Перевал Дятлова forever

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Перевал Дятлова forever » Противоракетная оборона. Не прощай оружие » Автоматические аэростаты...Весь мир на ладони по воле ветров...


Автоматические аэростаты...Весь мир на ладони по воле ветров...

Сообщений 1 страница 30 из 36

1

https://nvo.ng.ru/history/2016-12-23/1_931_ussr.html

Изощренный пригляд за Советами
Михаил Павлушенко

Об авторе: Юрий Олегович Дружинин – кандидат технических наук, старший научный сотрудник Института проблем управления им. В.А. Трапезникова ФАНО; Алексей Юрьевич Емелин – кандидат исторических наук, заведующий архивохранилищем, заместитель начальника отдела обеспечения сохранности и государственного учета документов РГА ВМФ; Михаил Иванович Павлушенко – профессор Академии военных наук, кандидат военных наук, доцент, лауреат премии А.В. Суворова 1-й степени.

Полеты в 1956 году в небе над Советским Союзом американских автоматических разведывательных аэростатов, оборудованных аппаратурой для фотосъемки, стали косвенным свидетельством роста боевой мощи и эффективности ПВО советских Вооруженных сил.

ПОТРЕБНОСТЬ В ТОЧНЫХ КАРТАХ

При планировании ядерных ударов по территории Советского Союза военному командованию США были необходимы точные карты нашей страны. Данные немецкой аэрофотосъемки, доставшиеся американцам в конце Второй мировой войны в качестве трофея, охватывали только европейскую часть СССР, тогда как созданная в военные годы промышленная база на Урале, в Казахстане и Сибири, по независящим от пилотов люфтваффе причинам, на фотопленку не попала. Кроме того, из-за стремительных темпов развития экономики Советского Союза необходимо было обновить и унаследованные у фашистов карты.

Попытки нарушить воздушное пространство над территорией СССР, более или менее удачные для самолетов США в конце 1940-х годов, вскоре стали решительно пресекаться нашими ПВО. Об интенсивности противостояния в небе над нашей страной в годы войны в Корее можно судить по тому факту, что в апреле-мае 1950 года было сбито три американских самолета B-36 (3 апреля – над Либавой, 17 апреля – над Северным Ледовитым океаном и 5 мая – над Тихим океаном).

Гибель самолетов сопровождалась потерей экипажей (на B-36 – 10 человек), что охладило пыл американских ВВС при планировании разведывательных полетов над территорией СССР.

Потерпев неудачу в использовании для разведки над территорией СССР обычных бомбардировщиков, ВВС США запустили две программы, одна из которых предусматривала создание стратосферного самолета-разведчика U-2, а вторая предполагала использование автоматических аэростатов.

ЯДЕРНЫЕ СТРАШИЛКИ АМЕРИКИ

В 1955 году президент США Дуайт Эйзенхауэр выдвинул идею «открытого неба» (Open Skies). Суть ее была в том, чтобы, по словам американского президента, СССР и США открыли друг другу свои воздушные пространства и аэродромы, с которых и те и другие могли бы непрерывно совершать разведывательные полеты. Этот простой шаг мог бы разрешить проблему ядерного планирования США. Убеждение Эйзенхауэра в том, что Соединенные Штаты никогда не нанесут удар первыми, основывалась на двух причинах: американская мораль и открытый характер американского общества, исключающий проведение секретной мобилизации. Поэтому Соединенные Штаты, предоставляя свое воздушное пространство русским, ничего не теряли, но многое приобретали. Если бы американские летчики имели такие же права в воздушном пространстве Советского Союза, указывал в своей книге «Эйзенхауэр. Солдат и президент» С. Амброз, для русских было бы невозможно тайно начать ядерный Перл-Харбор или каким-либо иным способом скрыть повышение своей военной мощи.

Если отбросить словесную мишуру насчет «американской морали» и «открытого характера американского общества», то речь шла о консервации американского военного превосходства над СССР, чтобы в подходящий момент поставить нашу страну на колени. На случай отказа СССР от этого плана США приберегали «большую дубинку»: стратосферные самолеты-разведчики и спутники-шпионы.

21 июля 1955 года на Женевской встрече в верхах Д. Эйзенхауэр предложил, чтобы «каждая сторона дала другой подробную схему своих военных объектов, всех без исключения», после чего необходимо «создать внутри наших стран условия для производства аэрофотосъемок другой стороной». США обещали СССР предоставить аэродромы и другие сооружения и разрешить полеты в любое место по их желанию. СССР должен был создать аналогичные условия для США. Это предложение было отвергнуто главой советской делегации Н.С. Хрущевым. СССР, понесший громадные потери при отражении фашистского нашествия, не мог позволить инспектировать наши тогда еще немногочисленные ядерные объекты, облегчая тем самым потенциальному агрессору задачу нанесения первого удара. Сама идея «открытого неба» носила столь спорный характер, что даже американский биограф Эйзенхауэра вынужден был отметить: «Каким образом будет осуществляться реализация «открытого неба», не знал никто, и, конечно, трудности предстояли громадные; представьте себе, например, советскую воздушную базу посреди Великих равнин или в Новой Англии, не говоря уже о проблемах, связанных с обменом военными схемами».

Не получив желаемого даром, США решили вломиться в воздушное пространство СССР силой, и автоматические стратосферные аэростаты-фоторазведчики должны были сыграть роль дешевой отмычки. Здесь американцы имели возможность воспользоваться опытом Англии и Японии, создавших в годы Второй мировой войны автоматические аэростаты.

БРИТАНСКИЙ ОПЫТ

Впрочем, если быть точным, то японским бомбардировкам США с помощью автоматических аэростатов предшествовала операция Английского адмиралтейства Outward («Внешний мир»).

Толчком к проведению этой операции послужило случайное обстоятельство. В ночь с 17 на 18 сентября 1940 года несколько английских аэростатов заграждения было сорвано штормом и унесено в страны Северной Европы. Их стальные тросы вызвали многочисленные замыкания электрических линий передачи в Дании и Швеции. Из-за повреждения антенн прекратило передачи Шведское международное радио. Пять аэростатов достигли Финляндии. В результате родилась идея послать аэростаты уже сознательно для нарушения работы линий электропередачи в Германии и оккупированной Европе. Министерство авиации не поддержало проект, опасаясь разрушения системы энергоснабжения Англии в результате аналогичных мер Германии. Идею поддержал департамент боновой защиты (Boom Defence Department): к шарам можно подвешивать зажигательные бомбы, что позволило бы выжигать леса на территории противника, плюс к тому налеты автоматических аэростатов не будут сопровождаться потерей экипажей, а направление ветра на высоте более 4,8 км в 55% случаев благоприятно для запусков аэростатов из Англии, тогда как только в 38% – из Германии.

Первые аэростаты стартовали 20 марта 1942 года из Гарвича. Вплоть до 4 сентября 1944 года было выпущено 99 142 автоматических аэростата (53 543 – с зажигательными бомбами и 45 599 – со стальными тросами). В операции были задействованы 13 офицеров и 220 нижних чинов, в большинстве своем женщин из вспомогательного корпуса. Общие затраты на операцию составили 220 тыс. фунтов стерлингов. Наибольший успех был достигнут 12 июля 1942 года, когда трос аэростата вывел из строя 110 кВ линию электропередачи под Лейпцигом, что повлекло за собой пожар на электростанции, общий ущерб от которого составил 1 млн фунтов стерлингов. Правда, неуправляемые аэростаты залетали и в воздушное пространство нейтральных стран (Швейцарии и Швеции), нанося им серьезный ущерб. Так, аэростат в ночь с 19 на 20 января 1944 года нарушил освещение железной дороги Лунд–Фалькенберг (Швеция), что привело к столкновению двух поездов.

С точки зрения конструкции английские автоматические аэростаты были довольно примитивны, а сама операция была лишь более масштабной версией бомбардировки австрийцами Венеции в 1849 году.

ЯПОНСКИЕ ЭКСПЕРИМЕНТЫ

В Японии работы над автоматическими аэростатами начались в 1927 году. В 1930-е годы были разработаны шары для разбрасывания пропагандистских листовок через Амур на территорию СССР (проект SEGO). Эти шары с оболочкой диаметром 3,9 м могли совершать полеты на расстояние до 62 миль. Рассматривалась также возможность снабдить их 10 кг бомбами с временным взрывателем.

К концу 30-х годов эти работы были прекращены, но в 1942 году интерес к воздушным шарам вновь возродился в связи с необходимостью нанесения ударов по территории США в ответ на рейды американской авиации на Японию.

Первоначально предполагалось запускать автоматические аэростаты с подводных лодок, всплывающих недалеко от побережья США, но затем от этих планов пришлось отказаться. Армия проявила большую настойчивость, к осени 1944 года ей удалось создать аэростаты, которые, используя струйные течения на границе со стратосферой (данные течения были открыты в 1923 году японским ученым Васабуро Оиши), могли в течение трех дней доставлять смертоносный груз на территорию США. Это были аэростаты FUGO типа «A» с оболочкой открытого типа (диаметр 9,8 м, объем 1800 куб. м), подвеска которых была оборудована схемой автоматического сброса балласта (песка). Сброс балласта компенсировал потерю газа, выходившего из оболочки, при ее нагреве солнечными лучами. Аэростаты несли от двух до шести бомб (обычно четыре зажигательные бомбы по 5 кг и две осколочные по 12 кг).

Атаки проводились с 3 ноября 1944 года по 16–17 апреля 1945 года. Всего по показаниям руководителя проекта генерала Кусаба было запущено 6 тыс. аэростатов, из которых достигло территории США не мене 355 (еще в 1978 году был отмечен случай нахождения остатков японского аэростата). Наибольший успех был достигнут 10 марта 1945 года, когда аэростат вывел из строя линию электропередачи в Бонневиле, на три дня остановив производство плутония в Хенфорде.

Несмотря на то что только незначительное число аэростатов было перехвачено ВВС США, опиравшихся к тому же на сеть РЛС Восточного побережья, запуски воздушных шаров были прекращены. Этому способствовало молчание прессы США об инцидентах, связанных с воздушными шарами, лишившее японцев сведений об эффективности примененного оружия.

Часть японских воздушных шаров попала и на территорию СССР. Это выяснилось, когда в июле-августе 1944 года было замечено, что число пожаров в сибирской тайге выросло в 10 раз по сравнению с обычным уровнем. Для определения причины туда выехала государственная комиссия, в числе членов которой был и конструктор ГСКБ-47 Демиденко. Комиссия установила, что некоторые японские аэростаты, оболочки которых были сделаны из рисовой бумаги, теряли газонепроницаемость и опускались ниже струйных течений. Попадая в местные потоки над Тихим океаном, они меняли свой курс и летели в Западную Сибирь, где сброшенные ими бомбы поджигали тайгу.

Факт появления японских аэростатов в тайге был зафиксирован, но распоряжением командования, стремившегося не давать повода к нарушению мира на восточной границе СССР, был засекречен и не стал даже поводом для дипломатических нот.

СВЕРХСЕКРЕТНЫЙ «МОБИ ДИК»

Американская операция по организации разведывательных полетов автоматических аэростатов над СССР получила название «Моби Дик» (Moby Dick), навеянное романом Германа Мелвилла. Это название оказалось в высшей степени символичным: вновь безумные капитаны Ахавы стремились вонзить свои, теперь уже ракетно-ядерные, гарпуны в Мировое Зло, воплощением которого для них на этот раз служил уже не белый кашалот, а Советский Союз.

Для выяснения возможности проведения при помощи автоматических аэростатов разведки, массового заброса агитационной литературы, создания радиопомех, обеспечения дальней радиосвязи и запуска ракет с них были привлечены американские, а также британские и японские специалисты. Благодаря их усилиям уже к середине 1950-х годов США имели автоматические аэростаты, которые могли месяцами дрейфовать в стратосфере. Их грузоподъемность равнялась нескольким десяткам килограммов. Именно такие аэростаты, стартовав в январе 1956 года с территории ФРГ и Турции, в руслах струйных течений достигли территории СССР. Все автоматические аэростаты снабжались аэрофотоаппаратом и специальными устройствами для определения координат снимаемой местности.

Из 1600 автоматических аэростатов, запущенных с территории ФРГ, половина была сбита нашими летчиками, но остальные приводнились в Тихом океане, где были подобраны американскими кораблями. Только Бакинским округом ПВО в 1956 году было сбито 400 аэрофоторазведчиков, запущенных с территории Турции. Один из таких аэростатов сбил герой войны в Корее капитан Савичев. Его МиГ-17 расстрелял шар с первого захода. Это был первый автоматический аэростат-фоторазведчик, сбитый советскими летчиками.

https://nvo.ng.ru/upload/resize_cache/uf/624/450_320_1/48-6-1_m.jpg
Для борьбы с разведывательными высотными аэростатами
в Советском Союзе в конечном счете был создан самолет М-17.

РЕШИТЕЛЬНЫЙ ПРОТЕСТ

Правительство СССР на массовый запуск американских автоматических аэростатов отреагировало немедленно. 4 февраля 1956 года послу США в Москве была вручена нота, в которой отмечалось, что обследование выловленных в январе 1956 года аэростатов показало, что они и их аппаратура изготовлены в США. Действия американских военных рассматривались как нарушение территориальной неприкосновенности СССР. Аналогичные по содержанию ноты были отравлены правительствам ФРГ и Турции. С нотами протеста к правительству США по поводу пролета автоматических аэростатов обратились Албания, Болгария, Венгрия, Китай и Румыния. Чехословакия направила телеграмму генеральному секретарю ООН.

Одновременно в СССР были созданы Воздухоплавательная служба ВВС, Воздухоплавательный научно-испытательный центр и Опытное конструкторское бюро-424 Государственного комитета по авиационной технике. После принятых СССР мер полеты шаров-шпионов на некоторое время прекратились.

В 1958–1959 годах на территорию СССР был осуществлен второй массовый запуск американских фоторазведчиков. Большинство из этих аппаратов имели новую оболочку объемом 11 500 куб. м, что позволяло им совершать полеты на высотах до 23 км в течение четырех-пяти суток. Некоторые американские автоматические аэростаты имели оболочку объемом 120 тыс. куб. м, что обеспечивало полет таких фоторазведчиков на высоте 28–32 км.

4 сентября 1958 года газеты «Правда» и «Известия» поместили еще одну ноту Советского правительства. В ней говорилось: «За последнее время в воздушном пространстве СССР выловлено несколько воздушных шаров с повешенной к ним аппаратурой, которая включает в себя автоматические дрейфующие фотокамеры для аэрофотосъемки местности, приемопередающую аппаратуру и т.п. Обследование аппаратуры показывает, что она изготовлена в США и что запуск шаров производят ВВС США».

Аэростаты второй волны сбивались с большим трудом, некоторые оболочки взрывались, поражая при этом самолеты-перехватчики. Были случаи гибели летчиков.

ДЛЯ БОРЬБЫ С АЭРОСТАТАМИ

В 1967 году правительство СССР поручило ОКБ Мясищева разработку «авиационного комплекса для перехвата и поражения автоматических аэростатов». Исследования показали, что для борьбы с автоматическими аэростатами лучше всего подходит высотный дозвуковой самолет-истребитель с пушечным вооружением (более дешевым, чем ракетное) и оптической системой обнаружения шаров. Работы по созданию такого самолета велись в ОКБ Мясищева с 1970 по 1978 год и завершились появлением самолета M-17 «Стратосфера».

Некоторые американские автоматические аэростаты по каким-то причинам теряли всплывную силу и приземлялись на советской территории. В 1959 году под Сталинградом приземлились два американских автоматических аэростата. Они шли на высоте 32 км и не были замечены тогдашними средствами обнаружения ПВО. Приземлившиеся аэростаты позволили советским воздухоплавателям ознакомиться с целой оболочкой, фотоаппаратурой совершенно нового типа и другим современным оборудованием автоматических аэростатов.

Трофейные воздушные шары сыграли известную роль и в обеспечении триумфа советской космонавтики – облете Луны с фотографированием ее обратной стороны АМС «Луна-3» 7–18 октября 1959 года. По свидетельству заместителя конструктора темы «Енисей» (комплекс телевизионной аппаратуры для получения на Земле фотографий обратной стороны Луны, разрабатывавшийся во ВНИИ телевидения) П.Ф. Брацлавца и ведущего инженера по бортовой камере Ю.П. Лагутина, отечественная промышленность к тому времени еще не освоила производство фотопленки, удовлетворявшей предъявляемым требованиям (съемка Луны осуществлялась бортовой фототелевизионной камерой на пленку, которая затем проявлялась и перематывалась в специальный накопитель, с проявленной пленки изображение считывалось и передавалось на Землю). В результате в бортовой аппаратуре была использована американская пленка с разведывательных шаров, переданная ВНИИ телевидения из ВВИА им. А.Ф. Можайского. Пленка была разрезана на требуемый размер (35 мм) и отперфорирована. Так была получена пленка АШ (то есть «американские шарики»).

В целом же исследовательскими и военными центрами США в 1952–1962 годах было запущено такое количество автоматических аэростатов разных типов, которое намного превышает количество запусков во всех остальных странах, вместе взятых, за всю предыдущую историю воздухоплавания.

И ПРОПАГАНДА ТОЖЕ

Помимо американских автоматических аэростатов-фоторазведчиков в 1950-е годы в воздушное пространство СССР стали попадать и пропагандистские шары так называемого Народно-трудового союза (НТС), разбрасывавшие антисоветские листовки. Деятели созданного гитлеровской разведкой НТС, счастливо избежав в 1945 году петли или ГУЛАГа, перешли под патронаж ЦРУ. Выбросив из своей программы ставшие неактуальными антисемитские пассажи прежних хозяев, «орлы» и «орлицы» НТС продолжили борьбу против СССР. Оболочки и оборудование забрасываемых ими воздушных шаров в целом соответствовали американским. Запуски пропагандистских воздушных шаров осуществлялись из Западной Германии. Дипломатический демарш СССР заставил правительство ФРГ прекратить деятельность этих самодеятельных воздухоплавателей.

В 1962 году программа воздушных шаров-разведчиков была свернута, но их место в системе шпионажа против СССР заняли не стратосферные разведчики U-2, а космические разведывательные аппараты. Этому были свои причины. Известно, что три американских самолета U-2 были сбиты зенитными ракетами в воздушном пространстве других государств (1 мая 1960 года в районе Свердловска, в Китае и на Кубе). Вторжения в воздушное пространство суверенных государств неоднократно вызывали международные скандалы, самый громкий из которых имел место в мае 1960 года, когда на скамью подсудимых в Москве попал пилот сбитого под Свердловском американского самолета Пауэрс.

Принятие на вооружение советской ПВО ЗРК большой дальности С-200 различных модификаций позволило надежно перекрыть воздушное пространство на ближних и дальних подступах к границе страны, в том числе и от знаменитых самолетов-разведчиков SR-71 Black Bird. В результате долгие годы самолеты-разведчики США и стран НАТО были вынуждены совершать разведывательные полеты только вдоль границ СССР и стран Варшавского договора.

В обстановке установившегося ракетно-ядерного паритета между СССР и США, исключавшего безболезненную для Америки реализацию планов типа «Дропшот», и роста могущества отечественной ПВО взоры американских стратегов обратились в космос.

ПИОНЕРЫ ВОЕННОГО КОСМОСА

Как известно, в трудах отечественных основоположников космонавтики военная составляющая полностью отсутствовала. Что касается трудов зарубежных пионеров космонавтики, то уже в 1923 году Герман Оберт (Германия), описывая области применения будущих космических лабораторий на орбите Земли (по современной терминологии «орбитальных космических станций»), подчеркивал: «Их стратегическое значение, особенно на театре войны, при незначительной облачности очевидно; действительно, трудно недооценить значение этих орбитальных лабораторий для государства, которое ведет войну и которое обладает этими лабораториями. С другой стороны, государства, которые ведут войну, много отдали бы за те ценные сведения, которое им может сообщить государство, обладающее такими лабораториями».

Несмотря на архаичную даже для 1920-х годов связь с космической лабораторией при помощи гелиографа (прибор оптической связи, передающий сообщение световыми вспышками, получаемыми качанием плоского зеркала, отражающего излучение естественного или искусственного источника света) и переоценку помех от облаков для фотосъемки (инфракрасной фотографии того еще не покинула стены лабораторий), в остальном слова Оберта и сейчас звучат вполне современно.

В США проекты космической разведки начали разрабатываться с середины 1950-х годов, а уже в 1960 году на орбите вокруг Земли появились первые разведывательные спутники типа CORONA. В СССР С.П. Королев в 1958 году инициировал работы по спутнику для фотографирования земной поверхности, причем отснятые материалы предполагалось сбрасывать в специальных капсулах (впрочем, этот ИСЗ с равным основанием можно считать предтечей советских метеоспутников). Так разведывательная деятельность была перенесена в космос.

Вместе с тем развитие космической разведывательной техники не привело к полному отказу от использования автоматических аэростатов-разведчиков. Это было вызвано прежде всего необходимостью получения фотоснимков малоразмерных целей с разрешением, которое невозможно получить с космической орбиты.

Уже в 1970-е годы в США было разработано новое поколение автоматических аэростатов-разведчиков, оболочки которых были способны сохранять заданный уровень живучести, даже получив нескольких пробоин от осколков ракет. Они могли также менять по заданной программе высоту полета и маневрировать.

НОВАЯ ВОЛНА

11 августа – 14 сентября 1975 года в воздушное пространство над территорией СССР проникло 11 автоматических аэростатов. Они дрейфовали на высотах 11–14 км со скоростями до 200 км/ч. По каждому нарушителю поднималось от 1 до 16 перехватчиков МиГ-21, Як-28П, Ту-128, МиГ-19, Су-15ТМ. В результате атак восемь аэростатов-разведчиков было сбито, у двух отбита подвеска, а один ушел за границу. В среднем, как указывалось в газете «Красная Звезда» от 19 июня 1993 года, на каждый сбитый аэростат было израсходовано 1,4 ракеты, 26 неуправляемых реактивных снарядов, 112 пушечных снарядов.

Очередная крупномасштабная волна запусков автоматических аэростатов состоялась в 1980–1981 годах. Она была связана с развертыванием американских крылатых ракет и баллистических ракет типа «Першинг» в Западной Европе. По планируемым маршрутам полета этих ракет были запущены малоразмерные шары, летевшие на малых высотах и предназначавшиеся для повышения точности проводки ракет и расчета постоянно действующей динамической ошибки в результате воздействия ветровых нагрузок.

Это были автоматические аэростаты в форме эллипсоида, яйца грушевидной и сферической формы. Под оболочкой крепился пиропатрон самоликвидации, солнечная капельпирамидка, позволяющая получать энергию Солнца при всех углах его высоты, и батарея энергоемкостью на 12 часов работы. Местом старта малоразмерных шаров были полигон НАТО по испытанию оптико-электронных средств на острове Лоллан (Дания) и аэрокосмический полигон в г. Кируна на севере Швеции.

Малоразмерные шары решали и другие задачи: уточнение дислокации, состава и характеристик системы советской радиотехнической разведки, оценка ее возможности по обнаружению и сопровождению низколетящих целей, чья ЭПР сопоставима с ЭПР крылатых ракет; перегрузка информационных средств ПВО; поддержание ПВО в постоянном напряжении и отвлечение ее от патрулирующих вдоль Балтийского побережья самолетов-разведчиков; провоцирование бесполезного расхода ресурса вооружения, снижение бдительности расчетов командных пунктов при оценке воздушной обстановки.

В связи с тем, что с тактической точки зрения малоразмерные шары было невозможно сбить ни самолетами, ни ЗРК, а с экономической точки зрения их было весьма невыгодно уничтожать зенитными и авиационными средствами, было принято неожиданное и весьма остроумное решение… ловить шары сеткой, прикрепленной к вертолету. Для определения возможности поражения малоразмерных шаров на полигоне ПВО были проведены экспериментальные стрельбы по ним. При этом из 28 наведений с земли состоялось лишь 6. Уже в ценах 1989–1990 годов стоимость поражения одного малоразмерного шара вертолетом равнялась нескольким тысячам рублей, а самолетом – нескольким миллионам. Поражение малоразмерных шаров ЗРК оказалось неэффективным. Вскоре и отечественная промышленность стала выпускать подобные аэростаты.

Всего в 1956–1977 годах подразделениями радиотехнических войск ПВО СССР обнаружено 4112 автоматических аэростатов, из них сбито 793. Владельцами шаров-разведчиков являлись США, Франция, Финляндия, ФРГ, Норвегия, Швеция и другие государства. Не все автоматические дрейфующие аэростаты были разведывательными и агитационными. Попадались и аэростаты, выполнявшие научные задачи. Из них 39% автоматических аэростатов залетали на территорию СССР с юго-западного, 36% – с западного, 22% – с северо-западного и 3% – с восточного направлений. Это объясняется направлением устойчивых струйных течений.

Практика подобных полетов продолжалась и в 1990-е годы. Так, 2 сентября 1990 года расчеты РЛС радиотехнических войск ВС СССР обнаружили цель, которая на высоте 29 км пересекла государственную границу в районе о. Кильдин. Пройдя над стратегическими объектами, автоматический аэростат стал перемещаться в сторону Финляндии. 3 сентября аэростат был сбит истребителем Су-15ТМ, который пилотировал капитан И. Здатченко.

Военными аналитиками первоначально было высказано предположение, что это научный автоматический аэростат типа PIROG Шведской космической корпорации, использующийся для исследования физики и химии межзвездной среды, и он случайно залетел на территорию СССР. По этой причине подвеска сбитого аэростата была возвращена шведской стороне. Более глубокий анализ тактико-технических характеристик аэростата и обстановки на маршруте его полета позволил специалистам ВПС ВВС и ПВО высказать новое предположение, что аэростат «наблюдал» за пусками стратегических ракет на полигоне Плесецк. В том же году аэростат-разведчик был сбит летчиками Деревянченко и Широченко.

СЛИШКОМ ОТКРЫТОЕ НЕБО

24 марта 1992 года в Хельсинки Российской Федерацией был подписан Договор по отрытому небу. Хотя этот договор подписали 27 государств Европы (в том числе Великобритания, Германия, Франция и Испания) и Америки (США и Канада), без ратификации его Россией он терял всякий смысл, так как Запад лишался возможности легально вести разведдеятельность в небе РФ. 29 мая 2001 года Договор был внесен президентом на ратификацию в Государственную думу и в 2002 году ратифицирован. Декларируемые цели договора – содействие большей открытости и транспарентности в военной деятельности, а также упрочение безопасности через меры укрепления доверия, дальнейшее развитие и укрепление мира на основе сотрудничества.

Договор предоставляет право государствам-участникам совершать облеты территорий друг друга для наблюдения за опасной военной деятельностью в рамках обязательств, принятых сторонами на себя в ОБСЕ. Он регламентирует практическую деятельность миссий при проведении наблюдательных полетов, определяет механизм контроля за соблюдением требований договора, содержит требования к самолету, составу и техническим возможностям аппаратуры наблюдения, предусматривает наблюдение с воздуха всей территории государств-участников.

Беспрецедентные уступки, сделанные Западу в годы так называемой перестройки, нисколько не ослабили, а, наоборот, усилили разведывательную активность стран НАТО на территории нашей Родины. Значительную роль в ней продолжают играть автоматические аэростаты-разведчики. По заявлению представителей ПВО, аэростаты-шпионы с устойчивой периодичностью продолжают нарушать госграницу России и в наши дни. Они добывают информацию в объемах, сравнимых с информацией, полученной с самолетов-разведчиков и ИСЗ.

Так, 6 февраля 2002 года автоматический дрейфующий аэростат-разведчик, запущенный с территории Швеции и пересекший воздушную границу России и Казахстана, самоликвидировался на высоте 16 км неподалеку от Петропавловска. Казахстанские власти объявили, что это был радиозонд-озономер…

Также из публикаций в СМИ известно, что в 2004 году ВВС США изучали возможность массового использования автоматических аэростатов в целях разведки. Аэростаты должны делать фотоснимки земной поверхности и передавать полученные изображения на командный пункт. Главное достоинство этой технологии – ее дешевизна. Примерная стоимость одного такого аэростата, оснащенного цифровым фотоаппаратом и радиостанцией, не превышает 600 долл., причем качество фотоснимков практически не уступает качеству изображений, получаемых ИСЗ.

Можно сделать предположение, что и в наши дни над территорией России и стран СНГ продолжают летать то ли метеорологические зонды, то ли аэростаты-разведчики. Тем более что когда в Интернете проходишь по ссылкам НАСА или фирм – разработчиков высотных аэростатов и дирижаблей на ресурс ВВС США, посвященный этим летательным аппаратам, он уже недоступен.

0

2

https://aif.ru/society/history/naduvate … _aerostaty

04.02.2021 Олег Герчиков
Надувательство против СССР. Как США насылали на нас шпионские аэростаты

65 лет назад США развернули проект WS-119L, или Genetrix («Родительница»), предназначенный для запусков аэростатов наблюдения над территориями СССР, Восточной Европы и Китая. В связи с этим 4 февраля 1956 года Советский Союз заявил протест правительству США. Американцы объявили, что ведут программу гражданских исследований к Международному геофизическому году (1957). Но обман быстро раскрылся, когда советское правительство смогло предъявить шпионское оборудование с разбитых шаров. И это уже ни для кого не являлось секретом.

Среди фактов о полёте Юрия Гагарина был и такой: капсулу, в которой приземлился первый космонавт, бывшие свидетелями этого приземления колхозники приняли сначала за «шпионский шар». И это неслучайно. Только с начала января по начало февраля 1956 года было запущено более 500 высотных аппаратов с нескольких стартовых площадок в Западной Европе, Турции и США. Глобальная шпионская операция была направлена главным образом против СССР — для составления подробных географических карт и определения военного потенциала нашей страны.

Начиная с конца 1940-х годов попытки самолётов США нарушить советское воздушное пространство стали всё более успешно пресекаться. Это несколько охладило пыл американцев при планировании разведывательных полётов над территорией СССР. В связи с этим в США были запущены две программы: одна из них предусматривала создание стратосферного самолёта-разведчика, другая — использование автоматических аэростатов наблюдения. В рамках этой программы американцы планировали запустить 3,5 тыс. воздушных шаров. Их основу составляли модифицированные метеорологические аэростаты, снабжённые закреплённой на специальных гондолах высокочувствительной сверхточной фотоаппаратурой. Аэростаты достигали высоты от 15 до 30 км, что значительно превышало потолок полёта истребителей того времени. Скорость аэростатов составляла около 30 м/с, это примерно как скорость ветра при сильном урагане.

Предполагалось, что после пролёта над советской территорией с запада на восток шары и способные держаться на воде гондолы с аппаратурой американцы будут подбирать в Тихом океане. Однако на деле вышло совсем не так. Примерно половина из них смогла пролететь над территорией СССР, и только 31 гондола оказалась с пригодными для идентификации и использования фотоплёнками. Часть аэростатов выходила из строя из-за ошибки в расчётах, а часть, к удивлению американцев, сбивали наши ВВС. Дело в том, что в более холодном ночном воздухе газ в воздушных шарах охлаждался, подъёмная сила уменьшалась, и к рассвету они снижались до высот, досягаемых для советских истребителей. Наши специалисты тщательно изучали потерпевшие аварию и сбитые аэростаты и кое-что брали на вооружение. В частности, плёнка с американских шпионских шаров использовалась в советской автоматической межпланетной станции «Луна-3», которая сфотографировала обратную сторону Луны.
...
Существовали и другие шпионские проекты с использованием воздушных шаров. Например, проект Grab Bag («Мешок с подарками»). Он представлял собой программу отбора проб воздуха с целью мониторинга в стратосфере испытаний надземного ядерного оружия в СССР. Этот проект продолжался до начала 1970-х годов, но разные шпионские конструкции летали над нашей территорией ещё долго. США ежегодно запускали сотни шаров. Так, к примеру, только с 11 августа по 14 сентября 1975 года в воздушное пространство СССР вторглись 11 аэростатов.
...
Запуск разведывательных воздушных шаров дал повод к появлению в западной прессе многочисленных свидетельств о неопознанных летающих объектах. Первая волна сообщений возникла в 1947 году, когда один из шаров, запускаемых в рамках секретного проекта «Могол», разбился в пустыне близ Розуэлла, штат Нью-Мексико. Упрятанная на авиабазе в Розуэлле аппаратура с разбитой гондолы шара способствовала возникновению слухов о том, что в ангаре базы хранятся сбитый корабль пришельцев и забальзамированные тела этих существ. Секретность операции не позволяла американцам раскрыть подлинную природу подобных объектов. Неслучайно с середины 1950-х, когда американская разведка запустила над территорией СССР огромное количество шпионских шаров, появилась целая индустрия НЛО, а сами неопознанные летающие объекты превратились в одну из наиболее популярных тем всевозможных дискуссий.

0

3

К слову сказать...
https://rodina-history.ru/2025/12/15/vr … -shar.html

Николай Греков
ДОКТОР ИСТОРИЧЕСКИХ НАУК
Вражина наслал "огненный шар"
Как сибирские власти отбивались от НЛО кайзера Вильгельма

Сегодня никого не удивить рассказами о полётах таинственных объектов. Многочисленные организации энтузиастов по всему миру ищут свидетельства посещений Земли инопланетными существами. Со второй половины XX века в разных странах создаются государственные официальные, а чаще секретные, комиссии по изучению странных событий, возможно связанных с появлением пришельцев из космоса. Пока инопланетяне никак не проявились... Но ведь с разного рода непонятными явлениями человечеству приходилось сталкиваться и прежде.

Как известно, 19 июля (по старому стилю) 1914 года Германия объявила войну России, а уже 8 августа в глубоком сибирском тылу в небе над железной дорогой на участках Камышлов-Тюмень и Тюмень-Омск был замечен неизвестный аппарат, который двигался по направлению к Омску, зависая над мостами и разъездами. Вскоре летающие объекты были обнаружены двумя тысячами вёрст восточнее - над Забайкальской железной дорогой между станциями Маньчжурия и Карымская, позже - над Пермской железной дорогой. Случайные наблюдатели - солдаты, путевые рабочие, крестьяне - по-разному называли увиденные ими странные устройства: "лодка", "светящийся шар", "аэроплан"...

Сегодня трудно понять, что же это было на самом деле: массовые галлюцинации, искусная мистификация, банальные выдумки или то, что именуют сегодня неопознанными летающими объектами. Зато властям сразу всё стало ясно. Поскольку русских самолётов в Сибири тогда не было, а рациональное мышление чиновника не допускало существования необъяснимых явлений, небесные сюрпризы были объявлены "германскими аэропланами". По предположению местного военного начальства, неприятельские машины прибывали на территорию азиатской России в разобранном виде, а сборка их производилась в глухих местах или "в горнорудных предприятиях Урала под руководством укрывавшихся там германских подданных"1.

Главное управление Генерального штаба (ГУГШ) крайне обеспокоилось поступавшими из Сибири известиями, так как с началом войны агентура противника была выявлена даже в заволжских губерниях. Генерал-квартирмейстер ГУГШ обратился в Департамент полиции с просьбой начать розыск "неприятельских аэропланов" за Уралом2. Но ни полиция, ни жандармы ничего не нашли. Тем временем командование сибирских военных округов приняло решение самостоятельно начать борьбу с аэропланами врага. Командующий войсками Иркутского военного округа приказал всем армейским частям охраны железной дороги в случае появления аэропланов немедленно открывать по ним огонь. Подобный же приказ получили части, охранявшие железную дорогу в пределах Омского военного округа. Кроме того, из-за возможного ночного налёта мосты было решено не освещать и выставить специальные посты для отражения "попыток покушения на целостность мостов с аэропланов"3.

Таким образом, осенью 1914-го вдоль всей Транссибирской магистрали была объявлена "воздушная тревога", охрана готовилась отбивать нападения с воздуха, хотя не было ни одного факта, подтвердившего обоснованность тревоги. Но тут вмешалось пока ещё контролировавшее ситуацию в стране правительство. 7 октября военный министр генерал В. А. Сухомлинов запретил обстрел летательных аппаратов в "местностях, не входящих в состав театра военных действий". И. о. генерал-квартирмейстера ГУГШ Н. А. Монкевиц, смягчая запрет, разъяснил начальнику штаба Омского военного округа, что открытие огня на линии сибирских железных дорог "в случаях сомнительного появления аэропланов" нанесёт несравненно больший ущерб работе транспорта, чем можно было бы ожидать от реальных бомбардировок противника4. Видимо, помимо прочего, военного министра ужаснула перспектива предстоящего расхода боеприпасов при стрельбе по облакам. Генштаб не поверил в существование германских самолётов за Уралом. На этом завершился первый этап "антиаэроплановой" кампании в Сибири.

Но военным властям Сибири идея борьбы с вражеским воздушным флотом пришлась по душе, и они не собирались с ней расставаться. Тому была веская причина. Штабы сибирских военных округов не желали довольствоваться ролью пассивных исполнителей приказов центра. Они пытались на равных включиться в процесс обеспечения безопасности Транссибирской магистрали, которая в условиях блокады балтийских и черноморских портов приобрела колоссальное значение.

За время войны в рамках отношений ГУГШ со штабами округов сложился особый стиль взаимного запугивания. Центру периодически требовался предлог для того, чтобы сконцентрировать внимание властей на охране дорог. Окружные штабы, демонстрируя усердие и бдительность, поставляли в столицу малодостоверные, но убедительно скомпонованные доказательства активности противника в глубоком тылу. На основании полученной информации ГУГШ, в свою очередь, строго предписывало штабам усилить охрану железных дорог. По прошествии некоторого времени округа, выполнив требования центра, вновь слали в ГУГШ вести о якобы готовившихся диверсиях и опять получали приказ усилить бдительность со ссылкой на полученные от одного из штабов сведения. Так могло длиться без конца, ибо это всех устраивало. Штабы сибирских округов получали возможность привлекать к себе внимание центра, а ГУГШ получало с мест регулярные подтверждения пользы своих однообразных циркуляров. Постепенно совершенствование защиты железных дорог стало исключительно важным направлением в деятельности сибирских окружных штабов5.

Как и любая система, созданная для противодействия внешней опасности, система охраны дорог не могла долго существовать в отрыве от противника. Поэтому в целях самосохранения система начала "достраивать" реальность, изобретая врага. Для сибирских дорог таким врагом стали "германские аэропланы".

Существовали ли сколько-нибудь серьёзные доказательства присутствия немецких самолётов в сибирском небе? Военное начальство заботила прежде всего сохранность железных дорог, поэтому сначала в официальных документах упоминались только полёты "аэропланов" над дорогами. Между тем появление таинственных воздушных аппаратов было зафиксировано в самых различных районах Сибири и современного Казахстана. Движущиеся объекты наблюдали в небе над Тобольской губернией, Степным краем, Алтаем, Забайкальем. Вероятно, очевидцев были тысячи. В архивах сохранились десятки документов с описанием воздушных объектов - донесения чиновников разного уровня, жандармские рапорты, протоколы опросов свидетелей. Что же видели многочисленные наблюдатели?

Акмолинский губернатор Неверов 5 февраля 1915 года докладывал степному генерал-губернатору: "Среди населения Петропавловского уезда циркулируют слухи о появлении вблизи села Михайловского в ночное время каких-то таинственных огней... Крестьянин села Михайловского Сергей Кириллов Дикий, проходя по улице села около 9 часов вечера 30 минувшего декабря, заметил в 8 верстах от селения конусообразный огненный столб желтовато-красного цвета, перепоясанный посредине чёрной лентой вершков 5 ширины. Через некоторое время огонь этот исчез, и на его месте появились три огненных шара величиною в среднюю столовую тарелку, как бы висящие в воздухе один над другим по вертикальной линии; явление это продолжалось часа полтора, затем огни стали как будто колебаться и медленно приближаться к селу и вскоре исчезли"6.

В ту же ночь крестьянин Марк Головко наблюдал "два огненных столба" конусообразной формы; крестьянин Мин Садовничий также видел "два огненных шара, неподвижно висевших в воздухе". Крестьянин села Александровского Илларион Головатый заметил "огненный шар в виде паровозного фонаря, приближающийся к селу от казачьего посёлка Боголюбовского. Пролетев над селением, огонь стал удаляться к селу Явленскому, а затем, поднявшись значительно выше, изменил направление..."7.

18 июля казак станицы Николаевской Иван Семёнов около 12 часов ночи, увидев "надвигающийся на него яркий свет, сперва подумал, что это автомобильный фонарь, но тот начал с шумом подниматься вверх"8. 27 сентября волостной старшина Новожеев и с ним трое крестьян увидели движущийся "шарообразной формы красный свет величиною с ламповый абажур, причём свет этот, опускаясь и поднимаясь, менял цвет с красного на белый и наоборот..."9. Крестьянка Атбасарского уезда Семипалатинской области Мария Щеглова сообщала, что "увидела каких-то три летящих предмета на высоте гусиного полёта", а потом появился ещё один "летящий предмет большого размера в виде лодки, летел тихо... во всех предметах горели огни".

Сходных описаний летающих объектов много. Но что важно, практически нет в них ничего хотя бы отдалённо напоминающего очертания самолётов того времени. Конечно, были свидетели, сообщения которых чиновники даже не принимали во внимание как "носящие характер досужей фантазии простолюдина".

"Аэропланами" увиденное называли, как правило, наблюдатели из числа военных и чиновников. Правда, они признавались, что в действительности видели немногое, а иногда просто строили догадки. Так, директор землемерного училища Чулков 2 августа отчётливо слышал близ станицы Щучинской в вышине "стук пропеллера", хотя самого аэроплана не видел10. Канцелярский служащий М. Аверин ночью с 20 на 21 августа наблюдал над Омском полёт "огненного шара величиною с яблоко с издающими лучами". При этом Аверин был убеждён, что шар каким-то образом крепился к "аэроплану", которого он не разглядел: "Так как шар этот издавал сильный свет, то форму аэроплана заметить не удалось"11.

Чиновникам и военным, скорее всего, казалось неприлично давать описание, не укладывающееся в рамки объяснимого. Возникает ощущение, что образованная публика в угоду здравому смыслу пыталась заменить непонятую реальность правдоподобной фантазией, а малограмотные обыватели, которым вроде бы положено сочинять небылицы, простодушно описывали действительно виденные ими явления.

Чтобы пресечь сомнения и кривотолки, степной генерал-губернатор, командующий войсками Омского военного округа генерал от кавалерии Н. А. Сухомлинов официально объявил жителям края: полёты совершает аэроплан с целью "повредить железнодорожные мосты и самую железную дорогу".

К лету 1915-го общее состояние воевавшей России резко ухудшилось. Поражения русской армии ускорили нарастание кризисных явлений в тылу. Чем опаснее становилось положение, тем острее ощущало правительство необходимость консолидации общества. Как оказалось, вполне приемлемыми способами сплочения различных социальных групп в ходе войны царские власти сочли разжигание националистических настроений и шпиономанию. Абстрактные лозунги действуют плохо, тылу необходимо было дать почувствовать врага рядом. Военные и жандармы принялись за шумные поиски германских шпионов, в столицах прокатилась волна немецких погромов, а в Сибири начался второй этап "антиаэроплановой" кампании.

15 августа степной генерал-губернатор обратился к жителям края с просьбой помочь полиции обнаружить место, где враги скрывают аэроплан, так как этот вопрос "становится вопросом первостепенной государственной важности"12. В объявлении генерал-губернатор ни словом не обмолвился о причастности местных немцев-колонистов к обеспечению полётов, но его поняли и без слов. Уездные начальники обязали полицию, станичных и поселковых атаманов установить негласное наблюдение за немецкими хуторами, а если учесть, что генерал-губернатор "пригласил" всех жителей края принять участие в поисках самолёта, то "надзор" за немцами должен был приобрести характер массовой политической кампании. С помощью русского населения власти намеревались искать тайных агентов-авиаторов среди немецких колонистов, а неуловимые летательные аппараты - в их усадьбах.

И часть населения откликнулась. Атаман 2-го военного отдела Сибирского казачьего войска получил рапорт из станицы Николаевской, в котором казаки сообщали, что видели, как с хутора немца Рейпинга "поднимается какая-то фигура вверх в виде дышла, отделяется от земли и уходит к облакам", в кузнечной мастерской Гастенбергера по ночам "производятся какие-то работы", а из леса, что примыкает к усадьбе менонита Дика, взлетел какой-то объект. Казаки докладывали атаману о том, что взяли под наблюдение и охрану немецкие хутора, но пока ничего подозрительного не обнаружили. Почётный гражданин Г. Кушнаренко поспешил уведомить генерал-губернатора о появлении аэроплана на заимке Штумпфа.

Все немецкие колонисты были заподозрены в укрывательстве. Полиция и добровольцы установили круглосуточную слежку за немецкими экономиями, заимками и хуторами. По ночам казаки выставляли вооружённые посты, конные разъезды патрулировали окрестности, но никаких аэропланов так и не нашли. Постепенно энтузиазм добровольных сыщиков угас, а массовый интерес населения к "разоблачениям" не возник: особой ненависти к своим соседям-немцам русские в Сибири не питали. Правда, мутной струйкой в канцелярию степного генерал-губернатора потекли анонимные письма от "патриотов". Каждый из них, судя по текстам, под видом радения о благе Отечества преследовал вульгарно корыстные цели. Например, "царёв слуга русский мужик города Павлодара" предложил генералу в целях скорейшего обнаружения аэропланов следующее: "Ты не пускай их (немцев. - Н. Г.) в свои избы жить, а посели в них мужичков русских, а немцы пускай на время в мужичковых поживут. Вот тогда и обнаружится ихний секрет"13. В другом письме некто обвинял местную полицию в покровительстве немцам, убеждая генерал-губернатора уволить всех полицейских.

"Всенародный" надзор за сибирскими немцами положительных результатов не дал, а поскольку больше подозревать в укрывательстве вражеских машин было некого, то и от идеи единения на почве тотальной слежки пришлось отказаться. Немцев оставили в покое.

Между тем сведения о летающих объектах продолжали регулярно поступать в штабы сибирских военных округов, канцелярии губернаторов и жандармские управления. Осенью 1915 года железнодорожное начальство и армейское командование возобновили обсуждение вопросов защиты Транссибирской магистрали от нападений с воздуха. Следует заметить, что летающие объекты так ни разу и не атаковали железную дорогу. Более того, как видно из протоколов опросов, никто из очевидцев не испытывал ни страха при виде неизвестных аппаратов, ни особенного интереса к ним.

Верили или нет штабы военных округов и управления дорог в реальность угрозы со стороны неуловимых летательных аппаратов, остаётся загадкой. Зато они предприняли ещё одну попытку использовать слухи, на этот раз как способ формирования у воинской охраны и железнодорожников ощущения близости противника. Видимо, таким образом надеялись укрепить дисциплину среди железнодорожников и стряхнуть с охраны налёт тыловой беспечности.

1 января 1916 года заведующий передвижением войск Иркутского района подполковник Чириков сообщил по линии Транссиба о том, что над горами юго-западного берега озера Байкал рабочие видели аэроплан, а позже часовые слышали три взрыва где-то в горах выше тоннелей № 35 и 3614. Наконец доказательства справедливости опасений были получены. На всех сибирских дорогах вновь объявили "воздушную тревогу". Теперь уже не только воинскую охрану, но и всех вооружённых железнодорожников начальство обязало открывать огонь при появлении аэропланов. Генштаб больше не запрещал сибирским властям действовать по своему усмотрению. Департамент полиции оставался совершенно равнодушен к сообщениям о полётах "врага" над Сибирью. У министра внутренних дел не вызвала никакой реакции подробная ведомость наблюдений за полётами над Западной Сибирью, представленная Н. А. Сухомлиновым зимой 1916 года. Всё это уже не интересовало центр. Бедственное состояние железнодорожного транспорта, грозившее полной остановкой движения, отодвинуло на дальний план вопросы охраны дорог.

https://www.kem.kp.ru/daily/27547.5/4814724/

Вот это гости к нам: век назад кузбассовцы впервые увидели НЛО
Архивы и компьютерная программа помогли найти время и место пролета первого загадочного объекта в наших краях

…1 августа 1909-го газета «Сибирская жизнь» напечатала заметку из Салаира с подзаголовком «Вероятно возд. шар». Хотя в описании было все, что намного позже и до сих пор стали называть НЛО (UAP, объектом все еще таинственным, недоказанным).

Но пошел уж 115-й год тому странному событию. И, казалось, давно ему поставлена точка.

Но Михаил Герштейн, географ, писатель, уфолог из Петербурга, председатель уфологической комиссии РГО (комиссия много лет работала с одобрения Академии наук СССР до закрытия), изучив полицейские, газетные архивы Российской империи, собрал досье на зашкаливавший по свидетельствам НЛО 1909 год! И случай кузбасский тоже вошел в его книгу «1909: всемирная «волна» загадочных аппаратов»... Так что это было?!

…Но сначала краткое пояснение Герштейна о той эпохе чистого неба Земли. Первый аэроплан же поднимется в Российской империи только осенью 1909-го. И то сначала машина приглашенного француза Леганье оторвется от земли лишь на два с половиной метра. А взлетит поздней осенью на рекордные 30 м, и ветер скинет в болото... И дирижаблей в стране на то время - два. И воздушных шаров – единицы, и те над столицами и южнее, а на восток, за Урал, не бывало.

И вот в ту пору таинственный объект появился в Ташкентском уезде 22 апреля. Потом над Семипалатинском. Над Ташкентом. Черкнул по Сибири. По Балтике, в Забайкалье, над Петербургом...

...И вот, когда он шел над Салаиром и против ветра и светил вниз… И те, кто на борту, начали разглядывать селение рудника в конце суток 24 июня. И все внизу уж спали или укладывались. Но кто-то заметил, что...

https://s11.stc.yc.kpcdn.net/share/i/4/2639089/wr-960.webp

Луна рванула не туда!
...«Луна» взошла в разы больше обычного. И не поднялась над горой со старой горной конторой, а разорвала одеяло туч, сыплющих дождиком. И «луна», спускаясь по склону, повисела над самым высоким зданием (храмом). И над бронзовым человеком со свитком (так наверняка «прочли» памятник Александру II, давшему крепостным России и людям на руднике волю, и изучили его как среднестатистического, но явно важного землянина члены экипажа НЛО).

А потом «луна» наверняка свернула к подъемнику, к рабочей площадке. И прибудь в конце XIX века, застала бы пересменок, скрип телег с рудой... Но рудник, отпахав 115 лет и дав стране, по данным историков, 1,8 млн тонн серебросодержащих руд, а в итоге - 335 тонн серебра, уж лет двенадцать закрылся. И мужики разъехались на соседние копи да прииски. И в тот год шла очередная разведка золота в районе рудника и в тайге горели костры... И у костра или в Салаире «шар» в небе кто-то увидел. И в газету сообщил. И она сохранила, что «явление… наблюдалось в 12-м часу ночи на 25 июня… невооруженным глазом в течение ½ часа, находилось ближе облаков, совершенно скрывавших звезды и луну». И что это «...тожественное... корреспонденции из Семипалатинска». А что было над Семипалатинском? 1 и 2 июня в час ночи две ночи подряд появлялась светящаяся точка раза в четыре больше самой большой из звезд, летала с прожектором, вверх, вниз, вправо, влево и долго и вдруг исчезала.

https://s11.stc.yc.kpcdn.net/share/i/4/2639085/wr-960.webp

И Герштейн, собрав свидетельства 1909 года по стране, проверил наблюдения НЛО в том числе с помощью астрономической программы «Stellarium». И она показала: над еще «не полетной» страной, тем более на такой «удаленке» и в такой глуши, летали не звезды, не болиды…

И над Кузбассом тоже. По словам Герштейна, «... астрономическая программа не выявила на небе (над Салаиром. – Авт.) ничего, стоящего внимания». Единственная в ту ночь более-менее крупная звездочка Капелла на северо-востоке была все же слишком мала – «всего 0,55 звездной величины», и ее вряд ли могли принять за тот таинственный, близкий, светящийся и скоростной объект.

