборных байдарок.

218. 300 советов по катерам, лодкам и моторам. Л., "Судостроение", 1974. 320 с. с ил.

Рекомендации по выбору прогулочно-туристских лодок и катеров, их безопасной эксплуатации и ремонту.

219. Филатов В. С попутным ветром. - "Турист", 1969, № 7, с. 10. Описание простейших парусов к байдарке и лодке.

220. Храпко Р. И. Еще один вариант надувного катамарана. - "Катера и яхты", 1974, № 5, (51), с. 94-95.

Трехместный надувной катамаран из полихлорвиниловой пленки весом 13 кг.

221. Швербот "Турист". - "Катера и яхты", 1963, вып. 1, с. 161-164. Швербот-двойка оборудован парусом (3,5Х1,32, вес 85 кг).

222. Юшманов Е. Как построить плот. - "Турист", 1967, № 5, с. 24.

Краткое описание постройки плота из бревен. Приведены четыре рисунка элементов конструкции.

223. Якубовский М. И. Любительская постройка портативных судов. Л., "Судостроение", 1967. 189 с. с ил.

Описание и чертежи разборных и складных лодок, плавучих дач к других малогабаритных судов.

См. также: 329, 335, 344, 345, 353-355, 360-362, 365, 367-369.

ОРГАНИЗАЦИЯ ПИТАНИЯ В ТУРИСТСКОМ ПУТЕШЕСТВИИ
224. Аралова Н. Скатерть-самобранка. - "Турист", 1974, № 7, с. 19-20.

Приводятся сведения о съедобных растениях, из которых в походных условиях можно приготовить щи, каши, салаты и приправы.

225. Водовозов а М. Салат из одуванчика. - "Турист", 1967, № 8, с. 29.

Рецепты салатов из съедобных растении.

226. Демин Э. Н. Питание в туристском походе. - В кн.: Турист. М., ФиС, 1974, с. 30-38.

227. Копылов А. Если ты завхоз. - "Турист", 1974, № 7, с. 23. Даны примерные рационы питания на одного туриста в сутки и способы приготовления обеда в походных условиях.

228. Молодцов О. Рюкзак становится легче. - "Турист", 1973, № 2, с. 24.

Подбор продуктов питания для похода.

229. Похлебкин В. Вершки и корешки. - "Турист", 1974, № 10, с. 14.

О кореньях, орехах и подземных грибах, которые можно употреблять в пищу.

230. Птицын Г. О кострах. - "Турист", 1975, № 10, с. 23.

231. Рекомендации по питанию спортсменов. Под ред. акад. А. А. Покровского. М., ФиС, 1975. 48 с. (Научный совет АМН СССР по медицинским проблемам физической культуры и спорта).

Рекомендации по составлению меню, по режиму питания спортсменов на тренировочном сборе и дистанции соревнований.

232. Савельев М. Питание в путешествии. Петропавловск-Камчатский, Дальневосточное кн. изд-во, 1971. 79 с. (Областной совет по туризму).

Вопросы организации питания в путешествии: составление рационов, калорийность отдельных продуктов, приготовление пищи.

233. Шимановский В. Ф. Питание в туристском путешествии. (Методические рекомендации.) М., ЦРИБ "Турист", 1975. 56 с. с ил.

Рекомендации по организации питания в самодеятельном туристском путешествии, основное внимание уделяется горным путешествиям. Приводятся примерные рационы, меню, калорийность отдельных блюд, режим питания.

См. также: 75, 120, 124, 128, 132, 170, 287, 297, 312, 323, 376, 383, 389, 394, 401, 409, 426.

ОХРАНА ПРИРОДЫ И ТУРИЗМ
234. Владимир Ильич Ленин и природа. - В кн.: Ветер странствий. Выл. 5. М" ФиС, 1970, с. 2-7.

Об основных декретах, подписанных В. И. Лениным по охране природы.

235. Арманд Д. Л. Нам и внукам. Изд. 2-е, доп. М., "Мысль", 1966. Книга содержит материалы по охране природы, а также критикует случаи бесхозяйственного отношения к природным богатствам.

236. Банников А. Г. По заповедникам Советского Союза. Изд. 2-е, доп. и перераб. М., "Мысль", 1974. 237 с. с ил.

