https://dzen.ru/a/X6DiekngCGPr-dAz
Ускользающий след
В темноте ночи едва угадывался рваный гребень Гумпкапая. Сотнями метров ниже вершины, отсветы костра терялись в глубине чащобы. Осыпи горы подступали к таёжной опушке. В тайге, человеку одному, в десятках километров от жилья, не слишком уютно. Жутковато, но любопытство пересиливало страх, а верный карабин вселял уверенность. Глядя в сторону безмолвной вершины, Володя пару раз пронзительно свистнул. Так и есть - довольно скоро, с невидимых склонов «горы Великана», прозвучал ответный свист, затем, удаляясь - ещё и ещё.
Переутомление может вызвать ночные страхи, слуховые галлюцинации. Нет, на этот раз сомнений не оставалось: поблизости бродил «лесной человек». Владимир Полин - охотник из Ивделя, рассказывая эту историю, добавил, что как-то весною, в низовье реки Лозьвы, видел на пятнах апрельского снега огромные следы. Эти следы были явно не медвежьи, а какого-то неизвестного существа, и с куста снял клок рыжеватой шерсти.
Одно время, Володя считал, что под видом неведомого «снежного человека» скрывается обыкновенный зверь - урод. Физическое уродство, аномалии у людей и у других животных не в диковинку. Сейчас мнение охотника изменилось, накопленные факты говорят в пользу невероятного. В утвердительных ответах таёжных жителей - манси слышится скрытое отрицание.
Из путаного рассказа трудно создать реальную картину. Дело не в плохом знании русского языка. Рождённый в тайге, и жизнь проводя в глухомани, манси скуп на слова, не договаривает того, что, по его мнению, может повредить природному организму. Такое отношение у манси и к «лесному человеку». Кроме самого факта встречи с реликтом, большего из манси не вытянешь.
Был случай, когда в верховье Лозьвы, у таёжного костра, во время сна, на двух охотников - манси напало человекообразное диво. Лесное существо схватило одного из охотников, подняло как ребёнка, и он в ужасе закричал. Второй охотник не растерялся, стал громко ругать «лесного человека», прогонять, и тот, бросив добычу, ушёл в темноту ночи…
Приходилось пару раз бывать в истоках Лозьвы - таинственном горно-таёжном уголке Северного Урала, стоять лагерем на склонах Отортена. В сумерках, перед уходом в палатку спать, явственно чувствуешь на своей спине чужой взгляд со стороны далёких скал.
На необжитых просторах уральского Севера и геологи-поисковики время от времени встречаются с пришельцем из ледниковой эпохи. Встречи для людей всегда неожиданные. Все очевидцы - и жители тайги и геологи отмечают до двух метров рост, рыжеватую шерсть, звериный облик незнакомца, не отличающимся дружелюбием к человеку.
Учёные выдвигают всяческие гипотезы, но серьёзных полевых исследований не проводилось, да и предмет поиска достаточно необычен. К потаённой зоологии Северного Урала относится ещё один феномен.
На этот раз наш туристский маршрут лежал к Острой Сопке горного массива Чистоп, к верховью Северной Тошемки, сплавом по этой реке, осмотром жертвенных костеносных пещер возле устья речки Забытая. Справа по ходу виднелись южные склоны «спины лошади» - горы Чистоп. Внизу, сквозь просветы деревьев, поблескивала быстрая Тошемка.
После очередного короткого отдыха, двинулись дальше, но темп ходьбы резко упал. Как обычно, идя впереди группы, вдруг начал ощущать неимоверную тяжесть в ногах. Двадцатикилограммовый рюкзак не стал тяжелее, но каждый шаг стоил больших усилий. Вокруг лежала унылая местность: поляны с пожухлой травой, колдобины - лесное гнильё, высохшие на корню деревья. Возникло странное чувство необъяснимой тревоги и желание вырваться из невидимого кольца. Впереди наметился спуск в долину безымянного притока Северной Тошемки.
Возле ручья увидели охотничью избёнку - старую, низенькую, с плоской крышей, срубленную на одного - двух человек, с очагом из дикого камня и нарами из берёзовых жердей. Возле избы костровище с валявшимся на земле прокопчённым котелком. К стене приделан навес. Повидимому избёнка эта - одно из пристанищ семейства манси Бахтияровых, которые, судя по письменным источникам, пришли в восемнадцатом веке из Вишерского края и у восточного подножия уральского хребта обрели новую родину.
Неожиданно под навесом увидели белеющий скелет. Кости принадлежали несомненно пресмыкающемуся. Длина скелета не менее полуметра, диаметр около двадцати сантиметров, рёбра в хорошей сохранности, небольшой, узкий череп, зубы, от вида которых становилось не по себе. Складывалось впечатление, что перед нами останки детёныша ползающей твари. Внутренне передёрнувшись, представили особь в зрелом возрасте…
На вид кости не старые. Скелет мы оставили не тронутым, без сожаления покинув странное место.
Устное народное творчество оставило сведения о сказочных персонажах - Великом Полозе, Змее, Ящере, якобы живших на Урале. Трудно признать за правду народное поверие, но, например, учёный восемнадцатого века П.С. Паллас, всерьёз упоминает об уральском удаве - гигантской бревноподобной змее.
Манси и сегодня не сомневаются в существовании Ялпинг-уя – «священного зверя» - ящерицы бурого цвета длиной метров десять и толщиной сантиметров двадцать. Ящерица живёт в дупле, у воды, спит на дереве, оставляя на коре следы своей чешуи…
Изобразительное искусство хантов и манси также содержит зооморфные мотивы, связанные со «священным зверем».
В семнадцатом - восемнадцатом веках, в связи с промышленным освоением Среднего Урала, изменяется экологическая ситуация. Можно предположить, что под антропогенным воздействием реликтовые особи ушли вслед за остяками и вогулами - предками хантов и манси на север Урала, где частью вымерли, частью адаптировались в новой природной среде.