...А унесся объект от Салаира на северо-запад…

- И ушел, получается, в сторону Урского. А что мог искать? - размышляет краевед Ирина Богачева. - Разве что сканировал, в стороне Урского и золото, и много полиметаллов. На 1909 год эти руды там еще никто даже не открывал...

И вот после первого таинственного явления свидетельств в Кузбассе набралось немало. Но рекордное число веком позже, похоже, выпало на тот же маршрут – меж Беловом и Салаиром. Там женщина-очевидец за годы видела 22 НЛО.

0

4

https://xn--80alhdjhdcxhy5hl.xn--p1ai/avtor/resin-aleksandr

Александр Ресин родился в Москве в 1961 году. По специальности биолог и географ. Работал в Институте эволюционной морфологии и экологии животных имени А. Н. Северцева АН СССР, в Институте охраны природы и заповедного дела Министерства экологии и природных ресурсов СССР, в совместной советско-вьетнамской экспедиции и в Монреальском университете в Канаде. Дипломант конкурса «60 плюс» журнала «Москва» в номинации «Публицистика», за статью «Как Сталин снижал цены» (2018), в том же журнале опубликована в ноябре 2021 г. статья «Свастика над Канадой». Многократно публиковался в журнале «Работница».

https://proza.ru/avtor/dressin
https://proza.ru/2021/02/25/122

В  Центральном Музее  Вооруженных Сил  в Москве демонстрируются обломки самолета  Пауэрса а над ним виднеется красный парашют с фотокамерой. Этот экспонат не имеет отношение к самолету. Это пример  другого способа  ведения воздушной разведки, так же применяемый в те же годы. Это остатки сбитого над территорией СССР  разведывательного  воздушного шара. Об этой секретной программе мало кто знал и даже наблюдатели видевшие шары в небе принимали их за НЛО.

3 июля 1953 года высшее руководство ВВС США, одобрило программу по созданию разведывательного воздушного шара WS-119L. Новая разработка получила кодовое название «Внук». По замыслу, эти шары должны были летать над небесным пространством Советского Союза и, подчиняясь воздушным течениям, снимать секретные объекты.

На испытания и подготовку персонала ушло два года. Разрешение на запуск первой серии шаров президент Эйзенхауэр дал 27 декабря 1955 года. После этого кодовое наименование проекта изменилось еще раз: теперь он назывался «Джинетрикс».

9 января 1956 года, за день до начала запусков, штаб-квартира ВВС опубликовала пресс-релиз, в котором говорилось, что в Северном полушарии запускается серия воздушных шаров «Моби Дик». В пресс-релизе особо подчеркивалось, что программа начата два года назад с целью «изучения атмосферных явлений и погодообразования на высоте свыше 9000 метров». Далее говорилось: «Большие пластичные шары, которые часто по ошибке принимают за “летающие тарелки”, несут метеооборудование, в том числе и радиоаппаратуру для записи и телеметрии атмосферных явлений .Эти небольшие исследовательские аппараты будут запущены с территории Японии, Окинавы, Аляски, Гавайских островов и Европы».

10 января 1956 года, уже в рамках проекта «Джинетрикс» запустили сразу девять разведывательных шаров: восемь с территории Турции и один из Гебельштадта в Западной Германии. Через несколько дней заработали и другие пусковые площадки.

Каждый шар нес гондолу, в которой была установлена камера с двухфокусными линзами. Пленки в кассете хватало, чтобы сделать 500 снимков. При этом объектив камеры охватывал поверхность в радиусе 80 километров. В гондоле также устанавливалась маленькая камера, фиксирующая маршрут полета воздушного шара.

В Советском Союзе довольно быстро сообразили, что эти шары имеют весьма отдаленное отношение к метеорологии. И естественно стали  их  сбивать.

Я впервые узнал о этих шарах от коллеги, бывшего летчика ,который участвовал в сбитии этих шаров. Их подняли по тревоге и перед экипажем была поставлена цель  сбить воздушный шар прилетевший в наше воздушное пространство из Турции. Обнаружив цель и дав залп из бортовых пушек, они   увидели, что шар сдулся и начал падать. Экипаж доложил о выполнении задания и полетел на родной аэродром.

На аэродроме их ждала отнюдь не  гостеприимная встреча. Всех членов экипажа арестовали и отвели на аэродромную гауптвахту. Как рассказывал мой товарищ  на допросе их обвинили в обмане командования и невыполнении задания. От трибунала их спасла только видео запись атаки, которая автоматически велась с борта самолета. На ней ясно было видно, что  шар после  атаки начал падать. Оказалось, что хитроумные американцы предусмотрели разрыв оболочки и в гондоле была установлена вторая ,которая надувалась при снижении до определенной высоты. Таким образом,  сбитый шар, опустившись до заданной высоты, надул новую оболочку и продолжил полет.

Всего в рамках проекта «Джинетрикс» было запущено 448 воздушных разведывательных шаров. Потом последовало возмездие. МИД Советского Союза предоставил иностранным журналистам возможность посмотреть на пятьдесят американских разведывательных шаров, сбитых системами ПВО над территорией СССР. Для журналистов было продемонстрировано,что эти воздушные шары не несли метеорологического оборудования, а только фотокамеры и автоматическое радиооборудование, негативы, изъятые из фотокамер и они убедительно свидетельствовали о шпионском назначении этих воздушных шаров.

Советская нота протеста и демонстрация захваченных американских воздушных шаров привели к шумному международному скандалу. Президент Эйзенхауэр прикрыл проект «Джинетрикс» в силу его низкой эффективности.

0

5

Сборка инфы от краеведа и дятловеда Малых Владимира
https://historykorolev.ru/archives/9138

Ушёл из жизни Владимир Ильич Малых
ОПУБЛИКОВАНО 10 МАРТА, 2021

С прискорбием сообщаем, что на 90 году жизни скончался председатель Королёвского краеведческого общества им. Б.Я. Ежова Владимир Ильич Малых. На пост председателя общества он был избран 5 декабря 2014 года.

Владимир Ильич Малых родился 16 июля 1931 г. в Могилеве Белорусской ССР в семье военнослужащего.

В 1955 г. окончил МАИ им. С. Орджоникидзе по специальности инженер-электромеханик по вооружению самолетов.

В 1964 г. окончил аспирантуру в области специальных информационных систем; в 2012 г. – курсы повышения квалификации при Финансово-промышленной академии по специальности «оценка стоимости бизнеса и интеллектуальной собственности».

В.И. Малых работал на Уральский оптико-механическом заводе, в ЦНИИмаш (г. Королёв), аппарате Министерства оборонной промышленности СССР, Министерства инструментальной и станкостроительной промышленности СССР; являлся региональным представителем, независимым экспертом Московской торгово-промышленной палаты, независимым экспертом Торгово-промышленной палаты города Королёва.

12 лет читал курс лекций в МИРЭА, Лесотехническом институте (ФЭСТ) и Королёвском институте подготовки кадров Роскосмоса.

Будучи председателем Королёвского краеведческого общества, вёл активную работу по изучению истории артиллерии и космонавтики, передавал свои знания жителям города и молодому поколению, читая лекции в библиотеках, музеях, выступая на конференциях, в телевизионных программах. Был организатором  выставок, посвящённых выдающимся конструкторам и инженерам завода №8. У него более 90 публикаций в городских газетах и на сайте краеведческого общества «История Королёва». Был энергичен и жизнелюбив. О нём останется только светлая память.

https://kaliningradka-korolyov.ru/news/40267/

Была подготовлена другая разведывательная программа. Основу этой программы ещё в 1955–1956 годах составили автоматические дрейфующие аэростаты (АДА) различных размеров и разной грузоподъёмности. Учёные-метеорологи задолго до этого обнаружили, что в верхних слоях атмосферы земли «дуют» сильные ветры, так называемые струйные течения. Как правило, они возникают на разных высотах от 15 – 20 км до 30 – 35 км и «дуют» постоянно в одних и тех же направлениях, слоями. Сначала американцы стали использовать такие дрейфующие аэростаты для доставки пропагандистских листовок (в Китай). Затем, по мере совершенствования техники, стали подвешивать к аэростатам фотоаппаратуру и аппаратуру для исследования состава воздуха (определение последствий атомных взрывов), а также для наблюдения за радиолокационными станциями и записи сигналов этих станций, и даже для радиоперехватов различных переговоров.

Шары стали оснащаться дополнительной радиоаппаратурой, работающей в коротковолновом диапазоне, которая позволяла определять местонахождение шара, а также управлять им по высоте. Предполагалось, что такой шар может пролететь над всей территорией СССР и опуститься, например, в Охотском или Японском море. Специально для этой цели в составе бортовой аппаратуры находился баллон со специальным красителем, который при соприкосновении с поверхностью земли или воды взрывался и создавал вокруг себя оранжевый круг, хорошо заметный с воздуха. Интенсивность запусков таких шаров была незначительной. Порой это были просто метеорологические шары для изучения верхних слоёв атмосферы Земли.

В 1958–1959 годах на территорию СССР был осуществлён второй массовый запуск американских шаров-разведчиков. Они поднимались на высоты, где были недоступны для истребителей и других средств противовоздушной обороны. Это были более совершенные шары, и запускались они теперь с территорий Германии, Норвегии, Италии, Турции и Финляндии. Дрейф проходил на высотах до 32 км со скоростью движения потока воздуха (струйное течение) до 200 км/час.
Разведка местности производилась с помощью широкоугольных длиннофокусных аппаратов от западных границ нашей страны до Тихого океана. В заданном районе они сбрасывались и подбирались специально посланными командами. В общей сложности (по данным службы ПВО страны) до 1956 года было запущено в нашу сторону свыше 3000 таких аэростатов различной комплектации. За 20 лет, то есть до 1977 года, службой ПВО было зарегистрировано 4112 таких шаров, из них было сбито или посажено всего 793 аэростата.

Что из себя представляли подобные аэростаты? Оболочка шара изготовлялась из специальной эластичной радиопрозрачной пластмассы сотовой конструкции, как правило, объёмом 11 500 куб. м и заполнялась газообразным гелием. Некоторые шары целевого назначения имели больший объём, например до 120 тысяч куб. м. Поверхность окрашивалась белой или серебристой краской. Среди них были и совершенно прозрачные шары. Форма их была шаровидная или каплевидная. В нижней части на капроновом шнуре подвешивалась балка, к которой крепилась вся необходимая аппаратура. Комплектация аппаратуры и её состав определялись целями разведки, которые были поставлены этому запуску. Но, как правило, на каждом шаре была установлена фотокамера, которая экспонировала земную поверхность на плёнку, что позволяло получить высокое качество изображения.

В составе была приёмо-передающая коротковолновая радиоаппаратура и высотомер, которые осуществляли привязку фотоснимков к географическим координатам местности. Если программа пуска требовала другие данные, то на балку крепились специальные радиоприёмники, которые обеспечивали приём кодированных программ, запись сигналов наземных радиолокаторов систем ПВО или радиоперехват разговоров. Если была поставлена задача определения результатов проведённых атомных взрывов, то устанавливались специальные приборы-анализаторы для оперативного радиационного мониторинга состава атмосферы.

Источник электроснабжения (электрохимический аккумулятор) обеспечивал аппаратуру электроэнергией в течение месяца, а если надо было больше, то на раме устанавливались солнечные батареи. Вот такой состав аппаратуры был почти на каждом АДА. Но я специально оставил в заключение этого описания последний главный прибор, который достался для изучения одному нашему градообразующему предприятию с целью дальнейшего использования конструкции в наших разработках, – это программное устройство.

Мы его называли программник, он управлял включением-выключением той или иной аппаратуры шара. Эти включения следовали строго по времени. В принципе ничего сложного он из себя не представлял, на первых образцах наших баллистических ракет, да и у других ракет (малой дальности, зенитных ракет), были установлены подобные программники, которые управляли полётом. Основной частью этого устройства был двигатель постоянного тока с регулятором оборотов, который обеспечивал стабильные обороты оси. На ось двигателя закреплялось несколько металлических кулачков, имеющих выступ. При вращении кулачка выступ нажимал на контактную группу, которая подавала электропитание на соответствующее реле. При срабатывании реле её контакты посылали электросигнал на соответствующий исполнительный механизм шара: затвор фотоаппарата, включение датчика, включение радиоаппаратуры, включение высотомера и т. д. Сколько было команд, столько было кулачков на оси двигателя и столько же было предусмотрено реле. Часть реле находилась в герметичном корпусе. Помню, что эти реле нас заинтересовали, и образцы были переданы на завод с целью их воспроизведения, поскольку они оказались меньше и легче наших. Где-то в гараже у меня в разных деталях ещё осталось несколько штук таких реле, но уже нашего, советского производства!

Этот программник включался по радиокоманде или от специального фотоэлемента, который распознавал дневное и ночное время суток. Фотоаппарат экспонировал изображение на специальную плёнку шириной 35 или 70 мм, запас плёнки составлял 9600 м. Кадр на плёнке охватывал поверхность в радиусе 80 км.
Этот второй массовый запуск шаров-шпионов не прошёл так бесследно, как первый. 4 сентября 1958 года газеты «Правда» и «Известия» опубликовали текст ноты СССР, в которой, в частности, говорилось:
«За последнее время в воздушном пространстве СССР выявлено несколько воздушных шаров с подвешенной к ним аппаратурой, которая включает в себя автоматические дрейфующие фотокамеры для аэрофотосъёмки местности, приёмопередающую аппаратуру и т. п.».
Потом в ноте указывалось, что вся установленная аппаратура изготовлена в промышленных масштабах и имеет ярлыки и обозначения, позволяющие утверждать, что она изготовлена в США!
Кстати, программное устройство и фотоаппаратуру с найденных шаров передали для изучения в наш город, в НИИ-4, а из ЦНИИмаша в район Охотского моря была отправлена в командировку группа инженеров (даже кто-то был из ЦУПа). Официально их туда направили для изучения НЛО. Они пробыли там целый месяц и с рыболовных судов фиксировали падение этих шаров.

Впоследствии в конструкцию и аппаратуру шаров американцы внесли некоторые изменения, чтобы повысить эффективность их работы. Во-первых, очень малое количество шаров долетало до Охотского или Японского моря. Во-вторых, на большинстве снимков земная поверхность была закрыта облаками полностью или частично. В-третьих, разведывательные службы США, видимо, не устраивали длительные сроки полёта шаров-разведчиков (до 30 дней). Им нужна была более оперативная информация. Поэтому стали изготавливать шары другой конструкции. В первую очередь увеличили объём шара, некоторые достигали до 120 тысяч куб. м, что позволяло крепить к раме большее количество аппаратуры, а также обеспечивало полёты на высотах до 28 – 32 км. Аккумуляторная батарея обеспечивала электропитанием непрерывную работу в течение 12 часов, что ограничивало полёт 5–7 днями (вместо бывших 30). Перехват и получение фотоснимков опять же возлагалось на специальные команды людей, которые должны были ожидать сброс контейнера в определённом малолюдном месте. Во избежание несанкционированного вскрытия контейнера с плёнкой был установлен пиропатрон, который взрывался и уничтожал содержимое контейнера. Сброс контейнера планировался на раннее утро или вечер.

0

6

https://stalingrad.vpravda.ru/stati/rak … shpion-736

О подвигах советских зенитчиков в дни битвы на Волге наша газета рассказывала часто. А вот о том, что и в годы холодной войны зенитчикам, проходившим службу в Сталинграде, приходилось выполнять боевые задачи, – широкому кругу читателей практически неизвестно. Давайте восполним этот пробел.

Сверху видно все

С начала января по начало февраля 1956 года американскими спецслужбами проводилась глобальная разведывательная операция против СССР. В ходе ее 1-го этапа было запущено от 500 до 1600 высотных аэростатов наблюдения.

Старт производился с нескольких площадок в Западной Европе, Турции и США.

Для этого использовались модифицированные метеорологические аэростаты, которые несли в гондолах специальную фотоаппаратуру и устройства для определения координат.

Аэростаты в воздушных потоках летели на высоте от 15 до 30 км.

Это и превышало потолок полета истребителей того времени, и они были недосягаемы для огня зенитной артиллерии.

Скорость аэростатов составляла около 30 м / с – это примерно как скорость ветра при сильном урагане.

Считалось, что после пролета над советской территорией американцы подберут гондолы с аппаратурой и расшифруют сделанные фотоснимки. Советский Союз не только отвечал на разведывательные полеты дипломатическими нотами протеста, но и сбивал шары-шпионы.

ПВО всегда на страже

Около половины аэростатов из отправленных в ходе 1-го этапа американской операции засекли советские средства противовоздушной обороны (ПВО).

В 1958‑1959 годах США осуществили 2-й массовый запуск разведывательных аэростатов над нашей страной.

Один из шаров-шпионов перехватили аккурат над территорией Сталинграда.

– Воины-зенитчики 54‑й зенитно-ракетной бригады 10‑й дивизии ПВО с начала 50‑х годов охраняли воздушное пространство над значимыми объектами Сталинграда и области, – рассказывает Анатолий Гордияш, заместитель начальника поискового отдела памятника-ансамбля «Героям Сталинградской битвы» на Мамаевом кургане, полковник в отставке, в прошлом офицер-зенитчик, командир зенитно-ракетного полка.

Он написал книгу о своем боевом пути и поделился воспоминаниями о том, что раньше было под грифом «секретно». Так вот, в 1959 году 16 ноября 54‑я бригада под командованием тогда подполковника Теодора Раймондовича Пекарского – впоследствии он стал генерал-майором и много лет был директором памятника-ансамбля на Мамаевом кургане, – под Сталинградом в районе поселка Карповка – железнодорожной станции им. М. Горького сбила американский разведывательный аэростат.

– Судя по всему, позиция зенитчиков располагалась рядом с шоссе между поселками Максима Горького и Новый Рогачик, – говорит Анатолий Гордияш. – На вооружении бригады состоял подвижный зенитный ракетный комплекс С-75 в варианте «Десна». Комплекс позволял бороться со всеми аэродинамическими целями, дальность поражения – до 34 км, диапазон высот поражения – от 500 м до 30 км.

Изучали в НИИ

О сбитых шарах в СССР подробно не рассказывалось. Широкому кругу людей становилось известно о них только из официальных заявлений МИДа с протестами. А еще была на эту тему карикатура известного датского художника Херлуфа Бидструпа.

Попавшую в руки наших военных американскую разведывательную аппаратуру, которую несли шары-шпионы, сразу же забирали «компетентные органы» для изучения в закрытых НИИ. Там ее разбирали до винтика в самом прямом смысле этого слова. Опять же вся информация имела гриф «секретно» или даже «совершенно секретно». Поэтому сами шары-шпионы, а тем более их аппаратуру видел только узкий круг специалистов.

Несмотря на то что борьба с шарами-шпионами из‑за специфики целей стала одной из интересных страниц истории советских войск ПВО, об этом мало рассказывали. Но только в одном музее – Центральном музее ВС РФ есть аппаратура одного из шаров-шпионов и ракета комплекса С-75, которой он был сбит. Где сбит – не указано. Может, это и есть наш, сталинградский?

Но не станем фантазировать. Скажем лишь, что есть версия: в районе Сталинграда был сбит не один шар-шпион. Ведь не так далеко находился – и находится – легендарный военный полигон Капустин Яр.

P. S. 54‑я зенитная ракетная бригада была расформирована 20 лет назад. Память о ней сохраняют ветераны, которые объединились в общественную организацию.

0

7

Наше время
https://www.mk.ru/politics/2023/02/13/p … rikoy.html

Полковник ПВО объяснил загадку неопознанных летающих объектов над Америкой
«Внутриполитические интриги»

Новость номер один в американских изданиях — уже не Украина, а странные  воздушные объекты неизвестного происхождения, летающие на высотах 17-20 тысяч метров в небе над США и Канадой. ПВО их с трудом отслеживает и порой сбивает. Один сбитый объект оказался китайским метеозондом. Но полеты аппаратов продолжаются. Последний восьмиугольный объект, сбитый  над Мичиганом, американские власти объявили чуть ли не НЛО инопланетного происхождения. Это вызвало ажиотаж и острую критику «беспомощной» американской ПВО в мировой прессе и соцсетях.

Однако далеко не все российские военные эксперты согласны с такой оценкой и критикой в адрес американских военных. Они заявили «МК», что за «появлением НЛО» стоит в первую очередь политика.

Вот что по этому поводу рассказал «МК» экс-начальник зенитных ракетных войск Командования специального назначения (округ ПВО Москвы) полковник в запасе Сергей Хатылев:

- Я следил за информацией о воздушных объектах над Соединенными Штатами. Данные слишком противоречивы. Информация подается так, что явно кому-то хочется доказать, что все у них там, в американской армии, плохо, сбить ничего не могут. Это больше похоже на внутриполитические интриги в самих США.

У нас аналогичная ситуация с воздушными шарами тоже была в декабре 2007 - январе 2008 годов. Мы ее в конце концов решили. Тогда с территории Эстонии к нам залетели спортивные шары. Это, конечно, не шары-зонды, что сейчас запустил Китай на большой высоте, но проблем нам тоже тогда хватило.

Они летели на высоте всего 5-6 тысяч метров. Обычные спортивные шары с корзиной.  Там не было людей, только газовая горелка, положенная аппаратура… Они чётко вышли из Эстонии, прошли через Ленинградскую область в сторону Москвы, прошлись здесь в районе МКАДа, ушли на Нижний Новгород, оттуда на Екатеринбург, затем направились в Пакистан и там эти шары уже «присели».

- Как же вы их пропустили?

- Нечем оказалось сбить. Вот там сейчас пишут, дескать американцы - слабаки, ничего не могут, так и мы тогда не могли.

- Не было нужных комплексов ПВО?

- В советское время для таких объектов у нас были комплексы С-75, которые имели специальный режим, позволявший сбивать такие цели. Были истребители-перехватчики с пушками и особыми боеприпасами – разрывными пулями, уничтожавшими осколками эти объекты. А тут вдруг оказалось, что никаких средств для уничтожения этих малозначительных целей нет.

Оказалось, что на тот момент все зенитные ракетные системы имеют так называемую область режекции, когда при скорости объекта 300 метров в час цель радиолокационно не сопровождается.  Получалось, что радиотехнические войска работают в другом диапазоне, они видят эту цель, передают целеуказания зенитным ракетным войскам, а их зенитные ракетные комплексы эту цель не видят.  Соответственно, сбить её не могут.

- Но есть ведь еще авиация ПВО?

- Да, мы поднимали авиацию. Су-27 взлетает, тормозит – делает «кобру Пугачева» (фигура высшего пилотажа, при которой скорость самолета кратковременно снижается до нуля. - «МК») – цель не видно. МиГ-31 летит на скорости 350 километров в час – цель снова не видит.  Подняли вертолёты, посадили командиров полков с оптическими прицелами: если увидите - стреляйте. Так три дня летали, искали, ничего не нашли.  Мы, конечно, понимали, что эти спортивные шары не представляют для нас никакой опасности. Там и разведывательной аппаратуры никакой не было. Они так и пролетели мимо. Но задачу для решения нам обозначили.

- Вы говорите, потом ее как-то решили?

- Да, в 2007 году я как раз был включён в Государственную комиссию по испытаниям комплекса «Панцирь-С1», и вот у него-то как раз имеется пулемётная пушечная система, способная уничтожать цели на высотах 5-6 тысяч метров и главное – радиолокационный комплекс миллиметрового диапазона. То есть «Панцирь» на таких высотах сегодня способен видеть, эффективно сопровождать и уничтожать такие цели.

- Получается американцы аналогичную проблему у себя так и не решили?

- Высота, на которой летают сейчас их «НЛО» над Штатами - порядка 17- 20 тысяч метров. А это несколько другая ситуация.

Об этой ситуации «МК» рассказал экс-начальник Федерального управления авиационно-космического поиска и спасания, заслуженный военный летчик РФ, кандидат технических наук генерал-майор Владимир Попов:

- Я думаю, всё-таки над США летают сейчас не инопланетные, а вполне земные рукотворные объекты. Видимо, что-то вроде шаров-зондов, которые используют надувные оболочки самой различной конфигурации и ведут не разведывательную деятельность экономического или военного характера, а, скорее, мониторинг окружающей среды и атмосферных явлений.

Изучают струйные течения, которые постоянно меняются. Исследуют изменения температурных градиентов на разных высотах. Хотя, конечно, можно рассматривать это и в том ключе, что изучение всех этих явлений в перспективе может оказать помощь и при ведении боевых действий, что – правда.

- А чьи, на ваш взгляд, это могут быть аппараты?

- Можно предположить, исходя из того, что китайцы не отрицают того, что два из них принадлежат им, то и остальные могут быть тоже их. Мы, если проводим исследования с помощью таких зондов в интересах метеорологии и измерения данных окружающей среды, как правило, оповещаем об этом международную организацию метеослужбы при ООН. И там знают какой шар, где и когда летит.

- Северная Корея, к примеру, может запустить такой шар?

- Вполне. Это может являться косвенным признаком того, что там пристально изучаются различные слои атмосферы, включая близкие к космосу, чтобы понять какие могут там происходить изменения при запуске космических аппаратов или межконтинентальных баллистических ракет.

- Для чего нужно это знать?

- Чтобы меньше расходовать энергию ракеты при преодолении тех или иных воздушных масс во время полёта. Для этого необходимо выбирать наиболее благоприятные направления. Возможно, такой ракете иногда необходимо уйти куда-то в сторону, чтобы затем добраться до цели быстрей и с меньшими затратами энергии. А для этого необходимо изучать то, что происходит в атмосфере.

- Но почему эти воздушные зонды американцам оказалось так сложно уничтожить?

- Во-первых, большие высоты. Во-вторых, у этих объектов практически нет радиолокационного отражения, на которое настроены локационные станции истребителей-перехватчиков. В результате объект хоть и большой, но имеет очень небольшую отражающую поверхность. Потом эти шары изготовлены, как правило, из специальных полимеров. Они даже визуально не очень заметны, если имеют почти прозрачную оболочку и наполнены определёнными газами. На таких высотах они почти не просматриваются. Только по косвенным признакам, когда на их поверхности отражаются солнечные лучи. А если облачность и шары летят где-то там, за облаками, их вообще не видно.

- То есть это очень сложная цель для уничтожения?

- В первую очередь для идентификации. Их ведь для начала необходимо классифицировать. А если это никакие не «шпионы», а действительно просто шары ведущие метеонаблюдение и исследование воздушного пространства? Тогда требуется время, чтобы заполучить данные, которые имеются по этим метеозондам в ООН.

- Значит, претензии к американским военным не вполне обоснованы, как и вбросы про НЛО?

- Ну конечно! Да и вообще, тут большой вопрос: нужно ли их сбивать? Хотя бы по экономическим соображениям. Высотные ракеты у США есть. Но они ведь очень дорогие. А стоимость этого зонда и той аппаратуры, что он несёт, копеечная.

Может быть, проще и дешевле понаблюдать за таким объектом, и, поняв, что он ничего не излучает – а значит, не шпионит – просто пропустить его, как говорится, с Богом, не тратя кучу денег на его уничтожение?

Думаю, проблема с этими шарами искусственно раздута, исходя из внутриполитических соображений в самих США.

Было дело, да быльем поросло
https://rg.ru/2023/02/08/the-drive-rass … tatov.html

В СССР умели строить способные сбивать аэростаты самолеты

0

8

https://news.rambler.ru/articles/330914 … m-soyuzom/

ЦРУ над Советским Союзом
Свободная пресса 19 марта 2016, 14:50

60 лет назад, в феврале 1956 года, ЦРУ запустило над территорией СССР огромное количество разведывательных зондов. Так началась спецоперация Genetrix. По грандиозности и размаху это был один из самых масштабных проектов, какие только осуществляли американские спецслужбы. Взяв за основу метеорологические аэростаты, янки слегка модифицировали их, снабдив высокочувствительной и сверхточной фотоаппаратурой. А затем начали производить их запуски в сторону СССР с сопредельной территории. Цель была очевидна: заснять на фотопленку все, над чем будут пролетать шары. Таким образом, ЦРУ планировало вычислить стратегические и секретные объекты, оборонные заводы, железнодорожные узлы, гидротехнические сооружения, месторасположение полигонов, воинских частей, аэродромов и, если повезет, — космодромов, которые строились ударными темпами.

Напомним, что еще с 1948 года на полигоне Капустин Яр полным ходом шли испытания ракеты Р-1. А до запуска первого в мире, советского спутника оставалось всего несколько месяцев. И американцы догадывались о том, что в СССР уже занимаются космической тематикой. — Чтобы не промахнуться, отправляли аэростаты в воздушное плавание с пяти разных точек из-за западной границы стран Варшавского договора: с базы ВВС США в турецком Инджирлике, из шотландской деревушки Эвантон, со столичного норвежского аэропорта Гардермоен (крупнейшего в стране) и двух западногерманских поселков: баварского Гибельштадта и мюхенского Оберпфаффенхофена (будущего аэрокосмического центра Германии).

Поэтому «в поле зрения» фотоаппаратуры попадали также и наши восточноевропейские союзники, — рассказывает военный историк, подполковник в отставке Николай Романов. — Кстати, еще одной второстепенной целью был шпионаж за Китаем, с которым у нас в то время как раз зарождалась великая дружба. И строили мы на его территории в качестве добрососедской помощи сотни предприятий самого различного профиля, в том числе и оборонного. Вот ими-то и интересовались американцы.

Всего операцией Genetrix было охвачено почти три миллиона квадратных километров территории СССР, Китая и других стран — это не много не мало, а 300 (!) миллионов гектаров. И еще один немаловажный момент. Именно в это время Советский Союз помогал Китаю создавать свою атомную бомбу. Американцы об этом знали. И, обеспокоенные подобными сообщениями из Поднебесной, очень надеялись на разведданные, касающиеся китайской ядерной программы. А именно — строительства полигонов по обогащению ядерного топлива и других предприятий подобного профиля.

С первой партией цэрэушники запустили более пятисот воздушных шаров, которые планировалось подобрать потом в морях Дальнего Востока (от Аляски до Южно-Китайского моря). Для этой цели в Японии и на Аляске разместили по эскадрилье спасательных самолетов С-119. Однако, долетели до конечной цели лишь немногим более пятидесяти аэростатов, да и то почти на половине из них фотографии оказались некачественными. Все объяснялось очень просто. Ведь зонды летели на высоте до 30 километров — это практически стратосфера, а это несколько ухудшало качество съемки. Но главное — все зависело от погоды и облачности. В дальнейшем было предпринято еще несколько массовых запусков летающих шпионов — всего на восток было отправлено несколько тысяч зондов.

«СП»: — Но почему именно воздушные шары, а не самолет-разведчик «U-2», который американцы успешно использовали?

— «U-2» поступил в распоряжение ЦРУ (он создавался именно для разведки) только в 1957 году. Хотя первые свой полет самолет-разведчик совершил еще за полгода до описываемых событий — в августе 1955-го. Но спецслужбы не решились использовать до конца не доработанную машину в таком щекотливом проекте. Поэтому и появилась идея зондов. Кстати впервые США стали запускать к нам воздушных разведчиков с 1947 года, чтобы путем мониторинга атмосферы выявить, как в СССР идут дела с производством атомной бомбы. Завершилась эта операция в 1949 году как раз незадолго до ее испытаний, когда в СССР был приведен в действие ядерный заряд «РДС-2».

«СП»: — Почему американцы были уверены в том, что аэростаты полетят именно на восток?

— Тут, наверное, стоит сделать небольшое отступление. Дело в том, что воздушное пространство над землей, как и мировой океан, имеет свои течения. Так, над плотными слоями земной атмосферы, которой мы дышим (тропосферой), берет свое начало стратосфера, где совсем нет кислорода, но существуют очень сильные и весьма быстрые «небесные реки», особенно в нижней ее части — тропопаузе или субстратосфере.

Такие «небесные реки» иногда имеют в ширину сотни километров и всегда «текут» на восток. А воздух в них движется с огромной скоростью (вдумайтесь) — до четырехсот километров в час! Это в два раза быстрей ураганного ветра. Впервые с ними столкнулись американские летчики во время Корейской войны. Находящиеся в нижних эшелонах высот коллеги вдруг замечали, что самолеты, в которых намного выше остальных летели их товарищи, вдруг словно останавливались. А летчики просто попадали в такую вот мощную «небесную реку». Кстати, был случай, когда самолет, отправившийся из США в Англию, случайно попал в субстратосферу и прибыл в аэропорт Лондона на три часа раньше, прибавив себе дополнительных 400 км/час. Так что у американских воздушных шаров, как говорится, просто не было других вариантов, как лететь на восток.

«СП»: — Ну, а вдруг такой зонд по какой-то причине опустился бы ниже и застрял бы где-нибудь, скажем, над Уралом?

— В том-то и дело, что это были не обычные шары, а высокотехнологичные изделия. Во-первых, на каждом таком зонде был установлен высотомер, который посредством автоматического управления не позволял ему ни опускаться ниже определенной высоты (например, в 20−25 километров), ни подниматься выше ее. Для этого был клапан для стравливания воздуха, а в самой гондоле — горелка.

Фотосъемкой тоже управляли автоматы. Кроме того, они были оборудованы радиомаяками, благодаря которым определялся маршрут движения воздушного шара и его местонахождение. Путем слежения за маячком зонд также можно было найти и перехватить уже после пересечения им советской границе на Дальнем Востоке. Причем, ловили не сам шар, а фотоаппаратуру, которая автоматически отстреливалась в определенном безопасном для американцев районе и спускалась на парашюте. Дальше в дело вступали спасательные группы, в которые входили суда и самолеты. И если фотокамера не подцеплялась специальным устройством, прикрепленном на самолете С-119, то ее ловили находящиеся на кораблях матросы, барражиющие по морю на катерах. И так с каждым зондом! Это действительно была целая шпионская операция, притом весьма дорогостоящая. Правда, долетали до места назначения далеко не все шары.

«СП»: — Что с ними могло случиться?

— Всякое. Ведь наши силы ПВО тоже не дремали. В СССР прекрасно видели и понимали цели таких воздушных шпионов. Наши дипломаты регулярно предъявляли США ноты протеста из-за нарушения ее границ и воздушного пространства, порой доходило до международных скандалов. Но с янки, как говорится, как с гуся вода. А потому за шарами постоянно устраивалась настоящая охота. Но сбить такой аэростат было ой как не просто. Потому как зенитки на такую высоту в 25−30 километров не стреляли. Не всегда могли добраться на такой потолок и советские истребители-перехватчики.

Тогда по пути их следования рассыпали мелко нарубленную фольгу, что обманывало высотомер, и зонд начинал снижаться. Снаряды авиапушки в таких случаях были не очень эффективными. И наши умельцы придумали прикреплять к самолетам острые тралы, разрубающие шары.

Тратить же на них ракеты было расточительством, к тому же они просто не срабатывали, соприкасаясь с мягкой поверхностью аэростатов. Словом, боролись с зондами, как могли.

Случались и досадные ЧП, когда «под раздачу» (под огонь своих же самолетов) попадало гражданское население. Даже тогда, когда появилась возможность фотографировать территорию СССР из космоса, американцы не перестали запускать к нам аэростаты. Продолжалось это вплоть до 1980-х годов. Но теперь они служили для другой цели: чтобы определить местоположение шаров, советские системы ПВО вынуждены были повышать интенсивность работы, увеличивая мощность своих импульсов. А это помогало засечь их из космоса аппаратурой слежения спутников-шпионов и преждевременно раскрывало их местоположение. Борьба с зондами со временем превратилась в текучку. И вскоре вовсе сошла на нет.

https://picturehistory.livejournal.com/8113567.html
https://i1.imageban.ru/thumbs/2023.02.17/da6fcf47d4c95ea8534f99d17c4469c0.jpg
https://i3.imageban.ru/thumbs/2023.02.17/23479f942201465071d14a107565f344.jpg
https://i3.imageban.ru/thumbs/2023.02.17/352fa16c63db3c2f6bf66b4517d78eb2.jpg

0

9

https://versia.ru/kak-amerikanskaya-raz … la-za-sssr

Глаза и уши ЦРУ
Как американская разведка следила за СССР

Вопреки утверждениям советской плакатной пропаганды, предупреждавшей, что любой разговор может быть подслушан врагом, о подобных возможностях американская разведка могла только мечтать. В действительности агентура ЦРУ в СССР была не настолько обширна. Особенно это касалось 50–60 годов. Во-первых, ЦРУ, созданное всего лишь в 1947 году, к тому времени едва вылезло из коротких штанишек, не успев ещё набраться нужного опыта. Во-вторых, Советский Союз оставался одним из самых закрытых государств мира, куда вербовщикам трудно было попасть незамеченными.

Вербовать в целом было кого – далеко не все граждане СССР в реальности являлись преданными строителями социализма. Александра Архипова* и Анна Кирзюк в своей книге «Опасные советские вещи» приводят забавный факт. В середине 50-х по Белоруссии ездил некий пройдоха. Он регулярно заходил в сёла, представлялся заброшенным на парашюте американским агентом, потерявшим связного, и просил денег и еды. Как ни странно, но почти нигде жулик не встречал отказа. Крестьяне охотно делились провизией, интересуясь, когда же американцы, наконец, придут и распустят колхозы. В итоге чекисты задержали афериста. Самого его судили за мошенничество, а вот помогавших ему крестьян отправили под суд как предателей Родины. Впрочем, ЦРУ больше интересовали настоящие секреты – прежде всего сведения о советских космических и атомных программах, а также данные о местах производства и базирования ядерных боеголовок. Подобраться к ним было намного труднее, а потому в Лэнгли решили сделать ставку на техническую разведку.

Полетели не туда

Одна из таких многообещающих операций стартовала в начале 1956 года. Проект Genetrix предусматривал запуск сотен разведывательных аэростатов, несущих фотоаппаратуру. В целом затея выглядела многообещающе – девятью годами ранее американские ВВС провели похожую операцию «Могол», запустив в небо воздушные шары с высокочувствительными микрофонами. Таким образом удалось обнаружить звуковые волны от проводимых в Советском Союзе испытаний ядерного оружия. Однако если в прошлый раз шары просто висели в воздухе, то аэростаты должны были пролететь над всей территорией СССР, по пути снимая с высоты военные заводы, железнодорожные узлы, стратегические мосты и аэродромы. Предполагалось, что шпионский объект пересечёт в попутных воздушных потоках территорию Союза, после чего его по сигналу радиомаяка встретят либо самолёт-перехватчик, либо спасательный корабль, которые и заберут камеру с отснятой плёнкой. В целом опасаться было нечего: советские авиация и ПВО не могли достать аэростат, летящий выше потолка досягания истребителей и ракет.

Так между 10 января и 6 февраля 1956 года с военных баз Инджирлик в Турции, Эвантон в Шотландии, а также с норвежского аэропорта Гардермуэн и двух немецких – Гибельштадт и Оберпфаффенхофен – было запущено 516 аэростатов. Но вопреки планам только каждый десятый из них достиг цели, а пригодные снимки принесли и того меньше. Большинство аэростатов либо сбились с курса и упали, либо потеряли высоту, где их сбили советские лётчики. В итоге Москва раздула дипломатический скандал на весь мир, обвинив Вашингтон в шпионаже, после чего американцы закрыли провалившийся проект. При этом в США переживали не только о провале операции – Советскому Союзу заодно досталась секретная фотоаппаратура, делать которую умели только американцы. Техника эта пришлась очень кстати. В частности, именно на извлечённую из камер плёнку советская автоматическая станция «Луна-3» сфотографировала в 1959 году обратную сторону спутника Земли.

Камера над Кремлём

Не вышло с аэростатами – получится с самолётами, решили в ЦРУ. В апреле 1956 года фирма «Локхид» выкатила из ангара новейший самолёт-разведчик U-2. Уникальная машина могла подниматься на 20-километровую высоту, оставаясь неуязвимой для противника. А установленная на борту камера позволяла снять полосу шириной 150 километров и длиной 3 тыс. километров, позволяя различить объекты размером меньше метра. 5 июля пилот Кармайн Вито пролетел на U-2 прямо над Москвой, сделав снимки Кремля, а заодно авиазавода в Филях, завода ракетных двигателей в Химках и авиабазы в Раменском.

Во время других полётов были обнаружены и засняты космодром Байконур, ядерный Семипалатинский полигон, а также аэродромы базирования советских стратегических бомбардировщиков. Так президент Эйзенхауэр выяснил, что заявления Хрущёва о сотнях бомберов всего лишь блеф. Всего U-2 совершили 24 полёта, пока 1 мая 1960 года их господству в воздухе не пришёл конец. Пролетая над Уралом, Фрэнсис Пауэрс успел заснять корпуса выпускающего оружейный плутоний завода «Маяк», после чего его самолёт поразила советская зенитная ракета. Пауэрс катапультировался, приземлившись у деревни Косулино, где его взяли в плен крестьяне. Получив из Москвы информацию о гибели пилота, в Вашингтоне заявили о том, что Советы подло сбили самолёт, проводивший исследования погоды. Выждав несколько дней, Москва предъявила шпионскую камеру и живого Пауэрса. В итоге Эйзенхауэру пришлось, краснея и конфузясь, признать факт проведения нелегальных полётов. Что ж, когда-то на Смоленской площади явно умели работать. Более успешной оказалась программа по запуску спутников-шпионов.

В рамках программы «Замочная скважина» в космос отправилось 144 разведывательных спутника с фотоаппаратурой. Отснятые плёнки затем возвращались на Землю в специальных капсулах, которые затем подбирали в назначенном квадрате военные корабли. Наиболее удачной стала пятилетка с 1966 по 1971 год, за время которой удалось провести 32 удачных запуска. В итоге американцы смогли заснять все 25 советских комплексов межконтинентальных баллистических ракет, а также базы подводных лодок, атомные объекты и т.д. Но весной 1972 года программу пришлось экстренно прервать. В точке Тихого океана, куда должна была приземлиться капсула с плёнкой, совершенно неожиданно обнаружилась явно чего-то поджидающая советская подводная лодка. Понимая, что это никакое не совпадение, американцы отказались от использования спускаемой капсулы и в 1976 году запустили новейший спутник KH-11, который передавал снимки на Землю в электронном виде. Казалось, выход найден. Но спустя два года ФБР арестовало молодого сотрудника ЦРУ Уильяма Кампайлса. Как оказалось, он продал Советскому Союзу техническую документацию на KH-11. За сверхсекретные документы предатель взял всего 3 тыс. долларов.

Операция «Абсорб»

Видимо, обжёгшееся на воздушной и космической разведке ЦРУ в 1983 году решило «спуститься на землю», запустив операцию «Абсорб». Повод был серьёзный. К этому времени в Лэнгли точно знали, где именно базируются советские ядерные ракеты. Однако агентура сообщила, что советские инженеры создали ракеты с разделяющимися боеголовками. Потому возникла задача установить общее количество зарядов. Аналитики ЦРУ предложили вариант: если измерить уровень радиации каждой ракеты, станет понятно, какое количество боеголовок она несёт. Но как это сделать? Американцы знали, что ракеты производятся в западной части СССР, а базируются в основном в восточной. Единственной дорогой, соединяющей два края страны, является Транссибирская магистраль. Так родилась идея: если тайно запустить по Транссибу контейнер с датчиком радиации, наверняка ему по пути попадётся хотя бы один поезд, перевозящий ракеты. Тогда можно будет оценить число боеголовок. Позже кто-то подметил – мол, русские помешаны на секретности, но есть одна хитрость: если от основной магистрали отходит непонятная железнодорожная ветка, значит, там точно есть какой-то военный объект.

Создание уникального шпионского прибора обошлось ЦРУ в 50 млн долларов. Он был спрятан в грузовом контейнере – по легенде, в нём из Японии в ФРГ транзитом через СССР перевозились цветочные горшки. 21 января 1985 года контейнеровоз прибыл в Находку и был погружен на поезд. Однако до места назначения он не доехал. Бывший начальник 1-го (американского) отдела управления контрразведки КГБ СССР генерал Рэм Красильников позже с гордостью описывал, как чекисты раскрыли замысел американцев, вновь выставив их перед всем миром шпионами.

Заодно СССР стряс с японской компании, отправлявшей контейнер, полмиллиона долларов в качестве «морального ущерба». Умолчал генерал только об одном: каким образом КГБ стало известно о тщательно замаскированном аппарате, который в СССР уже явно ждали. Известно об этом стало лишь много лет спустя, после того как в США задержали начальника контрразведывательного управления ЦРУ Олдрича Эймса, с начала 80-х шпионившего на СССР и затем на Россию. Именно Эймс имел доступ к подробностям проведения операции «Абсорб» – похоже, что сведения о ней и стали его первым вкладом в отношения с КГБ.

0

10

https://tunnel.ru/post-shary-shpiony-na … riejj-sssr

Шары - шпионы над территорией СССР
      Это произошло летом 1962 года. Я тогда служил в Армии  под Архангельском в должности начальника РЛС (радиолокационная станция). Станция обслуживала полёты местного истребительного авиаполка и по приказам КП (командный пункт) дивизии. Так вот, летним днём нас «включили» по тревоге. Оказалось, к нам приближался воздушный шар – шпион, к которому был подвешен контейнер с фото – радиоэлектронной аппаратурой. Приграничные РЛС его «проморгали», дело в том, что на экране отметка от шара очень слабая, хотя размеры, шара солидные – 70 метров в диаметре! Подняли истребитель, тот полетал-полетал, - не сбил… . А наводил пилота штурман, который находится на КП. Прошёл час, подняли следующий МиГ -19. К этому времени шар уже попал в «мёртвую зону» станции, это когда обзор станции ограничен по вертикали максимальным углом наклона зеркала. Но зато он стал хорошо видимым с земли! А истребитель – плохо!  Еле заметная светлая точка, это хорошо ещё было небо безоблачным. Оказалось, шар летел на высоте около 20.000 метров! МиГи на такой высоте не летают. Штурман выскочил из КП и стал наводить самолёт визуально. Лётчик поднимал машину почти до максимальной высоты (примерно 10 – 12 т.метров), разгонялся и выскакивал вверх на сколько сможет и открывал огонь и… мимо! Короче, «бой» длился часа 4, мы проиграли… .

А шар сбили только под Пензой. Конечно, потом был разбор полётов, мы, срочники, позже узнали о результатах от участников этого совещания. Конечно, в Плесецке (Там теперь космодром) стояли ракетные войска, но их в то время нельзя было рассекречивать. Наших лётчиков никогда не учили как сбивать шары. Далее, летчики боялись близко подлетать к шару, фактически это неподвижная цель огромных размеров и поэтому стреляли с расстояния 8 – 10 километров. На этой высоте самолёт становится неуправляемым, т.е. никакой манёвренности. Кстати, после выстрелов, за счет отдачи, самолет теряет остатки скорости и моментально падает на 7 – 10 км.

      Вот как описывает одно такое «сбитие» ветеран советской авиации Леонид Механиков:

«Самолет разгонялся на опорной высоте 9000 метров до скорости 1200 км/час, затем резко переводился в набор при полных оборотах двигателя, выскакивал словно рыба на предельно возможную высоту и там, пока еще по инерции несется вверх, давал залп из всех пушек. Ощущение – сногсшибательное! Небо на этой высоте имеет в зените почти фиолетовый, во всяком случае темно-синий цвет, солнце слепит словно электрическая дуга, и вместе с солнцем на небе уже начинают просматриваться звезды. Нажимаешь на гашетки огня. Самолет вздрагивает и как будто вдруг останавливается, а из пушек, расположенных в носовой части вдруг вырывается сноп огня, который несется вперед по курсу подобно молнии. Видны даже отдельные трассирующие снаряды, дружно бегущие цепочкой друг за другом. Затем влетаешь в облако дыма, двигатель начинает захлебываться, наступает расплата за полученное удовольствие: самолет как попало начинает сыпаться вниз абсолютно неуправляемый, рули ходят как резиновые. Неуправляемый самолет падает кувыркаясь до высоты порядка 9000 метров, потом набирает скорость и начинают действовать рули...»

      Ещё одна важная особенность строения шара: он был многосекционированным, пуля пробивала шар насквозь, но это практически не влияло на лётные качества шара, кстати, нам потом показывали плёнку из которой был сделан шар, её толщина не более 5 микрон! Вот почему слабая отметка на экране локатора, отражал лучи только контейнер с аппаратурой, а он сравнительно небольших размеров.

               СПРАВКА

      С середины 1950-х годов США начали массово запускать автоматические дрейфующие аэростаты (АДА) для ведения стратегической разведки над территорией СССР. Они представляли собой оболочки из тонкой синтетической плёнки объёмом от нескольких до сотен тысяч кубометров, наполненные чаще всего гелием, с прикреплёнными контейнерами со спец.аппаратурой.

      Аэростаты использовали устойчивые воздушные потоки разных направлений, господствующие на больших высотах над территорией СССР, и могли пересечь всю страну в соответствующих направлениях. Такие аэростаты управлялись по радио и могли по команде с земли изменить высоту полёта практически от земной поверхности и до 45−50 км.

      Разведывательные АДА могли находиться в воздухе до 10 суток. Фотооборудование позволяло производить съёмку полосы местности шириной до 65−70 км (с высоты 14−15 км). Когда АДА покидал пределы СССР, по радиокоманде с земли он опускался на землю или даже на воду, где его оборудование подбиралось соответствующими службами. В декабре 1954 года был отмечен первый случай пролёта высотного крупного воздушного шара с подвешенной разведывательной аппаратурой.

      Основными причинами пропуска больших шаров явились превышение высоты их полёта (16−17 км и более) над потолком истребителей, прохождение шарами районов базирования истребительной авиации в ночное время, нелётная погода на аэродромах базирования истребительной авиации в момент пролёта шаров, кратковременность нахождения некоторых шаров над территорией СССР (в южных районах).

Всего же за 20 лет, с 1956 по 1977 год, системой ПВО было зафиксировано 4112 аэростатов-разведчиков, из них сбить удалось только 793.

0

11

https://vk.com/wall-195056677_8826

Аэростаты – шпионы.

9 февраля 1956 г. в Москве, в особняке Министерства иностранных дел СССР состоялась пресс-конференция по вопросу о запуске американскими военными органами воздушных шаров (аэростатов) в пределы воздушного пространства СССР. На пресс-конференции присутствовало около ста представителей советской и иностранной печати. В качестве образцов были представлены несколько аэростатов, из числа выловленных на территории СССР за последнее время.

Немногим ранее, 4 и 5 февраля, власти СССР предъявили правительству стран США, Турции и ФРГ ноты по вопросу о запуске подобных аэростатов. Предпосылками послужило большое количество выловленных воздушных шаров на территории СССР в течение января этого года. Советскими службами было выяснено, что запуск аэростатов совершался американскими военными в основном с территории Западной Германии, а также с американских военных баз, находящихся на территории других стран, граничащих с Советским Союзом.