О значении заповедников в деле охраны и изучения природы. Даны описания наиболее интересных заповедников, их растительного и животного мира.

237. Бобров Р. В. Любите пес (основы лесохозяйственной пропаганды). М., "Лесная промышленность", 1975. 192 с. с ил.

Книга посвящена разъяснению лесных проблем, воспитанию у людей любви к лесу и ответственности за состояние лесных богатств.

238. Гусев Р. Туризм, лес, право. - "Турист", 1972, № 8, с. 29. Приведены и прокомментированы некоторые законодательные акты, утверждающие права путешественников и охраняющие природу.

239. Емельянова В. Г. Охрана заповедников, заказников, памятников природы. М., "Юридическая литература", 1975. 64 с.

О том, как советский закон охраняет заповедники, заказники, природные парки, памятники природы, каков режим каждой из форм охраны природы, какие меры принимаются к нарушителям законов.

240. Заровный Г. М. Проблемы подготовки туристов к охране природы и рациональному использованию ее богатств. - В сб.: Использование природных ресурсов для организации туризма и отдыха. Омск, 1972, с. 79-87.

241. Казанцев Н. Д. Правовая охрана природы в СССР. М., "Знание", 1967. 62 с.

Рассказывается об объектах, подлежащих охране (земле, воде, недрах, лесе, животном мире, атмосфере), о требованиях правильного и рационального использования природных ресурсов, допускаемых способах эксплуатации и использовании тех или иных объектов природы, требованиях запретительного порядка, граждански-, административно- и уголовно-правовой ответственности лиц, нарушающих законы об охране природы.

242. Колбасов О. Природа под охраной закона. М., "Московский рабочий", 1975. 128 с. (Беседы о советском законе).

Автор отвечает на вопросы: как советское законодательство решает вопрос о рациональном использовании природных ресурсов - недр земли, водоемов, фауны и флоры, для чего создаются заповедники, заказники, национальные парки, каковы обязанности и ответственность должностных яиц и граждан в отношении сохранности природных богатств.

243. Костер - друг и враг. - "Турист", 1973, № 1, с. 21. Председатель Государственного комитета лесного хозяйства Совете Министров СССР Г. И. Воробьев рассказывает о причинах возникновения пожаров, о последствиях небрежного обращения с огнем, о помощи туристов лесной охране.

244. Куракова Л. И. Беседы о природе, обществе и человеке. М., "Знание", 1975. 192 с. (Народный университет. Естественнонаучный факультет).

Об актуальных проблемах взаимоотношения человека и природы: о защите природной среды, рациональном использовании природных ресурсов, об их сохранении и использовании.

245. Лаврентьев В. Берегите зеленого друга. М., "Советская Россия", 1974. 68 с.

Анализируются причины возникновения лесных пожаров, характеризуются их виды и формы, приводятся правила пожарной безопасности в лесах.

246. Лес и отдых. М., "Лесная промышленность", 1975. 192 с. На примере Эстонской ССР раскрывается проблема организации отдыха в лесу. Рассмотрено формирование лесных ландшафтов для рекреационных целей, выделение и ландшафтно-архитектурное проектирование зон отдыха, кемпингов, мотелей, палаточных лагерей и баз отдыха.

247. Луканенкова В. К. Пропаганда охраны природы в краеведении и туризме. - В сб.: Краеведение и туризм. Л., 1972, с. 81-110.

248. Малым рекам - чистоту! - "Турист", 1972, № 5, с. 10-11. В статье читатели предлагают конкретные меры для сохранения чистоты малых водоемов, рассказывают о том, какой вклад в дело охраны рек могут внести туристы.

249. Митрюшкин К. Л., Шапошников А. К. Человек и природа. М., "Знание", 1974. 173 с. (Народный университет. Естественнонаучный факультет).

Раскрыто значение охраны природы в условиях бурного развития промышленности, сельского хозяйства и других отраслей народного хозяйства, рассказано о том, как решаются задачи охраны природы в СССР, приводятся примеры изучения этой проблемы в других странах.

250. Охрана природы. Сборник нормативных актов. М., "Юридическая литература", 1971. 408 с.

Систематизированы важнейшие законодательные и нормативные акты, регулирующие охрану природы, включены акты по охране земли, ее недр, леса, животных, водного хозяйства, рыбных запасов.