Воздушные шары маскировали под оборудование для изучения погодных условий. Но по факту, в аэростатах отсутствовала аппаратура, при помощи которой можно было бы вести наблюдения метеорологических данных - атмосферного давления, температуры и влажности воздуха. Зато, шары были укомплектованы всем необходимым для разведки местности: современными фотокамерами, мощными аккумуляторами и комплектом радиотехнического оборудования, способного вести автоматическое управление съемкой. К тому же, в корпусах радиоаппаратуры были обнаружены картонные бланки со штампом «секретно» на английском языке, что свидетельствует о секретности проводимой операции.

Воздушный шар состоял из контейнера с фотокамерами, который крепился с помощью нескольких мачт и балок к оболочке аэростата, заполненной легким газом. К мачтам подвешивалась радиотехническая аппаратура, аккумуляторы и коробки с балластом. Надо отметить, что примерная стоимость одного комплекта аэростата составляла порядка 50-и тысяч долларов. А по данным американской печати, командование военно-воздушных сил США признало, что в течение января 1956 г. было запущено 500 воздушных шаров, укомплектованных специальной аппаратурой.

В коллекции Военно-исторического музея артиллерии, инженерных войск и войск связи хранится один из образцов аэростатов, выловленных в воздушном пространстве СССР в феврале 1956 г. в районе Чарджоу (Туркменабад). На контейнере с фотокамерами имеется табличка с надписью на нескольких языках. К сожалению, сохранилась она частично, но перевод примерно следующий: «Этот ящик, спущенный на парашюте, не представляет никакой опасности. Он содержит метеорологические приборы. Уведомите компетентные власти. Вам будет вручено вознаграждение по заслугам, если вы доставите этот ящик в хорошем состоянии…». Скорее всего, эта надпись была просто уловкой для того, что бы в случае падения аэростата замаскировать его разведывательное происхождение. Ирония состоит в том, что в итоге аэростат попал в руки компетентных властей, но это были совсем не те власти, на которые рассчитывали американские военные. Это были советские военные специалисты, которые распорядились аэростатом по своему усмотрению – изучили его, после чего передали в наш музей.
https://sun9-76.userapi.com/s/v1/ig2/JhCdZ3Aq3LZFwSibfTasavLuoCERgKGZ5tpttpj5srtZZop5ZsPaE0v7hy4c1s30voDipbDJQlywadwIgaIgjyLV.jpg?quality=95&as=32x20,48x29,72x44,108x66,160x98,240x146,360x220,480x293,540x329,640x390,720x439,1080x659,1280x780,1440x878,2560x1561&from=bu&cs=1280x0

https://sun9-29.userapi.com/s/v1/ig2/Lh4fwwXoHaRr8VV66ftvKUHudtjLxGzSoVzgzKD108f0mMLA-zfOfQv_BSnDVF4AESie2lXFbQT5BHLLidPbh4Sb.jpg?quality=95&as=32x48,48x72,72x109,108x163,160x241,240x362,360x543,448x676&from=bu&cs=448x0

0

12

https://this-was.org/vozdushnye-shary-shpiony

Проект Genetrix
По информации Национального разведывательного управления, 10 января 1956 года ВВС США запустили первый воздушный шар Genetrix. Программа имела разные названия, в том числе Grandson, Gopher и Genetrix. Под любым названием это была дикая и безумная схема – но, возможно, достаточно безумная, чтобы сработать.

Утвержденная президентом Америки Дуайтом Д. Эйзенхауэром в декабре 1955 года и осуществляемая совместно Центральным разведывательным управлением, ВВС и ВМС, программа была направлена на раскрытие секретов за железным занавесом путем отправки сотен воздушных шаров, оснащенных камерами, через территорию Советского Союза.

Полиэтиленовые шары, построенные подразделением компании General Mills, были рассчитаны на полеты на высоте до 85 000 футов и несли камеры в гондолах размером с холодильник. Гондолы вращались, чтобы обеспечить максимальный охват камеры во время полетов, которые могли длиться до двух недель.

Первые девять аэростатов были запущены из Турции и Западной Германии 10 января 1956 года и, воспользовавшись преобладающими ветрами, пролетели на восток через Советский Союз и вышли в Тихий океан. За ними последовали сотни других.

Идея заключалась в том, что, как только эти наполненные гелием шпионы выйдут за пределы советского воздушного пространства, экипажи специально оборудованных самолетов Fairchild C-119 Flying Boxcars засекут их сигналы самонаведения и поймают гондолы в воздухе — такой же метод восстановления позже использовался для извлечения полезной информации с первых спутников-шпионов Corona.

Самолеты C-119 вернули несколько гондол, но не так много, как ожидалось. По некоторым данным, только 45 из 516, и только 32 из них сделали пригодные для использования фотографии.

Советский Союз был предсказуемо возмущен нарушением своего воздушного пространства. В Москве были выставлены на всеобщее обозрение найденные гондолы и направлены гневные дипломатические ноты в Соединенные Штаты. США лишь утверждали, что нарушители были невинными метеорологическими шарами. Так же, позже они утверждали, что самолет-шпион U-2 проводил метеорологические исследования.

Проект «Генетрикс» имел ограниченный успех, и Эйзенхауэр решил, что «воздушные шары дали больше законных поводов для раздражения, чем пользы, полученной от них». Однако один аэростат Genetrix все же внес свой вклад в разведывательную деятельность США. На полученных им снимках было видно строительство загадочного объекта в Сибири в районе Додоново. Аналитики поняли, что это был завод по переработке ядерного топлива.

Провал проекта WS-461L
В 1958 году американские ВВС попробовали использовать усовершенствованный воздушный шар под названием WS-461L. Запущенные с авианосца в Беринговом море, аэростаты поднимались на высоту 110 000 футов, чтобы воспользоваться сезонным разворотом струйных потоков и парить на запад через Советский Союз.

Гондолы были настроены на автоматическое отсоединение от воздушного шара после 400 часов пребывания в воздухе, но никто не додумался сбросить таймеры после того, как запуск был отложен. В результате гондолы опустились на землю еще над Восточным блоком. В СССР были недовольны, Эйзенхауэр тоже.

0

13

http://www.astronaut.ru/bookcase/books/ … ext/09.htm

ОПЕРАЦИЯ «ФАРСАЙД»: ВЫСТРЕЛ СО СТРАТОСТАТА

http://www.astronaut.ru/bookcase/books/afanasiev3/foto/09-1.gif

Концепция «Рокун» (Rockoon, Rocket on Balloon - ракета на воздушном шаре) была предложена М.Льюисом (M.L.Lewis), С.Сингером (S.Singer) и Дж.Халворсоном (G.Halvorson) в марте 1949 г., в процессе проведения экспериментальных пусков ракет Aerobee с корабля ВМС США Norton Sound. Основная идея состояла в том, чтобы поднять зондирующую ракету в верхние слои атмосферы на высотном воздушном шаре (стратостате). При достижении максимальной высоты ракета запускалась автоматически или по радиосигналу, прорываясь вверх прямо сквозь оболочку шара.
Группа ученых из Университета штата Айова под руководством Джеймса Ван Алена исследовала природные явления, связанные с распространением космической радиации, в районах магнитных полюсов Земли.
В частности, в августе-сентябре 1952 г. было запущено несколько ракет с корабля береговой охраны США Cutter East Wind. «Рокун», неподвластный качке и способный доставить 11 кг (25 фунтов) приборов на высоту более 80 км (50 миль) при взлете с легкого судна, представлялся относительно простым и многообещающим вариантом достижения рекордных высот ракетами небольшой размерности.
Вскоре данная концепция получила «космическое» развитие. Майк Фостер (Mike Foster), Курт Стелинг (Kurt Stehling) и Раймонд Миссерт (Rimond Missert) на Международном конгрессе по астронавтике в Риме в 1956 г. предложили применить для исследования околоземного пространства трехступенчатую твердотопливную ракету, осуществив ее запуск на высоте 21 км с гигантского аэростата «Скайхук» (Skyhook) емкостью 112 тыс м3.
Чуть позже те же специалисты предложили «Высотный запуск малого орбитального носителя» (High-Altitude Launching of Small Orbit Vehicle) с аэростата объемом 85 тыс м3 на высоте 24-32 км. Первая ступень - связка четырех ракетных двигателей твердого топлива (РДТТ) тягой 27,2 тс и массой 5440 кг - работала 7-8 сек, создавая начальное ускорение 9 единиц. Вторая ступень - жидкостная, массой 567 кг; тяга ЖРД - 1,8 тс в течение 80 сек. РДТТ третьей ступени развивал тягу 0,9 тс в течение 20 сек. По проекту, РН могла вывести спутник массой 22,7 кг на орбиту с перигеем 320 км.
Отметим: вышеуказанная троица тогда же довольно плотно работала по проекту Vanguard: М.Фостер и К.Стелинг представляли научно-исследовательскую лабораторию ВМС NRL (последний был главным дви-гателистом РН), а Р.Миссерт - Университет Айовы, где уже разрабатывались научные программы и приборы для первых ИСЗ.
Концепция «Рокун» эволюционировала в проект «Фарсайд» (Farside - обратная сторона Луны). Заказчиком выступил Научно-исследовательский отдел ВВС США (Air Force Office of Scientific Researche), исполнителем работ - фирма Аего-nutronic Systems, Inc., разработчиком научных приборов - Университет шт. Мэриленд.
На первом этапе предполагалось поднять ПГ на высоту порядка одного радиуса Земли (~6370 км). Для этого «носовой конус» должен был достичь скорости более первой космической*. ПГ имел массу 1,4-3,6 кг (3-8 фунтов) и содержал набор датчиков, замкнутых на телеметрический передатчик.

http://www.astronaut.ru/bookcase/books/afanasiev3/foto/09-2.jpg
В проекте «Фарсайд» старт космической ракеты
осуществлялся сквозь оболочку высотного аэростата
Фото из журнала Missiles and Rockets

Ракета «Фарсайд-1» представляла собой четырехступенчатую комбинацию из десяти РДТТ, которая поднималась для запуска аэростатом «Скайхук» объемом 106 тыс. м3** на высоту свыше 30 км.
Носитель собирался из имеющихся в распоряжении и опробованных в полете РДТТ. Первая ступень - четыре двигателя Recruit фирмы Thiokol, вторая ступень - один Recruit, третья ступень - четыре РДТТ типа ASP фирмы Grand Central Rocket (доработка ракеты Loki), четвертая ступень - один ASP. Связка длиной 7,3 м и максимальным поперечником 0,46 м крепилась в легком трубчатом станке простой конструкции, который позволял ракете стартовать вертикально - прямо сквозь оболочку аэростата. По замыслу разработчиков, короткое время работы РДТТ уменьшало гравитационные потери (по расчетам, более чем на порядок); оборотная сторона - огромные перегрузки, характерные для боевых реактивных снарядов. Первые две ступени ракеты имели аэродинамические стабилизаторы, последние две стабилизировались закруткой.
Кроме проверки способа старта с аэростата, задачами проекта «Фарсайд» являлись исследование интенсивности уменьшения магнитного поля Земли, определение наличия кольцевого электрического тока, измерение уровня интенсивности космических лучей, определение местонахождения частиц, составляющих полярные сияния, и фиксация наличия метеорной пыли в ближнем космосе.
Хроника событий такова.
В июне 1957 г. первый аэростат с макетом ракеты «Фарсайд-1», стартовав из Калифорнии, совершил высотный дрейф через все Соединенные Штаты.
25 сентября аналогичный шар взмыл уже со штатной РН с полигона испытательной базы Эниветок. Поднявшись на 20 км, он по неизвестным причинам рухнул вниз и утонул вместе с ракетой в Тихом океане.
Вторая зачетная попытка по странной иронии судьбы почти совпала с запуском Первого спутника. Но если для СССР день 4 октября 1957 г. отмечен всемирным триумфом, то американцы потерпели с «Фарсайдом» поражение: аэростат и на этот раз не достиг заданной высоты. Поднявшись на 27 км, он стал медленно, но неуклонно снижаться. На высоте 21 км был послан радиосигнал в систему зажигания ракеты. Последняя, рванувшись вверх через оболочку аэростата, сбилась с курса. Сработали только первые две ступени, достигнутая высота составила -800 км. Приборы в «носовом конусе», очевидно, вследствие высоких перегрузок, оказались неработоспособны.
Новая попытка запуска была предпринята 7 октября. Однако из-за короткого замыкания в пусковом механизме ракеты она стартовала преждевременно на высоте 18 км. Вновь сработали лишь первые две ступени. По измерениям наземного радиолокатора, была достигнута высота 645 км. ПГ вновь оказался поврежден, и ни один радиосигнал с него на Землю не поступил.
Четвертый аэростат погиб 11 октября при прохождении холодных слоев атмосферы - на высоте 30 км лопнула его обледеневшая оболочка.
Пятый аэростат, запущенный 19 октября, почти достиг заданной высоты, но после включения ракеты сработали лишь три ступени. Опять пострадали приборы - наблюдатели на Земле принимали сигналы в течение всего 0,04 сек. Однако ракета достигла рекордной высоты 3220 км.
Теперь в распоряжении группы оставался шестой - и последний - аэростат.
Чтобы спасти положение, было решено установить ракету под некоторым углом к вертикали. 22 октября 1957 г., когда аэростат завис на 29,4 км, она была запущена. Измерения показали, что расчетная скорость достигнута. Но вновь отказал бортовой передатчик, а радиолокаторы сопровождения потеряли миниатюрный (диаметром 16,5 см и длиной 32 см) «носовой конус» на высоте 4350 км…
И это - все… Увы!
Неутешительные результаты первого этапа проекта заставили отказаться от запусков более крупной ракеты «Фарсайд-2» в сторону Луны.
Пресса отметила это поражение ядовитыми репликами о «чрезвычайно сомнительной технической реализуемости проекта». Действительно, запуск многоступенчатой ракеты со стратостата оказался не таким уж простым мероприятием. Полеты более мелких «Рокунов» имели успех и продолжались до первой половины 1960-х годов. А Джеймс Ван Аллен переориентировался на спутники, благодаря которым сделал открытие, обессмертившее его имя: человечество узнало о существовании вокруг Земли радиационных поясов.

http://www.astronaut.ru/bookcase/books/afanasiev3/foto/09-3.jpg
Подготовка ракеты «Фарсайд-1» к установке в аэростат
Фото AFOSR

0

14

https://www.aviaport.ru/news/708583/

Надутые беспилотники холодной войны
Военно-промышленный курьер
8 февраля 2022, 09:14

Начиная с середины 50-х годов США для стратегической разведки территории СССР стали активно использовать автоматические дрейфующие аэростаты (АДА), которые представляли собой наполненные чаще всего гелием оболочки из тонкой синтетической пленки
Начиная с середины 50-х годов США для стратегической разведки территории СССР стали активно использовать автоматические дрейфующие аэростаты (АДА), которые представляли собой наполненные чаще всего гелием оболочки из тонкой синтетической пленки объемом до сотен тысяч кубометров и несли контейнеры со спецаппаратурой.

В небе с потоками ветров, господствующих на больших высотах над территорией СССР, аэростаты могли пересечь всю страну с запада на восток. Управляли ими по радио и по команде с земли могли изменить высоту - опуститься практически до земли или подняться до 45-50 километров. При этом имелась возможность нести не только разведывательную аппаратуру, но и взрывчатые вещества, которые возможно было сбросить по радиокоманде.

Незваные гости из НАТО

С середины 50-х годов АДА стали запускать мелкими группами, а затем и массовыми группировками в основном с территорий североевропейских союзников США по НАТО.

Выпускали их с разведаппаратурой, были шары агитационные и ударные (с бомбами). Разведывательные запускались с баз в Германии, Норвегии, Турции и других стран, и летали они, делая фотосъемку, вплоть до Дальнего Востока. Несли полезную нагрузку более 800 килограммов и могли находиться в воздухе до 10 суток. Фотооборудование позволяло с высоты до 15 километров снимать полосу местности шириной до 65-70 километров. Когда АДА покидал пределы СССР, то по радиокоманде опускался на землю или даже на воду, где оборудование подбирали соответствующие службы.

На агитационные загружалось от девяти до 200 килограммов печатной продукции. При оснащении специальным рефлектором АДА могли отслеживать радиолокатором с командного пункта на расстоянии до 40 километров, что позволяло достаточно точно определять направление, высоту и скорость полета. Глубина доставки - до 12 тысяч километров.

Первые полеты АДА и первые неудачи ПВО СССР

В 1954 году был отмечен первый случай пролета высотного крупного воздушного шара с подвешенной разведаппаратурой.

Первый АДА летом 1954-го уничтожил командир отдельной эскадрильи перехватчиков капитан Савичев. Авиачасть была вооружена новыми истребителями МиГ-17П (с РЛС-прицелом). Над украинским городом Черновцы летчику удалось сбить аэростат на высоте 10 тысяч метров всего девятью снарядами, и тот упал на советской территории. Через несколько дней Савичев вновь вылетел на перехват АДА, но на этот раз расправиться с ним не получилось, хотя пилот израсходовал весь боекомплект - 150 снарядов. Аэростат начал набирать высоту и достать его стало невозможно.

В Бакинском округе ПВО в борьбе с АДА отличился летчик Селиванчик, награжденный за уничтожение шара орденом Красной Звезды. Наиболее интенсивно АДА начали запускать с 1956 года, пик активности пришелся на январь-февраль, когда в воздушное пространство СССР проникло около трех тысяч аэростатов.

С 1 января по 11 февраля 1956-го над территорией СССР зафиксированы пролеты 1476 различных аэростатов и радиозондов, в том числе 422 крупных. Наши истребители сбили 263 крупных воздушных "путешественника". Была подобрана аппаратура 178 воздушных шаров. За этот же период отмечен уход за пределы СССР и стран Варшавского договора 63 АДА, основная масса которых вышла с территории Туркестанского и Дальневосточного военных округов. Остальные были потеряны радиотехническими войсками ПВО еще над территорией СССР и Варшавского договора в зонах, где отсутствовало сплошное радиолокационное поле.

Основными причинами пропуска крупных шаров явились превышение высоты полета (16-17 и более километров) над потолком истребителей, прохождение разведчиками районов базирования истребительной авиации ночью, отсутствие минимума погоды на аэродромах базирования ИА в момент пролета шаров, кратковременность нахождения некоторых шаров над территорией СССР (в южных районах).

Всего же за 20 лет - с 1956 по 1977 год системой ПВО СССР зафиксировано 4112 аэростатов-разведчиков, из них сбить удалось только 793.

Аппаратура со сбитых или упавших аэростатов доставлялась для изучения в специальное ОКБ-424 (позже ДКБА) и ряд других НИИ.

Сотрудник ОКБ-424 Михаил Найдорф писал: "Начинали мы с фоторазведчика. Наша база размещалась в эллинге. Кругом больше ничего не было - голое место, только козы паслись рядом. В эллинге висел американский фоторазведчик, и мы его "драконили" - снимали с него эскизы. Аналогичный сделали достаточно быстро - это был не очень сложный аппарат. Далее мы создали второй, более совершенный. Я не посвящен, насколько хорошо мы отсняли территорию Соединенных Штатов, но фотографии, сделанные с американского фоторазведчика, я видел. На них можно было очень четко различить тип самолетов, стоящих где-то на аэродроме под Новосибирском. Прекрасно все было видно, вплоть до бортовых номеров - очень высокое качество съемки (надо учитывать, что она велась с высоты 32 километра).

Самая интересная работа проводилась под шифром "СС". Тогда еще человека в космос не отправили, однако фирма, которая разрабатывала скафандры для космонавтов, очень хотела испытать их в натурных условиях. Поэтому была заказана такая работа - "Стратостат "Волга" (официальное название, затем фигурировавшее в печати). У нас это называлось "Изделие СС". Я занимался разработкой системы поддержания избыточного давления в гондоле и системой вентиляции скафандров".

Добавлю, что ОКБ-424 Министерства авиационной промышленности было создано в июле 1956 года на базе 13-й лаборатории ЦАГИ и производственных мощностей бывшего "Дирижабльстроя". В соответствии с постановлением Совмина СССР № 1540-775сс от 28 ноября 1956 года на ОКБ-424 возлагалось создание автоматических аэростатов. Главным конструктором этого направления назначался Михаил Гудков. Создавались привязные автоматические аэростаты с 1957 года.

Держать строй и оборону

В 1957-м для испытаний воздухоплавательной техники при ОКБ-474 образован Воздухоплавательный испытательный центр, ставший в 90-е годы подразделением 929-го Государственного летно-испытательного центра МО им. В. П. Чкалова (ГЛИЦ).

Все отчеты об исследованиях в области аэростатов закрыты до сих пор. Автору известно лишь о работе в 1959-1960 годах над проектом фоторазведчика АФ-3. Ну а в 1960-м на вооружение были приняты боевые автоматические аэростаты ближнего (БД) и дальнего (ДА) действия.

Кроме того, велись разработки мишеней ВУМ-22 и М-9 для испытаний опытных образцов ЗРК С-200, высотных "ВА", АЗ-55, "Реалия", "Угорь-5", "Сфера", "Гроза", "Зонд-1", "Пропеллер", "Телескоп", стратостата "СС" ("Волга") для испытаний катапультных кресел на больших высотах (1959 год). Надо ли говорить, насколько широко использовались западные технологии, полученные при изучении захваченных АДА.

Параллельно шло совершенствование средств ПВО, способных сбивать вражеские аэростаты. Сравнительно легко можно было "приземлять" их на территории ГДР. Дело в том, что значительную часть АДА американцы запускали с площадок в ФРГ, и над Восточной Германией они летели на небольшой высоте.

Так, авиация ННА ГДР использовала для борьбы с разведшарами учебные винтовые самолеты Як-11, оснащенные одним 12,7-мм синхронным пулеметом. На высотах до четырех километров советские зенитчики, дислоцировавшиеся в ГДР, сбивали их армейскими зенитными комплексами "Стрела-10", оснащенными ТДОГС - трехдиапазонной оптической головкой самонаведения (ГСН), в которой был и фотоинфракрасный канал.

Советские реактивные истребители специально для борьбы с АДА оснащались модификациями 57-мм неуправляемого авиационного снаряда С-5 - С-5КП и С-5КПБ. В них механический взрыватель заменили на пьезоэлектрический, а осколочную оболочку - на навивку из стальной проволоки.

Рождение "Стратосферы"

Тем не менее потолок отечественных истребителей для перехвата АДА на больших высотах был недостаточен. Поэтому в 1967 году увидело свет постановление Совмина СССР, согласно которому Экспериментальному машиностроительному заводу (ЭМЗ) в подмосковном Жуковском, возглавляемому Владимиром Мясищевым, поручалось осуществить комплекс НИР "Выбор технических направлений по созданию авиационного комплекса для перехвата и поражения автоматических дрейфующих аэростатов".

В 1971 году разрабатываемый самолет получил официальное обозначение М-17 "Стратосфера". В техзадании на данный проект было поставлено условие - ЛА должен достигать высоты барражирования 23-25 километров, а пилотировать его должны летчики строевых авиаполков. Для достижения требуемых аэродинамических характеристик для нового самолета необходимо было разработать крыло с уникальными несущими свойствами. Результатом поиска стало крыло оригинальной двухрежимной конструкции, которое в полете могло изменять площадь и форму (за счет выдвижения хвостовых секций профиля). На конструкцию этого крыла был получен авторский патент.

Естественно, что при проектировании М-17 учитывались технические решения, реализованные на высотных разведчиках U-2 и С-13.

Замечу, что по сравнению с U-2 время набора высоты в М-17 жестко лимитировалось. Он должен был достигать 20 километров за 20-25 минут.

В 1971 году НИР успешно защищена, и 2 декабря вышло постановление Совмина СССР о создании самолета-истребителя АДА, получившего обозначение М-17.

Из-за очень малой радиолокационной заметности разведывательных аэростатов было принято решение об использовании активной оптической системы поиска и сопровождения цели. В ее состав включались обзорный пеленгатор, который должен был найти цель, следящий пеленгатор и лазерный дальномер, который тогда называли квантовым. Данная система должна была сопровождать цель в полете и управлять огнем скорострельной пушки в автоматическом режиме, но с возможностью внесения корректировок.

Для уничтожения разведаэростатов выбрана подвижная пушечная установка (ППУ), созданная ММЗ "Дзержинец" на базе 23-мм двухствольной ГШ-23Л, скорострельностью 3400 выстрелов в минуту. При этом весила она всего 47 килограммов. Кроме того, конструкторам пришлось разработать высокочувствительный взрыватель, который срабатывал бы при ударе об оболочку аэростата толщиной всего 0,012 миллиметра, что явилось еще одним важным шагом на пути поражения аэростатов 23-мм снарядами.

Поначалу казалось, что эффективность стрельбы 23-мм пушки по АДА невелика. При повреждении оболочки аэростата осколками образовывались лишь небольшие отверстия, расход газа через которые был недостаточным для снижения шара. Но при этом возникал реактивный момент, закручивавший легкую оболочку относительно более инерционной подвески. Удерживавшие ее стропы сжимали оболочку, и газ с нарастающей интенсивностью выдавливался через пробоины. Также были разработаны и специальные снаряды, из которых при срабатывании взрывателя выбрасывались проволочные жгутики, значительно увеличивавшие размеры пробоин.

К сожалению, первый образец М-17, даже на взлетев в воздух, разбился при выполнении пробежки.

В августе 1983-го самолет передали в ГК НИИ ВВС для проведения этапа "А" совместных государственных испытаний. В 1983-1986 годах по их программе было выполнено 133 полета. Удалось достигнуть высоты 21 500 метров и максимальной приборной скорости 285 километров в час. Среди прочих испытаний провели запуски двигателя на высотах 4000-8000 метров и посадку с выключенным двигателем.

Третий образец М-17, законченный в марте 1985 года, оснастили штатной 23-мм пушечной установкой.

После выполнения ряда доработок "Стратосферу", по натовской кодификации Mystic-A, подготовили к смотру авиационной техники, который прошел на аэродроме Мачулищи в Белоруссии. Вначале проводились "примерочные" попытки с прицеливанием по Луне, которая играла роль АДА. Затем прошли боевые стрельбы. Поисково-прицельная станция и пушка работали великолепно - было сбито девять аэростатов, следовавших на высотах 17-21 километр.

М-17 мог перехватывать АДА в районах, удаленных до 600 километров от аэродрома базирования.

В ноябре 1983 года советская ПВО зафиксировала пролет очередного аэростата, запущенного со стороны Норвегии. На этом воздухоплавательную кампанию против СССР американцы прекратили. Однако у нас об этом пока не знали и ожидали дальнейших вторжений, поэтому продолжали совершенствовать М-17.

И конец Mystic-A

Вскоре появилось межгосударственное соглашение о запрещении запуска АДА в чужое воздушное пространство. Фактически к тому времени их использование в разведывательных целях утратило свою значимость в связи с развитием космических средств. В результате программу перехвата аэростатов закрыли, и госиспытания М-17 остались незавершенными.

Увы, "западные партнеры" в этом случае, равно как и во многих других, "надули" наших малокомпетентных руководителей. Аэростаты продолжали запускать, но уже под другой вывеской - исследования физики атмосферы, солнечно-земных связей, восстановления "продырявленного" озонового слоя.

Характерный пример. Западнее Мурманска шар понесло в сторону финской границы. В 7 часов 53 минуты 3 сентября 2000 года с Кольского полуострова поднялся истребитель Су-15ТМ, пилотируемый капитаном Игорем Здатченко. Боевая машина была вооружена ракетами с тепловой головкой самонаведения (ГСН) и комплектами фугасно-зажигательных снарядов. В 8 часов 8 минут летчик выпустил две ракеты. Как рассказывал автору Здатченко, первая прошла мимо, вторая прямым попаданием пробила оболочку и взорвалась. При повторном заходе Здатченко увидел, как отстреленная пиропатроном подвеска опускается на трех парашютах. Произошло это в 50 километрах северо-западнее поселка Ковдор.

Исследование подвески показало: на специальной платформе были установлены телескоп Кассегрена, спектрометр (охлаждаемый жидким гелием для лучшей настройки на инфракрасное излучение), оптическая система, радиометр, фотоприемник, цифровая система и приборы дистанционного управления полетом, средства радиосвязи с дальностью свыше 800 километров, газоанализатор, телекамера. Все сверхсовременное - от микропроцессоров до мощных литиевых и солнечных батарей.

По моему мнению, правительство СССР, а потом РФ могло быстро и гарантированно решить проблему вторжения АДА в наше воздушное пространство, как и в случае с U-2.

Ведь запуск шаров-разведчиков производится в полном секрете. Достаточно было предъявить нашим компетентным органам несколько сбитых аэростатов западным правительствам и СМИ. Но руководство страны выбрало иной путь, куда более затратный....

0

15

https://yushchuk.livejournal.com/1976490.html

Об автономных дрейфующих аэростатах (АДА)
Первого мая 1960 года одна из 14 выпущенных ракет комплекса С-75 прервала над Свердловском полет легендарного самолета-шпиона U-2. Еще несколько его собратьев были потеряны в небе Китая. Закончилась эпоха беспрепятственного полета над СССР американских высотных самолетов-разведчиков. Зато началась другая – аэростатная.

Посланцы АДА

Идея была красива и проста: к наполненной гелием оболочке из тонкой синтетической пленки, объемом до сотен тысяч кубометров, подвешивались контейнеры с разведывательной фото- и радиоаппаратурой. Эти автоматические дрейфующие аэростаты – АДА – запускались с территории скандинавских стран. Используя господствующие над территорией СССР воздушные течения в стратосфере, аэростаты безнаказанно пересекали нашу территорию на высотах в десятки километров, где их не могли достать ни перехватчики, ни ракеты ПВО.

Даже появление комплексов С-75, способных «доставать» цели на таких высотах, не решало проблему – цена сравнительно дешевого аэростата не шла ни в какое сравнение с дорогостоящей ракетой. Тем более, что и производители разведывательных аэростатов не останавливались на достигнутом: высота полета все увеличивалась, а уменьшение толщины пленки оболочки до 5 мкм сделало АДА практически радиопрозрачными, то есть невидимыми для наземных радаров. А ведь ничто не мешало прикрепить к аэростату контейнер не с разведывательной аппаратурой, а с биологическим или химическим оружием. Не говоря уже о ядерном.

Нереальный проект

Именно этими соображениями руководствовалось правительство СССР, поручив в 1967 году ОКБ Мясищева разработку «авиационного комплекса для перехвата и поражения автоматических дрейфующих аэростатов». Были изучены все мыслимые методы уничтожения АДА, вплоть до такой экзотики, как ликвидация их с помощью трала с шипами, поднимаемого аэростатами заграждения.

В конце концов самым эффективным решением признали создание высотного дозвукового самолета-истребителя с пушечным вооружением (более дешевым, чем ракетное) и оптической системой обнаружения шаров.

Ничего подобного в СССР не было. Например, новейший по тем временам перехватчик МиГ-19 имел практический потолок в 17,8 км, а требовался самолет, способный набирать высоту в 20 км за 20–25 минут. Мало того, советские авиационные авторитеты вообще ставили под сомнение возможность создания такого самолета. Об этом заявлял и командующий истребительной авиацией генерал-полковник Евгений Савицкий, и председатель Госкомитета по авиатехнике министр Петр Дементьев, и знаменитый авиаконструктор Артем Микоян. Однако такой самолет не только можно было изготовить, но он уже к тому времени давно летал. Назывался он U-2.

Советский U-2

В 1970 году ОКБ Мясищева поручают разработать именно такой самолет. Существует несколько версий, почему этот проект доверили именно Мясищеву, хотя опытом создания высотных самолетов обладали совсем другие КБ, например Яковлева и Микояна. Наиболее правдоподобной выглядит та, что никто из Генеральных авиаконструкторов просто не взялся за решение столь сложной и наукоемкой задачи с непредсказуемым результатом. А Мясищева всегда привлекали необычные задачи, к тому же стратосферные полеты давно были его мечтой.

Вырисовывалась следующая схема: прямое крыло большого удлинения, фюзеляж с минимальным миделем и компактная мощная силовая установка – один в один советский U-2. К этому времени каждый обломок сбитого под Свердловском оригинального U-2 был досконально изучен советскими специалистами. Выяснили, что в погоне за минимальной массой американцы не побоялись существенно занизить расчетные нагрузки (на 15% по сравнению с советскими нормами), что обусловило высокий процент аварийности U-2 при эксплуатации. Из 60 самолетов, построенных в 1955–1960 годах, около 40 вышли из строя в результате аварий. Другой проблемой U-2 стало то, что в погоне за рекордными характеристиками конструкторы «зажали» самолет так, что для спецоборудования места почти не осталось – единственной нагрузкой была фотоаппаратура, размещенная в узком отсеке «Q» сразу за пилотской кабиной. Советский же самолет должен был нести гораздо больше разнообразной аппаратуры и, самое главное, испытывать значительные нагрузки, как и подобает самолету-перехватчику. Стало ясно, что просто копией U-2 не обойтись.

Три задачи

Необходимо было решить три сложнейшие задачи: создать планер с непривычным крылом большого удлинения, найти высотный двигатель с хорошей тягой и приемлемым расходом топлива и разработать высокоэффективную пушечную установку со специальными снарядами и уникальной поисково-прицельной системой. Решающим стал выбор силовой установки – она и определила как конечный облик самолета, так и компоновку системы вооружения.

Сердце от Ту-144

Необходимость размещения огромного количества топлива и желание иметь аэродинамически чистое крыло предполагало наличие одного двигателя в фюзеляже – мощного и высотного. Таким требованиям удовлетворял только РД-36-51А, созданный для сверхзвукового пассажирского самолета Ту-144. К тому же этот двигатель имел отдельно скомпонованную коробку самолетных агрегатов, что позволяло поместить ее в любое свободное место, уменьшив сечение двигательной установки и, как следствие, фюзеляжа самолета. Выбор двухбалочной схемы, которая существенно уменьшала вес самолета, окончательно увел конструкторов от американского аналога – об U-2 больше ничто не напоминало.

Противошаровое оружие

Параллельно шла разработка поисково-прицельной станции для обнаружения высотных воздушных шаров. Из-за малой радиолокационной заметности аэростатов было решено использовать оптическую систему поиска и сопровождения цели. Система включала в себя обзорный пеленгатор, обнаруживающий цель, и следящий пеленгатор с лазерным дальномером, сопровождающие цель и управляющие огнем пушки в автоматическом режиме. Требования к оптике были столь велики, что, например, лобовое стекло дальномера пришлось изготавливать из цельного куска горного хрусталя с бразильского месторождения – в СССР не добывался минерал со столь низким содержанием примесей. Следует заметить, что эта разработанная в ЦКБ «Геофизика» поисково-прицельная система была чуть ли не единственным комплексом будущего самолета, сильно превысившим требования тактико-технического задания: как по дальности, так и по точности.

Подвижная пушечная установка была разработана на базе самой массовой авиационной пушки ГШ-23 со скорострельностью 3400 выстрелов в минуту. Гораздо более интересными были сами снаряды – ведь при попадании стандартного боеприпаса в оболочку микронной толщины взрыватели, понятно, не срабатывали. Авиационные снаряды оставляли в оболочке небольшие аккуратные отверстия, которые из-за очень малого перепада давления на такой высоте не обеспечивали утечку гелия, достаточную для снижения аэростата. Пришлось создать специальный боеприпас с особо чувствительным взрывателем, при срабатывании которого из снаряда в разные стороны вылетали металлические проволочные жгутики, кромсающие оболочку подобно лезвиям. К тому же при практических стрельбах обнаружился интересный физический эффект: если снаряды попадали не строго по центру аэростата (что чаще всего и происходило), легкая оболочка начинала по инерции вращаться, но более тяжелая гондола оставалась неподвижной. При закручивании стропы, удерживавшие подвеску, начинали сжимать оболочку, выдавливая газ через пробоины.

Несчастливый год

С самим самолетом, получившим название М-17, все вышло не так гладко. К 1973 году проект был уже готов. Сначало Министерство авиационной промышленности выбрало для постройки М-17 Арсеньевский завод «Прогресс» в Приморском крае. Через год «Прогресс» был заменен на Кумертауский вертолетный завод, который сразу стал рассматривать создание М-17 как побочный заказ. После долгих проволочек завод всерьез взялся за дело только в конце 1977 года! В итоге первый самолет был готов в конце 1978-го – до его взлета Владимир Мясищев не дожил буквально пару месяцев. К тому же первый полет прошел крайне неудачно – при посадке в сложных метеоусловиях пилот задел крылом сопку, самолет разбился, летчик погиб.

Бесцельный самолет

Разрешение на постройку новых самолетов было получено лишь через три года, причем новый главный конструктор В.А. Федоров настоял на испытании второго образца М-17 только в ЛИИ им. Громова в Жуковском, помня о печальном первом полете на необорудованном аэродроме в Кумертау. 26 мая 1982 года второй М-17 поднялся в воздух – на этот раз все прошло замечательно. К 1986 году программа испытаний практически завершилась – была достигнута высота полета 21,5 км и скорость 285 км/ч. Третий, последний экземпляр М-17 собирался уже на Экспериментальном механическом заводе (ЭМЗ) им. Мясищева – на нем единственном была установлена подвижная пушечная установка.

Итак, через 30 лет после появления в небе над СССР разведывательных шаров наша страна стала единственным государством в мире, обладающим совершенным высотным истребителем автоматических дрейфующих аэростатов. Незадача состояла лишь в том, что за шесть лет до этого США завершили программу полета АДА над СССР – то ли потому, что шары уже сфотографировали все что могли, то ли по причине появления у нас эффективного перехватчика высотных аэростатов М-17. Именно поэтому единственному М-17 с пушечной установкой так и не удалось испытать ее в действии – цели просто исчезли. Вскоре появилось и межгосударственное соглашение о запрещении запуска АДА над чужими территориями.

Спортсмен и ученый

Тогда из М-17 решили сделать спортсмена. Самолет рассекретили, и в 1990 году он предстал под новым именем «Стратосфера». От пушек не осталось и следа. Целый год самолет таскал мешки с песком по дальним маршрутам или забрасывал их на разные высоты и установил таким образом 25 мировых рекордов, в том числе достигнув высоты в 21 860 метров и разогнавшись до 734,3 км/ч. Затем пришла пора поработать для науки: М-17 совершил серию высотных полетов для изучения озонового слоя. За это время военные придумали самолету новую профессию – разведывательные полеты. Только вновь случилась незадача: с крахом советской программы сверхзвуковой пассажирской авиации и свертыванием производства Ту-144 прекратилось и производство двигателей РД-36-51В.

Хорошо забытое старое

От безысходности было решено вернуться к отвергнутой еще в конце 1960-х идее с двумя двигателями Д-30В12, высотной модификации самого популярного советского гражданского авиадвигателя Д-30, установленного в разных модификациях на Ту-134, Ту-154, Ил-62 и Ил-76. Задача по превращению гражданского двигателя с потолком в 12 км в высотный оказалась неожиданно сложной – в разряженной атмосфере на высоте 20 км масло начинало хлестать из всех щелей, топливопроводы тоже давали течь. Пришлось разработать принципиально новые уплотнения лабиринтного типа, новые системы топливопитания и зажигания. Главный конструктор двигателя Павел Соловьев впоследствии сказал, что, знай он заранее объем предстоящих работ, никогда не взялся бы за высотную модификацию. Тем не менее работа была выполнена – стратосфера стала доступной для двухконтурных турбореактивных двигателей.

Подсматривать сбоку

Новая двухдвигательная машина получила обозначение М-55. Первоначально было декларировано о максимальном сохранении исходной конструкции М-17. И действительно, только специалист визуально мог заметить отличия в облике машины. На самом же деле были изменены и доработаны практически все агрегаты и системы самолета. Производство М-55 было решено развернуть на Смоленском авиационном заводе. В свой первый полет М-55 ушел 16 августа 1988 года, а в 1990 году программа испытаний была успешно завершена. После испытаний изготовили еще 3 экземпляра М-55, гражданская версия которого получила обозначение «Геофизика».

М-55 «Геофизика». Фото из Википедии

Суммарный полезный объем отсеков для оборудования был увеличен до 11 м3, а масса полезной нагрузки доведена до 2 тонн. Несмотря на то, что потенциально М-55 «Геофизика» может выполнять огромное количество научных исследований – от мониторинга атмосферы и водных бассейнов до поиска полезных ископаемых и обнаружения исправности трубопроводов, – реально он выполняет лишь разовые задачи. В 1996–1997 годах, например, совершил семь исследовательских полетов над Скандинавией, затем выполнил перелет до Сейшельских островов с целью изучения процессов в тропических стратосферных облаках, осенью 1999 года изучал озоновый слой над Антарктидой. Вот, пожалуй, и все.

Не очень радостно сложилась и военная судьба самолета. В процессе разработки М-55 были предложены различные военные модификации: самолет для ведения воздушной радиолокационной разведки, высотный ретранслятор связи, самолет оптической разведки, самолет противоракетной обороны и т.д. Реализован же был только первый вариант.

Высокий пол кабины летчика дал возможность установить под ним главный элемент оборудования самолета-разведчика – антенну РЛС бокового обзора, а большой объем отсеков позволил разместить там достаточное количество спецоборудования. В итоге самолет повторил судьбу легендарного U-2, который после подвески контейнеров с радиолокационным оборудованием превратился в разведчик TR-1. Как М-55, так и TR-1 пригодны для выполнения единственной задачи – при помощи РЛС бокового обзора проводить радиолокационное зондирование территории противника, не залетая на нее. Задачи, честно говоря, никому уже не нужной.

Пора в музей

Ни TR-1, ни М-55 не годятся для решения большинства современных разведывательных задач: для этого более эффективны беспилотные аппараты и спутники. Самолеты проигрывают им в оперативности, а решать современные задачи противоракетной обороны они и вовсе неспособны: для этого требуется мгновенная реакция на поступающие данные, их анализ прямо на борту самолета и выдача готовых решений, а следовательно – дополнительный экипаж операторов спецоборудования и специалистов по противоракетной обороне. В этом смысле конструкции U-2 и М-17 исчерпали себя. Будущее высотной разведки принадлежит беспилотным аппаратам и многоместным самолетам разведчикам. Но о них – в другой раз.

http://www.popmech.ru/part/?articleid=3 … ubricid=13

11 октября 2007

https://fan-project.livejournal.com/1804382.html

ПЕРЕХВАТЧИК АЭРОСТАТОВ М-17 И РАЗВЕДЧИК-ЦЕЛЕУКАЗАТЕЛЬ М-55

С января 1956 г. страны НАТО стали использовать для разведки территории СССР автоматические дрейфующие аэростаты — АДА. Для обычных перехватчиков и зенитных ракет это была очень трудная цель, и в 1967 г. перед вновь созданным Экспериментальным машиностроительным заводом была поставлена задача создать самолёт М-17, способный сбить АДА, медленно движущийся на высоте до 20 000 м. Разработку возглавил руководитель ЭМЗ В. М. Мясищев.

Ракеты стоили дорого, а вероятность их попадания в шар была низкой, потому он выбрал пушку ГШ-23. Но чтобы лётчик успел прицельно расстрелять АДА, самолёт должен двигаться с минимальной скоростью и при этом сохранять устойчивость, что на такой высоте очень сложно. Надо уменьшать нагрузку на крыло, увеличивая его площадь, но в стратосфере в общем сопротивлении самолёта растёт доля сил трения, это ведёт к потере дальности. Хорошее отношение подъёмной силы и сопротивления у планеров, но они не летают на таких высотах. Для М-17 потребовалось создать новый сверхкритический профиль крыла, который разрешал это противоречие. Сопротивление трения с подъёмом на высоту растёт с ростом вязкости воздуха, что ведёт также к потерям давления в воздухозаборнике и в сопле двигателя. Это заставило сделать входные устройства боковыми, а фюзеляж превратить в короткую гондолу, сократив воздушный тракт до минимума. Так родилась редкая у нас двухбалочная схема самолёта. Рыбинское КБ машиностроения для М-17 на базе бесфорсажного одновального турбореактивного двигателя сверхзвукового лайнера Ту-144 создало высотный РД36-51В со взлётной тягой 6000 кгс. Хотя на высоте 21 км она падала в 10 раз, высокое аэродинамическое качество позволяло самолёту устойчиво лететь.

Постройку машины поручили авиазаводу в Кумертау, который выпускал вертолёты Камова и беспилотные разведчики Ту-143. Ещё одно изделие оказалось непосильной нагрузкой для предприятия, и на испытания М-17 передали только в 1978 г. Ни дирекция завода, ни руководство ЭМЗ не обеспечили условий для их проведения, и при незапланированном взлёте 27 декабря лётчик Чернобровкин допустил ошибку и разбился.

К тому времени были найдены другие способы борьбы с АДА, противник применял их всё реже, и встал вопрос, что делать с М-17, производство которого передали в Смоленск. Там совместно с ЭМЗ построили ещё два самолёта — первый использовали для испытаний, а второй, названный «Стратосфера», — в научных исследованиях. Но, даже сняв пушку, места под аппаратуру не нашли.

В начале 1980-х гг. появилась идея ударного комплекса в составе высотного самолёта-целеуказателя, способного обнаруживать малоразмерные замаскированные цели на линии фронта и в ближнем тылу врага, и оперативно-тактических ракет сухопутного базирования. Для этого предполагалось создать модификацию М-17РМ, но компоновка не позволяла разместить требуемую аппаратуру весом 1500 кг с её датчиками и антеннами. Тогда в той же схеме был сделан новый самолёт М-55, отличавшийся пропорциями, увеличенной гондолой фюзеляжа и двумя двухконтурными двигателями Д30В-10.

Боевые системы были размещены в съёмных модулях в гондоле фюзеляжа, хвостовых балках и контейнерах под крылом. Опытный самолёт М-55 был построен Смоленским авиазаводом и ЭМЗ и совершил первый полёт 16 августа 1988 г. Хотя он успешно прошёл испытания и показал очень высокие лётные данные, на вооружение его не приняли — в 1991 г. СССР распался, в России началось поспешное сокращение вооружённых сил. Смоленский авиазавод успел построить четыре серийных разведчика-целеуказателя М-55, но один из них разбился, а два других переоборудовали для научных исследований. Они участвовали в полётах в Арктике по программе «Глобальный резерв озона» и показали, что с этим нужным для жизни на Земле газом не так всё плохо, как кажется некоторым экологам. Перед подобным американским ER-2 самолёт М-55 «Геофизика» имел преимущества в продолжительности полёта и способности выдерживать турбулентность, но спрос на такие исследования оказался ограничен. Проект «Геофизика-2» не нашёл своего заказчика, как и воздушно-космическая система М-55Х для запуска туристического космолёта C–XXI «Клипер», и ряд других интересных предложений.

И всё же М-17 и М-55, установившие 30 мировых рекордов высоты, скороподъёмности и скорости полёта, дали бесценный материал для создания высотных самолётов будущего — сейчас эта задача вновь стоит на повестке дня. Они не встали в строй, но дали важнейшие научные результаты, необходимые для движения вперёд. Такой подход к делу — самая яркая черта авиаконструктора Владимира Мясищева и его последователей.

ТТХ самолётов М-17/М-55

Двигатели — 1×РД36-51В/2×Д30В-12, 6000/4500 кгс на взлёте, 600/670 кгс на высоте 21 км

Взлётный вес — 18 400/24 000 кг

Скорость на высоте 21 км — 743/750 км/ч

Потолок — 21 550/21 000 м

Дальность максимальная — 1315/4965 км.

Время патрулирования на высоте 20 000 м — 2,2/4,2 ч

Длина разбега — 340/900 м

Длина пробега — 950/780 м

Целевая нагрузка — пушка ГШ-23/до 1500 кг спецаппаратуры

Экипаж — 1 чел.

Сергей Георгиевич Георгиев
«Экспериментальные самолёты СССР», Историческая серия «Техника Молодежи»

0

16

Михаил Ефимович Болтунов "Золотое ухо" военной разведки
( Гриф секретности снят )

https://www.emctestlab.ru/upload/iblock … fu9cqh.pdf

Сюрприз от «дяди Сэма»
...
Как это случается нередко при становлении новой структуры, происходили перемещения, назначения, и в конечном итоге заместителем начальника управления стал Михаил Рогаткин. Радиотехническую разведку возглавлял Петр Костин, радиоразведку – Петр Шмырев, службу специальной радиосвязи – Виктор Рябов, службу специального наблюдения – Александр Устименко. Была развернута новая служба разведки радиотехническими средствами, во главе которой встал Георгий Строилов.
С созданием 6-го управления радио- и радиотехническая разведка обрела свой орган управления и руководства. Важно было и другое. В те годы вновь созданное управление имело весьма высокую степень самостоятельности.
Достаточно сказать, что планы радио- и радиотехнической разведки утверждались лично начальником Генерального штаба по представлению руководства ГРУ.
Начальник 6-го управления ведал всеми кадровыми вопросами, заказами спецтехники, заключал договоры, вел денежные расчеты за выполненную работу. Управление само разрабатывало штаты частей, определяло их дислокацию.
После создания управления произошло разделение частей ОСНАЗ на радиоразведывательные и радиотехнические. Смешанные полки радио- и радиотехнической разведки расформировывались.
Предстояла большая работа сугубо организационного, тылового характера. Надо было где-то размещать новые части, проводить кадровые перемещения офицеров, солдат, сержантов.
Ветераны-радиоразведчики, вспоминая реорганизацию 1955 года, в большинстве своем признавались, что понимали искусственность разделения частей. Однако, как скажет мне однажды генерал Шмырев: «Мы, руководители того времени, думали, что, может быть, действительно стоит пожить частям раздельно, проявить свои способности, чтобы более старая и понятная радиоразведка не заслоняла дорогу нарождающейся радиотехнической разведке».
Кроме этих преобразований нельзя не вспомнить и о создании радиополигона. Думается, подобный шаг был очень своевременным. Ведь в те годы возникала крайняя необходимость в срочной разработке новых технических средств для нужд радио- и радиотехнической разведки.
Следовало оперативно реагировать на изменения в радиоэлектронном вооружении противника.
И разумеется, возможности весьма небольшой лаборатории ГРУ, которая разрабатывала и изготавливала отдельные образцы спецтехники, были исчерпаны и не удовлетворяли потребности войск.
Радиополигон создавался на базе и фондах управления 1-й отдельной радиобригады ОСНАЗ и планировался к развертыванию, как обычное испытательное подразделение. Но отрадно, что создатели радиополигона пошли дальше. Они планировали создать здесь службу для разработки и производства небольших партий аппаратуры для потребностей радио- и радиотехнической разведки.
Начальником радиополигона был назначен генерал-майор Иван Миронов, бывший командир 1-й отдельной бригады ОСНАЗ. Его заместителями стали однокашники Петра Шмырева по военной академии – полковники Виктор Чайка и Михаил Прокошин.  Развертывание радиополигона потребовало новых кадров. Их искали в войсках, в научных подразделениях, в военно-учебных заведениях – молодых, талантливых, склонных к научным и конструкторским изысканиям.
Занятые реформированием службы офицеры 6-го управления ГРУ еще не подозревали, что приближающаяся зима 1955–1956 годов преподнесет им много сюрпризов. Подготовили эти сюрпризы американцы. Они организовали специальную разведывательную операцию – запуск в наше воздушное пространство сотен дрейфующих аэростатов-разведчиков.
Правда, в последующие годы «янки» будут действовать еще нахальнее и бесцеремоннее.
Апогеем этой агрессивной политики станет вторжение самолетов-разведчиков ВВС США в наше воздушное пространство и, в частности, шпионский полет У-2 1 мая 1960 года.
Однако той зимой еще никто не мог предположить такого поворота событий, и массированный запуск аэростатов крайне встревожил как командование вооруженных сил, так и руководство страны.
Шары-разведчики однозначно следовало сбивать, однако прежде, чем это сделать, их надо было запеленговать и передать целеуказание средствам ПВО. Но сделать подобное весьма не просто, так как аэростат имеет очень малую радиолокационную видимость. Говорят, в этой ситуации есть единственный выход – визуальное обнаружение. Но самолету «рыскать» в небе в поисках аэростата – все равно, что искать иголку в стоге сена.
Осталась единственная служба, которая могла справиться с задачей – радио- и радиотехническая разведка ГРУ. Военные разведчики прекрасно понимали, что главными объектами, которые интересовали американцев в нашей стране, были ракетные полигоны под Волгоградом и в Средней Азии, а также Семипалатинский исследовательский центр ядерного оружия.
Аэростаты стартовали с территории ФРГ и Великобритании. Подверженные только влияниям турбулентности, они перемещались вместе с воздушными потоками со скоростью ветра. Их несло с Запада на Восток, и в среднем они преодолевали расстояние по 150 км в час. Высота полета составляла 8-10 тысяч метров.
Сегодня можно встретить публикации в СМИ, особенно в Интернете, в которых упорно утверждается, что сбить американские аэростаты представлялось невозможным.
Скажу сразу: это вранье. Сбивали, да еще как. Войскам ПВО удалось быстро справиться со сложностями, связанными с небольшой скоростью шаров-шпионов в сравнении со скоростями современных реактивных самолетов. Что же касается малой радиолокационной видимости, то тут, как мы уже говорили, помогли военные радиоразведчики. Дело в том, что американцы установили на каждом аэростате коротковолновый передатчик. Он автоматически включался через определенные промежутки времени и в телеграфном режиме передавал позывной. Это помогало радиопеленгаторным станциям США делать проводку шара-шпиона. 
Радиоразведка ГРУ по сути занималась тем же, таким образом отслеживая дрейф аэростатов. И делала это, разумеется, не ради праздного любопытства.
Ветераны радиоразведки рассказывали мне, что сбитые шары свозили в научно-исследовательский институт ВВС в Чкаловской, и там можно было познакомиться со шпионским «произведением искусства».
Надо отдать должное конструкторской мысли ЦРУ. Аэростаты-фоторазведчики действительно были сделаны отменно. Судя по всему, на них затратили немало сил и финансовых средств. Они имели ярко выраженное промышленное производство. Никакой кустарщины. Это лишь подтверждает мысль о том, что спецоперация готовилась тщательно и
являлась сугубо государственным заказом.
По данным нашей разведки, американцы зимой 1955–1956 годов запустили более 700 аэростатов-шпионов. Но истинную цифру, разумеется, знают только в ЦРУ.
Так что же представляло из себя это «произведение шпионского искусства»?
...
Итак, разведку интересовала прежде всего шпионская «начинка» аэростата. А тут, признаться, было на что посмотреть. ЦРУ снабдило каждый шар-шпион фотоаппаратом, приборами навигации и поддержания заданной высоты полета, радиоприемником и передатчиком, источниками питания, средствами спасения.
...
Что касается радиоприемника и передатчика, то американцы умело подстраховались – приемник имел достаточно качественный дешифратор команд, который защищал оборудование от сброса, если появятся радиопомехи или поступит несанкционированная команда.
Все оборудование питалось от аккумуляторов.
Перед сбросом фотоаппарата аэростат-шпион переходил на постоянный прием команды. В определенное время поступала команда, и несущая балка с оборудованием отстреливалась, выбрасывался вытяжной парашют, следом за ним – тормозная парашютная система.
Оборудование падало в море. Намокали сухие батареи и начинали давать ток. Балка отстреливалась окончательно и уходила под воду, а на плаву оставался только фотоаппарат.
Включался радиопередатчик. Из контейнера вылетала 10-метровая жесткая спиральная мачта-антенна, которая образовывала большую нейлоновую петлю. Кроме того, выбрасывалось вещество, окрашивающее воду в оранжевый цвет.
В эту точку моря вылетал самолет, используя специальную кошку, подхватывал петлю, поднимал фотоаппарат на борт и доставлял его на базу.

https://imwerden.de/pdf/khrushhev_serge … 4__ocr.pdf

Хрущев С. Н.
Никита Хрущев: кризисы и ракеты. - В двух томах.---:-- М.: Изд-во «Новости», 1994. - 496 с. lSBN 5--7020-0541--4

...
В конце 40-х годов умами американцев овладела новая идея. В те годы исследования атмосферы замет­но продвинулись вперед. Ученые выяснили, что на больших высотах ветры дуют устойчиво с запада на восток. Вновь открытый природный феномен тут же решили приспособить к делу. На бумаге все выглядело до смешного просто: стоит где-то в Европе запустить воздушный шар, и он начнет свое путешествие. Проле­тев над Советским Союзом-  шар опустится в Японии или другом близлежащем районе.
Под аэростаты под­весили фотоаппараты, магнитофоны для записи радиосигналов, приборы для взятия проб воздуха и другие столь же необходимые и хитроумные устройства. Воз­душные шары поплыли над нашей страной. Через заданные промежутки времени срабатывали затворы камер, открывались и закрывались горловины датчи­ков, переключались диапазоны приемников радиоизлучений.
Далеко не все посланцы добирались до места назначения. Прохудившиеся баллоны теряли высоту и приземлялись, одни в тайге, другие в поле. Газеты то и дело объявляли о таинственных находках лесников или трактористов. На их поиски энтузиасты стали отправляться в лес, как по грибы. Часть Шаров сбива­лись самолетами-перехватчиками. Но все это - капля в море. Аэростаты запускали тысячами.

В начале операции Москва реагировала чрезвычай­но резко. Что только не предпринималось! Добытую аппаратуру демонстрировали на специальных выстав­ках. Устраивали пресс-конференции. В страны, как-то связанные с запуском шаров, направляли ноты протеста. Апеллировали к проблеме обеспечения безопас­ности полетов гражданской авиации. Ведь столкнове­ние с увесистым грузом аэростата привело бы к неми­нуемой гибели самолета и всех в нем находившихся пассажиров. Все впустую.
С течением времени запуски из скандала преврати­лись в рутину. Шары продолжали летать над нашей страной. Мы то протестовали, то замолкали. Амери­канцы запускали их то больше, то меньше. Очередной пик пришелся на начало 1 956 года, дни работы ХХ съезда.

Свою «любознателыюсть» в США оправдывали синдромом Пёрл-Харбора, реакцией на неожиданное нападение японцев на флот США 7 декабря 1 94 1 года. Можно привести и иные аргументы, давно известно : сила есть, за оправданиями дело не станет.
По существу, отец не придавал особого значения полетам этих баллонов. В его глазах они выглядели дорогостоящим развлечением. Куда занесет ветер дрейфующую гирлянду? Где сработают затворы фото­аппаратов? Что они снимут? Тайгу? Болота? Облака? Или аэродром? Даже фотографии военных объектов в глазах отца значили немного. Подобная информация важна перед войной, когда выбирают цели для удара, а в мирное время? .. В близость войны отец не верил.
Однако рассуждения рассуждениями, а нарушения границ больно били по нашему национальному и по­литическому самолюбию. И по гу сторону океана нервничали. Правда, по другому поводу. Получаемая отрывочная информация
никак не оправдывала произведенных затрат. А аме­риканская разведка не сомневалась в своем праве «следить через :замочную скважину - это любимое выражение отца - за тем, что происходит в спальне у соседа».

https://ru.wikipedia.org/wiki/Хрущёв,_Сергей_Никитич

Серге́й Ники́тич Хрущёв (2 июля 1935, Москва, СССР — 18 июня 2020, Кранстон, США) — советский, российский и американский учёный, публицист. Сын бывшего Первого секретаря ЦК КПСС Никиты Сергеевича Хрущёва. Кандидат технических наук, профессор. Герой Социалистического Труда (1963).
...
Летом 1952 года поступил на факультет электровакуумной техники и специального приборостроения МЭИ по специальности «Системы автоматического регулирования». Вспоминал, что главную роль в принятии решения идти учиться именно в МЭИ сыграла его бывший ректор, супруга Г. М. Маленкова Валерия Голубцова[5]. Окончил вуз в 1958 году.

В 1958—1968 годах работал в ОКБ-52 Челомея в Реутове заместителем начальника отдела, разрабатывал проекты крылатых и баллистических ракет, участвовал в создании систем приземления космических кораблей, ракеты-носителя «Протон». В 1959 году, через год после окончания института, вместе с руководителем КБ Челомеем и несколькими другими сотрудниками стал лауреатом Ленинской премии. Кандидат технических наук. В 1963—1964 годах был ведущим конструктором и заместителем начальника ОКБ-52. Указом Президиума Верховного Совета СССР от 28 апреля 1963 года был удостоен звания Героя Социалистического Труда. Лауреат Премии Совета Министров СССР, член ряда международных академий.[каких?] Филипп Бобков вспоминал в мемуарах, как по распоряжению председателя КГБ А. Н. Шелепина был вынужден поспособствовать к отказу от соавторства в одной из совместных работ соавтора С. Н. Хрущева в пользу последнего[6].

Впоследствии работал заместителем директора Института электронных управляющих машин (ИНЭУМ), заместителем генерального директора НПО «Электронмаш».

0

17

https://pereval1959.kamrbb.ru/?x=read&a … 0#main_205

Краткий исторический бэкграунд:

Всё происходило в эпоху известного всему миру Никиты Сергеевича, и в эту эпоху жил себе в Соединённых Штатах-таки Америки некто Дуайт Эйзенхауер. Не так давно он был генералом, но вот так случилось, что его избрали Президентом США.

И Никита Сергеевич, и бывший генерал отличались редкостным миролюбием и старались оное показать на весь мир. Никита Сергеевич призывал к разоружению, провел молодёжный фестиваль, а генерал стремился в «открытое небо» и разруливал Суэцкий кризис.
Только вот сам Сергеич в «открытое небо» не хотел (были тому причины), но генерал решил ему помочь и открыл небо сам, правда исключительно над Советским Союзом и Китаем.

Операция "GENETRIX"

В конце декабря 1955 г. президент Эйзенхауэр даёт отмашку на старт для операции "GENETRIX".

Это была такая задумка удовлетворить своё любопытство за счёт Советов и посмотреть свысока,- а чего это они там настроили такого атомного и космического за последние годы?
Смотреть решили с помощью аэростатов фоторазведки созданных по программе WS-119L, и чтобы не мелочиться запустить их аж 2500 штук.

Сначала, как водится, провели операцию прикрытия с привлечением всяких ЦРУ-шных ресурсов вроде «Национального комитета свободной Европы», которые ещё с лета стали запускать уйму шаров помельче с пропагандистскими агитками в сторону соцстран Восточной Европы и Советского Союза.

За день до начала разведывательной операции была начата программа по, якобы, изучению облаков, освещавшуюся в СМИ сказками (с серьёзными мордами) про небывалую операцию «White Cloud» в рамках Международного Геофизического Года по съемке облаков и записи всяких метеорологических параметров (в этом почти не соврали).
Это программа использовала ровно такие же шары, но гондолы всяко-понятно отличались радикально.

Т.е. туману нагнали – дай бог, и вполне себе расчитывали, что эту тучу аэростатов летящих на высотах около пятнадцати километров если и заметят, то уже тогда, когда реагировать будет поздно. Кстати, шары могли лететь и выше, но на подходе была вундервафля U-2, и американцы не хотели стимулировать СССР раньше времени к созданию сверхвысотных истребителей ПВО.

Но, как все мы знаем: - «хотели как лучше, а получилось, как всегда»(с)

В связи с конструктивными особенностями и размерами крепления гондолы, это крепление представляло собой стальной профиль длиной 91см.
На частотах около 160 МГц, он являл собой просто идеальный полуволновый отражательный диполь.
Но, внезапно, вдруг оказалось, что это была рабочая частота станций разведки и целеуказания РТВ ПВО СССР. И на индикаторах кругового обзора этих станций пролетающие АДА не заметить можно было только закрыв глаза.

Правда, свою выгоду американцы с этого тоже получили, но об этом позже.

Кстати, в этих аэростатах была ещё одна интересная конструктивная особенность – шары наполнялись водородом. Было решено, что если шар будет обстрелян, то пусть лучше оболочка сгорит, а гондола разобьётся, чем плавно спустит всю эту секретную лабуду в лапы так ненавидимых коммунистов.

Итак, помолясь, начиная с 10 января 1956 года американцы стали выпускать всю эту «метеорологию» в количестве по 30-40 штук в день с баз ВВС в Германии, Норвегии, Шотландии и Турции, надеясь, что зимние западные воздушные течения разнесут всё это куда надо.
Ну, а советские ПВО стали всё это отслеживать и, по возможности, сбивать.

Насобирав остатков от сбитого, Никита Сергеевич устроил выставку достижений американского хозяйства, собрав всех журналистов каких только смог. Вся эта фотоаппаратура никак не тянула на невинную метеорологию и Советское правительство заявило решительный протест 4 февраля 1956 года.
Тут подтянулись и соцстраны, которых забодали пропагандистские шары операции прикрытия, поскольку они реально угрожали авиасообщению, они тоже жаловались в профком заявляли протесты, писали в ООН и т.д.

Генерал-президент за такое безобразие извиняться не стал, как это обычно для США, но изобразил невинную добродетель – мол, не хотите, как хотите, что же я могу поделать? И «метеорологические изыскания» пообещал прекратить и, что удивительно, сделал это. 7 февраля он издал указание о прекращении операции. Правда ходят слухи, что лётчики успокоились не сразу, а только к 1 марта, но после этого срока аэростаты уже не запускали.

Ну, и далее, как уже и упоминалось: с 10 января по 6 февраля 1956 года было запущено 448 аэростатов (а всего их было запущено 516), долетело до границ СССР 380, а пролетело и было обнаружено только 44 аэростата. Из них годных к просмотру фотоматериалов было на 34-х, а интересующий американцев объект (1!) попался только на 1(одном!!) аппарате.

Т.е. приключилась классическая перемога, усугубившаяся тем, что просторы Советского Союза оказались щедро посыпаны самыми новыми на тот день технологиями фоторазведки, в которых очень нуждалась советская авиа- и космическая промышленность. Есть даже мнение, что советский КА Луна-3 снимал обратную сторону этой самой Луны на плёнку взятую с сохранившихся целыми кассет американских аэростатов. Мол, она была более устойчива к космическим лучам и лучше переносила перепады температур, чем советская фотоплёнка.

Ну, и в качестве соуса на эти успехи пролился дождь из дипломатических скандалов и прилюдного тыканья носом в собственноё враньё.

Хотя некоторый позитив для США, всё же был.

Несмотря на то, что на фотоснимках, в основном были представлены леса, поля и горы они позволили закартографировать где-то 8% территории СССР и Китая. Другой точной информации ведь не было совсем.
Далее. По словам американских военных эта самая железяка для крепления гондолы переизлучала сигналы РЛС и они смогли с их помощью раскрыть радиолокационное поле РТВ ПВО вдоль некоторых отрезков границы СССР.
И, последнее. Выжившие шары зафиксировали скорости и направление воздушных потоков в стратосфере над территориями СССР и Китая.
Всё вышеобнаруженное позволило планировать полёты только что созданного U-2, который эти полёты и начал совершать уже летом 1956 года.

Президент Эйзенхауер посмотрев на все эти слёзы информации и неслабые проблемы принесённые программой в других областях решил не продолжать подобные шаропроекты, и проект WS-119L был закрыт немедленно.

Операция «MELTING POT»

Но, к несчастью для президента, у ВВС был ещё один проект с обозначением WS-461L, и он был уже почти готов.

Технические характеристики аппарата улучшили радикально: подниматься он мог в высоту до 30 км, находиться в воздухе целый месяц, вместо недели, и на него поставили супер-пупер продвинутую камеру HYAC-1, которую потом с незначительными доработками использовали на спутниках фоторазведки разработанных в рамках программы «CORONA».

Причём на этот раз было решено запустить зонды в обратном направлении, с востока на запад, благо летние струйные воздушные течения это позволяли. Этот метод сулил еще выгоду и в том, что не надо было шариться по морям и океанам в поисках пролетевших шаров, всё можно было приземлить на территории капстран, и ходи себе и собирай созревшие плоды.

Операцию Ы, решили назвать «MELTING POT».

Так как Эйзенхауер завёл дурацкое правило, что все стратегические разведполёты самолётов ли, или аэростатов он должен был разрешать каждый раз лично, то по готовности проекта лётчики стали пытаться зондировать ситуацию. Их понять было можно, мол у ЦРУ есть U-2 и они рады-довольны, а у нас ничего такого нет, а ведь хочется же...

Где-то в начале июня 1958 года, всё было готово, и, судя по всему кто-то рискнул завести эту песню в разговоре с президентом. То ли у парламентёра доступ к телу был затруднён, то ли президент намёков не понимал, но время шло к июлю. В конце концов до президента дошло, что от него хотят и он впал в ужас, вспомнив ништяки прошлого налёта.

В категорической форме он приказал не проводить никаких полётов, а программу уничтожить к такой-то матери. Если верить летописцу, конечно : When Eisenhower got wind of MELTING POT, he immediately ordered it killed.

Ну, что было теперь делать мастерам лётного дела? Всё на мази, шары надо запускать, все заготовлено на июнь, и на тебе. Не долго думая они решили, что президент ничего и не говорил. The order was simply ignored. (Т.е: этот приказ был просто проигнорирован). Типа: - своей женой будешь командовать!

Предполагая, что в случае успеха победителей судить не будут, ребята всё же решили подстраховаться и первые три шара запустили без шпионской аппаратуры, и всё прошло без сучка и задоринки.
Решили продолжить начатое и запустить следующие три шара 12, 13 и 14 июля уже нафаршированными под завязку.

Ну и запустили...
Сказать, что они лоханулись, это не сказать вообще ничего. Здесь лучше всего подходит английское выражение «epic fail», и лучше без перевода.

Далее события развивались так:
После запуска наступила гнетущая тишина, ни шаров тебе, ни реакции ни с какой стороны.
4 сентября 1958 года Советское правительство снова выпустило ноту, из которой Эйзенхауэр узнал, что он опять запустил какие-то шары. Поинтересовавшись у своих, - а чё это было?, он выяснил следующее.

На аэростатах был установлен таймер, сбрасывающий полезную нагрузку на парашюте (по другим данным заставлявший шар опуститься) после установленного времени. В данном случае он был установлен на 400 часов, предполагая, что за это время шар пролетит все соцстраны и окажется над страной НАТО. Этого времени вполне хватало для скорости воздушного потока в июне, но протабанив до июля дождались того, что скорость потока упала, а таймер не скорректировали.

Аэростаты прошли Советский Союз целыми и невредимыми, все три, и после установленного времени сбросили свою полезную нагрузку на ..... Польшу. Т.е. три совершенно исправных комплекта уникальной аппаратуры, по сути для космической фотосъёмки были предоставлены СССР в бесплатное пользование.

Хуже могло быть только, если всё это сбросили прямо над Москвой.

Президент, ну как бы это сказать..., ну он расстроился.

Далее цитирую летописца:
Eisenhower had a very hot temper that he tried to keep under control, but that was too much. He called up the Pentagon and lit into Deputy Defense Secretary Donald Quarles, saying that if he had been the military officer who had pulled such a stunt, he would have shot himself, and suggested that a few heads needed to roll, that people either needed to obey orders or get the hell out of the service.

Эйзенхауер обладал взрывным характером и пытался держать себя в руках, но это было уж слишком.
Он позвонил замминистра обороны, (не, он не ругался, и ни на что не намекал, он сказал прямо-авт.)
и сказал, что если б он был тем офицером, который умудрился бы совершить подобную хрень, то он бы застрелился, и заявил, что головы некоторых товарищей должны полететь с плеч и, что либо (твои) люди подчиняются приказам, либо выметайся нафиг со службы.

Я не знаю, какие головы полетели с плеч, но замминистра обороны с поста снят не был, но и до следующего лета он не дожил, в прямом смысле этого слова.
Думаю, что многие догадаются, что после этого произошло. Правильно!

Проект WS-461L был закрыт тут же. Исследовательская работа, по-видимому продолжалась и формально бумажки были оформлены 1961 годом, но связано это было с доведением до ума технологий, чтобы применять их в дальнейшем в авиа- и космической разведке.

Но это ещё не всё. Закрыта была вообще вся программа ВВС США по стратегическим разведывательным шарам любых видов.
Даже безо всяких эмоций - она своё дело сделала, U-2 уже совершал полёты на регулярной основе и из одного полёта привозил больше информации, чем все шары вместе взятые за всё время их применения . И на подходе уже были спутники по проекту «CORONA».

Если вернуться к теме нашего форума, то что можно сказать по поводу наличия АДА в интересующем нас районе в интересующее нас время?

Только одно – а не было их там.

По одной простой причине – их не запускали. Запуски WS-461L был запрещены по причине разбора полёта и раздачи ништяков отличившимся в сдаче секретной техники потенциальному врагу и закрытия проекта как такового.
Полёт шаров для сбора радиоктивных проб GRAB BAG /ASH CAN не осуществлялся, по причине отсутствия того, что они собирали, поскольку был объявлен мораторий на ядерные испытания.
Да даже если бы они и летали, то для сбора проб им не надо было находиться над территорией СССР.

Да, АДА летали ещё лет 20. Но выполняли они, в основном, совсем другие задачи. Те самые, которые считались побочными при использовании аэростатов фоторазведки, но стали основными. Т.е. вскрытие системы ПВО и ведение радиотехнической разведки. И происходило это всё на границах Советского Союза.

Но это уже совсем другая история (с)

0

18

https://pereval1959.kamrbb.ru/?x=read&a … 0#main_205

Взгляд на шарополёты с нашей стороны

Мир Авиации», АВИАЦИОННО-ИСТОРИЧЕСКИЙ ЖУРНАЛ
№ 1 (24) 2001 г., № 1 (28) 2002 г., № 2 (29) 2002 г.
Стратегическая воздушная разведка НАТО против СССР 1950-е годы
Геннадий СЕРОВ Москва

Стратегическая воздушная разведка НАТО против СССР 1950-е годы

«Мир Авиации», № 1 (24) 2001 г.

Буквально сразу после рождественских праздников американцы преподнесли первый неприятный сюрприз советской ПВО: начали массированную засылку автоматических воздушных шаров (позднее названных АДА — автоматические дрейфующие аэростаты) в наше воздушное пространство.

И ранее, в 1954–1955 гг. радиолокационные посты ПВО систематически фиксировали полеты различных автоматических воздушных шаров и радиозондов малого размера, летевших на относительно небольших высотах, которые обычно сами взрывались или же уничтожались истребителями над территорией СНД, главным образом над Чехословакией, Польшей и Венгрией, сбрасывая при этом листовки антиправительственного или антисоветского содержания. Незначительная часть таких шаров долетала до территории СССР и уничтожалась истребителями ПВО.

В декабре 1954 г. был отмечен первый случай пролета высотного крупного воздушного шара с подвешенной разведывательной аппаратурой. Этот шар был сбит нашими истребителями, а аппаратура подобрана и изучена. В результате 13 января 1955 г. была издана директива Главкома войск ПВО страны, в которой войскам ПВО была поставлена задача «во всех случаях появления над территорией СССР иностранных стратостатов принимать меры к уничтожению их дежурными истребителями.»

(Операция Genetrix)

Начиная с 9 января 1956 г., американцы, используя высотные струйные воздушные течения, направленные на высотах 12–20 км с запада на восток, начали массовый запуск крупных воздушных шаров с подвешенной фотоаппаратурой для разведки территории СНД и СССР. Для запуска использовалась территория западно-европейских стран и Турции. Первые такие крупные шары были сбиты, а их аппаратура подобрана в Бакинском округе ПВО. В отдельные дни в наше воздушное пространство входило свыше 100 воздушных шаров, из них до 35 крупных.

С каждым днем поток воздушных шаров рос, а число сопредельных стран, с территории которых запускаются шары, увеличивалось. 20 января главком войск ПВО страны С. Бирюзов вынужден был издать директиву, в которой войскам ставилась задача: «Все воздушные шары, появляющиеся в границах объединений и соединений ПВО, уничтожать авиацией, считая это боевой задачей. Для выполнения задач по уничтожению воздушных шаров привлекать наиболее подготовленный лётный состав. Беспричинный пропуск воздушных шаров через территорию объединений и соединений ПВО рассматривать как невыполнение боевой задачи.»

Были предприняты и другие меры по организации перехвата и уничтожения воздушных шаров, в результате чего количество сбитых шаров стало расти изо дня в день. Кроме того, советское правительство предъявило ноты протеста правительствам США, Западной Германии и Турции. Да и информативность таких полетов, наверное, оказалась не столь высока, как рассчитывали западные разведки. Всё это сыграло свою роль — с 11 февраля поток воздушных шаров также внезапно практически прекратился.

Всего за период с 1 января по 11 февраля 1956 г. над территорией СССР было зафиксирован пролет 1476 различных шаров и радиозондов, из них 422 крупных. Истребителями было сбито 263 крупных воздушных шара, в том числе: ИА ПВО — 127, ИА ВВС — 98, НА ВМФ — 6, ИА СНД — 32. Была подобрана аппаратура 178 воздушных шаров. За этот же период отмечен уход за пределы СССР и СНД 63 крупных шаров, основная масса которых вышла с территории Туркестанского и Дальневосточного военных округов. Остальные были потеряны радиотехническими войсками ПВО еще над территорией СССР и СНД в зонах, где отсутствовало сплошное РЛ поле.

Основными причинами пропуска крупных шаров явились: превышение высоты их полета (16–17 и более км) над потолком истребителей, прохождение шарами районов базирования ИА в ночное время, отсутствие минимума погоды на аэродромах базирования ИА в момент пролета шаров, кратковременность нахождения некоторых шаров над территорией СССР (в южных районах).

Наилучших результатов в борьбе с воздушными шарами добились Бакинский округ ПВО (сбито 78 шаров), за ним шли Туркестанский корпус ПВО (29) и ВВС Прикарпатского военного округа (26). Командир звена 179 ГИАП 14 ГИАД Бакинского округа ПВО к-н Селиванчик, сбивший 13 крупных воздушных шаров был представлен к правительственной награде. Можно считать, что в целом «шаровая атака» была отражена успешно.

Как было выяснено позднее, операция по запуску на территорию СССР и СНД высотных автоматических дрейфующих аэростатов проводилась под руководством командования ВВС США. Поскольку сеть постов радиоперехвата и пеленгаторных станций службы безопасности ВВС США была развернута в европейской и дальневосточной зонах, на Аляске и в других прилегающих к территории СССР районах, слежение за аэростатами было возможно почти на всем пути их следования.

Сами аэростаты имели оболочку объемом 2500–3500 мі из тонкой полиэтиленовой пленки (вот откуда началось победное шествие этого материала по планете) и несли аэрофото- и радиооборудование общим весом более 800 кг. Высота их полета достигала 16–17 км, а время нахождения в воздухе до 10 суток. Фотооборудование позволяло производить съёмку полосы местности шириной до 65–70 км (с высоты 14–15 км) и длиной до 4500 км. Когда АДА покидал пределы СССР, по радиокоманде с земли он опускался на землю или даже на воду, где его оборудование подбиралось соответствующими службами.

В дальнейшем отдельные высотные АДА снова периодически появлялись в нашем воздушном пространстве, и многие из них также были сбиты истребителями. Постепенно к ним стали привыкать и всерьез старались сбить лишь в тех случаях, когда АДА пролетал над важными стратегическими объектами. Однако передышка после «шаровой атаки» 1956 г. оказалась недолгой и главные неприятности были впереди.

(Операция Melting Pot)

«Мир Авиации», № 1 (28) 2002 г.

В июле 1958 г. были отмечены и новые полеты высотных АДА, теперь уже на высотах около 30 км. Технология изготовления оболочек за эти годы шагнула вперед, что позволило на порядок и более поднять объём аэростатов и, соответственно, высоту их полета. Нужно отметить, что на высотах свыше 25 км воздушные течения имеют постоянное направление с востока на запад. 20 июля три таких шара вошли в воздушное пространство СССР над Камчаткой со стороны Аляски и проследовали далее на юго-запад и запад вдоль южной границы СССР с заходом на территорию Китая. На пути следования их неоднократно и безуспешно пытались «достать» истребителями всех типов, были подняты даже два новейших Су-7 с аэродрома Дземги в Комсомольске-на-Амуре. Однако, высота полета шаров превышала 25 км и они благополучно миновали почти всю страну с востока на запад. Но неожиданно, все три шара самоликвидировались и опустились: один 28 июля на территории Польши в районе Ольштына и два других 30 июля на территории СССР в районе Белой Церкви и в 60 км южнее Борисоглебска, а их аппаратура была подобрана и изучена. Выяснилось, что шары изготовлены в США, а в их 4-х контейнерах находилось различное разведывательное радио- и фотооборудование.

http://www.designation-systems.net/dusr … -119l.html

В то время как аэростаты WS-119L использовали зимнее струйное течение для пересечения Советского Союза с запада на восток, WS-461L использовал более высокое летнее струйное течение, которое течет в противоположном направлении.

0

19

http://www.airvectors.net/avbloon_3.html

[3.1] СКАЙХУК / РОКУН
Работа Жана Пикара над пластиковыми аэростатами была приостановлена ​​во время Второй мировой войны, но в конце 1945 года, после окончания конфликта, Пикар встретил Отто К. Винцена — немецкого эмигранта, интернированного во время войны и работавшего инженером в компании Minnesota Tool & Manufacturing Company, — и убедил его в идее пластиковых высотных аэростатов. Двое мужчин обратились в Управление военно-морских исследований США (ONR) и также убедили в этом чиновников ONR, при этом ONR предоставило финансирование. Проект получил название HELIOS.

Компания General Mills, занимающаяся переработкой пищевых продуктов, получила контракт на изготовление сферической алюминиевой гондолы и оболочки для аэростата HELIOS. С конца 1930-х годов в технологии производства пластмасс произошли значительные изменения, и один материал, полиэтилен, казался идеальным для оболочек аэростатов. В отличие от целлофана, который становился хрупким на холоде и разрушался при воздействии высотного озона и ультрафиолетового излучения, полиэтилен хорошо работал в широком диапазоне температур и был устойчив к воздействию озона и ультрафиолета. Он весил примерно в четыре раза меньше, чем прорезиненная ткань, в расчете на единицу площади, и стоил менее пятидесятой части этой суммы. Он также был гораздо более пригоден для машинной обработки и сборки, чем прорезиненная ткань, поскольку аэростаты изготавливались из полос или «стержней» полиэтилена, скрепленных скотчем.

Первый полет HELIOS, автономного аэростата объемом 850 кубических метров (30 000 кубических футов) с полезной нагрузкой в ​​28,6 килограмма (63 фунта), состоялся 25 сентября 1947 года в Сент-Клауде, штат Миннесота. Несмотря на то, что качество изготовления аэростата оставляло желать лучшего, он достиг высоты 30 500 метров (100 000 футов). Следующие два полета закончились полным провалом, но, хотя четвертый полет длился три дня, он позволил получить превосходные данные о космических лучах.

Конечной целью проекта HELIOS было создание аэростатов, способных нести экипаж в гондоле. Однако такие конструкции должны были быть непрактично большими, поэтому программа была переработана для полетов с автономной полезной нагрузкой с использованием отдельных аэростатов и переименована в SKYHOOK. Полеты продолжались и постепенно стали бесперебойным процессом, аэростаты регулярно доставляли полезную нагрузку на высоту 30 500 метров (100 000 футов) и более. В 1949 году Винзен, владевший многими ключевыми патентами на аэростаты SKYHOOK, основал собственную компанию Winzen Research для создания высотных аэростатов для SKYHOOK и других программ США по созданию аэростатов.

В качестве подъемного газа использовался гелий, и воздушные шары отпускались, когда их заполняли не более чем на 5%. Они были открыты снизу, легкий гелий парил над более тяжелым воздухом и не рассеивался с большой скоростью. В открытом шаре давление гелия внутри всегда было таким же, как и давление воздуха снаружи, поэтому такая конфигурация получила название «шар нулевого давления». По мере подъема шара давление окружающего воздуха падало, и шар постепенно расширялся до полного размера. Размер загрузки гелия устанавливался таким образом, чтобы шар не поднимался слишком медленно, чтобы его не сдуло обратно на землю, — но и не слишком быстро, так как это привело бы к чрезмерной нагрузке на оболочку.

Полезная нагрузка SKYHOOK часто состояла из ловушек для космических лучей, представлявших собой стопки фотопластинок, или биологических тестовых грузов, таких как семена, мыши, хомяки и обезьяны, с системами жизнеобеспечения, разработанными для «пассажиров», чтобы предотвратить их замерзание или удушье. Одной из целей биологических испытательных полетов было определение опасности космических лучей: животные, как правило, не проявляли никаких негативных последствий, но семена часто демонстрировали мутации. Вес полезной нагрузки постепенно увеличивался в ходе программы, и самые большие гондолы весили около 136 килограммов (300 фунтов). Первоначальные полеты длились около четырех часов, в конечном итоге увеличившись до более чем трех дней. По завершении миссии отправлялся закодированный радиосигнал для освобождения гондолы, которая спускалась на землю на парашютах. Система освобождения также разрывала оболочку воздушного шара, чтобы она не представляла опасности.

Воздушный шар SKYHOOK
К концу программы в 1976 году было совершено более 3000 полетов SKYHOOK. Несмотря на утверждения некоторых источников, SKYHOOK не была секретной программой, но о ней мало писали и она привлекала мало внимания общественности — за исключением случаев, когда о воздушных шарах сообщалось как о «неопознанных летающих объектах (НЛО)». Хотя на малой высоте воздушные шары SKYHOOK имели каплевидную форму, на высоте они становились гораздо более сферическими и могли двигаться удивительно быстро при сильном ветре. После захода солнца и перед восходом они также могли приобретать очень яркий и красочный вид. Сенсационные сообщения в некоторых случаях оказывались полезными: экипажи самолетов сопровождения, потерявшие воздушные шары из виду, обзванивали окрестности в поисках сообщений о НЛО.

* В рамках программы SKYHOOK в начале 1950-х годов Управление природных ресурсов (ONR) начало проект ROCKOON, в котором высотные аэростаты использовались в качестве «первой ступени» для зондирующих ракет, обеспечивая увеличение высоты полета. Большая часть исследований, проведенных в рамках этой программы, проводилась под руководством доктора Джеймса Ван Аллена из Университета Айовы. Всего с 21 августа 1952 года по 8 ноября 1957 года было совершено 142 полета в рамках проекта ROCKOON. Использовались четыре различные конфигурации зондирующих ракет:

Дикон: одноступенчатая ракета с пусковой массой 93 килограмма (205 фунтов).

Локи: одноступенчатая ракета с пусковой массой 13 килограммов (28,7 фунтов).

Hawk: одноступенчатая ракета с пусковой массой 16 килограммов (35,3 фунта).

Диакон-Локи: Как следует из названия, это двухступенчатая ракета, в которой Локи установлен поверх Диакона.
Ракеты ROCKOON запускались с кораблей Береговой охраны и ВМС США в Атлантическом и Тихом океанах, достигая максимальной высоты около 91 километра (300 000 футов) во время полетов. ВВС США также участвовали в проекте ROCKOON, запустив в 1957 году шесть ракет «Farside», использовавших четырехступенчатый твердотопливный ускоритель для доставки приборной полезной нагрузки на высоту в тысячи километров. Однако по разным причинам полеты на ракетах Farside не позволили получить полезные данные.

В наше время американская любительская организация JP Aerospace проводит собственные высотные полеты ROCKOON, запуская небольшие ракеты на группах воздушных шаров. Также проводились исследования по использованию ROCKOON для запуска небольших спутников.

[3.2] МОГАЛ / СУСЛИК / МОБИ ДИК / ЛЕТАЮЩЕЕ ОБЛАКО
* Пока ВМС США экспериментировали с проектом SKYHOOK, ВВС США работали над собственной серией полетов на воздушных шарах. В конце 1940-х годов ВВС провели проект MOGUL, целью которого было обнаружение ядерных взрывов по распространению звуковых волн в верхних слоях атмосферы. Первые полеты MOGUL включали в себя звенья из небольших метеорологических шаров длиной до 185 метров (600 футов). Звено несло измерительную полезную нагрузку, а также «угловые отражатели» — конструкции в виде воздушных змеев, покрытые алюминиевой фольгой, позволяющие отслеживать систему шаров на радаре. В более поздних полетах MOGUL использовались большие полиэтиленовые шары, разработанные для SKYHOOK.

Как и в случае со SKYHOOK, воздушные шары MOGUL иногда принимали за НЛО, причем первые серии шаров иногда отождествлялись с НЛО, летящими строем. Фактически, самым громким случаем, связанным с НЛО, стал именно воздушный шар MOGUL. Полеты на MOGUL проводились с авиабазы ​​в Аламогордо, штат Нью-Мексико, в июне и июле 1947 года; 4 июня 1947 года один из них вернулся на Землю на овцеводческое ранчо в Розуэлле. MOGUL был секретной программой, рассекреченной лишь в 1972 году, и военные держали инцидент в секрете.

В конце концов, история трансформировалась, и стало известно, что потерпел крушение инопланетный космический корабль, а военные захватили экипаж, включая некоторых выживших. Остатки НЛО якобы содержали «инопланетные иероглифы». Исследователь из Нью-Йоркского университета, работавший над проектом MOGUL, заявил, что радиолокационные отражатели были изготовлены по государственному контракту нью-йоркской компанией по производству игрушек и имели характерную декоративную ленту с напечатанными фиолетовыми или розовыми цветами и другими забавными фигурками. Фанатики теорий заговора настаивают, что это всё — сокрытие правды.

* Хотя проект MOGUL сам по себе был тупиком, в 1950 году консультативный совет ВВС предложил использовать высотные аэростаты для разведывательных полетов над Советским Союзом. Программа была одобрена и первоначально называлась GOPHER, первым в очень запутанной серии кодовых названий. Демонстрационные полеты начались в начале 1951 года, но новая технология высотных аэростатов была еще незрелой, и хотя план состоял в том, чтобы очень быстро перейти к оперативным полетам, ничего не пошло как надо. Также существовала борьба за ресурсы между программой SKYHOOK ВМС и проектом GOPHER.

К концу 1951 года GOPHER добился очень мало. Однако весной того же года была запущена другая программа ВВС США по использованию аэростатов, получившая название MOBY DICK, целью которой было картирование высотных ветровых потоков. (Программа получила название MOBY DICK, потому что одноименный роман Германа Мелвилла был впервые опубликован столетием ранее, в 1851 году.) MOBY DICK во многом способствовал тому, чтобы GOPHER встал на правильный путь.

Для аэростатов «Моби Дик» была разработана сложная гондольная система, созданная на основе японской технологии фуусен бакудан. Гондола была размером с небольшой ящик и весила 68 килограммов (150 фунтов). С каждой стороны гондолы был прикреплен бункер для перевозки в общей сложности 113 килограммов (250 фунтов) балласта в виде очень мелкой стальной дроби.

Рабочей нагрузкой гондолы был радиопередатчик, позволявший отслеживать движение воздушного шара в зависимости от ветра. Передатчик передавал идентификационный код шара, его высоту и количество оставшегося балласта. Питание осуществлялось от 6-вольтовой автомобильной свинцово-кислотной батареи, при этом передатчик работал в режиме 30 секунд включен / 90 секунд выключен для экономии заряда батареи. Полезная нагрузка была теплоизолирована слоями пенополистирола и алюминиевой фольги, чтобы предотвратить замерзание; также перевозились канистры с водой в качестве «тепловой массы» для поддержания постоянной температуры. Гондола была оснащена мигающими стробоскопами для предотвращения столкновений с самолетами в ночное время. В конце миссии гондола отсоединялась от воздушного шара и падала на землю под небольшим парашютом.

Каждый балластный бункер обычно удерживался закрытым с помощью постоянного магнита. Когда барометр обнаруживал, что уровень балласта слишком низкий, он активировал электромагнит, который отключал постоянный магнит, выбрасывая балластную смесь. Такая конфигурация гарантировала, что отключение электроэнергии не приведет к сбросу всего балласта. При отсоединении гондолы весь балласт автоматически сбрасывался.

Система управления воздушными шарами была разработана таким образом, чтобы шары «Моби Дик» не мешали воздушному движению. При запуске устанавливался таймер, который отсоединял гондолу и прекращал миссию через 100 минут, если шар не достигал высоты 8540 метров (28 000 футов). Миссия автоматически прекращалась через три дня или если шар опускался ниже 8540 метров до этого времени. На гондоле было размещено сообщение на английском, испанском и французском языках, указывающее на то, что за его возвращение будет выплачено вознаграждение в размере 25 долларов США, при этом доставка оплачивается получателем. В сообщении крупными буквами указывалось, что оборудование НЕ представляет опасности. В рамках программы «Моби Дик» планировалось запустить большое количество воздушных шаров, и для обеспечения работы операции была сформирована эскадрилья поддержки.

* План «Моби Дика» предусматривал круглогодичные ежедневные полеты на воздушных шарах. Зимой преобладающие высотные ветры дули с востока, поэтому запуск воздушных шаров осуществлялся с трех площадок на западном побережье: военно-морской авиабазы ​​Верналис, Калифорния; военно-морской авиабазы ​​Тилламук, Орегон; и авиабазы ​​Эдвардс, Калифорния. Летом преобладающие ветры меняли направление, поэтому запуски осуществлялись с авиабазы ​​Седалия, Миссури, и авиабазы ​​Муди, Джорджия. Первоначально отслеживание осуществлялось ВМС США и Службой воздушных путей и связи ВВС США, хотя позже гондолы были оснащены оборудованием, позволяющим отслеживать их станциями мониторинга Федеральной комиссии по связи США. Траектории наносились на карту в центральном пункте управления на авиабазе Лоури, недалеко от Денвера, штат Колорадо.

Первый запуск аэростата «Моби Дик» состоялся 19 февраля 1953 года. Новые полиэтиленовые аэростаты были намного лучше высотных аэростатов 1930-х годов, но имели серьёзный недостаток. Хотя полиэтиленовая оболочка была прочной для своего веса, полиэтиленовая плёнка была очень тонкой — такие аэростаты позже стали называть «летающими пакетами для бутербродов» — и надувание нужно было проводить с осторожностью, чтобы избежать разрыва. Запуски можно было осуществлять только при безветренной погоде. ВВС США разработали схему запуска аэростатов «Моби Дик» при ветре, который в противном случае препятствовал бы запуску, используя так называемый «крытый фургон» — прицеп с высокими бортами и брезентовым верхом, в котором аэростат можно было первоначально надуть. Как только аэростат достигал определённого размера, брезентовый верх отпускался, позволяя аэростату подняться в воздух; процедура надувания завершалась, и аэростат затем выпускался в небо.

К концу программы 30 июня 1954 года было запущено 640 аэростатов «Моби Дик». По разным причинам в ходе программы использовались аэростаты различной конфигурации, диаметром от 15 метров (49 футов) до 25 метров (83 футов), а также различных форм, включая цилиндры; «классическую» сферу с коническим основанием; и «естественную» форму, похожую на перевернутую грушу, которая выравнивала нагрузки на тонкую оболочку. Рабочая высота обычно составляла от 15 250 до 22 900 метров (от 50 000 до 75 000 футов), хотя небольшое количество аэростатов летало на меньших высотах. Типичная продолжительность миссии составляла 20 часов, но некоторые приземлились за 10 часов, а один продержался 92 часа. Большинство приземлились в Северной Америке, а несколько «странствующих» аэростатов пересекли Атлантику: один достиг Испании, а другой — Шотландии. Люди очень ответственно относились к возврату гондол за вознаграждение, и один индеец в Мексике даже привёз одну из них в консульство США на осле.

* Пока ВВС работали над «Моби Диком», параллельно велись работы по разработке бомбардировщика на воздушных шарах, по образцу японского «Фуусен Бакудан». Первоначальные предложения были выдвинуты в конце 1952 года, а официальная программа под названием «Система вооружения 124А (WS-124A)», кодовое название «Летающие облака», была начата в марте 1953 года.

Целью было разработать водородный боевой аэростат для выполнения миссий на дальность до 2775 километров (1500 морских миль) на высоте 11770 метров (38600 футов) с продолжительностью полета до 60 часов. Планировалось разработать методы запуска, позволяющие проводить полеты аэростатов в любых погодных условиях, кроме самых неблагоприятных. Аэростаты должны были нести химические или биологические агенты. Химические вещества должны были распыляться в кассетных бомбах; некоторые источники утверждают, что биологические агенты представляли собой перья индейки, засоленные патогенами, которые должны были сбрасываться ветром, образуя шлейф. По-видимому, наиболее перспективными считались патогены сельскохозяйственных культур — грибковые инфекции, такие как ржавчина пшеницы и пирикуляриоз риса.

Осенью 1954 года было совершено 41 полет на аэростатах типа «Летающие облака». Несмотря на то, что целевая зона была определена в общих чертах, точность оставалась низкой: лишь 24% полетов достигли цели. В отчете, опубликованном в августе 1955 года, концепция была признана нежизнеспособной; учитывая наличие у США ядерного сдерживания, схема «Летающих облаков» была абсурдной. Тем не менее, работа над системами разведывательных аэростатов США продолжалась.

[3.3] Внук / Грейбэк / Генетрикс / Пепельница / Плавильный котёл
* Хотя попытка создания разведывательного аэростата GOPHER оказалась неудачной, программа MOBY DICK показала, что необходимые технологии для выполнения этой задачи, и поэтому в июне 1953 года было принято решение перейти к полномасштабной разработке. Программа была переименована в GRANDSON.

Испытания GRANDSON проводились до августа 1954 года. Основной упор делался на фоторазведку, хотя также существовал интерес к проведению радиоэлектронной разведки (SIGINT) — сбору данных о советских радарах и других «излучателях» с использованием полезной нагрузки в виде аэростата типа «хорь». После завершения испытаний работа перешла к разработке оперативной системы, и программа была снова переименована в GRAYBACK. Оперативная система получила официальное обозначение «Система вооружения 119L (WS-119L)». Некоторые источники утверждают, что использование обозначения «Система вооружения» было прикрытием, но военные рассматривают платформы наблюдения и разведки как «системы вооружения», хотя они фактически ни по кому не стреляют.

В 1955 году президент США Эйзенхауэр представил СССР предложение под названием «Открытое небо», согласно которому обе страны могли бы свободно совершать разведывательные полеты над территорией друг друга, чтобы убедиться, что ни одна из них не планирует войну. Советы отвергли эту концепцию, главным образом потому, что не хотели раскрывать масштабы своей реальной слабости по отношению к Западу. По-видимому, отказ был ожидаемым, и «Открытое небо» в итоге оказалось не более чем пропагандистской акцией, призванной опозорить Советский Союз. Однако США все еще нуждались в разведывательной информации о Советском Союзе, и WS-119L был вариантом, который казался почти готовым к реализации. К сожалению, программа страдала от задержек. Учебные полеты над территорией США были начаты в мае 1955 года под псевдонимом MOBY DICK HI, но результаты были неудовлетворительными, и программа столкнулась с рядом проблем.

Проблемы были решены. У Эйзенхауэра были сомнения по поводу программы разведки на воздушных шарах, но образцы изображений, полученные в ходе испытательных полетов над США, убедили его дать добро в конце 1955 года. Программа была переименована еще раз, в GENETRIX. Параллельная программа, WHITE CLOUD, предполагала полеты на воздушных шарах над Северной Америкой в ​​качестве прикрытия для разведывательных работ. Некоторые источники предполагают, что военные намеренно поощряли сообщения об НЛО, чтобы обеспечить дополнительный уровень прикрытия — в надежде обмануть Советский Союз, заставив его поверить, что над ними пролетают инопланетяне, а не американцы, — но такие утверждения звучат скорее выдуманно, чем убедительно.

* Для WS-119L использовались два типа аэростатов: один с диаметром в надутом состоянии 20 метров (66 футов), а другой — 39 метров (128 футов). Их наполняли водородом для дополнительной подъемной силы. Воспламеняемость не имела значения, наоборот, это было только на пользу: если в гелиевый аэростат попадал снаряд, он просто сдувался и опускался на землю, где его можно было захватить, а если в водородный аэростат попадал снаряд, он загорался и рушился, в надежде разбить гондолу на куски.

Гондола, перевозимая аэростатами WS-119L, была размером примерно с холодильник. Она была плотно изолирована пенополистиролом, чтобы защитить её от холода на большой высоте и обеспечить плавучесть в случае падения в воду. Она включала в себя систему управления, во многом похожую на ту, что использовалась в «Моби Дике», для последовательности операций полёта и выдачи балласта в виде мелкой стальной дроби, хранящейся в бункерах на каждом конце гондолы. Гондола была подобрана парашютом, захваченным с неба грузовым самолётом Fairchild C-119 «Flying Boxcar», буксировавшим петлю.

В гондоле находились две разведывательные камеры, каждая с 500 кадрами крупноформатной пленки высокого разрешения, при этом ракурсы камер были направлены в стороны для обеспечения широкого охвата. Камеры делали снимок каждые несколько минут. Для съемки низкокачественных снимков, необходимых для совмещения с изображениями высокого разрешения, использовалась небольшая 16-миллиметровая камера с широкоугольным объективом; изображения с 16-миллиметровой камеры также записывали высоту аэростата и другие данные. Гондола медленно вращалась с помощью двигателя, обеспечивая круговой обзор на 360 градусов. Система фотоэлементов отключала камеры, когда становилось слишком темно для съемки. Была проведена разработка полезной нагрузки для радиоэлектронной разведки, но она не была готова вовремя.

Система управления включала четыре таймера:

Первый вариант предусматривал сброс полезной нагрузки, если аэростат не достигнет рабочей высоты в течение примерно получаса после запуска.

Второй вариант активирует систему управления балластом примерно через полтора часа после запуска.

Третий вариант активировал бы систему видеонаблюдения, а настройка таймера определялась бы приблизительной оценкой того, сколько времени потребуется воздушному шару, чтобы достичь территории коммунистов.

Четвертый компонент активирует радиомаяк по завершении миссии, чтобы помочь в возвращении полезной нагрузки.
Спасательный самолет отправлял бы код в систему управления, чтобы дать команду сбросить гондолу для эвакуации. Гондола спускалась бы на парашюте, сбрасывая пучки алюминиевых полос или «дипольных отражателей», чтобы сделать ее более заметной на радаре.

Для запуска воздушных шаров было четыре стартовых площадки: по одной в Норвегии, Шотландии, Западной Германии и Турции. Для этой цели была разработана новая система запуска, которая заключалась в пропускании шара через систему роликов по мере его надувания через полиэтиленовую трубку, соединенную сверху. Надутая часть при этом покачивалась в воздухе, отрываясь от земли, а ненадутая часть оставалась натянутой, проходя через ролики. С тех пор метод с использованием роликов стал стандартным для надувания больших полиэтиленовых шаров.