251. Примечательные природные ландшафты СССР и их охрана. Ботанические, геологические, озерные и зоологические заказники СССР. М., "Наука", 1967. 175 с. с ил.

В сборнике приводятся сведения об уникальных участках лесов, степей, озерах, пещерах и других природных ландшафтах, сохранившихся как памятники далекого и недавнего прошлого нашей природы.

252. Скалой В. Н. Беседы о природе. М., "Лесная промышленность", 1969. 128 с.

Автор на основе своего большого опыта в исследовании вопросов охраны природы в Восточной Сибири и Казахстане вскрывает недостатки в этой работе, предлагает пути и способы их устранения, рассказывает о возможности процветания живой природы в сочетании с ее повсеместным разумным использованием.

253. Слово о лесе. - "Турист", 1976, № 3, с. 19-20. Об участии туристов в охране леса.

254. Туризм и охрана природы. Экспериментальная программа. Л., Изд. НИИ общего образования взрослых АПН СССР, 1973. 109 с.

Работа представляет собой попытку собрать воедино материалы по вопросам охраны природы, необходимые для обучения различных категорий туристско-экскурсионных кадров и актива. Приведена экспериментальная программа "Основы охраны природы".

255. Халатин С. А. Я иду по лесу. М., "Лесная промышленность", 1973. 144 с. с ил.

О лесе, как о сложном организме, все компоненты которого тесно взаимосвязаны. Автор предостерегает человека, не знакомого с жизнью леса, от непоправимых действий, нарушающих эти связи в природе.

256. Червонный М. Берегите лес! (Об организации охраны лесов м ответственности за лесонарушения). М., "Московский рабочий", 1974. 60 с.

257. Штюрмер Ю. А. Методические рекомендации по охране природы в учреждениях туризма. М., ЦРИБ "Турист", 1976. 38 с.

Рекомендации по планированию, подготовке и проведению работы по охране природы в учреждениях и организациях туризма как самодеятельного, так и планового.

258. ШтюрмерЮ. А. Охрана природы и туризм. М., ФиС, 1974. 104 с.

Изложены основные положения об охране природы применительно к интересам туристов; рассказано об общественно полезной природоохранной деятельности путешественников; обобщен опыт по защите природных ресурсов, накопленный в туристских коллективах и организациях страны.

259. Штюрмер Ю. А. Туристу - об охране природы. М., Профиздат, 1975. 104 с.

О правильной организации походного быта, правилах разведения костров, пропаганде охраны природы среди туристов, о формах работы туристов по охране природы. В приложении приведены перечень фильмов по охране природы, план учебно-воспитательной работы с туристами, библиография по вопросам охраны природы.

См. также: 20, 56, 57, 61, 64, 70, 312, 444.

ТУРИЗМ И ОРИЕНТИРОВАНИЕ НА МЕСТНОСТИ
260. Алешин В., Иванов Е., Колесников А. Судейство соревнований по ориентированию на местности. М" ФиС, 1970. 143 с. ^

Книга предназначена для судей и организаторов соревнований, рассказывает о видах дистанций и соревнований, организации работы оргкомитета и судейской коллегии, о планировании дистанции и подготовке карты.

261. Алешин В., Калиткин Н. Соревнования по спортивному ориентированию. Карты и дистанции. М. ФиС, 1973. 152 с. с ил.

О наиболее важных в подготовке соревнований по ориентированию вопросах: тщательном выборе района, составлении высококачественной спортивной карты, планировании и оформлении технически совершенной дистанции.

262. Богатое С, Ф., Крюков О. Г. Спортивное ориентирование на местности. М., Воениздат, 1971. 144 с.

В пособии даны методические советы по организации, проведению и судейству соревнований по спортивному ориентированию, подготовке спортсменов-ориентировщиков.

263. Генецкий К., Якубович В. Бег с картой. (В помощь занимающимся спортивным ориентированием на местности}. Изд. 2-е. Кишинев, "Картя Молдовеняскэ", 1972. 84 с.

Брошюра рассчитана на тренеров и спортсменов-ориентировщиков, поможет в организации планомерного тренировочного процесса.