Первая партия из девяти аэростатов была запущена 10 января 1956 года: восемь были запущены из Турции, а один — из Германии. Один из них вышел из строя вскоре после запуска, но остальные восемь продолжили свой путь. В последующие дни были запущены новые аэростаты, и 13 января эскадрилья по возвращению, дислоцированная в Японии и на Аляске, перехватила три сигнала радиомаяков. Все три полезных нагрузки были успешно возвращены.

За первые две недели работы было запущено 219 аэростатов, 52 из которых достигли зоны сбора, и большинство из них были подобраны. Были случаи, когда аэростат не сбрасывал гондолу, а в некоторых случаях самолет C-119 не смог её захватить, в этом случае, если это было возможно, отправлялся вертолет, чтобы подобрать гондолу с земли или моря. Советы не протестовали до 4 февраля, но к тому времени лишь немногие аэростаты долетали до зоны сбора; они явно нашли способ их сбить. Эйзенхауэр приказал прекратить полеты 6 февраля 1956 года, хотя сама программа была закрыта только 1 марта. Было запущено около 448 аэростатов, и около 40 гондол были подобраны. Аэростаты передали некоторые полезные изображения, но их хаотичные траектории полета делали «поимку» делом чистой удачи.

В то время как разрабатывалась система WS-119L, США работали над более совершенной системой наблюдения — высотным разведывательным самолетом Lockheed U-2, создаваемым Центральным разведывательным управлением (ЦРУ). Первый пролет U-2 над СССР состоялся 4 июля 1956 года; Советский Союз был так же возмущен этими полетами U-2, но, несмотря на большие усилия, им наконец удалось сбить один из них только 1 мая 1960 года, после того как зенитные ракеты были широко приняты на вооружение.

* Военно-воздушные силы еще не закончили с воздушными шарами. В 1957 году служба провела программу «Моби Дик V» — буква «V» несколько сбивает с толку, поскольку нет подробностей о программах «Моби Дик II», «III» или «IV» — для проведения исследований высотных ветров.

В 1956 и 1957 годах была проведена еще одна военная программа с использованием аэростатов, предполагающая отбор проб радиоактивных осадков на большой высоте. Разработка этой схемы началась в 1955 году, с первоначальных испытательных запусков в 1956 году из Сан-Паулу, Бразилия, и зоны Панамского канала, за которыми последовали оперативные запуски с авиабаз Лоури, Ларсон и Винсент в США в 1957 и 1958 годах. Программа состояла из двух компонентов: ASH CAN включал в себя полезную нагрузку, которая фильтровала радиоактивные осадки из воздуха, а GRAB BAG собирал полные пробы воздуха. Диаметр используемых аэростатов варьировался от 14,6 метров (48 футов) до 39 метров (128 футов). Полезная нагрузка весила 136 килограммов (300 фунтов) и имела систему управления, заимствованную у аэростатов GENETRIX, но с одним балластным бункером.

Тем временем ВВС США готовились ко второму этапу разведывательной операции на аэростатах против СССР. Аэростаты WS-119L оказались относительно легко перехватываемыми, поскольку работали на высоте 16 750 метров (55 000 футов), в пределах досягаемости советской ПВО, поэтому было принято решение разработать более совершенную систему разведки на аэростатах в рамках программы «WS-461L» или «Плавильный котёл». Новые аэростаты должны были работать на высоте 30 500 метров (100 000 футов) и нести улучшенную систему разведки, построенную на основе высокоразрешающей пленочной камеры HYAC-1. Продолжительность полета аэростатов должна была составлять до месяца, что позволяло им совершать кругосветные полеты; в них использовалась новая схема, которая использовала солнечный нагрев оболочки аэростата для поддержания относительно постоянной высоты с минимальным сбросом подъемного газа и балласта. Эта схема получила название «радиационно-управляемый аэростат (RACOON)».

Трудно точно определить, о чём думало командование ВВС, участвовавшее в проекте MELTING POT. GENETRIX явно был неудачной идеей, а MELTING POT, похоже, лишь повторял одну удачную попытку за другой. По всей видимости, ВВС меньше беспокоились о СССР, чем о ЦРУ и его самолёте-разведчике U-2. Командование ВВС хотело иметь возможности стратегической разведки для противодействия U-2 и не слишком беспокоилось о том, насколько эти возможности заслуживают доверия.

Когда Эйзенхауэр узнал о проекте «Плавильный котёл», он немедленно приказал его уничтожить. Приказ был просто проигнорирован. Три аэростата «Плавильный котёл» были запущены в июле 1958 года с небольшого авианосца типа «джип», USS Windham Bay, у восточного побережья Японии. Из-за различных ошибок все три сбросили свои гондолы над коммунистической территорией. Вскоре президент получил гневный протест от Кремля.

У Эйзенхауэра был очень вспыльчивый характер, который он пытался сдерживать, но это было уже слишком. Он позвонил в Пентагон и обрушился с критикой на заместителя министра обороны Дональда Куорлза, заявив, что если бы тот был тем офицером, который вытворил подобный трюк, он бы застрелился, и предположил, что несколько голов должны полететь, что люди должны либо подчиняться приказам, либо убираться из армии.

Неясно, чьи головы покатились, но стратегических разведывательных полетов на воздушных шарах больше не будет. Хотя «Плавильный котёл» задним числом кажется комедией, разведывательная полезная нагрузка была использована в первых американских разведывательных спутниках CORONA, которые оказались гораздо более эффективной системой разведки. Спутники CORONA возвращали на Землю пленочные изображения в спускаемых капсулах или «ведрах», которые раскрывали парашюты, и их захватывали самолеты-спасатели, используя методы, разработанные для программ разведки на воздушных шарах. И США, и СССР начали регулярно запускать спутники для шпионажа друг за другом, без серьезных протестов с обеих сторон, что сделало предложение Эйзенхауэра об открытом небе практической реальностью.

* В качестве примечания к усилиям по разведке с помощью воздушных шаров в 1950-х годах следует упомянуть также масштабную программу, проводимую Радио Свободная Европа (РФЕ), по распространению пропаганды на восток с помощью воздушных шаров. Первые запуски состоялись в 1951 году с использованием метеорологических шаров, оставшихся после войны, но позже стали использоваться очень дешевые шары, изготовленные специально для этой цели. Шары имели диаметр около 3 метров (10 футов), выглядели как надутые полиэтиленовые мешки для одежды и несли что-то похожее на коробку из-под обуви с листовками, книгами или плакатами внутри.

Воздушные шары RFE
В общей сложности было запущено 350 000 пропагандистских воздушных шаров. Эксплуатация шаров была прекращена в 1956 году, поскольку RFE приобрела более мощную систему передатчиков с очень большой дальностью действия. Одной из других причин могла быть катастрофа чешского авиалайнера в том же году, которую красная пропаганда приписала шарам, хотя существовали сомнения в том, что эти маленькие и хрупкие шары представляют большую угрозу для воздушного движения, чем обычные метеорологические зонды. Американский евангелист Билли Джеймс Харгис также проводил свою собственную пропагандистскую кампанию с использованием воздушных шаров, примерно параллельно с RFE, используя листовки с цитатами из Библии.

* В качестве второго примечания, российские источники утверждают, что разведывательные полеты на воздушных шарах над СССР продолжались в 1970-е годы и позже. Согласно российским данным, 1975 год был особенно активным для полетов на воздушных шарах: зафиксировано 16 вторжений и 13 сбитых шаров. Эти утверждения не подтверждаются информацией, опубликованной о разведывательных полетах американских воздушных шаров. Данные о встречах советских истребителей-перехватчиков с воздушными шарами подробны и конкретны, и нет веских причин сомневаться в их существовании — но что же делали воздушные шары над Советским Союзом?

Вполне вероятно, что Советы с энтузиазмом преследовали метеорологические и исследовательские аэростаты, заблудившиеся в их воздушном пространстве, хотя, конечно, трудно исключить существование другой «секретной» программы разведывательных аэростатов, которая еще не рассекречена. Однако тогда остается загадкой, в чем могла заключаться цель миссии, поскольку к 1970-м годам космическая разведка была хорошо развита, а попытка разведки с помощью аэростатов в 1950-х годах потерпела сокрушительный провал; если аэростаты были частью разведывательной программы, то это должна была быть специализированная программа. Кто знает? Возможно, это была попытка проверить советскую противовоздушную оборону, и аэростаты должны были быть сбиты.

Другая возможность заключается в том, что воздушные шары были запущены частными организациями в разных странах. Начиная с 2003 года, южнокорейская группа активистов отправляет в Северную Корею воздушные шары с посылками, содержащими дешевые радиоприемники, одежду и пропагандистские брошюры, что вызывает раздражение у правительства в Пхеньяне. Учитывая, что стоимость такой «воздушной атаки» вполне по силам частным группам со скромными средствами, подобные действия могли проводиться вне официальных каналов и без соблюдения официальных протоколов.

* В качестве третьего примечания следует отметить, что Советский Союз, вдохновившись полетами аэростатов, создал в 1956 году «экспериментальное конструкторское бюро» под обозначением «ОКБ-424», также известное как «Конструкторское бюро долгопрудного автомата (ДКБ)». По всей видимости, ДКБ проектировал аэростаты размером не меньше, а то и больше, чем аэростаты WS-119L, но также и в нескольких меньших размерах. Предполагаемые задачи включали фоторазведку или радиоэлектронную разведку; сброс зажигательных бомб или пропагандистских листовок; сброс «дипольных отражателей» для дезориентации радаров противника; или использование радиолокационных отражателей в качестве ложных целей или учебных мишеней. О советской программе создания аэростатов известно не так много, но, по всей видимости, она существует до сих пор.

0

20

https://pereval1959.kamrbb.ru/?x=read&a … 0#reply_18
https://elibrary.ru/item.asp?id=26383326

СОВЕТСКАЯ ВОЕННАЯ АВИАЦИЯ НА КАВКАЗЕ В ГОДЫ "ХОЛОДНОЙ ВОЙНЫ"
КУШНЕРЕВ В.В.1
1 Краснодарское высшее военное авиационное училище летчиков им. Героя Советского Союза А.К. Серова
...

- только с 1950 г. по 1970 г. лётчиками 627-го гвардейского авиационного полка сбито 28 воздушных шаров-шпионов, а капитаном Б. Г. Цибизовым перехвачен самолёт-нарушитель государственной границы СССР;
- в октябре 1965 г. лётчики 562-го иап К. Н. Никонов и Э. В. Белоусов сбили над Анапой шпионский воздушный шар;
- в августе 1974 г. лётчик 171-го иап майор Ломановский сбил иностранный автоматический аэростат;
- капитан А. И. Сниншиков, лётчик 562-го иап, дважды 19 августа и 5 сентября 1975 г. на самолётах МиГ-19п и Як-28п уничтожил автоматические дрейфующие аэростаты;

https://pereval1959.kamrbb.ru/?x=read&a … 0#reply_87
http://www.c-and-e-museum.org/Pinetreel … ieb-1.html

Гибельштадт, Западная Германия
1956 – Проект GENETRIX – Различные источники
Предоставлено Центральным разведывательным управлением.

В то время как ЦРУ завершало последние приготовления к полетам самолетов U-2, ВВС начали разведывательный проект, который вызвал значительные протесты по всему миру и поставил под угрозу существование программы полетов U-2 еще до ее начала. Проект GENETRIX предполагал использование аэростатов с камерами для получения высотных фотографий Восточной Европы, Советского Союза и Китайской Народной Республики. Этот проект зародился в результате исследования корпорации RAND в 1951 году. К концу 1955 года ВВС преодолели ряд технических проблем в конструкции камер и методах их возвращения и изготовили большое количество аэростатов для использования в проекте. Президент Эйзенхауэр дал свое одобрение 27 декабря 1955 года, и две недели спустя начались запуски с баз в Западной Европе. К концу февраля 1956 года ВВС запустили в общей сложности 516 аэростатов.

Проект GENETRIX оказался гораздо менее успешным, чем надеялись его спонсоры. После запуска аэростаты зависели от преобладающих ветров, и многие из них имели тенденцию дрейфовать в сторону Южной Европы, а затем через Черное море и пустынные районы Китая. Таким образом, эти аэростаты пропустили основные целевые районы, расположенные в высоких широтах. Большое количество аэростатов не смогли пересечь территорию Советского Союза и Китая: некоторые были сбиты вражескими самолетами, другие преждевременно израсходовали балласт и слишком рано спустились. В итоге удалось вернуть только 46 полезных нагрузок (еще одну через год, а последнюю — только в 1958 году) из 516 запущенных аэростатов. В четырех из этих нагрузок камера вышла из строя, а в восьми других фотографии не представляли никакой разведывательной ценности. Таким образом, только 34 аэростатам удалось получить полезные фотографии. Это составило более 13 000 снимков, большая часть которых была сделана в Сибири и Северном Китае.

Низкий процент успеха проекта GENETRIX был не единственной проблемой; гораздо более серьезной была буря протестов и неблагоприятная огласка, вызванная полетами аэростатов. Хотя ВВС США распространяли версию о том, что аэростаты использовались для метеорологических исследований в рамках Международного геофизического года, страны Восточной Европы решительно протестовали против этого проекта в США и перед международными авиационными властями, утверждая, что аэростаты представляют опасность для гражданских самолетов. Советский Союз направил США и странам, из которых были запущены аэростаты, ноты протеста в жесткой форме. Советы также собрали многочисленные полиэтиленовые газовые баллоны, полезные нагрузки от камер и передатчики с аэростатов GENETRIX и выставили их на всеобщее обозрение в Москве для мировой прессы.

Вся эта шумиха и протесты привели президента Эйзенхауэра к выводу, что «воздушные шары дают больше законных оснований для раздражения, чем пользы, получаемой от них», и он приказал остановить проект. 7 февраля 1956 года государственный секретарь Даллес сообщил Советскому Союзу, что больше не будет запускаться аэростатов для «метеорологических исследований», но не принес извинений за пролеты.

Несмотря на ажиотаж, вызванный проектом GENETRIX, начальник штаба ВВС Твайнинг всего пять недель спустя, в середине марта 1956 года, предложил еще один проект с использованием аэростатов. Этот проект предполагал использование еще более высоколетающих аэростатов, чем GENETRIX, и должен был быть завершен через 18 месяцев. Однако президент Эйзенхауэр сообщил ВВС, что он «больше не заинтересован в аэростатах».

Хотя качество фоторазведывательных данных, полученных в рамках проекта GENETRIX, было ограничено, это всё же были одни из лучших и наиболее полных фотографий Советского Союза со времён Второй мировой войны. Их называли «пионерскими» снимками, поскольку они заложили основу для всей будущей аэрофотосъёмки. Даже безобидные фотографии таких объектов, как леса и ручьи, оказались ценными в последующие годы, когда снимки с самолётов U-2 и спутниковые снимки выявили строительную деятельность.

Однако еще большее значение для программы U-2 имели данные, полученные радарами США и НАТО при отслеживании траекторий воздушных шаров — средняя высота которых составляла 45 800 футов — над территорией советского блока. Эти данные предоставили наиболее точную на тот момент информацию о высотных ветровых потоках, знания о которых метеорологи впоследствии смогли использовать для определения оптимальных траекторий полета U-2.

Одно совершенно случайное обстоятельство в рамках проекта GENETRIX не имело никакого отношения к камерам, а было связано со стальным стержнем. Этот стержень выполнял двойную функцию: к его верхней части крепилась такелажная система огромного полиэтиленового газового мешка, а к нижней – оборудование для камер и автоматической балластировки. По чистой случайности длина стержня – 91 сантиметр – соответствовала длине волны радиочастоты, используемой советским радаром, известным под обозначением НАТО как TOKEN. Это был радар S-диапазона, используемый советскими войсками для раннего предупреждения и перехвата с наземного контроля. Стержень на аэростатах GENETRIX резонировал при попадании импульсов радара TOKEN, что позволило операторам радаров на американских и натовских объектах на периферии Советского Союза обнаружить ряд ранее неизвестных радаров TOKEN.

Полученные с помощью радаров данные, в сочетании с другими перехватами, произведенными во время полетов воздушных шаров, предоставили обширную информацию о радиолокационных сетях стран Варшавского договора, радиолокационных комплексах и методах перехвата с наземного управления. Анализ этих перехватов выявил высотные возможности и точность слежения радаров, методы, используемые странами Варшавского договора для взаимного оповещения о пролете воздушных шаров (передача эстафеты), а также высоты, на которых советские самолеты могли перехватывать воздушные шары. Вся эта информация может быть непосредственно применена в будущих миссиях самолетов U-2.

Положительные результаты проекта GENETRIX не перевесили политических последствий международных протестов. Сотрудники ЦРУ были обеспокоены тем, что негативная реакция на полеты воздушных шаров может испортить отношение администрации Эйзенхауэра ко всем полетам, включая полеты самолета U-2, который был почти готов к развертыванию. Поэтому в феврале 1956 года заместитель начальника штаба ВВС Кэбелл написал начальнику штаба ВВС Твайнингу, предостерегая от дальнейших полетов воздушных шаров из-за «дополнительного политического давления, оказываемого на все операции и полеты воздушных шаров, что увеличивает трудности в принятии политических решений, которые позволили бы проводить такие операции в будущем».

Помимо беспокойства о будущем программы U-2, Агентство опасалось, что гнев президента Эйзенхауэра по поводу полетов воздушных шаров может привести к сокращению программы использования воздушных шаров, которую Комитет свободной Европы — тайная операция Агентства, базирующаяся в Западной Германии, — использовал для распространения пропагандистских листовок над Восточной Европой.

Фото предоставлено Робертом Крейгом Джонсоном.

10 января 1956 года девять полупрозрачных полиэтиленовых аэростатов поднялись с земли и взмыли в воздух, оторвавшись от американских баз в Инджирлике (Турция) и Гибельштадте (Западная Германия) (1 запуск), положив начало неудачной попытке получить разведывательную информацию о СССР с помощью беспилотных свободно летающих аэростатов. Первое возвращение полезной нагрузки с аэростата в воздухе произошло 13 января 1956 года. Проект «Генетрикс» положил начало технологии полиэтиленовых аэростатов, недавно использованной в первом пилотируемом кругосветном путешествии, и, по всей вероятности, положил начало увлечению НЛО, породившему теории заговора и телесериалы по всему миру. Но, похоже, они принесли мало полезной разведывательной информации, по крайней мере, по сравнению с политическим и дипломатическим ущербом, который они нанесли. И, что роковое, именно они подтолкнули Советский Союз к вложению ресурсов в высотную систему противовоздушной обороны, которая в конечном итоге привела к гибели Фрэнсиса Гэри Пауэрса, программ полетов над территорией противника и к потере любых шансов на скорейшее урегулирование холодной войны путем переговоров.

Программа «Генетрикс» получила импульс благодаря, пожалуй, самой большой слабости американской разведки — склонности рассматривать каждого реального или потенциального врага как более мощную и ещё более боеспособную версию самого себя. Соединённые Штаты закончили Вторую мировую войну, будучи крупнейшей и самой продуктивной экономикой в ​​мире. Они обладали самым мощным в мире военно-морским и военно-воздушным флотом и продемонстрировали способность сокрушать даже технически превосходящих противников, располагая огромным количеством более надёжной и качественной техники. Что наиболее важно, они обладали ядерным оружием и огромным отрывом в науке и технологиях, необходимых для его производства и доставки. И всё же Америка боялась, будучи уверенной, что её превосходит по вооружению и численности умирающее социалистическое государство, понесшее самые большие человеческие и материальные потери среди всех воюющих держав. Какими бы хорошими ни были американские бомбардировщики, подводные лодки, авианосцы, ракеты и танки, американцы всегда верили, что у Советского Союза есть нечто лучшее и более многочисленное.

Как мы теперь знаем, широко разрекламированное военное превосходство Советского Союза в 1950-х и начале 1960-х годов было огромным блефом. «Бомбардировочный разрыв», «ракетный разрыв» и предполагаемые полчища танков, которые будоражили воображение настороженных западных военных планировщиков, в значительной степени или полностью отсутствовали. Но в 1940-х и 1950-х годах у Соединенных Штатов не было возможности знать это наверняка. Советский Союз был, как выразился Черчилль, «загадкой, окутанной тайной внутри головоломки». Военные атташе, торговые делегации, торговые и культурные секретари, туристы, приезжающие ученые, даже иностранные коммунисты находились под очень строгим контролем, находясь за «железным занавесом», и им был запрещен доступ в большую часть страны. Для общества, чрезмерно открытого (вспомним, как президент Джонсон демонстрировал всем подряд свои хирургические шрамы, а врачи подробно описывали состояние толстой кишки Рейгана в интересах откровенности и полноты), советская позиция была откровенно угрожающей. Америка же считала, что должна увидеть, что скрывают русские, и что имеет на это право в целях самозащиты.

Конечно, русские видели ситуацию совсем иначе. Советы считали себя мирными жертвами бесконечной западной агрессии. Запад держал рабочий рай в нищете и беззащитности посредством бесконечной кампании саботажа, подрывной деятельности, экономической блокады и открытой войны, начиная с интервенции 1919 года, через Антикоминтерновский пакт и совсем недавно — немецкого вторжения. К 1945 году Советский Союз был полон решимости положить конец этой угрозе раз и навсегда, создав сильную оборону, основанную на здравой социалистической экономике. Для этого ему отчаянно нужна была передышка, шанс оправиться от ужасных потерь военных лет, не обремененный западными преследованиями. Однако такая передышка могла быть получена только в том случае, если западная агрессия будет на время сдержана. Как сдержать агрессора, когда ты, по сути, практически бессилен? Блефовать.

В первые послевоенные годы единственным действенным сдерживающим фактором для СССР были блефы. Для их поддержания страна шла практически на любые меры. Чтобы сохранить в тайне фактическое состояние своей армии и промышленности, Советский Союз закрыл свои границы, ограничил передвижение иностранных граждан и запретил своим гражданам выезжать (и общаться) за границу. Он поддерживал агрессивную и эффективную контрразведывательную службу. И прежде всего, он делал все возможное, чтобы предотвратить пролеты самолетов над своей национальной территорией.

Таким образом, миссии Genetrix поставили США и СССР в тупик по причинам, которые ни одна из сторон толком не понимала. США чувствовали угрозу со стороны советской секретности и имели право ответить на эту угрозу. СССР рассматривал секретность как свое единственное эффективное оборонительное оружие, а призывы Запада к большей открытости (от просьб о культурном обмене до предложений Эйзенхауэра об «открытом небе») — как попытки разоружить его. Эти соображения объясняют огромные усилия, затраты и энергию, которые Соединенные Штаты и Советский Союз потратили на программу запуска воздушных шаров.

Как часто подчеркивают в статьях на обложках журналов, программа аэростатной разведки началась с серии исследований стратосферы и сбора метеорологических данных в 1930-х годах. Эти небольшие аэростаты диаметром от 12 до 16 футов показали, что свободно летающие шары могут совершать предсказуемые полеты на большие расстояния и значительные высоты, неся при этом полезный груз.

Во время Второй мировой войны Великобритания и Япония продолжили довоенные работы по созданию дальнобойного наступательного оружия. В рамках японской программы «Фу-Го» с ноября 1944 года до конца войны с баз в Японии было запущено около 9300 бумажных аэростатов диаметром 9 метров (33 фута) против США. Каждый аэростат нес четыре 5-килограммовые зажигательные бомбы и одну 15-килограммовую осколочную бомбу или 12-килограммовую термитно-зажигательную бомбу. Японские аэростаты сковали несколько истребителей ВВС и ВМС США, но в остальном не принесли существенных результатов. Один из них убил женщину и пятерых детей в Орегоне. Однако программа «Фу-Го» показала, что простая система управления позволяет аэростату летать на межконтинентальных расстояниях на постоянной высоте. Британская программа «Внешний полет» оказалась гораздо более успешной с военной точки зрения. «Внешний полет» был нацелен на нацистскую энергосистему, объект, особенно уязвимый для атак аэростатами. Британия запустила 99 142 воздушных шара: 53 543 с зажигательными бомбами и 45 599 с длинным тонким медным проводом. 12 июля 1942 года один из последних вызвал короткое замыкание в линии электропередачи напряжением 110 000 вольт недалеко от Лейпцига, что и привело к закрытию всей программы. Система защиты от перегрузки на электростанции в Болене не смогла достаточно быстро отреагировать на короткое замыкание такой величины. Генератор вышел из строя, загорелся и уничтожил электростанцию ​​вместе с её незаменимыми генераторами.

В послевоенный период прочный и легкий полиэтилен позволил создавать гораздо более крупные и высоколетающие аэростаты. Первоначально они использовались в основном для высотных исследований в рамках проекта «Скайхук» ВВС США . Но растущая секретность СССР и эскалация международной напряженности вскоре сделали их потенциал в области сбора разведывательной информации первостепенной задачей. К тому времени, когда СССР отклонил предложение Эйзенхауэра об «открытом небе» в Женеве в 1955 году, разведка с помощью аэростатов приобрела приоритет, равный разработке водородной бомбы. Это наложило покров секретности на программы использования аэростатов, которые вскоре породили целую субкультуру НЛО.

После серии испытательных и опытно-конструкторских полетов под кодовыми названиями «Грандсон» и «Грейбэк» вскоре после Нового года 1956 года были совершены первые эксплуатационные полеты под кодовым названием «Генетрикс» . Аэростаты «Генетрикс» были намного больше любых метеорологических зондов и превосходили по размерам все, что было опробовано во время войны. Диаметр каждого из них на большой высоте составлял 100 футов (30 м) или более. Хотя серебристая пластиковая оболочка делала аппараты хорошо заметными в хорошую погоду, она также затрудняла их отслеживание радаром. На запланированной крейсерской высоте 72 000 футов (22 153 м) они были бы практически неуязвимы для советской обороны. Эксплуатационные аэростаты запускались бы с баз в Турции и Западной Германии, а также с авианосцев ВМС США и могли бы летать от 5 до 7 дней, чего было бы более чем достаточно для транзита через Советский Союз. После возвращения в дружественное воздушное пространство кодированный радиосигнал отсоединял бы гондолу, и аппарат спускался бы на парашюте. Затем специально модифицированный транспортный самолет C-119F захватывал бы груз на высоте 20 000 футов и сматывал его до тех пор, пока специалисты не смогли бы затащить его в грузовой отсек самолета.

спасательный самолет C-119F
К сожалению, многое пошло не по плану. По причинам, которые так и не были объяснены, ВВС США ограничили рабочую высоту аэростатов Genetrix до 55 000 футов (16 925 м) вместо запланированных 72 000 футов (22 153 м). Это снизило высоту, на которой советская оборона могла их обстреливать. Поскольку они достигали максимальной высоты только в полдень и снижались во второй половине дня, когда начинали остывать, они летали еще ниже в течение нескольких часов в светлое время суток. Планируя атаки истребителей на рассвете и позднем вечере, советские войска смогли перехватить их относительно легко. Непродуманное добавление металлического «подъемного шеста» (для облегчения извлечения гондол, упавших в море) значительно увеличило радиолокационную заметность аэростата, сделав его легко видимым для советских радаров раннего предупреждения и слежения. Офицеры наземного управления перехватом могли использовать это предварительное предупреждение для оптимального позиционирования истребителей для атак в уязвимые периоды. Установленная ВВС меньшая высота полета также вызвала непредвиденные конструктивные проблемы. Более неустойчивые ветры на меньшей высоте заставляли аэростаты сбрасывать балласт и выпускать газ быстрее, чем планировалось. Когда балласт исчезал, аэростаты непрерывно выпускали газ, пока, находясь еще над советским Дальним Востоком, не опускались ниже безопасной высоты в 30 000 футов и не самоуничтожались. Из 219 аэростатов, запущенных за две недели в начале проекта, когда Советы были еще не готовы, 167 были потеряны, не достигнув районов сбора. После этого потери резко возросли, и за один четырехдневный период ни один из 112 запущенных аэростатов не пересек территорию СССР. Даже когда это происходило, их часто не удавалось успешно вернуть. Устройство радиосвязи оказалось крайне ненадежным, а захват аэростатов в воздухе представлял собой сложную и порой опасную задачу. Самолет C-119 был аэродинамически плохо приспособлен для этой миссии, даже после замены обычного поворотного хвостового оперения на хвостовое оперение типа «бобровый хвост» и рампу. Из-за большого количества дополнительного топлива его летные характеристики на высоте 20 000 футов были неудовлетворительными.

Хуже того, то, что должно было стать тайной, малозаметной операцией, оказалось совсем не таким. На высотах от 35 000 до 55 000 футов, на которых обычно летали воздушные шары, их полиэтиленовые оболочки были хорошо видны как при дневном, так и при лунном свете. Одних только их размеров было достаточно, чтобы развеять иллюзию, будто это метеорологические зонды. Но шары также были захвачены целыми. Оболочки и полезные нагрузки Genetrix упали в России и в нейтральных странах. Гондолы и их компрометирующие полезные нагрузки были обнаружены, несмотря на заверения специалистов проекта, которые гарантировали их уничтожение. Эйзенхауэр опасался, что США предоставили СССР потенциально разрушительное пропагандистское оружие и удобный повод для агрессивных действий против западных союзников. Шпионаж в мирное время по-прежнему в целом рассматривался как акт войны и нарушение международного права. Таким образом, несмотря на ценные фотографии, которые иногда удавалось восстановить (8% территории СССР и Китая было нанесено на карту с использованием изображений Genetrix ), программа не стоила дальнейшего риска, и Эйзенхауэр остановил ее — на время.

Операция по восстановлению C-119
Discoverer XIV стал первым спутником, который был выведен из орбитального космического аппарата и подхвачен в воздухе 18 августа 1960 года. Капсула была запущена на ракете-носителе Thor. Над Аляской после 17-го витка вокруг Земли ракета Agena вывела Discoverer XIV из носовой части, и тормозные двигатели, прикрепленные к спускаемому аппарату, сработали, чтобы замедлить его для возвращения с орбиты. После входа в атмосферу Discoverer XIV выпустил парашют и поплыл к Земле. С третьей попытки самолет C-119 ВВС США из 6593-й испытательной эскадрильи, базирующейся на авиабазе Хикэм, Гавайи, успешно зацепил парашют, а спасательное оборудование тянулось за самолетом. Затем оператор лебедки на борту C-119 стянул Discoverer XIV после его 27-часового путешествия в космос протяженностью 450 000 миль. Оборудование и методы для извлечения капсул с данными из воздуха были разработаны в рамках более ранней программы аэростатной разведки под названием Project GENETRIX. Извлеченная из воздуха капсула также содержала камеру, и это была первая успешная миссия Corona. Пленка была извлечена из капсулы и отправлена ​​в Вашингтон, округ Колумбия, с соблюдением максимальной безопасности. Фотографии показали большее покрытие, чем все 24 предыдущих полета U-2 вместе взятые. Разрешение составляло 35-40 футов по сравнению с двумя футами у U-2.

Фото предоставлено Джоэлом Карпентером.

Эскадрильи слежения и возвращения были признаны готовыми к развертыванию летом 1955 года, вскоре после того, как Советский Союз отклонил предложение об открытом небе. Под прикрытием якобы научного проекта «Моби Дик» были созданы пункты слежения WS-119L на Гуаме, Филиппинах, Мидуэе, Окинаве (Япония) и Аляске. К концу октября 2500 аэростатов и их экипажи были переброшены на пять стартовых площадок в Европе: Гардермоен (Норвегия), Эвантон (Шотландия), Оберпфаффенхофен и Гибельштадт (Западная Германия) и Инджирлик (Турция). Несколько дней спустя пятьдесят самолетов C-119 для возвращения были переброшены на Окинаву (Япония) и Аляску. К концу ноября 1955 года Советский Союз был окружен общеполушарной сетью пунктов запуска, слежения и возвращения аэростатов. Кодовое название проекта было изменено на «Генетрикс», и стартовые площадки были готовы к выполнению приказов. Ввиду высокой чувствительности проекта, разрешение на начало облетов должно было поступить непосредственно от президента Эйзенхауэра, который был далеко не в восторге от использования того, что он считал «грязными трюками» в разведке.

С конца лета 1955 года, чтобы обеспечить прикрытие для WS-119L, подставной организации ЦРУ, Национальный комитет за свободную Европу, управлявший радио «Свободная Европа», запускал в небо над Восточной Европой сотни небольших воздушных шаров с пропагандистскими листовками, что вызывало сильное беспокойство у Советского Союза. Затем, 9 января 1956 года, по запросу Госдепартамента, ВВС начали широко разрекламированную серию полетов метеорологических шаров «Белое облако», чтобы еще больше запутать историю с воздушными шарами. Шары «Белое облако» были практически идентичны разведывательным аппаратам Genetrix, за исключением гондол, в которых находилось только научное оборудование. Затем был выпущен пресс-релиз, объясняющий, что вскоре будут запущены аналогичные шары с камерами, «для фотографирования облаков». После заключительной встречи с госсекретарем Джоном Фостером Даллесом и заверений Дональда Куорлза в том, что потенциальные выгоды от разведывательного проекта стоят рисков, Эйзенхауэр неохотно дал свое согласие. 10 января первая волна запусков Genetrix — один из Западной Германии и восемь из Турции — поднялась в стратосферные воздушные потоки, чтобы начать свои миссии. На следующий день из Германии было запущено еще девять. 12-го числа с базы в Шотландии был запущен еще один, в дополнение к семи с немецких площадок. В течение последующих четырех дней с различных баз запускалось по десять WS-119L. 17-го числа темп был увеличен до двадцати в день. В течение двух недель с начала проекта в небо над СССР было отправлено более двухсот Genetrix. К 13 января три аэростата, уцелевшие после первой волны, покинули советское воздушное пространство. Гондолы были успешно срезаны по радиосвязи и подхвачены самолетами C-119. В последующие дни в зонах посадки появлялся примерно один Genetrix на каждые четыре запущенных. Эйзенхауэр и Даллес были готовы к ожидаемым протестам со стороны Советского Союза. Дни тянулись неделями. Советы оказались в затруднительном положении. Хотя их, очевидно, возмущали пролёты самолётов, они не хотели привлекать внимание к своей уязвимости перед подобной тактикой. К концу января, в отсутствие жалоб, ВВС решили повысить целевой показатель частоты запусков до тридцати в день, а затем до сорока. 3 февраля самолёт Genetrix, запущенный с аэродрома Гардермоен, пролетел над Осло. В течение следующих двух часов, пока сверкающий овальный объект дрейфовал над головой, жители норвежской столицы и её пригородов присылали множество сообщений об НЛО.

За фасадом официального молчания Советы не так-то легко были обмануты. Они, несомненно, знали о приближении воздушных шаров, но даже в этом случае требовалось время, чтобы разработать эффективную тактику противодействия высоко летающим нарушителям. США дали им лазейку: в последний момент максимальная высота полета WS-119L была установлена ​​на уровне 55 000 футов, а минимальная высота, на которой балласт автоматически сбрасывался для предотвращения дальнейшего снижения, была запрограммирована примерно на 49 000 футов. Это было как минимум на 15 000 футов ниже рабочих высот, на которых могли летать эти устройства. Таким образом, истребитель МиГ-15, работающий на полной мощности в разреженном воздухе на высоте более 50 000 футов, имел бы краткую возможность сбить Genetrix. Советы также располагали тяжелыми зенитными артиллерийскими орудиями, способными запускать снаряды на такие высоты. (По иронии судьбы, радары Fire Can, управлявшие перехватчиками и орудиями, были основаны на моделях старого американского SCR-584, предоставленных по программе ленд-лиза, — того же типа, который использовался в рамках проекта Sunset для борьбы с японскими аэростатами Fu-Go десятилетием ранее, и того же типа, который широко использовался в США для отслеживания целей метеорологических аэростатов RAWIN). Советы, несомненно, столкнулись с теми же трудностями, что и ВВС США, в обнаружении и отслеживании японских Fu-Go и собственных пластиковых аэростатов, но они быстро поняли, что WS-119 находятся на наиболее уязвимой минимальной высоте, когда их подъемный газ наиболее холодный — сразу после рассвета и непосредственно перед закатом, в те же часы, когда низкий угол наклона солнца делает их блестящие оболочки наиболее заметными. Причина выбора низкой крейсерской высоты неизвестна. Возможно, Эйзенхауэр считал, что пролеты Genetrix будут выглядеть менее провокационными, если у Советов будет хотя бы шанс сбить эти устройства.

Используя эти уязвимости, Советы вскоре сорвали атаку Genetrix. Американские спасательные команды начали отмечать резкое снижение числа аэростатов, покидающих советское воздушное пространство, и к концу января аэростаты вообще перестали прибывать. Стартовые площадки не выполняли ежедневные квоты, и даже когда Genetrix благополучно заходили в зоны посадки, их приемники команд часто давали сбои, препятствуя срезанию и извлечению полезной нагрузки. Становилось все более очевидно, что Советы хорошо осведомлены о проекте. Эйзенхауэр и его советники рассматривали возможность прекращения программы к началу февраля. Наконец, 4 февраля произошло неизбежное. Андрей Громыко, заместитель министра иностранных дел СССР, официально направил послу США в Москве «решительный протест» по поводу «грубого нарушения советского воздушного пространства» «воздушными сферами»:

Подвешенное к воздушным сферам оборудование включает в себя автоматические фотокамеры для аэрофотосъемки, радиопередатчики, радиоприемники и другие устройства... Расследование показало, что эти сферы и подвешенное к ним оборудование изготовлены в Соединенных Штатах.

В ответ ВВС потребовали от своих экипажей запустить как можно больше ракет Genetrix. Но Эйзенхауэру это надоело. Утром 6 февраля Фостер Даллес попросил Куорлза остановить операцию. В течение следующих нескольких дней несколько WS-119L продолжали застревать в районах посадки, и пока их комплекты камер обеспечивались сохранностью, Госдепартамент благочестиво придерживался версии о метеорологических зондах:

Правительство США с удовольствием предоставляет информацию, дополняющую уже имеющиеся общедоступные сведения. Под эгидой США проводится метеорологическое исследование путем запуска аэростатов, которые фактически являются миниатюрными «спутниками» и остаются в воздухе в течение нескольких дней на очень значительной высоте...

Нагло, но в заявлении фактически содержалась просьба к Советскому Союзу вернуть полезные нагрузки от воздушных шаров, упавших на их территорию. Армия и ВВС США сообщили, что советские метеорологические зонды были обнаружены в Японии и на Аляске в последние недели, и предложили обменять их на американские устройства. Вместо этого, вечером 9-го числа, в знак праведного негодования, Советы выставили остатки примерно пятидесяти разорванных воздушных шаров и гондол перед резиденцией Молотова в Москве. Они резко раскритиковали администрацию США за то, что она опасно приблизилась к войне, занимаясь воздушным шпионажем в мирное время. Советы гневно утверждали, что пиратские устройства не только могут фотографировать территорию СССР, но и могут нести биологическое оружие, имея в виду проект «Летающие облака».

За месяц работы над проектом было запущено 448 аэростатов Genetrix. Из этого числа (незначительная часть от запланированных 2500) 34 гондолы были возвращены с пригодной для использования пленкой. Из них было получено около 13 000 кадров, показывающих случайные участки советской и китайской глубинки — миллион квадратных миль заснеженных лесов, ледяных озер, ферм, заводов и гор. Сообщается, что Genetrix обнаружил только одну значимую цель — комплекс по производству ядерных материалов. Результаты секретной, но на удивление заметной разведывательной операции с использованием аэростатов, которая вызвала столько трагедий, путаницы и слухов внутри страны и за рубежом, казались едва ли оправданными.

Предоставлено Национальным архивом Канады.

Приведенные ниже сведения взяты из официальных исторических отчетов 61-й эскадрильи радиолокационных станций дальнего действия Королевских ВВС Канады, которая функционировала в Меце, Франция, в период с августа 1955 года по декабрь 1962 года.

10 января 56

В связи с запланированным запуском множества метеорологических аэростатов, получивших прозвище «Волейбольный мяч», с площадок в Оберпфаффенхофене и Гибельштадте в Западной Германии американскими ведомствами, а также из-за неизвестной реакции, которую могут вызвать эти аэростаты, авиационная дивизия запросила увеличение численности сил противовоздушной обороны. Резервные подразделения Zulu в каждом из крыл, не выполняющих обычные задачи Zulu, будут приведены в состояние готовности в обычное время Zulu. В каждом из соответствующих крыл будет по два резервных подразделения. Первый «Волейбольный мяч» был запущен из Гибельштадта в 23:50 по Гринвичу.

11 января 56 г.

Первая реакция на "волейбол" поступила от разведывательного патруля ВВС США, который отслеживал объект 508C, идентифицированный как "Враждебный" , направлявшийся к воздушному шару в 19:33 по Гринвичу.

12 января 56

Выпуск фильмов на волейбольную тематику продолжается.

13 января 56 г.

Ограниченный тираж фильма «Волейбол» будет выпущен в течение дня.

16 января 56

Релизы "Волейбола" начались с девяти релизов за ночь.

19 января 56

В течение дня выйдет шесть выпусков фильма "Волейбол".

20 января 56

Семь «волейбольных мячей» за ночь, 11 бросков в течение дня.

23 января 56

Одиннадцать "волейбольных мячей", но в остальном дела идут неважно.

24 января 56

Волейбольные мячи запрещены.

25 января 56

Потребность в резервных зулусах снизилась. Реакция на воздушные шары была незначительной.

26 января 56

Десять запусков «Волейбольного мяча». Трек 438, зафиксированный YJ на расстоянии 245 морских миль; направление на восток, Angels 50, скорость 40 узлов. Идентифицирован как воздушный шар и позже замечен центрами координации ВВС США.

27 января 56

Запасной игрок в волейбол Зулус восстановлен в команде.

28 января 56

Десять релизов на тему «Волейбол».

29 января 56

Шесть релизов на тему «Волейбол».

30 января 56

11 релизов на тему «Волейбол». Низкая активность из-за плохой погоды.

3 февраля 56 г.

Десять релизов на тему «Волейбол».

20 февраля 56

Выпуск фильма «Волейбол» приостановлен по политическим причинам.

Комментарий к веб-сайту Pinetree Line: Интересно отметить, что истинная природа проекта Genetrix не была раскрыта другим странам НАТО в то время. В историческом документе от 10 января 1956 года 61-й эскадрильи AC&W, Мец, Франция, упоминается «планируемый запуск множества метеорологических аэростатов». Также интересно отметить, что существовала достаточная обеспокоенность, чтобы потребовать увеличения численности сил быстрого реагирования для резервных подразделений Zulu в каждом из крыл. Следует упомянуть, что 1-я авиационная дивизия в то время состояла только из F-86 Sabre, но с тремя эскадрильями по 20 Sabre в каждой это указывает на наличие в составе ВВС Канады 240 реактивных истребителей в четырех крыльях.

Фото предоставлено Уэйном Гровером.

Я хорошо помню запуски воздушных шаров. Их было немного, но я видел несколько в светлое время суток. Это была простая операция с использованием нескольких транспортных средств и примерно дюжины человек, которые помогали разложить оболочку и наполнить её газом. Когда шар поднимался в воздух, он был очень длинным и серебристым. По мере подъёма он увеличивался в размерах, но исчезал из виду, прежде чем полностью надувался, из-за меньшего атмосферного давления на высоте.

Грузовик, перевозивший «пакет» в кузове, следовал за воздушным шаром, который поднимался и сбрасывался с него по ветру. Он медленно поднимался и исчез через несколько минут. Мы отслеживали его на радаре, поскольку он обычно двигался на восток или северо-восток. Запуски состоялись в январе и феврале 1956 года, а затем — так же быстро, как и начались — прекратились. Я не помню, чтобы при запуске были какие-либо специальные меры безопасности.

Комментарий к веб-сайту Pinetree Line:

Уэйн Гровер служил оператором радиолокационной станции в 602-й эскадрилье авиационной и радиолокационной техники, дислоцированной в Гибельштадте, с апреля 1955 по июль 1957 года.

0

21

https://pereval1959.kamrbb.ru/?x=read&a … 0#reply_85
https://stratocat.com.ar/bases/84e.htm#

Аэродром Гибельштадт расположен к юго-западу от одноименного города в Баварии, примерно в 250 милях к юго-западу от Берлина. Его история началась в 1928 году, когда немецкая армия искала подходящее место для авиабазы ​​в этом регионе. Благодаря очень благоприятному климату и топографическому положению, в итоге было выбрано место недалеко от города Гибельштадт. Аэропорт был построен в 1935 году и официально открыт 17 сентября 1936 года, став одним из первых аэродромов, используемых Люфтваффе.

В начале Второй мировой войны самолеты из Гибельштадта выполняли задачи поддержки в рамках немецкого блицкрига, совершая множество вылетов против различных целей во Франции. Позже база стала учебным центром для пилотов, наблюдателей и радистов, но с 1941 года любое упоминание аэродрома на картах было удалено. Причиной этого стало то, что в 1944 году Гибельштадт стал испытательным полигоном для двух новых самолетов: Messerschmitt Me 262 с сопловым двигателем и Messerschmitt Me 163 с ракетным двигателем.

Несмотря на секретность, союзники были хорошо осведомлены о проводимой там деятельности, поэтому аэродром подвергался массированным бомбардировкам в период с 1944 по 1945 год, что привело к значительному повреждению сооружений. Когда война подходила к концу, и еще до капитуляции немецких войск, аэродром был занят 12-й бронетанковой дивизией США. Несколько дней спустя, после ремонта, аэродром был переименован в передовой посадочный пункт «Y-90 Гибельштадт», куда прибыли боевые части из 50-й истребительной группы и 417-й эскадрильи ночных истребителей, последняя для выполнения задач по перехвату и защите от любых самолетов Люфтваффе, остававшихся в небе.

После войны база Гибельштадт первоначально была переведена в режим "резерва", но затем в 1947 году были построены новая взлетно-посадочная полоса и ангары, а также большая бетонная стоянка, и в конце того же года она была переименована в авиабазу Гибельштадт. Недавно сформированное Стратегическое командование ВВС США выделило на базу девять бомбардировщиков B-29 Superfortress для проведения тренировок во время временных командировок в Европу. Однако к январю 1948 года весь персонал Стратегического командования ВВС вернулся в Соединенные Штаты, и база была снова закрыта.

В апреле 1950 года ВВС США вернулись на базу, когда 603-я эскадрилья управления и оповещения прибыла на авиабазу Гибельштадт в рамках испытаний на боевую готовность. В мае она была временно переведена на эту базу, а в августе 1950 года Гибельштадт стал базой 603-й эскадрильи, основной задачей которой стало размещение радиолокационной станции противовоздушной обороны.

С началом холодной войны полезность аэродрома для ВВС снизилась, поскольку он находился слишком близко к границе с Восточной Германией, и времени для взлета самолетов до нападения практически не оставалось. Тем не менее, база оставалась активной, поскольку в 1950-х годах ее использовали различные транспортные подразделения.

Именно в этот период Гибельштадт стал участником одной из самых секретных операций по шпионажу в отношении Советского Союза.

Программа GENETRIX

Примерно в июле 1955 года члены разведывательной группы 1-й воздушной дивизии ВВС США посетили аэродром Гибельштадт, чтобы убедиться в пригодности инфраструктуры для программы «Генетрикс», разработанной Стратегическим командованием ВВС и другими ведомствами для получения фоторазведки Советского Союза и его спутников с использованием стратосферных аэростатов с камерами высокого разрешения.

Платформа, получившая обозначение «Система вооружения 119L» или WS-119L», состояла, по сути, из полиэтиленового аэростата, к которому с помощью специальной тяги крепилась гондола с автоматической фотосистемой, обозначенной как DMQ-l, состоящей из дуплексной камеры с двумя 6-дюймовыми объективами на противоположных сторонах . Камера могла сделать около 500 снимков, охватывая 80 километров по обе стороны от траектории полета аэростата. В нижней части контейнера находился фотоэлемент, который включал и выключал камеру в зависимости от освещенности. Дополнительно были установлены термобокс с батареями и электронным оборудованием, два балластных контейнера и парашюты для спуска и посадки .

После запуска воздушный шар должен был перемещаться по целевому району, несомый ветром с востока, пока не покинет территорию противника, где будет передан сигнал о завершении полета. Во время спуска гондолы на парашюте ее должен был перехватить в воздухе специально оборудованный самолет C-119, или, если это не удавалось, пакет мог быть также подхвачен тем же самолетом с воды или позже возвращен на борт лодки.

На ранних этапах разработки проекта рассматривалась возможность запуска всех аэростатов из Шотландии, но, помимо того факта, что погодные условия на поверхности земли там, как ожидалось, большую часть времени будут непригодны для запуска, дальнейшее изучение метеорологических данных показало, что более полное покрытие можно получить, если площадки будут широко рассредоточены по Западной Европе.

Таким образом, с учетом вышеупомянутых факторов и на основе исследований траектории и погодных условий на поверхности, в качестве мест размещения пусковых установок для проекта были выбраны упомянутые выше Шотландия, Восточная Норвегия, Западная Германия и Турция. Затем, под руководством Главнокомандующего ВВС США в Европе, были выбраны конкретные площадки: Эвантон ( Шотландия), Гардермуэн (Норвегия), Адана (Турция) и две площадки в Западной Германии — Оберпфаффенхофен и Гибельштадт. Третья немецкая пусковая площадка, расположенная в Бюккебурге, была зарезервирована для программы на случай необходимости, но в итоге так и не была использована.

Подразделение, дислоцированное в Гибельштадте, называлось Отрядом 5 и состояло из 7 офицеров, 119 летчиков и 6 гражданских лиц. Переброска на два объекта в Германии вместе со всем необходимым оборудованием для проведения более 500 запусков аэростатов осуществлялась с августа по октябрь 1955 года, а предварительная дата начала операций была назначена на декабрь того же года.

На месяц позже, чем первоначально предполагалось, 10 января 1956 года из центра управления в Хай-Уикомбе, Англия, поступил приказ начать запуски воздушных шаров со всех площадок с максимальной скоростью десять шаров в день. В тот день несколько шаров были отправлены из Аданы и один из Гибельштадта.

Как и на остальных площадках, запуск воздушных шаров из Гибельштадта осуществлялся с помощью 2-тонного грузовика 6x6 с дополнительной конструкцией — так называемой «рыболовной пусковой установкой», — к которой подвешивалась и спускалась гондола. Поскольку две немецкие площадки находились очень близко к «железному занавесу», запущенные там воздушные шары были запрограммированы на автоматическое включение маяка местоположения через 60 часов полета, что соответствовало расчетному времени, необходимому для пересечения советской территории. Позже это время было увеличено до 110 часов, чтобы предотвратить отслеживание советскими войсками сигналов, излучаемых воздушными шарами, если активация произойдет слишком рано. Кроме того, время включения камер в каждом случае должно было быть достаточно запаздыванием, чтобы избежать возможности фотографирования дружественной территории и позволить идентифицировать место запуска, если воздушный шар будет обнаружен советскими войсками.

Ниже приведена карта, показывающая предполагаемую схему распространения воздушных шаров, запущенных из Гибельштадта.
https://stratocat.com.ar/bases/imgs/tn_gie_map.jpg

В программе GENETRIX использовались два типа аэростатов: 66CT и 128TT. Первые предназначались для полетов на меньших высотах, поэтому они были более уязвимы и обнаруживаемы противником. По этой причине аэростаты 66CT запускались с двух немецких площадок, чтобы проникать на границу в темное время суток.

В качестве прикрытия для истории запусков воздушных шаров Стратегическое командование ВВС использовало другую программу, проводившуюся над Соединенными Штатами в предыдущие годы, под названием «Моби Дик», которая получила широкое освещение в прессе. Идея заключалась в том, чтобы связать запуски для Genetrix как продолжение этой работы. В предыдущие месяцы было выполнено несколько миссий на воздушных шарах с баз в Японии и Южной Корее, которые также получили хорошую огласку.

В рамках этой операции по прикрытию 19 января Гибельштадт принял группу немецких и американских журналистов, приглашенных понаблюдать за одним из запусков аэростатов Genetrix, который был расценен как «…часть всемирной программы ВВС по исследованию всех типов погодных явлений, встречающихся на больших высотах…» . Любопытно, что когда майора Джона Л. Кребса, командовавшего отрядом, один из журналистов спросил, заходил ли какой-либо аэростат за «железный занавес», он ответил, что «…все запущенные здесь аэростаты были найдены…», добавив, что «…до сих пор ни один не упал в населенных пунктах. Все приземлились в лесах и на открытых полях…» . Фотографии слева, сделанные Джимом Блэком, являются частью интервью, опубликованного Томом Малвехиллом в номере от 20 января 1956 года газеты Star & Stripes, американского военного издания, посвященного вопросам, касающимся военнослужащих Вооруженных сил США.

Насколько мне известно, эти снимки — одни из немногих доступных изображений в рамках программы Genetrix. Вся серия показывает все этапы запуска, включая детальное изображение гондолы DMQ-1 (седьмое изображение сверху).

Полеты из Гибельштадта велись в хорошем темпе до 23 января. В тот день полеты были приостановлены в связи с официальным протестом Чехословацкого управления гражданской авиации в Международную организацию гражданской авиации (ИКАО), которое утверждало, что программа полетов на воздушных шарах представляет опасность для воздушной навигации и, как следствие, привело к отмене всех ночных рейсов чешских авиакомпаний . Аналогичное ограничение распространялось и на запуски из Оберпфаффенхоффена.

Главнокомандующий ВВС США в Европе через немецкого диспетчера воздушного движения (Bundesanstalt für Flugsicherung) уведомил Чехословакию о том, что полеты аэростатов из Германии будут приостановлены на 36 часов до предоставления Чехией документальных доказательств того, что аэростаты действительно летают на высотах, представляющих опасность для воздушной навигации.

Поскольку от чешских властей доказательства так и не были получены, запуски с двух немецких площадок возобновились 25 января после 36-часового "приостановления" .

Операции в Гибельштадте продолжались в течение оставшейся части января и следующего месяца. Тем временем 4 февраля Советский Союз выразил решительный протест против операции . В результате президент Эйзенхауэр решил прекратить запуски и дал соответствующее указание ВВС остановить операции . Таким образом, 6 февраля был произведен последний запуск в Гибельштадте, но аэростат сбился с курса и так и не достиг целевой зоны.

Начиная с 6 февраля, группа, занимавшаяся запуском проекта в Гибельштадте, находилась в состоянии повышенной готовности на случай поступления приказов о возобновлении операций, но вместо этого, неофициально 29 февраля и сообщением от 1 марта 1956 года, ВВС США распорядились прекратить оперативную фазу проекта , а 26 марта 1956 года директивой штаба ВВС США 1-я авиационная дивизия и Стратегическое командование ВВС передали оперативный контроль над оперативными подразделениями вышестоящим командирам, начав таким образом возвращение каждого отряда и утилизацию избыточного оборудования.

Ниже приведён краткий обзор данных из Гибельштадта:

Общее количество запусков воздушных шаров: 107
Успешных запусков воздушных шаров: 73
Неудачные запуски воздушных шаров: 34
Воздушные шары, пережившие транспортировку и вошедшие в зону восстановления: 10
Общее количество найденных гондол: 7
Общее количество пленок, экспонированных из найденных в Гибельштадте гондол, составляет 4,583 фута.
Общее количество фотокадров, полученных из найденных в Гибельштадте гондол: 4785

Гибельштадт после программы Genetrix
Несмотря на то, что попытка собрать аэрофотоснимки советского блока с помощью воздушных шаров оказалась недолгой, часть истории Гибельштадта в контексте стратегической разведки еще предстояло написать.

В октябре 1956 года, вскоре после расформирования подразделений Genetrix, в Гибельштадт прибыл отряд «А» с четырьмя самолетами U-2, и к концу года они совершили три полета над Албанией, Болгарией, Румынией и Югославией. Отряд действовал на немецкой базе до 15 ноября 1957 года, когда был расформирован, а операции с самолетами U-2 были перенесены в Пакистан.

В 1960-х годах истребители 86-й воздушной дивизии часто использовали Гибельштадт в качестве передовой базы со своих баз к западу от Рейна. Однако новые сокращения бюджета привели к тому, что в августе 1968 года ВВС передали базу и все ее объекты под контроль армии США. В последующие десятилетия в Гибельштадте дислоцировались многие бронетанковые, пехотные и транспортные подразделения армии, летавшие на ударных вертолетах AH-1 Cobra и AH-64 Apache, а также транспортных вертолетах UH-60 Blackhawk и CH-47 Chinook.

С наступлением нового тысячелетия и на фоне грядущих сокращений бюджета, началась последняя глава долгой истории военного использования Гибельштадта вооруженными силами США, когда в июле 2005 года Министерство обороны США объявило о планах возвращения одиннадцати армейских баз Германии в 2007 финансовом году. В результате, 23 июня 2006 года армейский аэродром Гибельштадт был закрыт армией США.

После возвращения в сферу влияния немецкого правительства бывший аэродром Гибельштадт сегодня превратился в коммерческий аэропорт, используемый самолетами малой авиации.
https://stratocat.com.ar/bases/imgs/gie08.jpg
Детальный вид разведывательной гондолы непосредственно перед взлетом (фотография: Джим Блэк - Star & Stripes, 1956).
https://stratocat.com.ar/bases/imgs/gie07.jpg
Воздушный шар потерпел неудачу и приземлился над группой деревьев в полумиле от стартовой площадки (фото: Джим Блэк - Star & Stripes, 1956).

Список всех аэростатов GENETRIX, запущенных из Гибельштадта в 1956 году.
10.01.1956 23:59 UTC 217 ч 11 м WS-119L - Разведывательная полезная нагрузка GENETRIX Полезный груз был поднят в воздухе самолетом C-119.
...
17.01.1956 16:50 UTC 97 ч 2 м WS-119L - Разведывательная полезная нагрузка GENETRIX Японские дети обнаружили полезный груз на суше.
...
19.01.1956 9:20 UTC 97 ч 24 м WS-119L - Разведывательная полезная нагрузка GENETRIX Груз был поднят на суше японскими гражданами.
19.01.1956 10:37 UTC 91 ч 33 м WS-119L - Разведывательная полезная нагрузка GENETRIX Полезный груз был поднят в воздухе самолетом C-119.
...
25.01.1956 20:45 UTC ? WS-119L - Разведывательная полезная нагрузка GENETRIX Груз поднят со дна моря японским рыболовным судном.
...
2/3/1956 18:15 UTC 109 ч 25 м WS-119L - Разведывательная полезная нагрузка GENETRIX Груз поднят со дна моря японским рыболовным судном.

0

22

https://stratocat.com.ar/bases/85e.htm

Аэропорт Оберпфаффенхофен расположен в 20 км от Мюнхена, в Баварии, Германия. Его история напрямую связана с одним из важнейших имен в мировой авиации: компанией Dornier.

В 1935 году семья Дорнье приобрела поместье площадью 145 гектаров в деревне Оберпфаффенхофен для строительства авиационного завода, а также аэропорта и всей необходимой инфраструктуры. В ноябре следующего года была выдана лицензия на эксплуатацию компании Dornier Metallbauten GmbH и началось строительство ангаров. В 1939 году была построена бетонная взлетно-посадочная полоса длиной 5085 футов и шириной 250 футов, а к 1940 году, когда в Европе бушевала Вторая мировая война, территория использовалась для ремонта и капитального ремонта самолетов, таких как бомбардировщики Do-17, Do 215 и Do 217.

В октябре 1943 года в Оберпфаффенхофене состоялся первый полет нового истребителя До-335. Это был инновационный самолет, использовавший тандемные двигатели с двухтактной силовой установкой. К тому времени на предприятии работало более 2400 сотрудников.

Завод Dornier неоднократно подвергался бомбардировкам во время войны, но, вероятно, самой массированной была та, что произошла в ночь на 18 марта 1944 года, когда 8-я воздушная армия совершила налет на район Мюнхена на 136 бомбардировщиках B-17 Flying Fortress. Завод в Оберпфаффенхофене был одной из важнейших целей вторжения союзников. Аэропорт оставался в эксплуатации до апреля 1945 года, но был захвачен американскими войсками 24 апреля 1945 года.

Сразу после войны это место было обозначено как авиабаза Оберпфаффенхофен, которая служила базой технического обслуживания самолетов C-47 Dakota, а также являлась самым южным аэропортом Германии во время Берлинского воздушного моста в период с 1948 по 1949 год. После завершения моста и в течение шести лет аэропорт не функционировал, а затем, в 1955 году, взлетно-посадочная полоса была расширена до 7220 футов, чтобы обеспечить эксплуатацию самолетов Sabre F-86, которые были переведены туда в том же году.

В то же время Стратегическое командование ВВС США готовило одну из самых секретных операций холодной войны по проведению стратегической разведки над Советским Союзом и странами-союзниками. Эта операция предполагала запуск воздушных шаров за железный занавес, и Оберпфаффенхофен был одним из мест, выбранных для осуществления запусков.

Программа создания аэростатов GENETRIX
Примерно в июле 1955 года члены разведывательной группы 1-й воздушной дивизии ВВС США посетили аэродром Оберпфаффенхофен, чтобы убедиться в пригодности инфраструктуры для программы «Генетрикс», разработанной Стратегическим командованием ВВС и другими ведомствами для получения фоторазведки Советского Союза и его спутников с использованием стратосферных аэростатов с камерами высокого разрешения. Платформа, получившая обозначение « Система вооружения 119L» или WS-119L», состояла, по сути, из полиэтиленового аэростата, к которому с помощью специальной тяги крепилась гондола с автоматической фотосистемой, обозначенной как DMQ-l, состоящей из дуплексной камеры с двумя 6-дюймовыми объективами на противоположных сторонах . Камера могла сделать около 500 снимков, охватывающих 80 километров по обе стороны от траектории полета аэростата. В нижней части контейнера находился фотоэлемент, который включал и выключал камеру в зависимости от освещенности. В комплект также входили термобокс с батареями и электронным оборудованием, два балластных ящика и парашюты для спуска и посадки .

После запуска воздушный шар должен был перемещаться по целевому району, несомый ветром с востока, пока не покинет территорию противника, где будет передан сигнал о завершении полета. Во время спуска гондолы на парашюте ее должен был перехватить в воздухе специально оборудованный самолет C-119, или, если это не удавалось, пакет мог быть также подхвачен тем же самолетом с воды или позже возвращен на борт лодки.

На ранних этапах разработки проекта рассматривалась возможность запуска всех аэростатов из Шотландии, но, помимо того факта, что погодные условия на поверхности земли там, как ожидалось, большую часть времени будут непригодны для запуска, дальнейшее изучение метеорологических данных показало, что более полное покрытие можно получить, если площадки будут широко рассредоточены по Западной Европе.

Таким образом, с учетом вышеупомянутых факторов и на основе исследований траектории и погодных условий на поверхности, в качестве мест размещения пусковых установок для проекта были выбраны упомянутые выше Шотландия, Восточная Норвегия, Западная Германия и Турция. Затем, под руководством Главнокомандующего ВВС США в Европе, были выбраны конкретные площадки: Эвантон ( Шотландия), Гардермуэн (Норвегия), Адана ( Турция) и две площадки в Западной Германии — Гибельштадт и Оберпфаффенхофен. Третья немецкая пусковая площадка в Бюккебурге была зарезервирована для программы на случай необходимости, но в итоге так и не была использована.

Подразделение, дислоцированное в Оберпфаффенхофене, называлось Отрядом 1 и состояло из 7 офицеров, 119 летчиков и 6 гражданских лиц. Переброска на два объекта в Германии вместе со всем необходимым оборудованием для проведения более 500 запусков аэростатов осуществлялась с августа по октябрь 1955 года, а предварительная дата начала операций была назначена на декабрь того же года.

На месяц позже, чем первоначально предполагалось, 10 января 1956 года из центра управления в Хай-Уикомбе, Англия, поступил приказ начать запуски воздушных шаров со всех площадок с максимальной скоростью десять запусков в день. Несколько шаров были отправлены из Аданы и Гибельштадта, а первый запуск из Оберпфаффенхоффена состоялся несколько часов спустя, в полночь того же дня.

Как и на остальных площадках, запуск воздушных шаров из Оберпфаффенхоффена осуществлялся с помощью 2-тонного грузовика 6x6 с дополнительной конструкцией — так называемой «рыболовной пусковой установкой», — к которой подвешивалась и спускалась гондола. Поскольку две немецкие площадки находились очень близко к «железному занавесу», запущенные там воздушные шары были запрограммированы на автоматическое включение маяка местоположения через 60 часов полета, что соответствовало расчетному времени, необходимому для пересечения советской территории. Позже это время было увеличено до 110 часов, чтобы предотвратить отслеживание советскими войсками сигналов, излучаемых воздушными шарами, если активация происходила слишком рано. Кроме того, время включения камер в каждом случае должно было быть достаточно запаздывающим, чтобы избежать возможности фотографирования дружественной территории и позволить идентифицировать место запуска, если воздушный шар будет обнаружен советскими войсками.

Ниже приведена карта, показывающая приблизительную схему распространения воздушных шаров, запущенных из Оберпфаффенхоффена
https://stratocat.com.ar/bases/imgs/obe_map.jpg

В программе GENETRIX использовались два типа аэростатов: 66CT и 128TT. Первые предназначались для полетов на меньших высотах, поэтому они были более уязвимы и обнаруживаемы противником. По этой причине аэростаты 66CT запускались с двух немецких площадок, чтобы проникать на границу в темное время суток.

Полеты с аэростатов из Оберпфаффенхоффена велись в хорошем темпе до 23 января. В тот день полеты были приостановлены в связи с официальным протестом, поданным в Международную организацию гражданской авиации (ИКАО) Чехословацким управлением гражданской авиации, которое утверждало, что программа полетов на аэростатах представляет опасность для воздушной навигации и, как следствие, привела к отмене всех ночных рейсов чешских авиакомпаний. Аналогичное ограничение распространялось и на запуски с аэростатов из Гибельштадта.

Главнокомандующий ВВС США в Европе через немецкого диспетчера воздушного движения (Bundesanstalt für Flugsicherung) уведомил Чехословакию о приостановке полетов аэростатов из Германии на 36 часов до предоставления Чехией документальных доказательств того, что аэростаты действительно летают на высотах, представляющих опасность для воздушной навигации. Запуски с двух немецких площадок возобновились 25 января после 36-часового «приостановления».

Операции на аэродроме Оберпфаффенхоффен продолжались в течение оставшейся части января и следующего месяца. Тем временем 4 февраля советская сторона выразила решительный протест против операции . В результате президент Эйзенхауэр принял решение прекратить запуски и дал соответствующее указание ВВС остановить операции . Операции на аэродроме были немедленно прекращены. Последние два аэростата, запущенные с Оберпфаффенхоффена, были запущены с разницей в час во второй половине дня 3 февраля. Хотя этим аэростатам удалось достичь советской территории, ни один из них не достиг зоны приземления.

Начиная с 6 февраля, группа, занимавшаяся запуском проекта в Оберпфаффенхоффене, находилась в состоянии повышенной готовности на случай поступления приказов о возобновлении операций, но вместо этого, неофициально 29 февраля и сообщением от 1 марта 1956 года, ВВС США распорядились прекратить оперативную фазу проекта , а 26 марта 1956 года директивой штаба ВВС США 1-я авиационная дивизия и Стратегическое командование ВВС передали оперативный контроль над оперативными подразделениями вышестоящим командирам, начав таким образом возвращение каждого подразделения и утилизацию избыточного оборудования.

Ниже приведён краткий обзор данных из Оберпфаффенхофена:

Общее количество запусков воздушных шаров: 107
Успешных запусков воздушных шаров: 88
Неудачные запуски воздушных шаров: 19
Воздушные шары, пережившие транспортировку и вошедшие в зону восстановления: 7
Общее количество найденных гондол: 6
Общее количество пленок, экспонированных из найденных в Оберпфаффенхофене гондол, составляет 3441 фут.
Общее количество фотокадров, полученных из найденных гондол в Оберпфаффенхофене: 3967.
Запуск воздушных шаров компанией DLR
После завершения программы Genetrix аэропорт претерпел ряд изменений, включая строительство в 1957 году диспетчерской вышки и открытие авиабазы ​​в качестве «специального аэропорта». В последующие десятилетия компания Dornier собирала и испытывала там множество инновационных самолетов, таких как одномоторный самолет короткого взлета и посадки Do 27, самолет короткого взлета и посадки Do 29 с поворотными винтами и транспортный реактивный самолет вертикального взлета и посадки Do 31. Однако вскоре из Оберпфаффенхофена снова начали летать воздушные шары, но на этот раз с научной целью.

В 1965 году в Мюнхене по инициативе Института внеземной физики им. Макса Планка (MPE) и бывшей Немецкой авиационной лаборатории (DVL) была создана «Рабочая группа по исследованию космоса». Из этой группы в 1969 году вышла Мобильная ракетная база, более известная под аббревиатурой MORABA, штаб-квартира которой разместилась в Немецком космическом центре в Оберпфаффенхофене.

Первые ракетные миссии MORABA были выполнены для проведения ряда исследований атмосферы, полярных сияний и микрогравитации в таких местах, как Скандинавия, Греция и другие. Хотя группа принимала участие в кампаниях по запуску аэростатов в Соединенных Штатах в 1975 году, именно в 1977 году MORABA решила создать возможности для запуска аэростатов, чтобы расширить свою деятельность по запуску ракет. В результате летом из Оберпфаффенхофена были запущены три небольших аэростата с диагностической полезной нагрузкой в ​​гондоле, предназначенной для расширения опыта работы с системами, работающими на высотах, позволяющих парить в воздухе. Другие полеты на аэростатах были осуществлены в 1978 и 1979 годах для важных проектов, таких как THISBE (Гейдельбергский телескоп для инфракрасных исследований с помощью экспериментов на аэростатах) или для проведения валидационных измерений с помощью гондолы аэростата в рамках эксперимента Limb Infrared Monitor of the Stratosphere на борту спутника NIMBUS 7.

Все запуски из Оберпфаффенхофена осуществлялись ночью из-за ограничений, связанных с работой диспетчерской службы воздушного движения, вследствие близости тогда очень загруженного аэропорта Мюнхен-Рием.

Список аэростатов GENETRIX, запущенных из Оберпфаффенхофена.
...
11.01.1956 ~ 02:00 UTC 123 ч WS-119L - Разведывательная полезная нагрузка GENETRIX Предполагаемое место завершения операции: в 100 милях к востоку от острова Хонсю, Япония. Полезный груз так и не был возвращен.
...
11.01.1956 ~ 04:00 UTC 117 ч WS-119L - Разведывательная полезная нагрузка GENETRIX Полезный груз был поднят в воздухе самолетом C-119.
12.01.1956 19:02 UTC 127 ч 14 м WS-119L - Разведывательная полезная нагрузка GENETRIX Полезный груз был поднят в воздухе самолетом C-119.
...
13.01.1956 16:25 UTC 113 ч 53 м WS-119L - Разведывательная полезная нагрузка GENETRIX Полезный груз поднят с суши армией США
...
19.01.1956 10:43 UTC 90 ч 42 м WS-119L - Разведывательная полезная нагрузка GENETRIX Полезный груз был поднят в воздухе самолетом C-119.
...
25.01.1956 23:17 UTC 128 ч 21 м WS-119L - Разведывательная полезная нагрузка GENETRIX Полезный груз был поднят в воздухе самолетом C-119.
...
25.01.1956 21:42 UTC 128 ч 22 м WS-119L - Разведывательная полезная нагрузка GENETRIX Воздушный шар сбит истребителем F-86. Полезный груз поднят из воды.

0

23

https://stratocat.com.ar/bases/82e.htm

Аэродром RNAS Evanton, также известный как база Новар, HMS Fieldfare, а позже как RAF Evanton, — это заброшенный аэродром в Россе и Кромарти, Шотландия. Аэродром расположен на северо-западном берегу залива Кромарти-Ферт, в 1 миле к северо-востоку от деревни Эвантон.

Первоначально аэродром был создан в 1922 году для поддержки Флота метрополии Королевского флота, одна из главных баз которого находилась неподалеку, в Инвергордоне, и которому требовалась береговая база для высадки и посадки самолетов на авианосцы. Поначалу аэродром был известен как база Новар, по имению Новар, которому принадлежала эта земля. Условия на момент ввода станции в эксплуатацию были довольно примитивными: имелись только брезентовый ангар и деревянные постройки.

Вид на аэродром Эвантон, приблизительно 1936 год (Источник: Архив Инвергордона)
С расширением Королевских ВВС с 1936 года было сформировано множество новых бомбардировочных эскадрилий, и было создано несколько аэродромов, куда эти эскадрильи могли прибывать на короткие периоды, главным образом в летние месяцы, для отработки бомбардировок и стрельбы. Поскольку Эвантон был выбран в качестве одного из таких аэродромов, в 1937 году начались работы по улучшению инфраструктуры, в результате которых к середине 1938 года был построен стальной ангар типа «Хинаиди» и появились новые здания.

Сразу после объявления войны в сентябре 1939 года базирующаяся на станции эскадрилья попеременно использовалась для подготовки сотен новых наблюдателей/воздушных стрелков, которые были очень востребованы в расширяющихся бомбардировочных силах, позже — для бомбардировок и стрельбы, и, наконец, только для воздушных стрелков. В 1942 году инфраструктура станции была улучшена за счет добавления двух бетонных взлетно-посадочных полос, периметральной колеи и нескольких больших стальных ангаров.

9 октября 1944 года Эвантон стал военно-морской авиабазой (RNAS) под обозначением «HMS Fieldfare». Были потрачены значительные средства на расширение существующих площадок для хранения самолетов, что позволило разместить более 450 воздушных судов. В следующем году на базу поступили излишки самолетов для временного хранения с закрывающихся баз в Северной Шотландии, на Шетландских и Оркнейских островах. К началу 1948 года последние самолеты были списаны, и 24 марта того же года база была окончательно закрыта. Затем она была включена в программу консервации и технического обслуживания и, как и сотни других заброшенных аэродромов, оставалась в ведении правительства.

Когда в начале 1950-х годов численность Королевских ВВС увеличилась из-за Корейской войны, взлетно-посадочные полосы в Эвантоне снова стали использоваться для тренировок по взлету и посадке, но к 30 сентября 1953 года аэродром был снова закрыт.

Программа GENETRIX в Эвантоне
Примерно в июле 1955 года члены разведывательной группы 1-й воздушной дивизии ВВС США посетили аэродром в Эвантоне, чтобы убедиться в пригодности его инфраструктуры для одной из самых секретных операций того времени. Проект, получивший кодовое название «Грейбэк», а позже переименованный в «Генетрикс», был направлен на получение фоторазведывательных данных о Советском Союзе и его спутниках с помощью стратосферных аэростатов, несущих камеры высокого разрешения. Платформа, получившая название « Система вооружения 119L» или WS-119L, состояла, по сути, из полиэтиленового аэростата, к которому с помощью специальной тяги была прикреплена гондола с автоматической фотосистемой, обозначенной как DMQ-l, состоящей из дуплексной камеры с двумя 6-дюймовыми объективами на противоположных сторонах . Камера могла сделать около 500 снимков, охватывая 80 километров по обе стороны от траектории полета аэростата. В нижней части контейнера находился фотоэлемент, который включал и выключал камеру в зависимости от освещенности. В комплект также входили термобокс с батареями и электронным оборудованием, два балластных ящика и парашюты для спуска и посадки .

После запуска воздушный шар должен был перемещаться по целевому району, несомый ветром с востока, пока не покинет территорию противника, где будет передан сигнал о завершении полета. Во время спуска гондолы на парашюте ее должен был перехватить в воздухе специально оборудованный самолет C-119, или, если это не удавалось, пакет мог быть также подхвачен тем же самолетом с воды или позже возвращен на борт лодки.

На ранних этапах разработки проекта рассматривалась возможность запуска всех воздушных шаров из Шотландии, но на этот первоначальный план повлияли три фактора:

Дальнейшее изучение метеорологических данных показало, что более полное покрытие можно получить, если участки будут широко рассредоточены по Западной Европе;
Ожидалось, что погодные условия на поверхности Шотландии будут неблагоприятны для запуска ракет на протяжении большей части времени;
Из-за удаленности от целевой зоны до начала фотосъемки воздушному шару требовалось около суток пути, что является важным фактором, учитывая критическую важность продолжительности службы шара.
Вид на запуск аэростата компании Genetrix из Эвантона (Источник: Daily Telegraph)
Таким образом, с учетом вышеупомянутых факторов и на основе исследований траектории и погодных условий на поверхности, в качестве мест размещения пусковых установок для проекта были выбраны Восточная Норвегия, Западная Германия и Турция. Затем, под руководством Главнокомандующего ВВС США в Европе, были выбраны конкретные места: помимо Эвантона, запусками могли осуществляться Гардермуэн (Норвегия), Адана (Турция), а также Гибельштадт и Оберпфаффенхофен (Германия).

Подразделение, дислоцированное в Эвантоне, называлось Отрядом 4 и состояло из 7 офицеров, 119 летчиков и 5 гражданских лиц. Переброска в Шотландию вместе со всем необходимым оборудованием для проведения более 500 запусков воздушных шаров состоялась в период с августа по октябрь 1955 года. Оборудование было отправлено на корабле в Инвергордон, затем выгружено и доставлено в Эвантон грузовиками. Масштабные перевозки произвели сильное впечатление на население, которое никогда прежде не видело такого количества грузовиков, пересекающих территорию базы. Даже здания сотрясались от вибрации интенсивного движения.

Хотя Адмиралтейство разрешило ВВС США использовать базу, Королевские ВВС (RAF) не сообщили своим военно-морским коллегам истинную суть учений, которые были представлены им как всего лишь метеорологическое исследование, что также являлось публичным прикрытием для операции. Более того, внутри RAF об истинной природе проекта знали только высокопоставленные офицеры.

На месяц позже, чем первоначально ожидалось, 10 января 1956 года из диспетчерского центра в Хай-Уикомбе, Англия, поступил приказ начать запуски аэростатов со всех площадок с максимальной скоростью десять запусков в день. В тот день несколько аэростатов были отправлены из Аданы и Гибельштадта, но ни одного из Эвантона, поскольку британская администрация не уведомила Министерство авиации о разрешении на полеты в Эвантоне. По этой причине запуски из Эвантона не могли осуществляться до позднего вечера 11 января 1956 года, когда было получено разрешение на запуск.

Как и на остальных площадках, запуск воздушных шаров из Эвантона осуществлялся с помощью двухтонного грузовика 6x6 с дополнительной конструкцией — так называемой «пусковой установкой Фишера», — к которой подвешивалась и затем спускалась гондола. Запуск воздушных шаров из Эвантона был запрограммирован на автоматическое включение маяка местоположения через 90 часов полета, что соответствовало расчетному времени, необходимому для пересечения советской территории. Позже это время было увеличено до 120 часов, чтобы предотвратить отслеживание советскими войсками сигналов, излучаемых шарами, в случае слишком раннего включения.

Ниже приведена карта, показывающая предполагаемую схему распространения воздушных шаров, запущенных из Шотландии.
https://stratocat.com.ar/bases/imgs/evanton_map.jpg
Из-за неблагоприятных погодных условий работы в Эвантоне в январе продвигались медленно. Как и ожидалось, темпы запусков были значительно ниже, чем на других площадках, из-за сурового климата, который в значительной степени усугубился одной из самых суровых зим за многие годы. Большое количество аэростатов не удалось запустить, они приземлились в близлежащих районах, некоторые другие сбились с пути, а те немногие, которым удалось попасть в целевую зону, пролетали через часть советской территории, обладающую наиболее эффективной противовоздушной обороной, и, следовательно, имели меньше шансов на выживание в пути.

После того, как к 4 февраля было успешно запущено всего 60 аэростатов, британское правительство через Министерство авиации ввело дополнительное ограничение, потребовав, чтобы запуски в Эвантоне ограничивались только теми, которые не пролетали бы над Восточной Германией. По оценкам, новое правило предотвратило бы запуски примерно в 25% случаев, что в сочетании с неблагоприятной погодой на земле и неблагоприятной траекторией в верхних слоях атмосферы практически исключило Эвантон как продуктивную стартовую площадку. В тот же день, когда отряд №4 запустил последние 10 аэростатов из Шотландии, Советы резко протестовали против операции, что привело к тому, что президент Эйзенхауэр прекратил запуски и дал соответствующее указание ВВС прекратить операции .

К тому моменту из Эвантона было запущено в общей сложности 103 воздушных шара, из которых 60 оказались успешными, а 43 потерпели неудачу вскоре после запуска или улетели.

Из шестидесяти аэростатов, достигших целевой зоны, только один, запущенный 25 января, сумел пережить пересечение территории СССР и достиг зоны возвращения . Он был уничтожен в 5:37 UTC 1 февраля, пролетев 158 часов и 22 минуты, и был подобран в воздухе одним из самолетов C-119 456-го авиатранспортного крыла над Тихим океаном. С фотоаппарата было отснято 900 футов пленки, что в общей сложности составило 1006 полезных фотокадров.

После приостановки операций 6 февраля группа запуска в Эвантоне находилась в состоянии повышенной готовности на случай поступления приказа о возобновлении запусков, но вместо этого, неофициально 29 февраля и сообщением от 1 марта 1956 года, ВВС США распорядились прекратить оперативную фазу проекта . Менее чем через месяц, 26 марта 1956 года, по директиве штаба ВВС США, 1-я авиационная дивизия и Стратегическое командование ВВС передали оперативный контроль над оперативными подразделениями вышестоящим командирам, начав таким образом возвращение личного состава каждого подразделения на свои базы и окончательное распоряжение избыточным материальным имуществом.

Эвантон после программы Genetrix
После того как военнослужащие ВВС США покинули Эвантон в марте 1956 года, аэродром был снова закрыт, и любые следы шпионской деятельности канули в небытие. Некоторое время здесь продолжалась нерегулярная гражданская авиация, и даже в середине 60-х годов здесь проводились автомобильные гонки, но к 1970-м годам территория была полностью заброшена и продана гражданским компаниям.

Впоследствии это место было переоборудовано под промышленную зону с предприятиями по переработке стального лома, производству ограждений, текстильной промышленности и нефтедобыче в Северном море.
Сегодня дорога A9 разделяет территорию аэродрома, но ряд зданий аэродрома сохранился, отчетливо виднеясь на разных уровнях, включая несколько ангаров. Некоторые из этих сооружений используются в рамках промышленного комплекса Highland Deephaven Industrial Estate и включают редкий ангар с двускатной крышей, который сейчас находится в ведении благотворительной организации Blythswood Care. Части контуров двух взлетно-посадочных полос с твердым покрытием, построенных в 1942 году, все еще можно увидеть на аэрофотоснимках, подобных приведенному выше, хотя в настоящее время в этой части аэродрома доминирует компания Technip, предприятие по производству жестких труб для нефтяной промышленности, которое тянется с востока на запад через посадочную площадку и уходит в море.

В 1991 году история участия аэрокосмического центра Эвантон в программе GENETRIX была впервые раскрыта историком аэрокосмической отрасли Кертисом Пиблзом в книге под названием «Проект Моби Дик», но в основном эта история оставалась в сфере интересов тех, кто изучал разведку времен холодной войны. Однако история вновь привлекла внимание общественности в 1998 году, когда Государственный архив Великобритании рассекретил несколько документов, которые раскрыли информацию о запусках аэростатов из Эвантона в национальной прессе .

Список всех аэростатов GENETRIX, запущенных из Эвантона в 1956 году.
...
25.01.1956 15:13 UTC 158 ч 22м WS-119L - Разведывательная полезная нагрузка GENETRIX Полезный груз был поднят в воздухе самолетом C-119.

0

24

https://stratocat.com.ar/globos/indexe.html

https://stratocat.com.ar/globos/1958e.htm

В таблице ниже представлены данные о запусках стратосферных аэростатов из разных стран в 1958 году, которые в настоящее время доступны в базе данных StratoCat. Каждая строка содержит важную информацию, такую ​​как место запуска, дата и время запуска, а также, если известно, продолжительность миссии и место посадки полезной нагрузки. Щелкнув по названию эксперимента, вы получите подробную информацию об участвующих научных учреждениях, краткое описание цели и результатов эксперимента, а также другую соответствующую информацию о полете аэростата, включая ссылки и изображения. Щелкнув стрелки вверху и внизу таблицы, вы можете перейти к таблицам за другие годы.

https://stratocat.com.ar/globos/1959e.htm

В таблице ниже представлены данные о запусках стратосферных аэростатов из разных стран в 1959 году, которые в настоящее время доступны в базе данных StratoCat. Каждая строка содержит важную информацию, такую ​​как стартовая площадка, дата и время запуска, а также, если известно, продолжительность миссии и место посадки полезной нагрузки. Щелкнув по названию эксперимента, вы получите подробную информацию об участвующих научных учреждениях, краткое описание цели и результатов эксперимента, а также другую соответствующую информацию о полете аэростата, включая ссылки и изображения. Щелкнув стрелки вверху и внизу таблицы, вы можете перейти к таблицам за другие годы.

...
Авиабаза Холломан (Нью-Мексико) 1/14 --- ПОЛЕЗНАЯ НАГРУЗКА НЕИЗВЕСТНА --- Нет данных ---
...
Авиабаза Холломан (Нью-Мексико) 1/30 --- ПОЛЕЗНАЯ НАГРУЗКА НЕИЗВЕСТНА --- Нет данных ---
Авиабаза Холломан (Нью-Мексико) 1/30 --- ПОЛЕЗНАЯ НАГРУЗКА НЕИЗВЕСТНА --- Нет данных ---

https://stratocat.com.ar/bases/indexe.html

https://stratocat.com.ar/bases/81e.htm

Авиабаза Адана (ныне авиабаза Инджирлик) занимает территорию чуть более 1300 гектаров и расположена в квартале Инджирлик города Адана, Турция. База находится в пределах городской агломерации с населением 1,7 миллиона человек, в 10 км к востоку от центра города и в 32 км от Средиземного моря. Основными пользователями авиабазы ​​являются ВВС США и ВВС Турции, хотя она также используется Королевскими ВВС Великобритании и Королевскими ВВС Саудовской Аравии.

История этого военного объекта восходит к весне 1951 года, когда компания US Engineering Group начала строительство базы. Первоначально ВВС США планировали использовать её в качестве аварийного пункта сбора и эвакуации средних и тяжёлых бомбардировщиков. В декабре 1954 года Генеральный штаб Турции и ВВС США подписали соглашение о совместном использовании новой базы.

Официально она называлась авиабазой Адана и была открыта 21 февраля 1955 года, а базирующейся на ней стала 7216-я авиабазовая эскадрилья. Вскоре после завершения строительства Адана доказала ценность своего географического положения в противостоянии надвигающейся тогда советской угрозе.

Программа Genetrix
По мере продвижения строительства базы в Соединенных Штатах, одна из самых секретных операций того времени находилась на завершающей стадии подготовки. Под кодовым названием «Грейбэк», а позже переименованная в «Генетрикс», она должна была обеспечить фоторазведку Союза Советских Социалистических Республик и его спутников с использованием системы вооружения 119Л или WS-119Л, которая представляла собой, по сути , стратосферный аэростат , к которому с помощью специальной тяги крепилась автоматическая фотосистема, обозначенная как DMQ-l, состоящая из дуплексной камеры с двумя 6-дюймовыми объективами на противоположных сторонах . Камера могла сделать около 500 снимков, охватывая 80 километров по обе стороны от траектории аэростата. В нижней части контейнера находился фотоэлемент, который включал и выключал камеру в зависимости от освещенности. Дополнительно использовались термобокс с батареями и электронным оборудованием, два балластных контейнера и парашюты для спуска и посадки .

После запуска воздушный шар должен был перемещаться по целевому району, несомый ветром с востока, пока не покинет территорию противника, где будет передан сигнал о завершении полета. Во время спуска гондолы на парашюте ее должен был перехватить в воздухе специально оборудованный самолет C-119, или, если это не удавалось, пакет мог быть также подхвачен тем же самолетом с воды или позже возвращен на борт лодки.

На ранних этапах разработки проекта рассматривалась возможность запуска всех воздушных шаров из Шотландии, но на этот первоначальный план повлияли три фактора:

Дальнейшее изучение метеорологических данных показало, что более полное покрытие можно получить, если участки будут широко рассредоточены по Западной Европе;
Ожидалось, что погодные условия на поверхности Шотландии будут неблагоприятны для запуска ракет на протяжении большей части времени;
Из-за удаленности от целевой зоны до начала фотосъемки воздушному шару требовалось около суток пути, что является важным фактором, учитывая критическую важность продолжительности службы шара.
Таким образом, с учетом вышеупомянутых факторов и на основе исследований траектории и погодных условий на поверхности, в качестве мест размещения пусковых установок для проекта были выбраны Восточная Норвегия, Западная Германия и Турция. Затем, под руководством Главнокомандующего ВВС США в Европе, были выбраны конкретные места: помимо Аданы, расположение которой вблизи советской границы было особенно ценным для проекта, другими местами были Гардермуэн (Норвегия), Эвантон ( Шотландия), а также Гибельштадт и Оберпфаффенхофен (Германия).

В июле 1955 года члены группы топографической съемки 1-й воздушной дивизии провели инспекцию на месте. Эта инспекция, повторенная на всех обозначенных стартовых площадках проекта, была проведена для координации стартовых площадок и обеспечения полного понимания требований и предполагаемых проблемных зон. Подразделение, приписанное к Адане, носило обозначение Отряд 2 , состояло из 7 офицеров, 119 летчиков и 6 гражданских лиц и было развернуто вместе со всем необходимым оборудованием для выполнения более 500 запусков аэростатов в период с августа по октябрь 1955 года.

Запуск воздушных шаров осуществлялся с помощью тяжелого грузовика со специально установленной металлической рамой — так называемой пусковой установкой Фишера, — которая служила для подъема полезной нагрузки при запуске, как показано на изображении справа вверху. Воздушные шары, запущенные из Аданы, были запрограммированы на автоматическое включение маяка местоположения через 50 часов полета, что соответствовало расчетному времени, необходимому для пересечения китайско-советской территории. Ниже приведена карта, показывающая прогнозируемую траекторию (сплошная линия) и реальную (пунктирная линия) для двух воздушных шаров, запущенных из Аданы.
https://stratocat.com.ar/bases/imgs/adana_map.jpg
Первые восемь аэростатов из Аданы — также первые в рамках этой программы — были запущены 10 января 1956 года. Один лопнул во время подъема, а один сбился с курса и так и не достиг целевой зоны. Остальные шесть вошли на территорию СССР и пересекли ее в среднем за три дня. Из них три были подобраны в воздухе самолетами С-119 456-го транспортного авиакрыла над Тихим океаном, один был найден в океане японским рыболовным судном, один был сбит к востоку от Хонсю, но полезная нагрузка так и не была найдена, а один, вероятно, был сбит подразделениями ПВО «Страны» (советских сил противовоздушной обороны) .

Операции в Адане продолжались в течение оставшейся части января и следующего месяца. Тем временем 4 февраля Советский Союз выразил решительный протест против операции . В результате президент Эйзенхауэр решил прекратить запуски и дал соответствующее указание ВВС остановить операции . Однако до получения указаний о прекращении операций отряду из Аданы удалось запустить последние девять аэростатов с этого места. Хотя все эти аэростаты успешно достигли советской территории, ни один из них не достиг зоны приземления.

Начиная с 6 февраля, группа запуска в Адане находилась в состоянии повышенной готовности на случай поступления приказов о возобновлении операций, но вместо этого, неофициально 29 февраля и сообщением от 1 марта 1956 года, ВВС США распорядились прекратить оперативную фазу проекта , а 26 марта 1956 года директивой штаба ВВС США 1-я авиационная дивизия и Стратегическое командование ВВС передали оперативный контроль над оперативными подразделениями вышестоящим командирам, начав таким образом возвращение каждого отряда и утилизацию избыточного оборудования.

Ниже приведён краткий обзор данных из Аданы:

Общее количество запусков воздушных шаров: 165
Успешных запусков воздушных шаров: 151
Неудачные запуски воздушных шаров: 14
Воздушные шары, пережившие перелет и вошедшие в зону восстановления: 45
Общее количество найденных гондол: 30
Общее количество пленок, отснятых с найденных в Адане гондол: 10,725 фута.
Общее количество фотокадров, полученных из найденных в Адане гондол: 9035
Адана оказалась самым продуктивным участком за всю программу . Мягкий климат и близость к целевой зоне стали ключевыми факторами ее успеха.

После шпионских воздушных шаров
После завершения операций с аэростатами компании Genetrix база также использовалась для выполнения тайных полетов над Советским Союзом с использованием высотных разведывательных самолетов U-2. Эти миссии продолжались до мая 1960 года, когда самолет U-2 Фрэнсиса Гэри Пауэрса был сбит зенитными ракетами над Свердловском, после чего полеты были прекращены.

На протяжении своей истории база играла основополагающую роль в ряде операций на Ближнем Востоке, включая ливанский кризис 1958 года, в различных сценариях на протяжении 1970-х и 1980-х годов, а также в недавних операциях «Буря в пустыне», «Северный дозор», «Несокрушимая свобода» и «Иракская свобода». Она также оказывала поддержку гуманитарным операциям после землетрясений или кризисов с беженцами в странах региона.

Список всех аэростатов GENETRIX, запущенных из Аданы в 1956 году.
10.01.1956 19:38 UTC 62 ч 4 м WS-119L - Разведывательная полезная нагрузка GENETRIX Груз поднят со дна моря японским рыболовным судном.
...
10.01.1956 6:37 UTC 67 ч 23 м WS-119L - Разведывательная полезная нагрузка GENETRIX Полезный груз был поднят в воздухе самолетом C-119.
10.01.1956 15:13 UTC 64 ч 51 м WS-119L - Разведывательная полезная нагрузка GENETRIX Полезный груз был поднят в воздухе самолетом C-119.
...
10.01.1956 20:43 UTC 73 ч 58 м WS-119L - Разведывательная полезная нагрузка GENETRIX Полезный груз был поднят в воздухе самолетом C-119.
...
18.01.1956 21:22 UTC 64 ч 52 м WS-119L - Разведывательная полезная нагрузка GENETRIX Полезный груз был поднят на суше службой воздушной спасательной авиации.
18.01.1956 14:37 UTC 67 ч 32 м WS-119L - Разведывательная полезная нагрузка GENETRIX Груз был поднят из моря береговой охраной Японии.
18.01.1956 ~ 13:00 UTC --- WS-119L - Разведывательная полезная нагрузка GENETRIX Груз поднят со дна моря японским рыболовным судном.
...
19.01.1956 11:12 UTC 71 ч 13 м WS-119L - Разведывательная полезная нагрузка GENETRIX Груз обнаружен на суше японской полицией.
19.01.1956 ~ 16:00 UTC --- WS-119L - Разведывательная полезная нагрузка GENETRIX Груз, поднятый из моря японскими рыбаками.
...
20.01.1956 7:28 UTC 68 ч 6 м WS-119L - Разведывательная полезная нагрузка GENETRIX Полезный груз был поднят в воздухе самолетом C-119.
20.01.1956 6:54 UTC 63 ч 47 м WS-119L - Разведывательная полезная нагрузка GENETRIX Полезный груз был поднят в воздухе самолетом C-119.
...
21.01.1956 12:53 UTC 51 ч 34 м WS-119L - Разведывательная полезная нагрузка GENETRIX Груз был поднят на суше японскими гражданами.
21.01.1956 18:33 UTC 53 ч 30 м WS-119L - Разведывательная полезная нагрузка GENETRIX Полезный груз был поднят в воздухе самолетом C-119.
21.01.1956 ~ 17:00 UTC --- WS-119L - Разведывательная полезная нагрузка GENETRIX Предполагаемое место завершения операции: в 50 милях от берега в Токийском заливе, Япония. Полезный груз так и не был возвращен.
21.01.1956 17:27 UTC 52 ч 46 м WS-119L - Разведывательная полезная нагрузка GENETRIX Груз поднят со дна моря японским рыболовным судном.
...
21.01.1956 2:28 UTC 62 ч 42 м WS-119L - Разведывательная полезная нагрузка GENETRIX Груз был поднят на суше японскими гражданами.
21.01.1956 1:45 UTC 71 ч 38 м WS-119L - Разведывательная полезная нагрузка GENETRIX Полезный груз был поднят на суше вертолетом Службы воздушной спасательной операции.
22.01.1956 19:23 UTC 54 ч 57 м WS-119L - Разведывательная полезная нагрузка GENETRIX Полезный груз был поднят на суше службой воздушной спасательной авиации.
22.01.1956 18:06 UTC 50 ч WS-119L - Разведывательная полезная нагрузка GENETRIX Полезный груз поднят со дна моря ВМС США
22.01.1956 ~ 12:00 UTC --- WS-119L - Разведывательная полезная нагрузка GENETRIX Предполагаемое место сброса груза: горы Кюсю, Япония. Полезный груз так и не был возвращен.
22.01.1956 12:56 UTC 67 ч 4 м WS-119L - Разведывательная полезная нагрузка GENETRIX Груз был поднят на суше японскими гражданами.

...  и т.д.

0

25

https://pereval1959.kamrbb.ru/?x=read&a … 0#reply_34
http://old.redstar.ru/2007/07/18_07/2_03.html

Парящие над планетой

15 июля 2007 года исполнилось 50 лет
Воздухоплавательному испытательному центру
Государственного летно-испытательного центра
им. В.П. Чкалова

Александр ДРОБЫШЕВСКИЙ,
начальник службы – помощник главнокомандующего ВВС
по информационному обеспечению.
Александр ТИХОНОВ, «Красная звезда».

     
     
Истоки

     История создания Центра относится к периоду противостояния двух мировых систем, и его формирование стало ответной мерой нашей страны на прогрессирующее развитие военного воздухоплавания за рубежом в 50-х годах прошлого столетия. Самоотверженный труд нескольких поколений специалистов Центра позволил возродить и применить военное воздухоплавание для решения различных задач, направленных на укрепление обороноспособности нашей страны и развитие фундаментальной науки.
     Вообще-то первое применение в русской армии аэростатной техники для военных целей относится к началу прошлого века – периоду войны России с Японией в 1905 г. и Первой мировой войны 1914 г. В этих кампаниях с целью наблюдения за противником и корректировки огня артиллерии использовались привязные аэростаты.
     Развитие военного воздухоплавания было продолжено в СССР. Ярким тому подтверждением стало применение привязных аэростатов во время Великой Отечественной войны.
     С помощью привязных аэростатов выполнялись боевые задачи по организации противовоздушной обороны крупных городов страны, по наблюдению за войсками противника и корректировке огня артиллерии, по подготовке парашютистов-десантников. За годы войны в составе Красной Армии было сформировано 3 дивизии и 17 отдельных дивизионов аэростатов заграждения, 10 отдельных дивизионов аэростатов наблюдения и один отдельный воздухоплавательный отряд ВДВ. В общей сложности насчитывалось около 3 тыс. аэростатных постов и более 50 тыс. человек личного состава.
     Во время войны промышленностью Советского Союза было выпущено около 10.000 единиц различных типов привязных аэростатов: КО-1, КВ-КН, КАЗ, К6В-К6Н, БАЗ-136, МАЗ-1, АН-540, КАН-640, ДАГ-1, поставлено войскам около 10 млн. метров аэростатного троса и необходимое количество наземной техники: водороддобывающих установок, аэростатных лебедок, газгольдеров и др.
     По окончании войны большинство воздухоплавательных частей было расформировано, личный состав демобилизован, техника сдана на войсковые базы, а затем списана.
     
Ответная мера

     Свободные автоматические аэростаты во время Второй мировой войны имелись только на вооружении армии Японии и успешно использовались для доставки на территорию США и Канады зажигательных и фугасных бомб.
     Американские специалисты обобщили японский опыт по созданию и применению свободных автоматических аэростатов и создали собственные, которые в период «холодной войны» стали в массовом порядке применять против СССР и его союзников с разведывательными и провокационными целями. По данным ПВО страны, за период с 1956 по 1977 г. подразделениями радиотехнических войск ПВО в воздушном пространстве СССР было обнаружено свыше 4 тыс. иностранных автоматических аэростатов, около 800 из них были сбиты.
     Наряду с мерами дипломатического характера и мероприятиями по усилению ПВО руководством СССР было принято решение о создании инфраструктуры отечественного военного воздухоплавания, основным направлением деятельности которой должно было стать оснащение Вооруженных Сил страны воздухоплавательной техникой. Для решения этой задачи была создана кооперация, в которую были включены ведущие предприятия промышленности, КБ, НИУ и вузы Минобороны СССР.
     В качестве испытательного учреждения Минобороны 15 июля 1957 г. на фондах 2-й военной школы авиационных механиков, дислоцировавшейся в
     г. Вольске Саратовской области, был сформирован Воздухоплавательный научно-испытательный исследовательский центр ВВС (ВНИИЦ ВВС).
     
Первые «ласточки»

     Благодаря опыту, энтузиазму и энергии нового поколения воздухоплавателей уже к концу 1957 г. был создан первый отечественный свободный автоматический агитационный аэростат АГ-1, к испытаниям которого приступил Центр. Аэростат состоял из полиэтиленовой оболочки объемом 12 м3 и подвески, на которой размещался полезный груз – агитационно-пропагандистские материалы.
     К первому поколению новой воздухоплавательной техники, которая была создана в 1958–1961 гг., относятся тренировочный пилотируемый аэростат ТА, аэростат – постановщик пассивных помех АРП, боевые аэростаты ближнего и дальнего действий БАБ-325 и БАД-3500, аэростат-метеоразведчик МР-1, высотный аэростат-лаборатория ВА, ранее созданные привязные аэростаты ДАГ-2, АН-800 и АЗ-55, аэростатные боеприпасы, стартовые устройства УСУ- 1, СУ АФ, ПСО и НСО.
     Одновременно с испытаниями отрабатывались вопросы боевого применения воздухоплавательной техники. Одним из них была экспериментальная проверка эффективности постановки пассивных помех группой автоматических аэростатов в заданном районе. Эта работа проводилась совместно с Центром боевого применения ВВС и завершилась участием Центра в совместном учении ПВО и ВВС, в динамике которого отрабатывались методы противодействия фронтовым ракетам ПВО.
     