264. Грановский Е. Проверь ориентир. - "Турист", 1976, № 6, с. 32.

О необходимых мерах безопасности при проведении соревновании по ориентированию.

265. Елаховский С. Бег к невидимой цепи. (Очерки о спортивном ориентировании). М., ФиС, 1973. 144 с. с ил.

В живой и увлекательной форме рассказано о правилах соревнований по ориентированию, истории этого вида спорта, перипетиях спортивной борьбы на "лесном" стадионе, о необыкновенном оздоровительном воздействии ориентирования.

266. Елаховский С. Ошибки ориентировщика. - В кн.: Ветер странствий. Вып. 5. М. ФиС, 1970, с. 118-123

267. Жмуров В. И., Мелихов Е. Н., Ромашков Е. Г. Карта и ориентирование на местности. Предсказание погоды. - В кн.: Турист. М., ФиС, 1974, с. 39-53.

Краткие сведения о карте, пользовании ею; способы ориентирования и практические советы, которые облегчат туристу разработку и прохождение маршрута.

268. Иванов Е. С компасом и картой. Пособие для участников соревнований по ориентированию на местности. М., ДОСААФ, 1971. 48 с. с ил. и сх.

Книга расскажет начинающему ориентировщику о том, как подготовиться к соревнованиям по ориентированию. Рассмотрены технические приемы, применяемые спортсменами во время соревнований (измерение расстояний и владение картой, чтение карты и сличение ее с местностью), вопросы тактики, в частности, выбор рационального пути и поиск контрольных пунктов. Материал изложен с последовательным усложнением заданий и упражнений.

269. Изоп Э. Игровой метод при обучении ориентированию на местности. Учебное пособие. Таллин, 1975. 202 с. с ил. (Эстонский республиканский совет по туризму и экскурсиям).

270. Изоп Э. В. Оздоровительное ориентирование. Учебное пособие. Таллин, 1974. 24 с. (Эстонский республиканский совет по туризму и экскурсиям).

Виды оздоровительного ориентирования, интересные и увлекательные соревнования, проводимые в свободное от работы время,

271. Калиткин Н. Тактический маневр. - "Турист", 1975, № 12, с. 23.

Тактические приемы в соревнованиях по ориентированию на местности.

272. Куприн А. М. Умей ориентироваться на местности. М., ДОСААФ, 1972. 72 с. с ил.

Об умении ориентироваться на местности с помощью карты и компаса.

273. Меньчуков А. Е. В мире ориентиров. Изд. 4-е, перераб. и доп. М., "Недра", 1973. 320 с. с ил.

О том, как пользоваться самыми различными природными ориентирами (от обыкновенного камня и полевого цветка до Луны, Солнца и звезд) для определения своего положения во времени и пространстве, книга учит ориентироваться без специальных приборов в любых земных природных условиях, днем и ночью, в разное время года, независимо от погоды.

274. Нурмимаа В. Спортивное ориентирование. Сокр. пер. с фин. М., ФиС, 1967. 158 с. ил.

Книга известного финского ориентировщика рассчитана на начинающего спортсмена. Рассказывается о карте и компасе, способах ориентирования в различных условиях, подготовке к соревнованиям и их проведении, об одежде и снаряжении ориентировщика.

275. Огородников Б. Приглашение к старту. - "Турист", 1975, № 12, с. 20.

Организация массовых соревнований по ориентированию.

276. Ориентирование на местности. Правила соревнований. М., ФиС, 1969. 64 с. (ВЦСПС. Центральный совет по туризму и экскурсиям).

277. Соколов И. А. Топографическая карта и местность. Изд. 2-е, перераб. и доп. М., ДОСААФ, 1975. 96 с. с ил.

Рассматриваются назначение, содержание и классификация топографических карт; подготовка их к работе и измерительные приемы, применяемые при работе с картой, вопросы топографического ориентирования, изучения местности и оценки маршрута движения по карте.

278. Шур Г. Топографическая память. - "Турист", 1973, № 11, с. 24-25.

Об искусстве "видеть" местность, изучая карту. См. также: 3, 4, 61, 71, 78, 142, 282, 283, 376.

ТУРИЗМ В КОМПЛЕКСЕ ГТО. ПОХОДЫ ВЫХОДНОГО ДНЯ
279. Григорьев Г. Диплом здоровья. - "Турист", 1976, № 2, с. 24.