Новое поколение аэростатов

     В апреле 1961 г. вышло постановление Совета Министров СССР, которое обязывало промышленность приступить к разработке второго поколения воздухоплавательной техники. Постановление предусматривало создание условий, обеспечивающих испытания. Были значительно расширены границы испытательной трассы: на востоке – до 120 град. в. д.; на севере – до 60 град. с. ш., на западе и юге – до Госграницы СССР. Кроме того, свободные автоматические аэростаты могли совершать посадку на территории Монгольской Народной Республики, были организованы дополнительные пункты слежения и управления полетами аэростатов, сформированы филиал ВНИИЦ ВВС с дислокацией на станции Степь Читинской области и воздухоплавательная станция филиала в Улан-Баторе.
     С середины 1960-х гг. начались интенсивные испытания воздухоплавательной техники второго поколения как на базе ВНИИЦ ВВС (с 23.10.1965 г. – 13-й ВНИЦ ВВС), так и на базе его филиала. В этот период были испытаны и приняты на вооружение ВВС: стратосферный свободный автоматический аэростат – носитель средств поражения, радиоэлектронной борьбы и агитматериалов АН–В; высотный аэростат-носитель АН–С; аэростат-фоторазведчик АФ-3Б, способный лететь к цели на одной высоте, а возвращаться на другой по принципу бумеранга; аэростаты-трассзонды АТ–С и АТ–В; аэростат метеорологической разведки МР-2; стратосферный аэростат-лаборатория ВАЛ-120; высотный аэростат-носитель агитматериалов АГ-6 и другие, а также средства наземного обеспечения этих аэростатов.
     В этот же период создаются эффективные аэростатные боевые средства. Они проходят все виды испытаний и принимаются на вооружение.
     Одной из ярких работ, проводимых 13-м ВНИЦ в 60-е годы, стал полет стратосферного аэростата-лаборатории «Волга», предназначенного для медико-биологических исследований и испытаний средств спасения экипажей стратосферных и космических летательных аппаратов. На этом аэростате парашютисты-испытатели установили два мировых рекорда по прыжкам из стратосферы: П.И. Долгов – с высоты 25.350 м с немедленным раскрытием парашюта и Е.Н. Андреев – с высоты 25.180 м и раскрытием парашюта на высоте 800 м. Полковник П.И. Долгов при выполнении прыжка погиб. За мужество и героизм, проявленные при испытаниях средств спасения экипажей, обоим парашютистам было присвоено звание Героя Советского Союза, П.И. Долгову – посмертно.
     В тот же период начались испытания, а затем штатные полеты аэростата АС, предназначенного для полетов на высоте 20 км с астрономической станцией «Сатурн», масса которой составляла более 6 тонн.
     Сложная работа была проведена
     13-м ВНИЦ в 1968–1970 гг. по программе совместного советско-французского эксперимента, связанная со стартами отечественных и французских стратосферных автоматических аэростатов из северных районов РСФСР.
     Для полномасштабных испытаний стратосферных аэростатов с июля 1970 г. был дополнительно расширен испытательный район полетов. Теперь он включал в себя практически всю территорию Советского Союза и Монголии, а также акваторию Северного Ледовитого океана по линии Земля Франца Иосифа - Северная Земля - остров Герольд - мыс Дежнева и акваторию Тихого океана до 1800 в. д. Филиал 13-го ВНИЦ из поселка Степь Читинской области был передислоцирован в п. Ключи Камчатской области, а 262-й отдельный воздухоплавательный дивизион из Вольска – в Николаевск-на-Амуре.
     Наряду с испытаниями воздухоплавательной техники и проведением исследований 13-й ВНИЦ в начале 1970-х годов участвовал в учениях и ряде других мероприятий. Например, в ходе учения «Днестр», проводимого по плану Главного штаба ВВС, с помощью 60 аэростатов АРП была создана область помех, размеры которой составили 170х20х12 км. Тем самым была показана достаточно высокая эффективность применения свободных автоматических аэростатов для этих целей. На исследовательском учении ПВО «Аэростат-70» отрабатывались способы борьбы с иностранными автоматическими аэростатами.
     Во второй половине 1970 – начале 1980-х гг. Центр участвует в отработке практических мер по уничтожению малообъемных аэростатов, которые могли выполнять полет на высотах 2–4 км.
     
Воздухоплавательных частей становится больше

     В период с 1975 по 1977 г. были сформированы воздухоплавательные части в четырех военных округах. Центр активно включился в работу по обучению личного состава воздухоплавательных частей как на своей базе, так и в местах их дислокации. В 1978 г. на базе Центра проводились учения с привлечением личного состава воздухоплавательных частей из четырех воздушных армий, самолетов и вертолетов частей ВВС (МиГ-17, Ту-16, Ан-26, Ми-8), радиолокационных частей войск ПВО. Из специалистов Центра была создана группа инструкторов, в задачи которой входили обучение личного состава расчетов и контроль их работы в ходе войсковых учений.
     Проводившиеся в тот период учения подтвердили на практике основные положения Боевого устава воздухоплавательных частей и руководства по инженерно-воздухоплавательной службе. Полученные результаты стали основой для предложения внести изменения в штат и табель воздухоплавательных частей. Кроме того, Центром были уточнены виды подготовок воздухоплавательной техники к применению, исследованы методы управления воздухоплавательными частями и пути их совершенствования, отработаны вопросы взаимодействия и обеспечения безопасности полетов авиации в районах боевого применения аэростатов.
     В начале 1980-х Центром завершены государственные испытания и принято на вооружение ВВС третье поколение воздухоплавательной техники: аэростаты-носители АН-С1, АН-В1Б; аэростаты–ретрансляторы связи «Выпь-АМ» и «Выпь-ПМ»; передвижной газозаправщик ПГЗ-2500; водороддобывающие установки ВУ-500 и ПВДУ-1М; компрессор ПВК-320; стартовые устройства УСУ-2К и УСУ-3; передвижная криогенная установка ПКУ.
     Центр участвовал в обеспечении радиосвязи с боевыми вертолетами, работающими в горах Афганистана, а также в подъемах на привязных аэростатах осветительных установок над возводимым укрытием «саркофага» четвертого блока Чернобыльской АЭС.
     В середине 1980-х гг. совместно с промышленностью проведена объемная работа по совершенствованию методов стартов свободных автоматических аэростатов. В этот же период прошло государственные испытания универсальное стартовое устройство УСУ-5, позволяющее проводить старты всех типов свободных автоматических аэростатов; совместно со специалистами Военной академии связи им. С.М. Буденного и других предприятий и учреждений проводятся экспериментальные испытания ретрансляторов связи.
     Одновременно у Центра появляется новая тематика – привязные аэростаты, возрождение которых началось с испытаний комплекса связи на сверхдлинных волнах «Астра». Затем в Центре прошли испытания аэростатный ретранслятор связи в УКВ-диапазоне на базе МПАК «Шерстяк» и комплекс уводящих помех «Реалия».
     Позднее Центр принял участие в экспериментальных и заводских испытаниях привязного аэростатного радиолокационного комплекса «Телескоп», предназначенного для обнаружения низколетящих малоконтрастных целей.
     

     

     Как отметил главнокомандующий ВВС генерал-полковник Александр Зелин, в настоящее время в российских ВВС исследуют возможности применения дирижаблей в военных целях. «В интересах решения этой задачи сейчас проводятся испытания двух дирижаблей», - сообщил он, уточнив при этом, что испытания и опытная эксплуатация дирижаблей «Аэростатика-01» и «Аэростатика-02» проводятся на базе воздухоплавательного испытательного центра ВВС (Вольск, Саратовская область).
     Главком ВВС сообщил, что на вооружении российских ВВС дирижаблей пока нет, но за время испытаний аппаратов «Аэростатика-01» и «Аэростатика-02» уже подготовлено 10 пилотов, трое из них допущены к полетам в качестве пилотов-инструкторов.
     В главном командовании ВВС отмечают, что дирижабли имеют хорошие перспективы для решения таких задач, как ведение разведки, целеуказание, связь, радиоэлектронное подавление радиотехнических средств противника.
     

     

     
В интересах науки и обороны

     За время существования Центром выполнено большое число задач по обеспечению предварительных (заводских) испытаний, а также экспериментальных работ, проводимых совместно с различными организациями страны в интересах как Минобороны, так и промышленности, фундаментальной и прикладной науки. Подавляющее большинство этих задач выполнялось в отрыве от основной базы на территориях полигонов Байконур, Сары-Шаган, у озера Балхаш, в районах Воркуты, Ахтубинска и Камчатки с перебазированием туда испытательных бригад, материальных средств и техники.
     В этот период Центр испытал стратосферный аэростат-лабораторию
     ВАЛ-120 МБА, предназначенный для научных экспериментов в верхних слоях атмосферы. С помощью этого аэростата были впоследствии проведены совместные исследования с учеными Бразилии, Китая, Японии. Эксперименты проводились на территориях России и КНР.
     Свою лепту внес Центр и в изучение Марса - на его базе совместно с учеными Франции была отработана парашютная система, предназначенная для спуска космического аппарата на Красную планету.
     Специалисты Центра немало сделали для метеообеспечения полетов аэростатов. Силами инженеров-метеорологов были созданы новые уникальные методы прогнозов: синоптический, синоптико-статистический, гидродинамический, численный и метод данных о ветре в пункте старта в любое время года; создана автоматизированная система централизованного метеообеспечения полетов свободных автоматических аэростатов при проведении стартов практически в любой точке России. С 1980 г. Центр выполняет функции центрального прогностического органа по разработке прогнозов маршрутов свободных автоматических аэростатов для воздухоплавательных частей.
     В 90-е годы Центр принимал участие в проекте «Термоплан», в проведении испытаний по применению привязного аэростатного комплекса «Шерстяк» для подготовки парашютистов.
     В этот период в Центре проведены государственные испытания унифицированных многоцелевых свободных автоматических аэростатов оперативно-тактического и стратегического назначения. По своим тактико-техническим характеристикам эти аэростаты способны заменить практически весь типаж свободных автоматических аэростатов-носителей предыдущего поколения.
     
Возрождение

     Процесс распада СССР сказался и на военном воздухоплавании: прекратились серийное производство воздухоплавательной техники, финансирование многих ОКР и НИР.
     В начале 1999 г. Воздухоплавательный испытательный центр был расформирован, а в начале 2000 г. восстановлен, но с минимально возможной численностью военнослужащих и гражданского персонала. Основной задачей Центра стало сохранение жизненно важных структур лабораторно-испытательной базы, обслуживание и сбережение воздухоплавательной техники, поступившей из расформированных воздухоплавательных частей. Однако в это же время, несмотря на сокращение численности личного состава, специалисты Центра осваивают тепловые и газовые аэростаты, выполняя на них пилотируемые полеты, продолжают работы по испытаниям воздухоплавательных комплексов, проводят государственные испытания мобильного привязного аэростатного комплекса «Межбровье», специальные испытания экспериментального образца аэростатной системы заграждения (защиты), государственные испытания полевого газозаправочного комплекса ПГК-2, государственные испытания опытного ремонтного образца ПГЗ-2500, отрабатывают методики по применению воздухоплавательной техники и участвуют в экспериментах по их практической реализации при выполнении работ на полигоне ГЛИЦ Минобороны РФ по испытаниям перспективных авиационных средств вооружения.
     В этот период Центр сопровождает НИР «Прогресс» по созданию перспективного комплекса бортовой аппаратуры управления полетом свободного автоматического аэростата, НИР «Шприц-С» – по созданию аэростатной аппаратуры разведки.
     За свою 50-летнюю историю 13-й Воздухоплавательный испытательный центр состоялся как испытательное учреждение и занял достойное место среди данных учреждений Министерства обороны Российской Федерации. Он стал единственной в стране кузницей кадров по воздухоплавательным специальностям. Вклад в укрепление обороноспособности и науку военнослужащих Центра получил высокую оценку: за полувековую его историю 1.278 военнослужащих удостоены государственных наград. В центре подготовлены 11 кандидатов технических наук.
     Центр прошел этапы взлета и спада в своей деятельности, но сегодня можно с уверенностью сказать: отечественному военному воздухоплаванию – быть! Личный состав Центра с оптимизмом смотрит в будущее и готов применять накопленный за десятилетия опыт и знания для дальнейшего развития воздухоплавания в интересах Отечества.

Испытательный центр Вольск | военный объект, авиация, научно-исследовательский институт (центр)
...
За время существования Центром выполнено большое число задач по обеспечению предварительных (заводских) испытаний, а также экспериментальных работ, проводимых совместно с различными организациями страны в интересах как Минобороны, так и промышленности, фундаментальной и прикладной науки. Подавляющее большинство этих задач выполнялось в отрыве от основной базы на территориях полигонов Байконур, Сары-Шаган, у озера Балхаш, в районах Воркуты, Ахтубинска и Камчатки с перебазированием туда испытательных бригад, материальных средств и техники.

https://www.aviaport.ru/conferences/42363/

В качестве испытательного учреждения Минобороны 15 июля 1957 г. на фондах 2-й военной школы авиационных механиков, дислоцировавшейся в
г. Вольске Саратовской области, был сформирован Воздухоплавательный научно-испытательный исследовательский центр ВВС (ВНИИЦ ВВС).

Первые «ласточки»

Благодаря опыту, энтузиазму и энергии нового поколения воздухоплавателей уже к концу 1957 г. был создан первый отечественный свободный автоматический агитационный аэростат АГ-1, к испытаниям которого приступил Центр. Аэростат состоял из полиэтиленовой оболочки объемом 12 м3 и подвески, на которой размещался полезный груз – агитационно-пропагандистские материалы.
К первому поколению новой воздухоплавательной техники, которая была создана в 1958–1961 гг., относятся тренировочный пилотируемый аэростат ТА, аэростат – постановщик пассивных помех АРП, боевые аэростаты ближнего и дальнего действий БАБ-325 и БАД-3500, аэростат-метеоразведчик МР-1, высотный аэростат-лаборатория ВА, ранее созданные привязные аэростаты ДАГ-2, АН-800 и АЗ-55, аэростатные боеприпасы, стартовые устройства УСУ- 1, СУ АФ, ПСО и НСО.
Одновременно с испытаниями отрабатывались вопросы боевого применения воздухоплавательной техники. Одним из них была экспериментальная проверка эффективности постановки пассивных помех группой автоматических аэростатов в заданном районе. Эта работа проводилась совместно с Центром боевого применения ВВС и завершилась участием Центра в совместном учении ПВО и ВВС, в динамике которого отрабатывались методы противодействия фронтовым ракетам ПВО.

https://svpressa.ru/society/article/11097/

https://mironow.wordpress.com/2020/05/03/аэростаты-на-вооружении-зсу/

АГ-6М

Семейство аэростатов АГ — первый массовый полиэтиленовый аэростат в СССР. Создавался по образу и подобию НАТО-вских аппаратов, нарушающих воздушное пространство Советского союза. Они падали, их сбивали. И изучали.

можем посмотреть ТТХ АГ-1:

Принят на снабжение в 1959 году.
Объем оболочки — 12, м3.
Масса агитационных материалов — до 5 кг.
Высота полета — до 5000 м.
Дальность полета — до 300 км.
Продолжительность полета — до 5 часов.
Расчет подготовки запуска — 3 человека.
Возможен групповой и массовый запуск.
https://mironow.wordpress.com/wp-content/uploads/2020/05/d090d093.jpg

Кстати, военный полигон в районе Воркуты - это вот походу
https://rvsn.info/before_rvsn/uap_24.html

24-й учебный артиллерийский полигон (24-й УАП, объект «Волга») (в/ч 14043)

0

26

https://avro-live.livejournal.com/17431.html

Шпионский аэростат над Новосибирском

9 декабря, 2013

Рассказ моего дяди Василия Александровича Кирьянова, служившего в середине 1950-х на военном тогда еще аэродроме Толмачево. Записано 10 лет назад в Череповце Вологодской области, откуда он призывался в армию на срочную службу.

...Однажды летом 1955 года в воскресенье над аэродромом на большой высоте силы ПВО засекли шпионский воздушный шар. Тогда таких шаров много над СССР запускалось нашими «вероятными противниками». В тот день стояла пасмурная погода, и шар, десятки метров в диаметре, опустился довольно низко. У нас в Толмачево стояло дежурное звено ПВО, три самолета. Они взлетели, но и шар резко вверх поднялся, до высоты 16 км! И летчики на такой высоте уже не могли его достать. Тогда со Чкаловского завода поднялся сверхзвуковой истребитель МиГ-19, он тогда только испытания проходил. Как наши офицеры рассказывали – шел он с полным боекомплектом, весь его расстрелял и только в самом конце все-таки смог его сбить где-то в районе Бердска. Самолет зашел сверху и на снижении смог попасть в нарушителя.

Шар спустился на землю на четырех парашютах. При касании земли сработала радиостанция, специалисты взяли пеленг и позвонили нам на аэродром. Был получен приказ доставить шар в «Толмачево». Полетел за ним наш Ли-2 и к вечеру вернулся. Мне удалось на этот шар посмотреть – весь фюзеляж самолета был забит оболочкой. Кроме нее была рейка длиной около четырех метров. К ней крепились парашюты, а в центре был фотоаппарат, упакованный в пенопласт. У фотоаппарата было два объектива примерно по 10 см. Эти объективы качались с определенной амплитудой.
Когда проявили пленку, оказалось, что на ней был снят весь маршрут от Ташкента до Сибири. Также на рейке с каждой стороны было по два контейнера. Когда мы шар увидели, они уже пустые были. На контейнерах написано было, что если кто-то эти контейнеры найдет - не бойтесь, сдавайте туда-то и получите доллары, тут же и рисунок был с сыплющимися долларами.
Еще на рейке были колбы с какой-то жидкостью. У каждой колбы был пиропатрон. Видимо, с их помощью шар управлялся по высоте, говорили, что по радио. Запускали их с Ирана (уточнение 2016: подтверждаются запуски шаров из Турции: http://www.designation-systems.net/dusr … -119l.html - Глеб). Там была база, которая вроде как проводила метеоисследования. На «нашем» шаре тоже метеоприборы были. До этого такие шары уже сбивали, но не в нашем районе.
На другой день поступает команда – найденную аппаратуру отвезти в Новосибирск. Саму пленку (оболочку шара) оставили нам как ненужную. Она была очень тонкой, примерно такой, в которую сейчас колбасу заворачивают. В структуре было целых семь пленочных слоев. Мы ее приспособили - поверх портянок обматывали, чтобы в слякоть ноги не промокали. Метров пять этой пленки я привез домой. У меня брат портным в Москве работал, я его попросил сшить с этого материала плащ-накидку. Так я ее в кармане носил сложенной, пока не понадобится. Она наверно до сих пор на даче лежит (найти, увы, не получилось - Глеб).

Фото с инета, нет нормальных фото шпионских аэростатов 1950-х. Но есть интересная книга на тему этих и других шпионских полетов над СССР.

Добавление 2017: "Решение принимал штаб в Толмачах. Позвонили: летит замполит и я, ведомым..."

http://www.proza.ru/2014/10/20/2140

Добавление 2019 из книги "Военные контрразведчики":

Ого, Анатолий Емельяшин однако
https://proza.ru/2014/10/20/2140

Шар - фотошпион
Анатолий Емельяшин
                Из раздела «Авиаучилище».

      Комэска рассказывает:

      «Цель над Горным Алтаем засекла наша П-20. Дело было на исходе ночи. Как умудрились сержанты локаторщики не проспать засветку на экране, да ещё рассчитать скорость её передвижения, мне непонятно до сих пор. Но тревогу подняли. Прибывший на П-20 штурман полка определил цель как воздушный шар и доложил в штаб училища. А оттуда приказ: «Готовиться к перехвату».
      Не знаю, принимали решение в штабе училища или согласовывали с ВВС округа, но приказ на вылет поступил из штаба ранним утром, часа через два после обнаружения цели.

      Приказ не был неожиданностью – полк нацелен на такие задачи. На стоянке в полной готовности всегда были две машины с ПТБ и полным боекомплектом. Личные машины комполка и его зама по «огню и дыму», т.е. по ВСП, другие лётчики и курсанты на них не летали.
      А кому лететь? Командир – в отпуске, зам по ВСП – в отъезде, штурману полка приказано лично наводить на цель с нашего локатора. Наведение –  это задача посложней, чем сам полёт.
      Кого назначат лететь? Дело тут не в поисках цели – наведут по локатору, и не в поражении её – стрелять умеют все инструктора, даже молодежь. Дело в том, что надо ещё вернуться. Если сожжёшь всю горючку, то можно и не вернуться. А запасных площадок, я уже не говорю о ВПП, южней Топчихи нет, там даже поляны не подберешь, чтобы на брюхо шлёпнуться. Тайга, предгорье Алтая. Останется один выход – катапультироваться.
      А если горючки и хватит, но подойдет облачность и закроет полосу? У нас ведь от ОСП-48 только радиооборудование: дальний и ближний привод, да маяки на них, а световой части нет. А кто в полку умеет заходить и садится по системе ОСП? Второй класс имеет только командир и его замы, я, как и другие комэски обучался слепой посадке, но на класс пока не сдал.
      Решение принимал штаб в Толмачах. Позвонили: летит замполит и я, ведомым.

      Короткий инструктаж штурмана и мы взлетаем. Задача ведущего – четко выполнять все команды пункта наведения, ведомого – болтаться в пеленге и заносить в наколенник все изменения режима: курс, скорость, высота и время (до секунд) на каждом отрезке маршрута. Это самое главное: по этим записям по возвращению надо будет на карте начертить пройденный путь и место встречи с целью.
      Надо сказать, что пока наводили, десяток раз меняли и курс, и скорость и высоту. Шар ведь тоже перемещался и попадал в разные струи воздушных течений.

      Наконец штурман сообщает: «Цель впереди и выше вас!» – «Цель вижу» – отвечает ведущий. Мы действительно видим на фоне тусклого неба светлый объект. – « Атакуйте!»
      Какой же это шар? Видим блестящую на солнце утолщённую в верхней части сосиску аэростата. Он  впереди по курсу и выше горизонта. И как атаковать, если он выше? Мы и так идём на практическом потолке. И какие габариты  у этой штуковины, какую базу вводить в прицел?
      Выполняем спираль вокруг «шарика» с набором 2 – 3 метра в секунду, больше не получается, скорость упала до предела.
      Решение принимает ведущий: «Сброс баков!».  По моим расчётам там оставалось горючки ещё на  три минуты. Как бы она нам пригодилась на обратном пути! Но с ПТБ нам до шара не подняться.
      Ещё пять минут крутим спираль, по крохам набираем высоту, и вот уже шар смотрится на фоне размытого горизонта.

      «База 30, обрамляем боковыми, марку на верхнюю треть  – уточняет ведущий –  атака!»
      Атакуем, как договаривались, поочерёдно. Ведущий доворачивает на цель, я начинаю этот маневр чуть позже – надо же увеличить дистанцию.
      Режим взлётный, а скорость минимальная. Цель всё же чуть выше и чтобы взять её в прицел надо делать горку, пусть и пологую. Но запаса скорости для этого нет.

      Ведущий исчез из поля зрения. Слышу: «Отстрелялся, захожу на вторую». В это время верхняя треть аэростата вписывается  в боковые ромбики дальномера, марка на месте, давлю на все кнопки.
      От мощи залпа машина, кажется, остановилась и тут же проваливается. Только бы не штопор!
      Отпускаю ручку и, набрав скорость, перехожу в горизонт. Вижу на высотомере что провалился после залпа на 1000 метров. Перевожу в пологую спираль с набором высоты. Снова потихоньку лезем вверх, на второй заход.

      Выполняем вторую атаку, за ней третью. На сколько заходов хватит боезапаса? Наше грозное оружие делает в оболочке крохотные дырочки – плёнка прошивается, она слаба, чтобы инициировать взрыв снаряда.
      Этих дырочек видимо достаточно: на четвёртом или пятом заходе замечаю, что шар опустился почти на полторы тысячи.

      Достреливаем боезапас и снижаемся спиралью вместе с шаром. Вот тут и замечаем по вариометру: скорость снижения 5-6 метров в секунду. Сосиска заметно похудела. Сколько времени она будет падать до земли? Сколько бы ни снижалась, у нас приказ: «Отметить место падения». Значит нужно привязаться к местности.
      В четыре глаза запоминаем подстилающий пейзаж: заснеженная тайга, серые проплешины горельника, голые южные склоны невысоких хребтов. А вот и лесосека, и дорога от неё в восточном направлении. А АЧХО неудержимо отсчитывает секунды и минуты, время пожирает керосин.

      Шар падает недалеко от вырубок. Но на карте этих деталей может и не быть, даже наверняка их нет. Запоминаю направление распадка какой-то речушки, лесная дорога пересекает её очевидно по мостику. Уж в лесничестве это место точно покажут.

      Всё, пора на точку. Курс по АРК на привод, на Топчиху.  На самом экономном режиме набираем 5000. Идём на крейсерской – надо экономить горючку. Красная лампочка загорается ещё над коленом Оби. Но отсюда я дотяну  даже без горючки. Облачности нет, заход  будет визуальный, сяду с планирования.
      Планировать не пришлось – горючего хватило и на заход и на посадку. Рулить не стали: пусть тянут на стоянку тягачом».

      Добавлю ещё, как пересказчик и свидетель.
      Прочерченный по записям на наколеннике маршрут был настолько точен, что с поправкой на тридцатиминутное кружение вокруг цели, перемещающейся в воздушном потоке, место падения шара с гондолой было определено с ошибкой всего полтора километра. Уровень штурманских расчётов высочайший.  Шар упал чуть южнее Горно-Алтайска (30-32 км).

      Через неделю вернётся поисковая группа из БАТО. Шар и гондолу поместят под охрану, позже фотоаппаратура будет перевезена в Москву и выставлена рядом с такой же с других сбитых шаров на пресс конференции, на которой Хрущёв будет распекать агрессоров-империалистов, – шпионов и диверсантов.

      Тончайшая плёнка от оболочки негласными путями попадёт в руки курсантов и будет использоваться как покрытие белых матерчатых подворотничков. Подшивать подворотнички станем не ежевечерне, а раз в неделю. А наиболее ленивые курсачи не меняли подворотнички и месяц.

      Ленивцы были наказаны: прокатилась целая эпидемия шейного фурункулёза. Врач объяснил: империалисты здесь ни при чём, матерчатые воротнички – это средство санитарии – убирают с шеи пыль и впитывают пот. А плёнка этому препятствует, и неважно, чья она, своя советская или империалистическая.   Медик заодно запретил и военторговские подворотнички из белого целлулоида – вред от них тот же.
                Март 1956г.

      Следует ещё пояснить. Дело в том, что в те времена в районе Алтая и Саян не было авиации ПВО и локационной системы дальнего обнаружения. О зенитной артиллерии не знаю, но ракет «земля-воздух» уж точно не было.   Поэтому старший офицерский состав нашего УИАП изредка привлекался к выполнению перехвата. Конкретный результат таких вылетов был единожды – вот этот шар-шпион. Одно время ходили слухи о вводе боевого дежурства, но они так и остались слухами – среди инструкторов очень мало было летчиков, обученных перехвату, – и подготовка не соответствовала и задачи военного училища совсем другие.

https://proza.ru/2013/12/22/205

ПЕРЕХВАТ

              (Как ПВО СибВО держала в прицеле планету Марс)

      Жаркий июльский день. На аэродроме «Калманка», как и на других полевых аэродромах военного училища лётчиков, идут учебные полёты.
      У большинства курсантов это полёты на отработку фигур высшего пилотажа с инструктором на спарке – УТИ МиГ-15, после чего можно лететь самостоятельно, на боевом МиГе.
      Некоторые ещё только подошли к этому разделу программы. Их два заместителя комэски «вывозят на штопор». Штопор – не пилотажная фигура, в него срываются при ошибках в технике пилотирования.  Но нужно уметь выходить из этого опасного вращательного падения. Поэтому перед самостоятельными полётами на высший пилотаж курсантам показывают, как можно сорваться в штопор и как из него выходить.

      Пилотируют в зонах на высотах 3 – 5 тысяч метров, на штопор забираются выше 7 тысяч и уже с кислородом, в маске. Стараемся держаться в «зонах» – строго ограниченных по ширине и длине полосах с хорошими ориентирами на земле. Но в воздухе нет ограничений, поэтому за каждым курсантом в зоне следит приятель по учебной группе, уже слетавший или ожидающий своей очереди.

      В центре обозначенного флажками «квадрата», где размещаются все, не находящиеся в данный момент в воздухе, подвешен репродуктор. Вот возле него и толпятся наблюдатели с биноклями, надеясь больше на радиообмен, чем на зрение: очень уж утомительно 20 минут, не отрываясь следить за крутящейся в небе машиной.

      Один из наблюдающих потерял свою машину, а когда снова её обнаружил, удивился:  самолёт завис в дальнем конце зоны в виде светлого пятнышка.
      Доложил и показал инструктору. Тот, разглядев пятнышко в бинокль, бросился в будку руководителя полётов, смекнув: в воздушной зоне аэродрома посторонний объект.

      В квадрате воцаряется тишина – всё внимание радиообмену. Слышим: «243-му покинуть зону» – это курсанту. «202-й наберите над точкой двенадцать» – это своему заместителю. «Всем на земле зарулить на заправку».
      Через минуту: «Всем ковёр». «Ковёр» – это срочная посадка всех находящихся в воздухе!     Назревает что-то необычное: такая суматоха бывает только при катастрофах! К счастью, довольно редких.

      Комэска по резервной станции выходит на волну аэродрома полка. Там подключают третий аэродром. Все видят объект в одном и том же секторе. Штурман полка запрашивает со всех точек данные угловых замеров, делает расчёты и объявляет: объект на высотах 20 – 25 км, дальность 110 – 120 км. Вывод: воздушный шар, но на необычной для шаров высоте.

      Американские разведывательные шары-аэростаты, запускаемые в Турции, плывут обычно на высотах в 12 – 20 км на восток через весь Союз. Локаторы их не берут: металл только в деталях фотоаппаратов.  Перехватчики ПВО сбивают их постоянно по визуальному наблюдению на высотах до 15 – 16 тысяч метров; выше – не позволяет потолок МиГов.
      Шары, плывущие на больших высотах, проскальзывают до Тихого океана и Аляски. Там американцы их каким-то образом снижают или тоже сбивают и извлекают из аппаратов отснятую фотоплёнку.
      Фоторазведка с дипломатической отпиской: метеозонды, изучающие верхние слои атмосферы, занесённые воздушными массами на территорию сопредельного государства.

      По репродуктору слышим: «Я 202-й набрал 12 цель вижу размер как яблоко», – это замкомэски упражняется в фантазии. Летавший с ним курсант потом рассказал: «Ни хрена не разглядели – солнечные блики на фонаре!» Хорошо хоть с яблоко, а не с арбуз!

      Тем временем штаб училища доложил в штаб округа. Прямой связи у нас нет, но с КП полка связисты дублируют телефонный и радио обмен по нашим УКВ каналам. Подключены локационные системы дальнего обнаружения и наведения ПВО, но цели на экранах нет! Известно: оболочка шара из тончайшей плёнки, гондола из бальсовой древесины, фотоаппараты почти полностью из пластмасс.
      Зенитчики из запретки Легостаево под Новосибирском докладывают: «Радары цель не берут, но визуально её отслеживаем». И сообщают свои замеры её координат.
      Штурман в штабе училища замечает идентичность замеров зенитчиков с замерами в Топчихинском полку и снова запрашивает координаты цели у штурманов его эскадрилий. Расстояние между точками замеров 150 километров – угловые координаты не должны совпадать!

      ПВО округа объявляет боевую тревогу. А это значит, что на локационных пунктах наведения планшетисты, отложив домино, заняли свои места, операторы впились глазами в экраны, штурманы наведения уткнулись в карты, расчерченные рубежами обнаружения, взлёта и перехвата. В зенитных частях расчёты заняли свои места, стволы расчехлены, СОНы прощупывают небо. На аэродромах ПВО округа лётчики из «готовность – 1», дежурящие в кабинах МиГ-17ПФ, подключают кислород, запускают двигатели, взлетают. «Готовность – 2» занимает кабины, технари готовят машины к запуску, а «готовность – 3» уже подъезжает из городков и бежит на стоянки. Вселенский аврал! Вернее: боевая тревога!

      По уточнённым координатам в штабе рассчитали новую высоту цели – 80 километров. Фантастика! Инициативу перехватывает штаб ПВО: его перехватчики на форсаже уже рвутся ввысь. Собирают новую информацию и объявляют: цель на высоте 168 километров! Просто и с высокой точностью!
      Но это – уже не земной объект, это – космос! Земные аэростаты ещё не поднимались выше тридцати с небольшим километров. Даже метеоракеты не достигают высот свыше тридцати. В редких публикациях о достижениях метереологов проскальзывает и наклонная дальность этих ракет. Зачем она метеонауке? Впрочем, зенитчики ПВО знают, что это за «метео».

      В штабе ПВО явное замешательство. Решают обратиться к науке. Звонят в только что созданное Сибирское отделение РАН, по-видимому, в институт астрофизики. Услужливые связисты дублируют по УКВ и телефонный разговор:
– В секторе (следуют угловые координаты) обнаружен неизвестный объект, высота запредельная, вне досягаемости наших средств поражения, технические средства не берут – ведём цель визуально. Может, разъясните, что это?
– Цель? В этой точке? И что предприняли?
– Зенитчики цель ведут, но огонь пока не открывают. Перехватчики барражируют на высотах 15 –16 тысяч.
– Что ж, барражируйте, барражируйте. Но стрелять не надо. Зачем сбивать? Это Марс. До него 56 миллионов километров…

      На дублирующего кто-то шикнул, и связь со штабом прекратилась. С КП полка покряхтели и скомандовали: «Конец полётов, мать их…. Матчасть на стоянки, личный состав кормить!»
      Без строя шли мы в столовую, оглядываясь и безошибочно находя на предвечернем небе светлое пятнышко воинственной планеты, державшей в напряжении несколько часов отлаженную машину противовоздушной обороны. Но избежавшей залпового огня зениток, «метеоракет» и РСов перехватчиков.

      Шёл июль 1956 года. На многочисленных аэродромах школ и училищ продолжалась штамповка военных лётчиков, теперь уже не «сталинских соколов». И в ВВС ещё бытовала фраза, принадлежавшая, по слухам, Василию Сталину: «где кончается порядок, – начинается авиация!» Но уже скоро маршал Жуков прижмёт авиационную вольницу, а через четыре года Никита Хрущёв вообще на три четверти сократит Военно-воздушные силы, разгонит большинство лётных училищ.
      Великий блеф, построенный на наличии, якобы, баллистических ракет и поражении под Свердловском У-2 Пауэрса зенитной ракетой, ранее именовавшейся «метео».
      В тот момент баллистические ракеты можно было пересчитать по пальцам, а Пауэрс уцелел для суда ценой жизни капитана Сафронова, пытавшегося его атаковать на МиГ-17, разнесённым в клочья одной из двух пущенных ракет. До У-2 дошла только взрывная волна, повредившая рули управления.

      В результате этого блефа десятки тысяч молодых военных лётчиков, лейтенантов и капитанов, будут штурмовать отделы кадров Управлений ГВФ, согласные на любую работу, от диспетчера до водителя автотрапов и электрокаров, лишь бы числиться «лётчиком резерва» в надежде на переучивание на гражданские машины. Ещё столько же опытных лётчиков, тридцатипяти-сорока лет будет отправлено на пенсию.

      Нет, надо было перехватчикам сбивать Марс!

0

27

https://avro-live.livejournal.com/242927.html

Шпионские шары над СССР, 1985

https://ic.pics.livejournal.com/avro_live/55909092/1785948/1785948_900.jpg
Экспонат одного военного музея. АДА - это автоматический дрейфующий аэростат.

http://www.airwar.ru/history/locwar/xus … turkm.html

Туркменская воздушная граница
             
         n  Игорь Сеидов



Начать этот рассказ следует с 1950 г., когда в связи с ухудшившейся обстановкой на границе с Ираном назрела необходимость усиления дислоцированной здесь советской авиационной группировки. Для этого было принято решение о создании в Туркестанском ВО новой, 38-й истребительной авиадивизии, возглавить которую поручили п-ку М. Р. Грядунову. Первыми ее частями стали 152-й ИАП и предназначенный для его обслуживания БАТО(1), приказ о создании которых вышел 23 декабря 1950 г. Командиром нового авиаполка стал Герой Советского Союза гвардии м-р А. П. Чурилин, которому вскоре присвоили звание подполковника. 13 января 1951 г. он вместе с группой офицеров из 10 человек прибыл в Самарканд и приступил к непосредственному формированию части. 17 марта его летчики получили первые боевые самолеты полка, перегнав из Карши девять Як-3. 29 июля 1952 г. полк перебазировался на вновь отстроенный после катастрофического землетрясения 1948 г. аэродром Ак-Тепе и вскоре заступил на боевое дежурство.

Практически одновременно со 152-м ИАП был сформирован и вошел в состав 38-й дивизии 156-й полк. Однако эта часть создавалась на территории Московского ВО и сразу же приступила к освоению реактивных МиГ-15бис. В Средней Азии полк оказался только в 1953 г., перебазировавшись на аэродром Ма-ры-2. Кроме того, в 38-ю дивизию входил 188-й ИАП.

В течение 1953-1960 гг. состав самолетного парка дивизии существенно изменился, его основу теперь составляли МиГ-17. В течение почти всего этого периода каких-либо инцидентов в ее зоне ответственности не произошло — самолеты ВВС Ирана и США ограничивались, в основном, полетами вдоль границы. Но летчикам 38-й НАД все же приходилось применять оружие — на их счету около десятка сбитых автоматических аэростатов, которые запускались с территории Ирана, Турции и Греции. Днем боевого крещения 38-й НАД можно считать 9 апреля 1960 г., когда границу Советской Туркмении нарушил самолет-разведчик U-2, пилотируемый к-ном Г. Пауэрсом. «АиВ» не так давно писал об этом инциденте (№ 4'99, стр. 18), поэтому только напомню, что при возвращении нарушителя из рейда командир 156-го ИАП подп-к П. Е. Кузин поднял два МиГ-17, летчики которых получили задание пересечь границу Ирана и преследовать U-2 до предела радиуса действия своих истребителей в надежде, что тот снизится и его удастся уничтожить. Они углубились в воздушное пространство сопредельного государства на 250-300 км, однако успеха эта отчаянная попытка не имела, и пилоты с трудом, почти при пустых баках, вернулись на свой аэродром.

Возможно, этот случай послужил поводом для кардинального реформирования дивизии. Уже в мае ее передали в состав 30-го отдельного корпуса ПВО, заменив при этом 188-й ИАП на 735-й. Этот полк был сформирован в начале 50-х гг. и сначала зачислен в состав 100-й истребительной дивизии, находившейся в Ярославском соединении ПВО. В 1954 г. его передали в 13-ю ГИАД ТуркВО, и аэродромом базирования стал Ханабад под г. Карши (Узбекистан), где часть осталась и после передачи в 38-ю дивизию(2). Окончательная адаптация 38-й НАД в системе ПВО произошла в феврале 1961 г., когда это соединение было переформировано в 17-ю дивизию ПВО, в которую, кроме названных авиаполков, вошли зенитно-ракетные и радиотехнические части. Одновременно со структурными изменениями вооружение 30-го ОК ПВО было существенно усилено. Корпус получил более 100 новейших ЗРК С-75 «Двина» и значительное количество современных РЛС. Авиаполки в срочном порядке переучились на сверхзвуковые МиГ-19П, а, кроме того, немного позднее одна эскадрилья 156-го ИАП освоила всепогодные Як-28П.

Первым летчиком 17-й дивизии, удостоенным правительственной награды, стал к-н А. С. Карпенко из 152-го ИАП. 29 ноября 1962 г. во время выполнения учебного задания на его МиГ-19 произошел серьезный отказ силовой установки. Летчик должен был катапультироваться, но тогда самолет неминуемо упал бы на город Безмеин. Карпенко смог отвести машину в сторону и покинул ее только над пустынной местностью. За этот подвиг 10 апреля 1963 г. пилот был награжден орденом Красной Звезды.

Самолет L-26
В январе 1963 г. 30-й ОК ПВО был развернут в 12-ю Отдельную Армию ПВО, и вдоль границы с Ираном появились новые позиции ЗРК. Это не осталось без внимания со стороны спецслужб Ирана и США, которые решили провести воздушную разведоперацию над данным районом. Она была запланирована на 20 ноября 1963 г. — день, когда в Иран с визитом отправилась официальная делегация СССР во главе с Л. И. Брежневым. Нарушение границы произошло рано утром. Получив сообщение об этом, командир 152-го ИАП п-к М. И. Привалов поднял с аэродрома Ак-Тепе на перехват дежурную пару МиГ-19. Однако из-за сильной мглы найти цель летчикам не удалось. Тогда с Мары-2 взлетели два МиГ-19 156-го ИАП, наведением которых занялся командир полка подп-к Н. М. Хижняк. И хотя пилотам мешала все та же мгла, ведущий пары к-н В. П. Павловский смог обнаружить следовавший на высоте 2000 м самолет-нарушитель, которым оказался двухмоторный поршневой L-26B (военный вариант «Аэро-Коммандера-560»), имевший иранскую гражданскую регистрацию. Павловский дважды подавал сигналы «Следуй за мной», но экипаж вторгшейся машины проигнорировал их и, повернув в сторону Ирана, стал уходить. Тогда с «земли» поступила команда: «Цель за границу не пускать». Выполняя ее, капитан в районе поселка Ар-тык огнем из пушек поджег L-26B, но тот все же перетянул за «ленточку» и упал в районе г. Моминабад. Из самолета выскочили три человека и спаслись от взрыва топливных баков. После этого инцидента Тегеран обвинил СССР в уничтожении гражданского самолета в воздушном пространстве Ирана. Однако расследование, проведенное штабом 12-й ОА ПВО при участии командующего ТуркВО маршала И. И. Федюнинского, доказало — L-26 был сбит над советской территорией. Позднее агентура КГБ установила, что в нем находились представители разведки иранской и американской армий.

Эта неудача не остановила коллег Джеймса Бонда от дальнейших подобных акций. Вторую попытку они предприняли осенью 1964 г. Накануне иранские власти официально уведомили советскую сторону, что в связи с земельной реформой намечено проведение аэрофотосъемки вдоль границы от Бахардена до Серахса, на удалении 8 км от ее линии. Командование 12-й ОА ПВО решило подстраховаться и поднять в воздух звено истребителей 156-го ИАП. Как оказалось, опасения были не напрасны. Проводивший аэрофотосъемку «Аэро-Коммандер-560» «случайно» нарушил границу в районе Серахсского выступа и углубился в 20-км запретную зону. Это своевременно обнаружили посты радиотехнических войск (РТВ), и служба наведения оперативно вывела звено к-на Печенкина на самолет-нарушитель. Истребители зажали непрошеного гостя с двух сторон, после чего его экипаж без долгих раздумий подчинился командам и приземлился в районе запасного грунтового аэродрома 156-го полка подТенженом, где был арестован. На вопрос, почему они не попытались уйти за границу, иранцы ответили: «Если бы мы не выполнили команду на посадку, нас тут же бы сбили...». Расследование, проведенное под руководством начальника штаба авиации ПВО СССР генерала И. П. Башилова, показало, что как в первом, так и во втором случае официальным работодателем экипажей «Коммандеров» была Ирано-американская географо-картографическая компания. Однако отличная оснащенность самолетов специальной аппаратурой и соответствующая подготовка авиаторов американскими инструкторами убедительно доказывали — рейды осуществлялись в интересах разведслужб. В связи с тем, что экипаж самолета-нарушителя беспрекословно выполнил команду советских средств ПВО, через неделю разбирательств и пребывания в Мэрах он вместе со своим самолетом был передан иранской стороне.

Самолет L-20 Beaver

Прошло почти три года, и в том же районе была предпринята еще одна попытка воздушной разведки мест сосредоточения ЗРК 12-й ОА ПВО. Днем 28 июня 1967 г. в 37 км восточнее Ашхабада в воздушное пространство СССР проник иранский легкомоторный самолет L-20A Beaver, взявший курс на Мары. На его перехват взлетела дежурная пара 156-го ИАП, ведомая замкомэском к-ном О. Г. Степановым. Подойдя к нарушителю, Степанов заставил его совершить посадку на автостраду Ашхабад-Мары в 70 км от Ашхабада.

В середине 60-х гг. 156-й ИАП получил новейшие перехватчики Су-9, но уже через несколько лет перевооружился на Су-15, а чуть позже — на более совершенные Су-15ТМ. 152-й полк долго летал на стареньких МиГ-19 и только в 1977 г. перешел сразу на истребители третьего поколения МиГ-23М. В 70-е гг. много беспокойства личному составу 17-й дивизии доставляли разведывательные АДА. Это были «шары» нового поколения, запускались они с турецкой базы в г. Эрзрум и несли внушительный арсенал оборудования. В борьбе с «дрейфовиками» особенно отличились летчики 152-го ИАП, которые записали на свой счет 7 АДА. Первый из них сбил в 1971 г. м-р В. А. Гулей, он же через пять лет уничтожил еще один. В 1972 и 1973 гг. два аэростата сбил старший штурман полка подп-к А. К. Белов. В сентябре 1975 г. еще один зонд «снял» Н. М. Михеев. (Следует отметить, что тогда с 11-го по 14-е сентября над территорией СССР появились 11 АДА, имевшие высоту дрейфа 11000-14000 м и скорость около 200 км/ч. По каждому из них поднимались от одного до шестнадцати перехватчиков, которые применяли УР, НАР и огонь пушек. Им удалось уничтожить 8 «шаров» и у двух отбить подвески). В 1978 и 1979 гг. еще два АДА сбили Г. А. Чухонцев и Л. М. Орлов.

В 70-е гг. в зоне оперативного контроля 17-й дивизии ПВО происходили и единичные вторжения в воздушное пространство СССР пилотируемых ЛА. Весной 1975 г. в 01 ч 20 мин границу нарушил иранский легкомоторный самолет. Его своевременно обнаружили посты РТВ, и на перехват с аэродрома Ак-Тепе взлетел на МиГ-19 ст. л-т В. Антипов. Цель шла на малой высоте над горами, и обнаружить ее оказалось непросто. Тогда советский летчик снизился и попытался отыскать самолет-нарушитель на высоте его полета, но не успел уклониться от склона горы и врезался в нее. Иранской машине удалось уйти, а обломки истребителя и останки летчика обнаружили только спустя несколько дней в районе поселка Фирюза.

Летчики 152-го ИАП взяли полноценный реванш за гибель своего товарища в 1978 г. 21 июля в 6 ч 21 мин в районе приграничного поселка Багир, недалеко от Ашхабада, наземные посты обнаружили четыре вертолета СН-47С «Чинук» ВВС Ирана, которые углубились в советское воздушное пространство на 15-20 км. В 6.26 цели были обнаружены радиотехническими средствами авиабазы Ак-Тепе, и прибывший на КП полка заместитель командира части подп-к Ю. А. Милослав-ский поднял на перехват МиГ-23 под управлением к-на А. В. Демьянова. Тот обнаружил один вертолет, но опознать его не сумел и принял за своего. К тому же, летчик получил с «земли» команду: «Оружие не включать! Близко не подходить!». В ответах Демьянова при радиообмене чувствовалась какая-то неуверенность, и он был возвращен на аэродром.

Капитан В. И. Шкиндер

В 6.52 Милославский поднял второй истребитель, пилотируемый к-ном В. И. Шкиндером. Вскоре летчик доложил, что вертолеты опознаны, после чего получил команду: «Атакуйте!». «Чинуки» шли парами на юго-восток вдоль Каракумского канала, но, когда иранцы обнаружили, что их преследует истребитель, они тут же развернулись и стали уходить к горам, в сторону границы. Получив команду на уничтожение цели, Шкиндер выпустил по ближайшему СН-47 две ракеты Р-60. Тут же на КП последовал его доклад: «Первый уничтожил...». Через 8 секунд он уточнил: «Первый упал на землю, горит. Второй уходит к границе. До границы 5 км, постараюсь уничтожить второй вертолет, сейчас доверну». Милославский, чувствуя, что пилот вошел в боевой азарт, предупредил его: «Близко не подходи». В ответ последовало взволнованное сообщение: «Второй дымит, полетели куски от него, пошел к границе...». На запрос КП: «Чем работали?», летчик ответил: «Пушкой» (расход снарядов составил 72 штуки). С момента вылета прошло всего 5 мин 26 с.

Первый «Чинук», пораженный двумя ракетами, упал в районе поселка Гяуре и полностью сгорел, а вместе с ним погибли и все 8 человек, находившихся на борту. Второй СН-47, получив попадания в двигатель, совершил вынужденную посадку в районе Гяурсской погранзаставы, и четыре члена его экипажа были задержаны пограничниками. Ведущая пара вертолетов успела уйти. Экипаж подбитого «Чинука» около недели находился в Ашхабаде под арестом, затем его перевезли в Москву. Вскоре советская сторона заявила, что «иранские вертолеты заблудились и непреднамеренно нарушили советскую границу», после чего экипаж и останки восьми погибших иранцев вернули Тегерану. Через месяц находившийся в Гяурсе СН-47 был восстановлен советскими специалистами, и иранцы перегнали его на родину. Инцидент был исчерпан. Однако, со слов техников, ремонтировавших этот «Чинук», на подбитом и сбитом вертолетах стояло разведывательное фотооборудование, а на уцелевшей машине были обнаружены несколько отснятых кассет.

Валерий Шкиндер вскоре был переведен на другое место службы. Его представляли к ордену Боевого Красного Знамени, но Кремль ограничился благодарностью, сославшись на «сложную международную обстановку»! Считается, что к-н Шкиндер провел первый результативный бой на истребителе с вертолетом в истории Советских ВВС и ПВО. Видимо, это первый успешный воздушный бой на самолете с изменяемой стреловидностью крыла в мире вообще. Его схема была размножена и разослана во многие части ПВО для пере-нятия эффективных тактических приемов при борьбе с малоскоростными высокоманевренными целями.

70-е годы для 17-й дивизии были омрачены, как минимум, тремя тяжелыми летными происшествиями. 3 ноября 1975 г. в районе поселка Бахарден разбились на МиГ-15УТИ летчики 152-го полка к-ны Ро-манцев и Штракин. В 1979 г. во время учебного полета сорвало фонарь на Су-15 из 156-го ИАП, который пилотировал летчик Пак. Самолет вошел в штопор и разбился, пилот погиб. В том же году в 152-м ИАП из-за помпажа двигателя МиГ-23М над аэродромом Ак-Тепе катапультировался летчик Кожанов, а самолет упал в районе ВПП.

В марте 1980 г. 17-я дивизия была переформирована в 24-й ОК ПВО, при этом ее два авиаполка переданы в состав ВВС ТуркВО. В начале 1981 г., уже находясь в новом подчинении, отличился командир эскадрильи 156-го ИАП м-р Н. В. Рахи-мов, который на Су-15 сбил очередной АДА. Летом того же года в полку произошел последний перехват на этом типе самолета. Заместитель командира эскадрильи к-н Кондаков был поднят в воздух, после того как наземные службы зафиксировали нарушение границы иранским легкомоторным самолетом. Цель шла низко, и хотя летчик опустился до 1500 м, обнаружить ее так и не смог. Однако его истребитель с подвешенными ракетами хорошо видели иранцы. Они решили не испытывать судьбу и приземлились на ближайшей автостраде. При расследовании выяснилось, что два незадачливых «летуна», управлявших одномоторным спортивным самолетом, просто заблудились. Вскоре они вместе со своим аппаратом были отпущены в Иран.

Для 156-го полка переход под знамена ВВС вылился в переучивание на Су-17МЗ, после чего он с июня 1981 г. стал именоваться истребительно-бомбардировочным (АПИБ). Жизнь показала абсолютную непродуманность решения о выведении истребительной авиации из состава 12-й ОА ПВО (скажем, для выполнения функций перехватчиков пришлось ставить на боевое дежурство Су-17 156-го полка). Поэтому в феврале 1986 г. в 24-й корпус ПВО вернули 152-й ИАП и включили вооруженный МиГ-23М 179-й ГИАП, ранее входивший в ВВС ТуркВО и базировавшийся на аэродроме Небит-Даг. В 1988 г., в свете перестроечных веяний, корпус был переформирован в дивизию, вновь получившую свой 17-й номер. В нее дополнительно включили 366-ю отдельную вертолетную эскадрилью, вооруженную Ми-8 и Ми-24.

Заметный след в истории 152-го и 156-го полков оставила война в Афганистане. 30 марта 1982 г. с Ак-Тепе в Шинданд отправились два звена МиГ-23М во главе с м-ром И. А. Предикером, которым предстояло прикрывать крупную десантную операцию в районе Рабати-Джали. Успешно выполнив поставленные задачи, группа через месяц без потерь вернулась на родную базу. В дальнейшем летчики 152-го ИАП время от времени совершали боевые вылеты с Ак-Тепе для нанесения ударов по целям на территории ДРА. Как правило, на задание отправлялась одна эскадрилья (10-12 самолетов). Отработав по цели, садились в Шинданде, где дозаправлялись и затем уходили в Союз, на аэродром Мары-2, а уже оттуда возвращались в Ак-Тепе. Таких вылетов было относительно немного и обошлись они без потерь, да что там потери — даже ни одной пробоины в самолетах не отмечено. А вот 156-му АПИБ повезло гораздо меньше. Он воевал в Афганистане с мая 1983 г. по октябрь 1984 г., потеряв семь Су-17МЗ и двух летчиков.

В последнее десятилетие существования СССР было отмечено только одно серьезное нарушение воздушной границы на рассматриваемом направлении. Летом 1987 г. со стороны Ирана вторгся неизвестный самолет и зашел на 40 км в глубь советской территории. Цель поначалу «отдали» ЗРВ, однако у ракетчиков произошел какой-то сбой, и тогда с Ак-Тепе подняли в воздух МиГ-23. Однако было потеряно 8 минут, и нарушителю удалось удрать. В один из дней 1989 г. в приграничной зоне, по иранскую сторону, появился вертолет, поведение которого показалось весьма неопределенным. На всякий случай комдив-17 п-к Алтынбаев поднял на перехват МиГ-23 из 152-го полка, пилотируемый подп-ком Осауленко. Вскоре летчик обнаружил над горами в районе н. п. Фирюза потенциального нарушителя и начал его сопровождение. Некоторое время истребитель и вертолет летели параллельно друг другу, каждый по свою сторону границы. В конце концов «сокол Исламской революции» решил не рисковать и отвернул в глубь своей территории.

В этот же период произошел и весьма курьезный инцидент. Как-то весной 1983 г. РТВ зафиксировали нарушение границы со стороны Ирана. На перехват был поднят Су-17 из 156-го АПИБ. Однако и с Ак-Тепе 152-й ИАП отправил МиГ-23. В результате летчик МиГа принял Су-17 за нарушителя, а летчик «сушки» — наоборот Оба доложили на свои КП, что видят противника и атакуют его. Вскоре завязался воздушный бой, а в это время нарушитель, которым оказался Ту-22, залетевший по ошибке в иранское воздушное пространство и возвращавшийся назад, преспокойненько сел в Мары-2. На КП обоих полков быстро разобрались, что происходит в воздухе, и разняли драчунов, не доведя дела до стрельбы.

К сожалению, не обошлось это десятилетие и без серьезных летных происшествий.. Так, 24 июня 1981 г. пилоты 152-го ИАП вновь отвели угрозу падения самолета на Безмеин. В тот день у МиГ-23УБ, которым управляли подп-к А. С. Мовчун и к-н А. X. Худайназаров, при взлете отказал двигатель. Летчики увели машину в сторону от жилых районов, но сами из-за малой высоты спастись не смогли. Посмертно они были награждены орденами Красной Звезды, а на месте их гибели благодарные местные жители установили обелиск. В 90-е гг. дважды в серьезные ситуации попадал уже упоминавшийся зам. командира той же части подп-к Н. Е. Осауленко. В августе 1990 г. у его МиГа на высоте 2100 м произошло самовыключение двигателя. Однако летчик не стал катапультироваться и со второй попытки на высоте всего 400 м смог запустить ТРД, после чего благополучно приземлился на аэродроме. За героизм, выдержку и спасение боевой машины офицер был представлен к ордену Красного Знамени, но... повторилась история со Шкиндером. В марте 1993 г. на долю Осауленко выпало последнее ЛП в полку. При заходе на посадку не вышла носовая опора шасси. Летчик увел самолет подальше от аэродрома, где выполнил каскад фигур высшего пилотажа с большими перегрузками и заставил таким образом переднюю «ногу» покинуть свою нишу.

В 1990 г. с базы хранения в Сары-Шагане (Казахстан) в Ак-Тепе перебросили около 20 перехватчиков МиГ-25ПД, ранее состоявших на вооружении расформированного в том же году 378-го Трансильванского ИАП, базировавшегося в Запорожье. Самолеты поступили на оснащение двух эскадрилий 152-го ИАП.

В 1991 г. все летчики освоили дневные полеты, а 4-5 человек летали и в ночное время. Эскадрильи были признаны боеготовыми и приступили к несению боевого дежурства. Уже после распада СССР прошли стрельбы: в 1992 г. летчик А. А. Сафонов первым в полку сбил ракетой Р-40 самолет-мишень Ла-17.

Штурмовики Су-25 ВВС Туркменистана

В 1990 г. 156-й АПИБ получил новые МиГ-29, но продолжал эксплуатировать некоторое количество Су-17. В таком смешанном составе он и встретил декабрь 1991 г. До 1993 г. полк и другие части, о которых речь шла в этой статье, входили в состав ВВС РФ. Затем они разделили судьбу многих российских полков, расположенных за пределами своей страны: сами части были расформированы, российские авиаторы убыли на родину, а вся авиатехника перешла вооруженным силам государств, образовавшихся из бывших советских республик. При этом базировавшиеся в Ак-Тепе и Мары части стали отдельными смешанными авиаполками нейтрального Туркменистана. Они получили на вооружение самолеты разных типов: МиГ-23, МиГ-25, МиГ-29 и Су-17. Недавно там появились Су-25, четверка которых была показана на параде в декабре 1999 г. Именно туда прибывают служить молодые авиаторы туркменских ВВС, недавно окончившие украинские авиационные вузы.

_______________
Примечания:
1  Батальон аэродромного технического обслуживания
2   В апреле1965 г. 735-й ИАП был передан в 15-ю дивизию ПВО (Самарканд)

https://rg.ru/2021/11/16/reg-ufo/amerik … -godu.html

Американский аэростат-шпион сбили над Сталинградом в 1959 году
Николай Грищенко

16 ноября 1959 года в небе над Сталинградом произошло первое в Советском Союзе боевое применение зенитного ракетного комплекса С-75 "Двина". Пораженной целью оказался американский автоматический дрейфующий аэростат - АДА - со шпионской аппаратурой. Успех зенитчиков был засекречен.

https://svpressa.ru/post/article/144593/

https://www.koob.ru/druzhinin_u_o/pages … y_domestic
https://www.klex.ru/1gvp
http://web.archive.org/web/202210180823 … v/siov.pdf

«СТРАНИЦЫ ИСТОРИИ ОТЕЧЕСТВЕННОГО ВОЗДУХОПЛАВАНИЯ» (Дружинин Ю.О. и другие, Москва 2013

http://paragraf-book.ru/component/jshop … 2?Itemid=0

За мечтою в небо. К 50-летию ФГУП Долгопрудненское конструкторское бюро автоматики и 75-летию Дирижаблестроя СССР
Автор: Голубятников В.Н.
Год: 2006

0

28

https://pereval1959.kamrbb.ru/?x=read&a … 0#reply_72
https://www.sovsekretno.ru/magazines/2012/7-22/

http://web.archive.org/web/202112010907 … ye-vetrom/

ЗАНЕСЁННЫЕ ВЕТРОМ
Занесённые ветром
Автор: Николай ПОРОСКОВ
03.07.2012

Заградительные аэростаты противовоздушной обороны эпохи Второй мировой войны

После трагической истории с южнокорейским «Боингом», сбитым 1 сентября 1983 года над Сахалином, и скандальной посадки легкомоторного германского самолёта «Цессна-172» на Красной площади 28 мая 1987 года это ЧП стало первым серьёзным испытанием воздушного суверенитета в постсоветском пространстве

В 9 часов 41 минуту 12 сентября 1995 года дежурные силы ПВО Белоруссии заметили неопознанный летающий... шар. Попытки войти в радиоконтакт с экипажем, облёт шара военным вертолётом, предупредительные выстрелы ни к чему не привели. В 11 часов 54 минуты в районе военного аэродрома Осовцы (Брестская область) он был сбит. Прибывшие первыми к месту падения летающего аппарата милиционеры нашли в корзине шара два трупа. Пилоты погибли от множественных травм при ударе о землю. Командующий ПВО Белоруссии генерал-лейтенант Валерий Костенко, надо полагать, избавился от «синдрома Руста» – он лично отдал приказ на уничтожение. Кстати, сбитый в тот день шар не был единственным нарушителем – целая эскадрилья участников международных соревнований на «Кубок Гордона Беннета»-95, стартовавшая в Швейцарии, пересекла нашу границу. Одни сели по первому требованию, другие сумели уйти обратно.
Западная пресса вылила на белорусских военных ушат грязи, обвинив их в убийстве «мирных спортсменов». Хотя... в соответствии с нормами международного права за безопасность полётов отвечает тот, кто контролирует воздушное пространство (контроль подразумевает и пресечение незаконного полёта). Американцы в Персидском заливе, в районе своего крейсера «Винсеннес», сбили иранский аэробус, ошибочно приняв его за противника. Израильтяне средь бела дня расстреляли заблудившийся ливийский лайнер, хотя и прочли все надписи на борту. И «мировая общественность» их не осудила. Так что командование ПВО действовало правильно: шар мог столкнуться с пассажирским самолётом – тогда жертв было бы больше. К тому же он запросто мог оказаться «летающим разведчиком».

От братьев Монгольфье до наших дней
С начала эры воздухоплавания – 5 июня 1783 года, когда братья Монгольфье подняли в воздух первый шар, наполненный горячим дымом, и по сей день воздухоплавательные средства (ВПС) активно используются в боевых действиях и шпионаже. Уже в 1849 году с небольших аэростатов зажигательными и разрывными снарядами австрийские войска бомбардировали Венецию.
Первый русский военный привязной аэростат был поднят 1 августа 1870 года. Спустя десять лет появилась спецчасть – Кадровая воздухоплавательная команда, прославившаяся в Русско-японскую войну тем, что впервые применила шар-разведчик. К 1917 году в России было 88 отдельных армейских и корпусных воздухоплавательных отрядов и две морские крепостные роты. Во время Гражданской войны привязанные к морским судам и бронепоездам аэростаты вступали в бой даже с аэропланами.
Звёздный час «детища Монгольфье» пришёлся на Вторую мировую. Применение дирижаблей, вооружённых пулемётами, пушками, глубинными и фугасными бомбами, покончило с господством немецких подводных лодок в Атлантике – потери судов союзников снизились в семь раз, а германский подводный флот получил приказ не атаковать конвои, сопровождаемые дирижаблями. С помощью аэростатов в районе Сандомира было обнаружено знаменитое дальнобойное орудие немцев «Берта». Воздушное наблюдение за портами Клайпеда и Лиепая не позволило немцам вывезти оттуда в начале 1945 года награбленные ценности.
В июне 1942 года в пригороде Ленинграда капитан Судаков продемонстрировал своё изобретение – шар-прыгун (для переброски за линию фронта разведывательно-диверсионных групп), но идея не нашла тогда применения.
Воздухоплавательные средства отлично зарекомендовали себя и в локальных войнах. Например, во Вьетнаме американцы использовали систему обнаружения низколетящих целей на базе привязных ВПС – систем STARS и LASS. Подразделения психологических операций разбрасывали с аэростатов агитационные листовки, устанавливали на них ретрансляторы для ведения спецпропаганды, поднимали акустическую аппаратуру для «прослушивания» джунглей. Во время событий в Персидском заливе Ирак с помощью той же системы LASS, захваченной у Кувейта, пеленговал крылатые ракеты на расстоянии до 260 километров.

NASA и Пентагон гоняют шары
В одном из докладов Минобороны Конгрессу США говорится: «При охране границ самолётов системы АВАКС недостаточно, они эффективны лишь в комплексе с привязными и дрейфующими автоматическими аэростатами».
Уровень развития воздухоплавания на Западе позволял иметь аппараты с таким диапазоном характеристик: высота полёта – до 35 км, дальность – более 12 000 км, продолжительность – до 13 суток, полезная нагрузка не менее 2 тонн, скорость – до 12 км/ч. Они универсальны: применялись на всех стратегических направлениях и действуют там, где другие летательные аппараты не эффективны. Причём управляемый полёт, как правило, завершается точным выводом на цель.
В США давно делаются попытки заменить часть зондирующих ракет и даже космических аппаратов аэростатами. В феврале 1987 года для наблюдения взрыва суперновой звезды NASA уже использовало аэростаты – с прибором, сфокусированным для улавливания гамма-лучей, а объединённое командование аэрокосмической обороны Североамериканского континента (НОРАД) – для подъёма радиолокационных станций как наиболее эффективного средства против крылатых ракет.
Запуски американских ВПС осуществляются с 13 полигонов и 7 стартовых площадок (в том числе с Куиджо-Кэй, Флориды и мыса Канаверал). Производство «баллонов», как часто называют ВПС на Западе, финансируют и другие страны. Существуют проекты ударного комплекса на базе свободного аэростата-носителя стратегического назначения с длительностью полёта до 150 суток и полезной нагрузкой до 120 (!) тонн. В 1985 году в печати промелькнуло сообщение о том, что страны НАТО, объединив усилия, к середине 90-х годов построят «совместный дирижабельный флот из 134 кораблей раннего предупреждения, 198 патрульных, 269 минных тральщиков и 252 кораблей противолодочной обороны». Но сведения на эту тему не поступали. Обычно так делается (и история с ядерными разработками тому подтверждение), когда информацию засекречивают, а испытания новинок продолжаются.
В отличие от всего остального мира опыт применения ВПС у нас был забыт сразу после войны. Во второй половине 50-х СССР сделал ставку на ракетостроение и воздухоплавательные части были расформированы, а производство их вооружения прекращено. Интерес к ним в последующем возникал лишь периодически. Никиту Хрущёва взволновало то обстоятельство, что американцы организовали «воздушный мост» в Западный Берлин. Никита Сергеевич распорядился немедленно поднять против самолётов США... заградительные аэростаты. Нажим на промышленность, скомкавший другие производственные планы (об этом мне рассказывал участник тех событий подполковник в отставке Александр Бернштейн, в годы войны инженер полка аэростатов заграждения), позволил всего за три месяца сформировать три спецдивизиона. Но обучать специалистов было некому, да и в Берлин подразделения не послали, опасаясь скандала. Через год их расформировали, технику списали. Поторопились. И это доказали дальнейшие события.

Нашествие воздушных пришельцев
Я располагаю данными Научно-исследовательского института Войск противовоздушной обороны России.
Оказывается, наиболее интенсивно автоматические дрейфующие аэростаты-шпионы (АДА) запускались на территорию СССР с 1956 по 1977 год. Всего за эти 20 лет, по данным НИИ ПВО, обнаружено 4112 аппаратов, 793 из них сбиты истребительной авиацией. Государственная принадлежность – США, Франция, Финляндия, ФРГ, Норвегия, Швеция, Турция.
Наиболее частые маршруты:
Нарвик (Норвегия) – Петрозаводск, Вологда, Пермь;
Гамбург – Берлин, Варшава, Минск, Москва;
Ливорно (Италия) – София, Сухуми, Баку, Красноводск;
Эрзрум (Турция) – Баку, Ашхабад, Мары, Душанбе.
Долетали АДА до Сибири, Семипалатинска, часть ушла даже на территорию Монголии.
Об «успехах» нашей авиации можно судить по таким данным. Например, с 11 августа по 14 сентября 1975 года на территорию Советского Союза проникли одиннадцать беспилотных АДА. По каждому факту нарушения границ поднимали по тревоге от одного до шестнадцати перехватчиков МиГ-21, Як-28П, Ту-128, МиГ-19, Су-15ТМ, применивших управляемые ракеты, реактивные НУРСы (неуправляемые реактивные снаряды – ред.) и пушечные снаряды. Итоги: сбито восемь, у двух отбита подвеска, один не сбит. Средний расход: 1,4 ракеты, 26 НУРСов, 112 пушечных снарядов. На каждый аэростат! Они оказались крепкими орешками. Некоторые углублялись на территорию СССР до двух тысяч километров, и средства ПВО были бессильны.
Вообще живучесть воздухоплавательных средств, вопреки бытующему мнению, достаточно высока. У дирижаблей она сопоставима с показателями американского стратегического ракетоносца В-52. Они способны выдерживать воздействие управляемых реактивных снарядов «воздух–воздух», пушек истребителей, а обходятся в два раза дешевле, например, «Боинга-747».
Может, «шарики» были «занесёнными ветром»?
17 июля 1985 года майор Н.Саватеев сбил «баллон» в районе моря Лаптевых. Предположительно, он был запущен с полигона Кируна (Швеция) и шёл по маршруту Гренландия – Баффинова Земля – север Канады – Барроу (Аляска), где и были сброшены контейнеры с аппаратурой радиоразведки. И таких примеров десятки. Поисковые группы, лётчики малой авиации, а зачастую и просто школьники, колхозники находили в подвесках сбитых аэростатов подобные контейнеры.
Неудивительно, что после таких ярких всплесков воздухоплавательной активности, как запуск почти трёх тысяч аэростатов в январе – феврале 1956 года, сотен малоразмерных шаров в декабре 1980 – январе 1981 года и т.д., остро вставал вопрос о средствах самого эффективного противодействия.
Для «достойной встречи пришельцев» была доработана часть зенитных ракетных комплексов типа С-75 и С-125. Шли даже разговоры о создании специализированного авиационного комплекса перехвата аэростатов, но этого явно было недостаточно. Прежде всего требовался перехватчик, имеющий мощную бортовую радиолокационную станцию и подвижную пушечную установку для стрельбы с малых дистанций. К сожалению, из-за недостатка финансирования и набиравшей силу конверсии многое из задуманного осталось в проектах, о которых теперь почти не вспоминают. Разве что в связи с инцидентом вроде белорусского.

«Подарок» Запада
С 25 декабря по 9 марта 1981 года небо европейской части Советского Союза почти ежедневно бороздили десятки неопознанных летающих нарушителей границы. Первым блестящие шары грушевидной и сферической формы заметил экипаж вертолёта Ми-8 и его командир капитан В.Чистяков. Поднятые по сигналу тревоги истребители-перехватчики вернулись ни с чем.
Специалистам Главного штаба, Научно-исследовательского института и Военной академии ПВО поставили задачу: установить, откуда и с какой целью были запущены шары. Анализом разведывательной информации занимался доктор технических наук генерал-майор авиации Евгений Сиротинин, определением мест запуска – полковник О.Сапоровский. К исследованиям была подключена большая группа учёных и офицеров главкомата. Выяснилось: «шародром» мог находиться на острове Лоллан в Дании, в районе Балтийских проливов (запуск с кораблей?) и в местечке Кируна в Швеции.
В правильности этой версии убеждало и то, что Лоллан входит в систему измерительных пунктов НАТО, где проводятся исследования оптических свойств атмосферы – для прогнозирования эффективности применения оптико-электронных средств в военных целях. А с пункта Кируна уже запускались шары по международным программам. На приложенной к секретным документам карте я видел множество прочерченных трасс.
Для чего же шары запускались?
Вывод первый: в мирное время – только разведка, в угрожаемый период – чтобы держать в постоянном напряжении противовоздушную оборону противника, отвлекая её от основной задачи – уничтожения самолётов и крылатых ракет. И наконец, в военное время – за счёт перенасыщения информационных систем радиотехнических войск снизить эффективность группировки ПВО.
В те годы на Западе как раз шло развёртывание крылатых ракет АЛКМ и «Першингов». По их возможным маршрутам, на их высотах и запускали «баллоны» – как говорят военные, «для повышения точности проводки, расчёта постоянно действующей динамической ошибки от ветровых нагрузок». Словом, были они не такими безобидными, как могло показаться на первый взгляд.
И второй вывод. Если бы после случившегося были выделены средства на научно-исследовательские и опытно-конструкторские работы, а затем и на оборудование того же вертолёта радиолокационной станцией и пулемётом, возможно, Руст и не долетел бы до Красной площади. Только после его вояжа вновь заговорили о создании теперь уже вертолётных эскадрилий, но...
Следующий инцидент не заставил себя слишком долго ждать.

Тайна аэростата Рirog
Воскресным вечером 2 сентября 1990 года жители Мурманска и Североморска наблюдали в небе ярко светящийся объект, меняющий свой цвет с ярко-белого на оранжевый. В бинокль можно было определить форму очередного НЛО – вытянутый по вертикали шар или аэростат. Повисев несколько часов, к утру 3 сентября объект двинулся в южном направлении и скрылся. Чуть позже он был сбит истребителем ПВО.
Разные догадки высказывались тогда о предназначении объекта: запущен ли с разведывательными целями, или, как утверждали учёные Полярного геофизического института, утерян их коллегами из Института космических исследований во время эксперимента, проводимого Шведской космической корпорацией. Было много противоречивых сведений о том, найдена подвеска или утонула в приполярных болотах. Автору через военные круги стало известно, что сбитым объектом был аэростат типа Ріrog, предназначенный для исследований в области физики и химии межзвёздной среды.
Что же произошло 2 сентября?
Итак, в 16 часов 42 минуты над водами Баренцева моря в 60 километрах севернее острова Кильдин, ещё до государственной границы, оператор РЛС рядовой В.Ильин на высоте 29 километров обнаружил цель, получившую условный номер 7912. Шар сопровождали девять радиотехнических подразделений. В 18 часов 18 минут он пересёк границу и вошёл в зону поражения зенитных ракетных комплексов.
Ракетчики ждали приказа на открытие огня, но не дождались: район был насыщен объектами Северного флота, при стрельбе зенитными ракетами могло пострадать население. Кроме того, военные хотели убедиться, нет ли в подвеске людей.
Западнее Мурманска шар понесло в сторону финской границы. В 7 часов 53 минуты 3 сентября с Кольского полуострова поднялся истребитель Су-15ТМ, пилотируемый капитаном Игорем Здатченко. Боевая машина была вооружена ракетами с тепловой головкой самонаведения (ГСН) и комплектами фугасно-зажигательных снарядов. В 8 часов 8 минут лётчик выпустил две ракеты. Как рассказывал автору Здатченко, первая прошла мимо, вторая прямым попаданием пробила оболочку и взорвалась. При повторном заходе Здатченко увидел, как отстреленная пиропатроном подвеска опускается на трёх парашютах. Произошло это в 50 километрах северо-западнее посёлка Ковдор.
Интересно, что же было в подвеске аэростата Ріrog?
На специальной платформе был установлен телескоп Кассегрена, спектрометр (охлаждаемый жидким гелием для лучшей настройки на инфракрасное излучение), оптическая система, радиометр, фотоприёмник, цифровая система и приборы дистанционного управления полётом, средства радиосвязи с дальностью свыше 800 км, газоанализатор, телекамера. Все сверхсовременно – от микропроцессоров до мощных литиевых и солнечных батарей...
Нам потом объяснили: мол, подобные аэростаты запускаются с 1985 года для изучения межзвёздной среды. Такова официальная версия. Но уже тогда было достоверно известно, что почти все исследования на Западе в области геофизики имели прикладные аспекты, связанные с созданием новых образцов вооружения, поиском средств и способов оборонного и экономического потенциала вероятного, как тогда говорили, противника. То есть с обыкновенным шпионажем. С 1976 года, когда была принята международная Конвенция о запрещении военного или любого иного враждебного использования средств воздействия на природную среду, многие работы, особенно под эгидой НАТО, тщательно легендировались под исследование физики атмосферы, солнечно-земных связей, восстановления «продырявленного» озонового слоя и т.д.
Исходя из некоторых пока не рассекреченных данных, было установлено, что оптико-электронная аппаратура, аналогичная обнаруженной в аэростате Рirog, раньше использовалась только (!) в военно-прикладных экспериментах. Поэтому в НИИ ПВО пришли к выводу, что наиболее вероятно разведывательно-исследовательское назначение комплекса. АДА, видимо, был послан «присмотреться» – и присмотрелся: из полученной в РВСН справки видно, что во время полёта шара над водами Атлантики и Баренцева моря было запущено в испытательных целях несколько наших секретных баллистических ракет и ракет-носителей.
И ещё одно важное обстоятельство. Проведение столь дорогостоящего баллонного эксперимента именно в августе вряд ли можно оправдать только геофизическими задачами. Ведь наиболее интересный и удобный период исследования озоносферы, как указано в программе Международного европейского арктического эксперимента, – с декабря по март. Аппаратура АДА вполне могла быть связана с радиолокационным комплексом обнаружения ракет в Вардё (Норвегия), построенным США в 1987 году. Он входит в состав системы «Радит», созданной ещё в начале 60-х для наблюдения за космическим пространством в районе полигонов Плесецк, Капустин Яр и районами боевых полей (то есть мест, куда падают остатки отработавшего своё «изделия» испытательных полигонов на Дальнем Востоке).
В этой же системе находится и РЛС «Кобра Дейн» на Алеутских островах.

***
После того как на Западе стали активно использовать аэростаты, в 1956 году воздухоплавательная служба была создана и у нас – в составе ВВС, с научно-исследовательским центром и специальным отдельным КБ. Служба принимала участие в проведении операций «Гром» и «Гроза», где создавала мишенную обстановку при испытании ядерных боеголовок, помогала в изучении прохождения радиоволн при ядерных взрывах. Филиалы центра были открыты в Забайкальском военном округе и Монголии.
В 70-е годы службой разрабатывался комплекс межконтинентального стратосферного аэростата, изготавливались пневматические сооружения военного назначения – надувные ангары для работ на технике, макеты-муляжи зарубежной военной техники (ракет, самолётов) для полигонной подготовки лётного состава. Воздухоплаватели поднимали на Красной площади привязной аэростат с огромным портретом Ленина, в Лужниках во время Олимпиады – трапецию с гимнастами, на Чернобыльской АЭС – осветительную установку и аппаратуру телеуправления подъёмным краном.
В 1988 году, после того как один из наших шаров ушёл в Швецию (и мы не безгрешны), министр обороны маршал Язов приказал из названия центра изъять слово «научный» и сократить штаты. И позже эту ошибку никто не исправил. А ведь применение ВПС соответствует оборонной направленности нашей военной доктрины, согласуется с принципами реформирования армии.
...В 1994 году над Кольским полуостровом вновь был обнаружен шар-нарушитель. То ли по дипломатическим каналам прошло предупреждение, то ли по каким-то другим причинам он был отпущен восвояси без воздействия ПВО. Так что история с воздушными пришельцами наверняка будет иметь продолжение.

Авторы:  Николай ПОРОСКОВ

0

29

https://naukatehnika.com/aerostat.-gero … emeni.html

http://web.archive.org/web/202303290009 … emeni.html

Послевоенные аэростаты СССР #Авиация Любченко Д.И. 13 августа 2021,

По окончанию Второй мировой войны военные специ­алисты большинства основных стран-участниц обоб­щили опыт по созданию и применению боевых аэ­ростатов различных конструкций и назначений, тем более что назревала новая, холодная война, в которой перспективность применения аэростатов просматривалась весьма четко. Не от­ставал в этом направлении и Советский Союз.   
Начало статьи  -   часть 1 -  Аэростаты. Деньги на ветер?
часть 2 -  Боевые аэростаты и дирижабли Российской империи в Первой Мировой
часть 3  - Российские управляемые и неуправляемые аэростаты на Западном фронте

В 1945 году в нашей стране было разработано «Наставление по боевому применению аэростатов заграждения», в котором обобщался как отечественный, так и зарубежный опыт боевого применения аэростатов заграждения во Второй мировой войне.   
В частности, в этом документе отмечалось, что аэростаты за­граждения являются одним из средств противовоздушной обо­роны и имеют задачу затруднять действия авиации противника в зоне заграждений. Кроме того, они могут активно применяться в сочетании с другими средствами ПВО, дополняя и усиливая их. Логичным казалось и продолжение разработки новых аэроста­тов и тактики их применения.   

В 1953 году прошел испытания образец аэростата «МАЗ-51», принятый на вооружение в 1955 году. Со стальным тросом диа­метром 5 мм он имел практический потолок четыре километра при допустимой скорости ветра на потолке до 29 м/с. Его тор­мозное вооружение ТВ-1 и минно-режущее вооружение МВ-2 позволяли вести борьбу с летящими со скоростью до 700 км/час самолетами и беспилотными снарядами типа крылатых ракет.     

В 1956 году был разработан высотный аэростат загражде­ния, рассчитанный на потолок до девяти километров при скоро­сти ветра на рабочей высоте до 30 м/с. А с созданием ядерного оружия и средств их доставки и вплоть до начала 60-х прошлого века войсковые части аэростатных заграждений привлекались даже для защиты советских ядерных полигонов.   

В 1961 г., во время Карибского кризиса, в СССР было сфор­мировано два отдельных дивизиона аэростатов заграждения для перекрытия воздушного моста ФРГ — Западный Берлин. С нормализацией отношений между СССР и США дивизионы были расформированы.

В то же время малообъемные морские аэростаты заграждения МАЗ-1 и МАЗ-55 использовались для защиты советских торговых кораблей, идущих на Кубу, от прово­каций американских самолетов.   Наряду с мерами по усилению отечественных ПВО руководс­твом Советского Союза было принято решение о создании инф­раструктуры отечественного военного воздухоплавания, основ­ным направлением деятельности которой должно было стать оснащение Вооруженных Сил СССР воздухоплавательной тех­никой.   

Причиной для этого послужил тот факт, что американцы в 1956 г. запустили через Советский Союз, из Германии до Тихого океана, на высоте 32 км армаду автоматических аэростатов-фоторазведчиков, которые беспрепятственно отсняли территорию нашей страны, и наша ПВО оказалась бессильна против тако­го нашествия «воздушных шаров».

И все же нам даже в этой ситуации в какой-то степени повезло, т.к. несколько аэростатов ввиду своей неисправности упали на территории СССР Изучив их конструкцию, военные подали свои предложения для реше­ния новой проблемы, в результате чего и вышло специальное постановление правительства в духе Н.С. Хрущева — «догнать и перегнать».

Для решения этой задачи была создана широкая кооперация, в которую были включены ведущие предприятия промышленности, КБ, НИИ и вузы МО СССР.   В качестве испытательного учреждения Министерства обороны СССР 15 июля 1957 года на фондах Второй военной школы авиационных механиков, дислоцирующейся в г. Вольске Саратовской области, был сформирован Воздухоплавательный научно-испытательный исследовательский центр ВВС, в задачи которого входили: проведение всех видов испытаний воздухоплавательной техники и исследований по ее развитию и применению; организация и проведение летных испытаний свободных автоматических и привязных аэростатов; отработка вопросов боевого применения и оказания по­мощи войскам; создание для целей испытаний собственной методичес­кой и лабораторно-испытательной баз и др.   

Благодаря таким принятым мерам уже к концу 1957 г. был создан первый отечественный свободный автоматический аги­тационный аэростат АГ-1, к испытаниям которого и приступил данный Центр. Аэростат состоял из полиэтиленовой оболочки объемом 12 м3 и полезной нагрузки в виде агитационно-пропа­гандистских материалов.     

К первому поколению новой воздухоплавательной техники Центра, которая была создана с момента его основания и до 1961 г., относятся также тренировочный пилотируемый аэростат ТА, аэростат-постановщик пассивных помех АРП, боевые аэро­статы ближнего и дальнего действий БАБ-325 и БАД-3500, аэ­ростат-метеоразведчик МР-1, высотный аэростат-лаборатория ВА, модернизированы ранее созданные привязные аэростаты ДАГ-2, АН-800 и АЗ-55, аэростатные боеприпасы, стартовые ус­тройства.   

Одновременно с испытаниями проводилась отработка вопросов боевого применения воздухоплавательной техники. Одним из таких вопросов была экспериментальная проверка эффективности постановки пассивных помех группой автома­тических аэростатов в заданном районе. Эта работа проводи­лась совместно с центром боевого применения ВВС и завер­шилась участием Центра в совместных учениях ПВО и ВВС, в которых отрабатывались вопросы противодействия фронто­вым ракетам ПВО.   

В апреле 1961 года вышло новое постановление Совета Министров СССР, предусматривавшее более высокий этап развития отечественного военного воздухоплавания, которое обязывало промышленность приступить к разработке второго послевоенного поколения воздухоплавательной техники. Этим постановлением предусматривалось создание необходимых условий, обеспечивающих проведение широкомасштабных ис­пытаний: были значительно расширены границы испытательной трассы, благодаря чему свободные автоматические аэростаты могли даже совершать посадку на части территории Монголь­ской Народной Республики, организованы дополнительные пункты слежения и управления полетами аэростатов, сформи­рованы филиал ВНИЦ ВВС с дислокацией на станции Степь Читинской области и воздухоплавательная станция филиала в Улан-Баторе. 

Источник контента: https://naukatehnika.com/aerostat.-gero … emeni.html

0

30

https://www.sovsekretno.ru/articles/ist … vatelstvo/

СПЛОШНОЕ НАДУВАТЕЛЬСТВО

Максим АРТЕМЬЕВ

06 декабря 2015
В январе – феврале 1956 года жизнь лётчиков-истребителей из частей авиации ПВО СССР резко осложнилась. Почти каждый день десятки самолётов взлетали на обнаружение и перехват нарушителей границ. Чаще всего вылеты проходили впустую – сбить воздушные цели не удавалось. Это было тем удивительнее, что ими являлись… аэростаты.

Воздушные шары всегда казались чем-то принадлежащим XIX веку, когда изобретение братьев Монгольфье оказалось в одном ряду с паровозами, пароходами и телеграфом. Уже в Первую мировую войну их применяли только для наблюдения за позициями неприятеля (вспомним фильм «Бумбараш»), а ко Второй мировой войне их участь была сведена к использованию в качестве привязных средств воздушного заграждения. Казалось бы, как могли шары участвовать в военных действиях на фоне самолётов, а затем и ракет? Но попытки применить их против врага продолжались ещё долго и происходили они в глубокой тайне…

Большой японский недолёт

5 мая 1945 года американский пастор Арчи Митчелл со своей беременной женой и учащимися воскресной школы в южном Орегоне отправились на пикник в лес. Найдя удобную полянку, пастор пошёл к автомобилю доставать провизию, но вдруг услышал крики подростков, обнаруживших нечто странное. «Шар! Шар!» – кричали они. Не успел Митчелл предупредить их, чтобы они не трогали находку, как раздался оглушительный взрыв с яркой вспышкой пламени. Его супруга и пятеро школьников погибли на месте, буквально испепелённые горючей смесью. Они стали единственными жертвами Второй мировой войны на территории США.

Первое межконтинентальное оружие в мире было создано в Японии. В отличие от Манхэттенского проекта или Фау-2, стоивших миллиарды, оно обошлось Стране восходящего солнца совсем дёшево. К 1944 году в Токио стало ясно, что вскоре начнутся бомбардировки островов американцами, которые всё ближе подбирались к архипелагу. После так называемого рейда Дулиттла в 1942-м, когда Штаты нанесли удар по Японии самолётами, взлетевшими с авианосца, уязвимость страны была наглядно продемонстрирована.

Все предыдущие попытки каким-то образом затронуть собственно территорию США ни к чему не привели. В 1942 году трижды подлодки Японии обстреливали из пушек американское побережье (обошлось без жертв и разрушений) и один раз доставленный субмариной самолёт-амфибия скинул зажигательную бомбу в лесу, но пожара не получилось. Затем американцы перешли в наступление, отогнав японские подводные лодки от своих берегов, и задача поразить США стала казаться неосуществимой.

Однако в сверхсекретной 9-й исследовательской лаборатории японской армии специалисты узнали о работах метеоролога Васабуро Оиши, открывшего высотное струйное течение – поток воздуха, перемещающийся с огромной скоростью на высоте около 10 километров вокруг Земли. Аэростат, запущенный в Японии, по его расчётам, был способен долететь до Америки за 65 часов, если попадёт в это течение.

Инженеры разработали остроумную и недорогую конструкцию воздушного шара, наполненного водородом, который с помощью альтиметра удерживался на высоте 11,6 км, при превышении высоты из него выпускался водород, при снижении – сбрасывались мешки с песком. Таймер устанавливался примерно на трое суток полёта, после чего происходило сбрасывание зажигательной бомбы. По расчётам, к этому времени аэростат должен был достигнуть территории противника.

Японцы планировали таким образом организовать массированные пожары в Америке, в первую очередь лесные. Они надеялись, что запуск каждого десятого шара будет удачным. Оболочка первых аэростатов делалась из прорезиненного шёлка, а затем перешли на традиционную японскую бумагу – васи, очень плотную и не пропускающую газ. Японцы, не имевшие развитой технологической базы и богатых природных ресурсов, уповали именно на такие, технически простые решения.

Верховное командование одобрило план, и было сформировано три батальона, запускающих шары, для склеивания которых (10 метров в диаметре) реквизировались просторные помещения наподобие театров или концертных площадок. Всего было изготовлено и запущено около 9300 шаров. Первый аэростат в сторону врага был отправлен 3 ноября 1944 года, когда бомбардировщики Б-29 «Суперкрепость» уже начали налёты на Японию.
Японцы привязали старт кампании к наиболее сильному течению ветров с ноября по март, однако тем самым они снизили практически до нуля шансы вызвать лесные пожары, ибо в это время в Северной Америке идут дожди либо падает снег.

Американцы обнаружили на своей территории примерно 300 шаров, считается, что их долетело в три раза больше, но они упали в необитаемой местности. Аэростаты раскидало от Аляски до Техаса и Айовы – практически на половине территории США. Несколько аэростатов были уничтожены истребителями ВВС США. Но военный эффект от них был минимальный. Ни одного поджога не случилось. Упомянутые в начале жертвы были первыми и последними. Парадоксальным образом один японский шар приземлился в районе атомного завода в Ханфорде, где изготовлялись радиоактивные материалы для атомных бомб, которые вскоре упадут на Хиросиму и Нагасаки. Этот аэростат прервал на какое-то время подачу электричества на сверхсекретный объект, нарушив работу охладительных систем реактора

Американцы не знали, откуда запускаются шары. Высказывались самые разные предположения, вплоть до того, что этими местами могут быть лагеря немецких военнопленных или бараки сосланных в войну японцев. Большинство полагало, что их отправляют в полёт с подлодок возле Тихоокеанского побережья США. По просьбе ФБР учёные провели исследование песка, который содержался в мешках для балласта. Океанологи выяснили, что песок происходит именно из Японии, и даже смогли приблизительно определить, из каких именно мест на её побережье.

Японская армия, располагавшая биологическим оружием, подумывала о том, чтобы снабдить аэростаты болезнетворными бациллами – единственная серьёзная угроза для Америки, но император Хирохито наложил запрет на эти планы, не зная, как ответят янки на это в итоге.

Не оправдался и расчёт японцев на панику среди американцев. Хотя до публики доходили сведения о загадочных воздушных шарах, пресса, по просьбе властей, не писала об их находках, и противник думал, что практически ни один шар не долетел, что и побудило Токио в апреле 1945-го отказаться от проекта. К этому времени Б-29 превратили архипелаг в пылающий костёр, стерев с лица земли множество городов. Заводы, где производился водород для аэростатов, были почти все уничтожены.

Любопытно заметить, что злоключения Арчи Митчелла Второй мировой войной не закончились. Он женился второй раз, но отправился с миссионерской поездкой в Южный Вьетнам, где и пропал без вести, захваченный в плен партизанами. А на том самом месте, где взорвался погубивший его семью воздушный шар, спустя 60 лет один американец – сторонник «Талибана» и бен Ладена организовал тренировочный лагерь для подготовки террористов, но был вовремя арестован, не успев начать занятия.

Операция «Аутворд»

Японцы были не одиноки в своём стремлении использовать воздушные шары против неприятеля. В Великобритании ещё перед началом войны рассматривались риски для собственных электрических сетей в случае отрыва от привязи аэростатов заграждения. Когда же вспыхнули боевые действия, то теория подкрепилась практикой – в ночь с 17 на 18 сентября 1940 года в результате сильнейшего урагана множество аэростатов было
сорвано и унесено ветром.

Часть из них оказалась в Скандинавии (в том числе пять долетели до Финляндии), где они нанесли ущерб проводам на железных дорогах и распределительным электрическим линиям. Была даже повалена антенна шведского радио. Черчилль, получив сведения об инциденте, приказал провести предварительный анализ – возможно ли осуществить целенаправленный запуск воздушных шаров с целью нарушения работы народного хозяйства вражеской Германии?

Одновременно поступило предложение запускать шары с бомбами и, когда они окажутся над тем или иным важным пунктом (это бы определялось методом радиотриангуляции), посылать на них сигнал о сбрасывании бомбы. Последнее предложение отклонили сразу, а вот за первое ухватилось британское Адмиралтейство – командование ВВС интереса к нему не проявило. В результате англичане разработали свой план по использованию воздушных шаров. Они были значительно меньше (2,5 метра в диаметре) и проще японских (средняя цена одного экземпляра была равна 35 шиллингам). Водородные аэростаты делались из латекса и передвигались на значительно меньшей высоте – приблизительно пять километров. Расстояние, которое им предстояло преодолеть, составляло всего несколько сот километров. Главной целью наступления с помощью воздушных шаров была система электроснабжения Германии и оккупированных ею стран. Для этого половина аэростатов снабжалась стальной проволокой длиной около 90 метров, которая крепилась к баллону бечёвкой примерно такой же длины.

Когда шар снижался над вражеской территорией, проволока выпускалась подобно хвосту, и шар тащил её примерно 30 миль. В случае соприкосновения с проводами возникало короткое замыкание. Другие шары оснащались поджигательными устройствами. Дальность, время и высота полёта регулировались довольно примитивно – с помощью медленно тлеющего бикфордова шнура. Метеорологи определяли наиболее удачное время для запуска, чтобы господствующие ветра несли аэростаты на континент.

Операция началась 4 марта 1942 года и продолжалась до 4 сентября 1944 года. Всего было выпущено около 100 тысяч шаров, иногда – до 1000 штук за день. После войны британские инженеры выезжали в Германию для оценки причинённого ущерба. Выяснилось, что только с марта 1942-го по январь 1943-го с электросетями случилось 520 инцидентов, вызванных воздушными шарами

Самым крупным «достижением» было разрушение 12 июля 1942 года мощной электростанции возле Лейпцига, в которой короткое замыкание привело к пожару и уничтожению всего оборудования. Общий ущерб был оценён примерно в 1,5 млн фунтов стерлингов. Во Франции за время операции, получившей название «Аутворд», отмечено было почти пять тысяч случаев перебоев с подачей электричества, многие из которых были вызваны именно аэростатами.

Помимо прямого ущерба электроснабжению противника, кампания заставляла немцев идти на дополнительные расходы. Например, они периодически поднимали в воздух самолёты, чтобы сбивать летящие шары. В одном случае использовалось сразу 250 истребителей – таким образом они отвлекались от охраны неба Германии от налётов союзной авиации и сжигали дефицитный авиационный бензин. Немецкие инженеры предложили использовать автоматические зажимы для крепления проводов, которые отключали электричество в случае сильного натяжения (у проволоки на аэростатах имелись специальные крючки). Были изготовлены и установлены миллионы таких зажимов, но эта дорогостоящая кампания оказалась провальной, поскольку выяснилось, что они срабатывают и в случае обледенения, сильного ветра или когда на провода садятся птицы. Пришлось возвращаться к зажимам старого образца.

Операция «Аутворд» держалась в строгом секрете. Британским газетам цензурой было запрещено что-либо упоминать о воздушных шарах. Части, занимавшиеся их запуском, официально считались подразделениями, ответственными за размещение противолодочных сетей вдоль побережья. Тем не менее определённая информация просачивалась, поскольку некоторые аэростаты заносило на нейтральную территорию. Так, они вызвали железнодорожную аварию в Швеции в 1944 году. А однажды – короткое замыкание в самой Англии возле города Ипсвич.

Надувные шпионы

Сразу после окончания Второй мировой войны началась растянувшаяся на десятилетия холодная война между СССР и Западом. И в ней тоже нашлось место старым добрым аэростатам. Первой задачей Америки, после того как она получила ядерное оружие, стало определение того, когда СССР обзаведётся подобным. Но как это узнать, ведь русские сохраняли свою атомную программу в глубочайшей тайне, и американцы могли только догадываться о её существовании.

Морис Эвинг, выдающийся американский геофизик, изучавший феномен подводного звукового канала, в котором волны могут распространяться на тысячи километров, предположил, что нечто подобное может существовать и в атмосфере. И что с помощью микрофонов, работающих в диапазоне инфразвука, можно будет засечь сверхмощный взрыв, если он произойдёт. Но как удерживать аппаратуру на нужной высоте?

И тут на выручку пришли метеорологические зонды-аэростаты. Оснащённые нужным оборудованием, они запускались поочерёдно, так, чтобы в воздухе всегда находились шары, и с помощью радиопередатчика отсылали информацию на станции наблюдения. Программа «Могул» продолжалась два года – с 1947-го по 1949-й. Её недостатком была относительная дороговизна, поэтому в итоге от неё было решено отказаться в пользу сейсмического мониторинга и забора проб в атмосфере с самолётов на предмет наличия радиоактивных материалов. Именно с помощью последнего способа американцы и узнали оперативно о проведении в СССР первого ядерного испытания в августе 1949-го.

Но идеи Мориса Эвинга не были забыты и получили своё развитие в системе геофизического измерения и анализа сигналов (Geophysical MASINT). В 2013 году именно с помощью неё удалось измерить мощность взрыва Челябинского метеорита в России.

После того как Советский Союз получил атомное оружие, холодная война перешла в новую стадию. Американцам было необходимо знать, где на одной шестой части суши находятся военные объекты потенциального противника, оборонные предприятия, полигоны и прочие секретные объекты. Потребность в получении подобной информации привела к новому обращению к аэростатам. Поскольку на тот момент у США не было дальних высотных самолётов-разведчиков, было предложено запускать шары (сделанные на основе метеорологических зондов) у западных границ СССР. Они должны были пролетать над его территорией на высоте 15–30 километров, производя фотосъёмку, а затем в водах Дальнего Востока они бы спускали на парашютах фотоаппараты. Там технику перехватывали бы самолёты американских ВВС или суда ВМС. Кроме собственно Советского Союза, предполагалось фотографировать страны Восточной Европы и Китай.

Президент Дуайт Эйзенхауэр дал согласие на использование аэростатов-шпионов в декабре 1955 года. И первый массовый запуск зондов состоялся в январе – феврале 1956 года. Было запущено более 500 аэростатов с пяти разных точек. Собрать в дальневосточных водах удалось 54 зонда, из них только на 31 имелись качественные снимки. Съёмка охватила 2,8 млн квадратных километров территории СССР, Китая и их союзников. В дальнейшем запуски несколько раз повторялись, несмотря на то, что 9 из 10 аппаратов с дорогостоящей аппаратурой пропадали бесследно либо попадали в руки Советов. Именно на основе изучения шпионской фотоаппаратуры с плёнкой, устойчивой к низким температурам и радиации, советские инженеры создали фотокамеры, которые передали первые снимки с поверхности Луны. Чтобы не отстать от Запада, в том же 1956 году было организовано Долгопрудненское конструкторское бюро автоматики, занимавшееся созданием аэростатов. С самого начала программы, получившей название Genetrix, Москва выступала с решительными протестами против нарушения её воздушного пространства, что приводило к дипломатическим осложнениям. Создание самолёта-разведчика U-2, а затем и спутников-шпионов сделало ненужным использование в массовом масштабе шаров-разведчиков, хотя их полёты продолжались вплоть до конца 1980-х годов

Фото: oldmos.ru

На Западе обыватели ничего не знали об этих программах, бывших абсолютно секретными, и слухи о непонятных летающих объектах породили многочисленные мифы об НЛО. Самым известным был Розуэлльский инцидент 1947 года, когда на землю упал один из зондов, использовавшихся в программе «Могул». Они снабжались передающей антенной в виде тарелки – от этого и пошло выражение «летающая тарелка».

Трудная мишень

В СССР же американские шары-шпионы, называвшиеся тогда «автоматические дрейфующие аэростаты» (АДА), были долгое время головной болью для командования сил ПВО. Зенитные пушки до них не добивали, а стрелять ракетами было бы слишком дорого. Потолок МиГ-17 и МиГ-19 не позволял сбивать шары на их высоте полёта. К тому же большой проблемой оказалась разница в скоростях полёта – лётчик не успевал прицелиться из авиапушки, а ракеты не взрывались при соприкосновении с тонкой оболочкой шара.

Для ПВО дрейфующие аэростаты создавали массу проблем и ложились в целом тяжким бременем на оборонную экономику. Каждый из аэростатов пытались сбивать, расчёты РЛС занимались слежением за ними, в воздух поднимались самолёты, тратились боеприпасы, горючее. В среднем на один сбитый АДА уходило почти 30 неуправляемых реактивных снарядов.

Пытались использовать даже экзотические средства вроде канатов-тралов, прикреплённых к самолёту-истребителю, которые должны были разрубать аэростаты, или сброс ленты диполей (кусочки фольги), для того чтобы «обманывать» радиовысотомер АДА и заставлять его снижаться. Дело дошло до того, что был разработан специальный высотный дозвуковой самолёт специально для борьбы с аэростатами – М-17, который называли «советским U-2» ввиду схожести конструкции. Правда, в серийное производство он не пошёл. Также из-за необходимости стрельбы по шарам новейший сверхзвуковой истребитель Миг-31 оснащали авиапушкой, для которой разработаны были специальные снаряды со сверхчувствительными взрывателями.

Во время «охоты» за АДА происходили всякого рода инциденты. Например, в 1977 году в районе города Сумы на земле взорвалось несколько снарядов, выпущенных МиГ-21 по аэростату, в результате чего был ранен местный житель. Тогда же было принято решение не применять для уничтожения шаров оружие над густонаселёнными районами страны. В 1980–1981 годах, после очередного наплыва аэростатов, в ПВО была создана специальная комиссия по разработке мер борьбы с ними. Она пришла к выводу, что к тому времени воздушные шары запускались главным образом для того, чтобы провоцировать дополнительное включение средств системы ПВО и их разведки.

0


Вы здесь » Перевал Дятлова forever » Противоракетная оборона. Не прощай оружие » Автоматические аэростаты...Весь мир на ладони по воле ветров...