О занимательной туристской игре "Тримм", привлекающей к участию в походах выходного дня большое число населения.

280. Мясоедов Б. Туризм выходного дня. М., ФиС, 1960. 68 с. Очерки о различных формах туризма в выходной день.

281. Новиков А. Л. Прием туристских нормативов комплекса ГТО в вузах. Казань, 1975. 12 с. (Центральный совет СДСО "Буревестник", Федерация туризма Татарского областного совета СДСО "Буревестник").

На основе опыта работы туристского клуба Казанского авиационного института даны методические рекомендации по приему туристских нормативов комплекса ГТО.

282. Огородников Б. И. С компасом и картой по ступеням ГТО. (туризм в комплексе "Готов к труду и обороне СССР"). М., ФиС, 1973. 72 с. с ил.

Освещены вопросы приобретения навыков ориентирования на местности и организации простейших соревнований по ориентированию, приобретения туристских навыков, необходимых для сдающих туристские нормативы комплекса ГТО.

283. Поход выходного дня (Пособие для руководителей похода выходного дня). Кишинев, "Картя Молдовеняскэ", 1964. 84 с.

Вопросы подготовки, организации и проведения похода, ориентирования на местности, личной гигиены туриста и оказания первой помощи.

284. Ромашков Е. Туристские походы выходного дня. М., ФиС, 1967. 31 с.

Даны советы по организации и проведению похода выходного дня, по выбору видов туризма, подбору снаряжения, устройству биваков.

285. Ромашков Е. Туристский поход в выходной день. Изд. 2-е. М., Профиздат, 1964. 71 с.

О том, как организовать поход пешком, на гребной и моторной лодке, на велосипеде, мотоцикле или автомобиле, какое снаряжение необходимо для этого, что должен знать руководитель и участники похода.

286. Сергеев Б. Туристские биваки. М., ФиС, 1967. 31 с. с ил. (В помощь туристу).

Подробно рассказано об одном из разделов подготовки сдающих нормы ГТО по туризму.

287. Симаков В. И. Походы выходного дня. (Методические рекомендации). М., ЦРИБ "Турист", 1975. 40 с.

О работе секции туризма коллектива физкультуры по организации туристской группы, выборе маршрута, обеспечении туристов снаряжением, о питании в пути, организации бивака.

См. также: 14, 21, 269, 294-302, 310.

ТУРИСТСКИЕ СЛЕТЫ И СОРЕВНОВАНИЯ
288. Галкин Я. Завтра у вас слет. - "Турист", 1972, № 4, с. 24. Правила организации туристских слетов и соревнований для школьников.

289. Гранильщиков Ю. Дистанция соревнований - туристский маршрут. - В кн.: Ветер странствий. Вып. 9. М., ФиС, 1974, с. 147-151.

О практике проведения соревнований на лучшее туристское путешествие.

290. Десинов Л. В., Луговьер Д. А. Методика судейства соревнований на лучшее туристское путешествие. М., ЦРИБ "Турист", 1975. 31 с.

Даны советы по организации работы судейской коллегии, разобраны характерные недостатки в отчетах о путешествиях, технические ошибки команд, вопросы дальнейшего совершенствования методики организации и проведения соревнований.

291. Иванов В., Федотов Ю. Выходи на старт. - "Турист", 1975, № 9, с. 26.

Организация соревнований по технике горного туризма.

292. Колесников Н. А., Кудрявцев В. Н. Туристские спеты и соревнования. Изд. 2-е, перераб. М., Профиздат, 1974. 72 с.

Об организации и проведении важнейших массовых мероприятий самодеятельного туризма - слетов. Даны рекомендации по программе слета, организации различных конкурсов и соревнований на туристской полосе препятствий.

293. Шимановский В. Ф. Туристские слеты. (Методические рекомендации по организации областного слета комсомольцев и молодежи - победителей похода по местам революционной, боевой и трудовой славы советского народа). М., ЦРИБ "Турист", 1975. 48 с.

Приведены подробные рекомендации по подготовке слета, выбору его тематики и программы, организации конкурсов, туристских соревнований, обмену опытом работы.

См. также: 1, 2, 6, 9, 371.